Готовый перевод Baccano! 1711: Whitesmile / Шумиха! 1711: Белоулыбка: Цветные страницы

Рассуждения Улыбкового Наркомана, 1711

- Знаешь, я люблю улыбки младенцев.

Ни дети, ни взрослые не помнят, каково это - быть новорожденным, да и причин, по которым они плакали или смеялись в таком глубоком детстве.

И я тоже не помню. Ни смеха, ни слез.

Но иногда я думаю, что улыбки детей, совсем еще не испорченных окружением, могут появляться из-за какого-то особого инстинкта. Никаких фальшивых ухмылок или вынужденного смеха. Только чистая радость.

Потому-то мне и интересно: что чувствует ребенок, когда впервые прекращает плакать и улыбается?

Может, узнав это, я смогу намного больше людей заставить улыбаться! Так что, расскажешь мне когда-то, а?

Постарайся не забыть, что ты сейчас чувствуешь!

Молодой человек обращался к ребенку, которому в лучшем случае исполнился год. Ответа он, естественно, не получил. Внезапно столкнувшись с улыбающимся во весь рот незнакомцем, малыш разревелся.

- Ой, прости, прости! Я не понимаю, что случилось, но чувствую себя очень виноватым. Так что улыбнись, сейчас же. Улыбнись!

****

Разговор в кафетерии главного здания ФБР, 2002

Виктор: здесь неплохо готовят, а?

Нил: я заявляю: мне нужна выпивка.

Виктор: какой идиот согласится напоить людей до того, как их допросить?

Нил: как насчет возможности, что алкоголь только развяжет мне язык?

Виктор: сомневаюсь, что услышу что-нибудь кроме ругательств и критики в мой адрес.

Нил: я заявляю: ты абсолютно прав.

Виктор: да почему... мы вполне можем закончить этот спор 291-летней давности прямо здесь и сейчас.

Денкуро: я прошу вас воздержаться, хотя бы из уважения к здешнему окружению.

Виктор: все равно, чертовски много времени прошло с тех пор, как мы последний раз вместе обедали. Жаль только Занка здесь нет.

Денкуро: стоит отметить, что вы разделяли с нами пищу всего два раза, господин Виктор, не считая трапез на корабле.

Виктор: такие вещи нельзя сосчитать! Ты только подумай: прошло триста гребанных лет - и после такого долгого времени мы снова едим вместе! Жаль только, что ни одному из нас не повезло с женщинами. И даже Сильви сейчас опрашивает где-то один из моих подчиненных.

Нил: ты ничуть не изменился, смотрю. Женщины всегда были твоей единственной темой для разговора, даже когда мы выпивали триста лет назад.

Виктор: ну прости уж, что я никогда не был популярен у леди. Невозможно о них не говорить, если они только и вертятся вокруг.

Денкуро: но господин Виктор... разве вас не обвела однажды вокруг своего мизинчика одна особенно несдержанная дева?

Виктор: заткнись! Я сам вокруг него обвелся, понял? Со стороны могло показаться, что она играла со мной, но это я был ведущим в этой игре!

Нил: я заявляю... прими мои соболезнования.

****

Воспоминания Сильви, 2002

Они до сих пор иногда снятся мне.

Все события, произошедшие тогда в Лотто-Валентино.

С тех пор прошло триста лет, но для меня это - как вчера. Я чувствую, что поверх этих воспоминаний наслоилось уже достаточно новых, но мой мозг, похоже, тоже превратился во что-то нечеловеческое.

Может, именно поэтому последние дни моего "человеческого бытия" так глубоко врезались мне в сердце.

Теперь, когда я оглядываюсь в прошлое, я понимаю, что Гретто не был каким-то необычным: удивительно надежным, нежным или выдающимся хоть в чем-нибудь другом.

И это даже не приходило мне в голову, когда я еще была служанкой, а если бы и пришло - я бы никогда не произнесла этого вслух. Но, наверное, стоит сказать: мне и не нужен был кто-то, на кого можно было бы положиться. Мне больше хотелось его защитить.

Может, из моих уст это прозвучит высокомерно, но он был человеком, который заставлял становиться на его защиту. Я имею в виду... я хочу сказать, что он был почти как ребенок. И в хорошем, и в плохом смысле этого слова.

Поэтому мне хотелось возместить ему всё, что он отдавал.

Я не знаю, кто из нас был птичкой в клетке - я или Гретто, ведь... после этого случая сама клетка сгорела дотла. А город стал зажигалкой. Как же мне теперь судить об этом?

В конце концов, воспоминания об уходе из Лотто-Валентино - одни из последних, которые я разделила с Гретто. По этому поводу я испытываю смешанные чувства.

С тех пор прошло триста лет, но я все еще не знаю... смеяться мне или плакать.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/37601/135808

Переводчики: al_norton