Готовый перевод Warcraft: Dawn of Aspects / Warcraft: Рассвет Аспектов: Глава 3

Отец Драконов

Кейлек? Кейлек?

Её голос был первой вещью, которая проникла сквозь тьму и заставила его очнуться. Он бормотал что-то, что должно было быть её именем, но даже для его слуха эти звуки не имели никакого смысла. Бывший Аспект открыл свои глаза, ожидая быть обездвиженным в туннеле, и видеть как она склонилась над ним. Что из этого стыдило его больше, он сказать не мог.

Но когда он осмотрелся вокруг, он обнаружил что был один... и больше не лежал в проходе. Каким то образом, он переместился в гигантскую пещеру которая была его святилищем. Больше недоумения добавило то, что он лежал на своем любимом спальном месте.

Но вопрос о том как Кейлек сюда попал не сильно волновал синего. Важнее было то, что произошло с ним когда он потерял сознание. Как долго он был без сознания, Кейлек не знал, но у него была интересная мысль относительно источника поразительных видений.

Приводя в порядок свои мысли, дракон заметил, казалось бы, неприметный артефакт. Наваждение развеялось, и он чуть было не бросил его в одну из стен пещеры. Но подумав, дракон вместо этого повернулся к затененной части своего святилища.

Кейлек извлек что-то небольшое из тени. Оттуда возник небольшой кубический предмет, который расширялся под его взглядом, становясь настолько большим, что мог бы вместить ночного эльфа.Если бы Кейлек хотел сделать его больше, он мог бы сделать это одной лишь мыслью. Магические тюрьмы были созданы для многих задач, включая то что означает вторая половина их названия. Это место было одним из многих укрытий в Нексусе, и Кейлек выбрал это место потому что оно было более пустым чем остальные.

Синяя энергия трещала вокруг этого предмета, массивный куб легко плыл над землей. Для стороннего наблюдателя это напоминало бы большую коробку, сделанную судя по всему из дерева и камня, и с бронзовым обрамлением на каждой грани. Яркие синие печати проносились через центр каждой стороны сверху вниз, и темная граница пересекала центр, как если бы верх и низ были бы отдельными половинками, сдерживаемыми только печатями и рамкой.

По безмолвной команде Аспекта, печати распались, и металлическая граница исчезла. Теперь действуя как крышка, верхняя половинка откинулась. Не все магические тюрьмы функционировали таким образом; эта, была разработана специально для хранения, и она также могла открываться несколькими разными способами, в зависимости от того, что Кейлеку нужно.

Протянув лапу внутрь, дракон положил артефакт. Там он не только был бы защищен от чужих глаз, но также уже не мог проникнуть в его разум.

Отдалившись, магическая тюрьма снова исчезла. Вздохнув с облегчением, Кейлек снова вспомнил голос который вызвал его из небытия. Это был уже не первый раз когда она обратилась к нему после его отбытия из Даларана. После их последней встречи, она была уверенна что он свяжется с ней снова, но он находил множество причин не делать этого, включая его собственную уверенность в том, что даже она обвиняет его в том что он не нашел Радужное средоточие.

Они не могли продолжать эти шарады, подумал Кейлек уже не в первый раз. Для них не было возможности путешествовать вместе.

Но всё же, её голос коснулся его снова. Кейлек... Кейлек... Поговори со мной... Он хотел игнорировать её, но его воля сильно ослабла после видений. Кроме того, Кейлек сказал сам себе, что как архимаг - возможно самый великий, без крови дракона в её венах - она могла бы знать что нибудь о магии которая создала что-то вроде того, что он нашел. В конце концов, Джайна была одной из тех кто помог почувствовать Радужное Средоточие, тогда как его собственные усилия потерпели неудачу. Исходя из той охоты, он считал её во многих отношениях более хитрой, более приспосабливаемой, чем он сам... И это делало его еще более пристыженным своими неудачами.

Когда она снова позвала его, Кейлек, наконец, ответил. "Я здесь, Джайна."

И как только он ответил, произошло сразу две вещи. Первой из них была разрывом, который открывался перед ним в воздухе, в центре которого появился образ большой, круглой комнаты, которая, как он знал, находилась за сотни миль от него. В этом изображении начала формироваться женская фигура.

Но еще до того как сформировалось изображение, Кейлек сам начал трансформироваться. Он сжался, став лишь небольшой частью своего первоначального размера. Дракон стоял на задних лапах, которые стали похожими на человеческие ноги, а его передние лапы стали похожими на руки. Крылья и хвост Кейлека исчезли. Его морда, сжалась в лицо, которое потеряло свои очертания и сине-голубой оттенок, и ,наконец, превратилось в бледное, но красивое молодое лицо, достойное любой эльфийской расы.

Самыми очевидными чертами оставшимися от его истинной сущности были длинные сине-черные волосы и одежда охотника, которую он носил, так же сине-черного цвета. Кейлек выпрямился, чувствуя себя так гораздо комфортнее, чем в облике дракона. В этой форме он по настоящему узнал что такое жить, узнал что такое быть по настоящему счастливым, и узнал настоящую боль. На самом деле, бывали такие моменты, когда он желал родиться гуманоидным существом, которым он только притворялся.

По мере того как он заканчивал трансформацию, фигура на изображении также обрела ясность. Однако, в отличии от Кейлека, женщина на самом деле была той кем казалась. Человеком. Прекрасным. Очень могущественным.

Но все еще очень молодой, для тех, с кем ей пришлось пройти множество испытаний. Кейлек мог видеть как последние события повлияли на неё, ожесточили её, хотя она пыталась притвориться что не изменилась. Джайна Праудмур не собиралась становиться лидером Совета Шестерых - совета волшебников правящих королевством Даларан - но она была той, к кому повернулись все силы, после жертвы её предшественника Ронина. Джайна дочь покойного, легендарного - а некоторые говорят что бесчестного - адмирала Даэлина Праудмура, также должна была сохранять баланс между своими обязанностями в Совете, и правлением островного королевства Терамор.

Всего этого было слишком много для многих существ - включая драконов - но Джайне пришлось иметь дело с обеими этими частями своей жизни, после смерти её отца, и после её неудачи при спасении Терамора от разрушения, из-за зверский действий Орды.

Мы очень похожи, подумал Кейлек глядя на неё.

Он сохранял полную нейтральность как только она сфокусировалась на нём. Но Джайна напротив, приветливо улыбнулась, будто бы Кейлек даровал ей особую милость ответив ей. Уже одно только это заставило его чувствовать себя хуже

"Я уже начала беспокоиться о тебе." Её голос был красив и мелодичен - по крайней мере для Кейлека- но был с оттенком прошлых сожалений и боли.

Он был удивлен тому что она находила в себе силы, для того чтобы продолжать жить как прежде, несмотря на её горе обо всех убитых в Тераморе, и её собственного раскаяния по поводу того что она собиралась сделать с Оргриммаром, при помощи украденного Радужного Средоточия. Конечно поэтому он восхищался ею, и чувствовал связь с ней. "Я ценю твою заботу, Джайна, но я в порядке."

"Ты уверен?" Она наклонилась ближе, казалось она почти может к нему прикоснуться. Её взгляд проник в Кейлека, и он почувствовал что маг может читать все что происходило с душой дракона. "Ты недостаточно спишь. Я вижу это. Ты слишком себя нагружаешь. Вся эта работа может подождать."

"Она должна быть сделана", выпалил он слишком быстро.

Он был удивлен что она смотрела на него с горечью, слушая его слова. Джайна пришла в себя почти незамедлительно, сочувствие заменило удивление. Это сделало Кейлека только еще более смущенным.

"А как твои дела?" спросил он преднамеренно, чтобы сменить тему. "Как поживает Кирин Тор?"

Несмотря на понимание того что он сделал, она сменила тему. "Мы изо всех сил стараемся удержать все вместе, и у нас получается. Ты знаешь, как и я, что у нас все перевернулось с ног на голову после твоего последнего визита. Я была вынуждена внести некоторые изменения которые мне не по нраву, но они необходимы."

Когда Джайна не уточнила, что это были за изменения, Кейлек не стал ничего спрашивать. Он изо всех сил хотел ей помочь, но что он мог сделать для неё, ведь он не мог ничего сделать даже для самого себя.

Возможно пора это заканчивать, решил дракон. Возможно мы ничем не можем помочь друг другу.

Образ молодой Алекстразы вспыхнул в его голове.

Кейлек не смог подавить ни резкий вздох, ни дрожь в теле. К сожалению, Джайна заметила всё это.

"Кейлек! Ты болен?"

Рёв дракона - или скорее прото-дракона - заглушил все что она сказала. Тем не менее, синему удалось наложить силовой заслон перед магом. "Как ты и сказала, я мало отдыхал. Приношу свои извинения за то что напугал тебя."

Он очень старался звучать убедительно, надеясь что она поверит в то что он был в порядке. Кейлек не был уверен что его мысли достаточно ясны, но он на это надеялся, ведь на него уже нападали новые изображения и звуки.

Джайна оставалась на месте. Её выражение нельзя было прочесть. "Ты уверен что ты в порядке?"

Образ еще одного мёртвого прото-дракона занял всё его внимание. В нём было что-то очень тревожное, но видение ускользнуло еще до того как Кейлек смог понять, что же его так тревожило. Звуки, особенно голоса, становились невыносимыми.

"Да!" прокричал он слишком громко. "Прости меня! Мне нужно созвать совет!"

Больше не заботясь о том, имели ли его оправдания смысл, Кейлек прогнал видение мага. Джайна исчезла в тот же момент, когда казалось что она хочет что-то сказать. Бывший Аспект спотыкаясь подошел к центру своего святилища, немного оправившись от натиска голосов и смешанных образов. Он был благодарен за то, что ни Джайна, ни кто либо из его стаи, не видели его в таком состоянии.

Кейлек упал на колени. Ему удалось подставить руку на гладкий каменный пол, рука была частично трансформирована, с длинными, свирепыми когтями. Не способный сфокусироваться, Кейлек искажался, его тело искало баланс между его истинной формой и гуманоидной, которую он принял ради Джайны. Его рот и нос тянулись вперед, а его ноги вопили от боли, когда его колени перемещались взад и вперед. Одно дело - просто переходить от одной формы к другой, но застрять между ними - это причиняло ему невероятные страдания, каких он еще никогда не испытывал.

В конце концов он не выдержал. Кейлек упал.

И снова он летел по воздуху, как часть молодого Малигоса.

Время снова сместилось. Алекстраза больше не сопровождала Малигоса, но в небе были другие прото-драконы, по меньшей мере шести разных цветов. Несмотря на их отличия, они небыли склонны к борьбе друг с другом, хотя Кейлек подозревал, что все может измениться.

Малигос был сильно возбужден, это же чувство настигло и Кейлека. Но что беспокоило Малигоса, Кейлек не понимал. На этот раз прото-дракон похоронил свои мысли очень глубоко, не желая иметь с ними дел.

Отчасти такому разнообразию прото-драконов в одном регионе послужила очевидная причина в виде обширного стада огромных зверей - какая-то разновидность коричневых карибу - гуляющих по низким, травянистым холмам внизу. Два прото-дракона уже нырнули вниз и схватили готовый обед, но меньшая, желтоватая самка, не смогла правильно рассчитать свое падение, и чуть не столкнулась с землей.

Когда она взмыла вверх, к ней присоединилась ни кто иная как Алекстраза, которая только что поймала еще одного из травоядных. В отличие от других охотников, огненно оранжевая самка быстро перекусила шею, где находилась большая яремная вена животного, убив его мгновенно. Кейлек мог ощущать то, как забавлялся Малигос глядя на эту тактику; большинство прото-драконов предпочитали свою жертву живой и свежей до последнего момента. Но похоже что Алекстраза почти что чувствовала себя виноватой за то что вообще охотится.

Она попыталась предложить пищу самке поменьше - которая явно нуждалась в этом - но желтоватый протодракон в ответ только щелкнул челюстью. Вместо того чтобы рассердится, Алекстраза продолжила терпеливо следить за своим компаньоном.

Даже сейчас она пытается помочь беспомощным, подумал Кейлек с восхищением, думая об Алекстразе как о Аспекте жизни. Здесь, все еще так молода, она уже проявляла гораздо большую озабоченность о других, чем большинство.

Малигос потерял интерес к двум самкам, перенося внимание Кейлека на других охотников. Прото-дракон проявил легкий интерес к технике крупного коричневого самца. Другой самец завис над бегущим стадом и нырнул вниз, сделав крутой разворот чтобы отогнать других крылатых хищников. Но не этот коричневый самец. Фактически он, казалось, знал, под каким углом и с какой скоростью побегут животные. И там где другой охотник схватил лишь грязь и траву, он быстро поймал два лакомых кусочка.

Малигос восхищался умом и точным расчетом времени другого, а затем потерял интерес, поскольку двое охотников которые не смогли поймать свою добычу, прошипели и плюнули друг в друга. Между ними не было слов. В отличии от серого самца и Кейлека с его носителем, которые раньше встречались, эти прото-драконы были ничем не лучше диких котов или волков, бродивших в других частях света. Малигос с презрением наблюдал за их злобной борьбой, в то время как Кейлек снова задался вопросом, почему некоторые прото-драконы продвигались к мышлению, тогда как другие нет.

Несколько других прото-драконов наблюдали за тем как пожирали их добычу, некоторые с явным интеллектом, другие же - как звери, настороженные бойцы, готовые попытаться украсть пищу. Один сине-зеленый самец насмехался над парочкой, а затем взглянул на Малигоса, когда понял что хозяин Кейлека наблюдает за ним.

Корос. Имя ему вспомнилось, будто Кейлек знал этого самца лично. Малигос очевидно знал его, и вражда между ними была ясно видна. Корос прошипел своему сопернику, а затем воткнул свою морду в свежую добычу. Сине-зеленый самец оторвал огромную порцию кровавого мяса и начал жевать её глядя на Малигоса так, будто бы он вырвал это мясо из глотки последнего.

Кейлек почувствовал как Малигос рассматривал возможность сражения с Коросом, но опасных ход мысли был прерван появлением маленькой желтоватой самки недалеко от него. Она фыркнула от разочарования когда Алекстраза, все еще держа добычу, приземлилась недалеко от неё, и напротив хозяина Кейлека.

"Мой брат..." начал меньший прото-дракон. "Моя сестра сказала что ты нашел его."

И Малигоса и Кейлека поразило то что она была родной сестрой Алекстразы. Их цвета были разными, хотя её желтоватый оттенок не был похож на те
семейства, которые знал Кейлек благодаря Малигосу. Единственным сходством между самками была их гладкая, почти стеклянная кожа, сильно отличавшейся от типичной грубой шкуры большинства прото-драконов.

"Нас было трое в выводке. Трое выжило. Теперь только двое."

Малигос опустил голову в понимании. Для прото-драконов, выжившая кладка из трех яиц означала для семьи болезненную весть. На самом деле во многих здоровых семьях прото-драконов, болезненное потомство, такое как эта желтая самка, было бы уничтожено при вылуплении.

Казалось что она ждала более подробного объяснения от Малигоса. Наконец он сказал, "Твой брат по кладке. Его смерть была странной."

Безусловно, Кейлек на месте Малигоса не смог бы так сказать, но сестра Алекстразы казалась довольной. "Да! Он умер странно! Как он умер?"

"Я не знаю."

Меньшая самка придвинулась ближе. "Там был другой..."

"Нет, Изера!" резко прервала её Алекстраза. "Мы согласились что..."

Что бы там она не сказала, для Кейлека это было неважно, ибо он воспользовался взглядом Малигоса, что бы с изумлением взглянуть на другого Великого Аспекта. Знав Изеру последних времен - Изеру Пробужденную - он не мог себе представить, как это слабое существо стало одной из самых могущественных сил в Азероте.

Щелканье челюстей и шипение привлекли внимание Кейлека к тому что переживал Малигос. Алекстраза и Изера, их шеи изогнулись и раскачивались, будто пытаясь сразиться друг с другом. Обе они оскалились, демонстрируя друг другу острые зубы и когти, даже Изера продемонстрировала грозное зрелище. Несколько раз обе головы взметнулись, но затем успокоились.

Кейлек знал о таких конфронтациях в его собственной стае, знал что это было нормальным явлением, но про сестер это было трудно сказать. Челюсти Изеры и Алекстразы закрылись в опасной близости от глоток друг друга, и когти еще раз царапнули их шкуры.

И затем... звук подобный грому, успокоил не только сестер, но и вообще всех прото-драконов в окресностях.

Звук раздался снова, сотрясая скалистые хребты, на которых сидели Малигос и другие охотники. Некоторые прото-драконы были напуганы, и Кейлек почувствовал что даже Малигос не смог себя сдержать.

Только тогда Кейлек понял что этот невероятный звук был чудовищным рёвом.

Огромная область пасмурного неба начала отрываться, спускаясь с удивительной быстротой. Скорость заставила облака расступиться, открывая взгляду зрелище которое поразило бы не только прото-дракона, но даже самого могущественного из стаи Кейлека.

Казалось что это прото-дракон, но настолько невообразимым был его размер, что даже дракон не мог бы быть выбран для адекватного сравнения. Кейлек мог подумать только об одном существе для сравнения... и это означало бы сравнение Галакронда с самим собой.

Несмотря на то что Кейлек никогда не видел гигантского Галакронда во плоти, даже самая малая возможность того чтобы он не узнал это титаническое существо, была бы быстро уничтожена именем Галакронда, проносящимся снова и снова в разуме Малигоса. Кроме того, благодаря быстрому взгляду от Отца Драконов на других прото-драконов, Кейлек увидел, что в небе не осталось ни одного охотника. Теперь в небе господствовал Галакронд, и не было ни одного настолько глупого прото-дракона, который оспорил бы это.

Он бросился вниз, пролетев весь регион за считанные секунды. В результате этого, Галакронд напустил такой ужасный ветер, который даже сорвал нескольких прото-драконов с их гнёзд, и смёл несколько туш свежей добычи послав их далеко вниз. Рёв Галакронда сотрясал землю на целые мили вокруг, заставляя Малигоса и сестёр сильнее вжиматься в скалу.

Для такого колоссального существа, Галакронд развернулся удивительно ловко. Еще раз пролетев мимо паникующего стада, Галакронд схватил по два карибу в каждую из своих огромных передних лап, и схватил еще одного своей гигантской пастью, а затем взлетел. Закуска в его пасти быстро исчезла, направляясь вниз по пищеводу, и через мгновение за ней последовали два других карибу из его левой лапы. К тому времени как Галакронд выровнялся, весь его улов был съеден.

Но пяти было мало. Галакронд отступил назад, и бросился к рассеяной добыче. Однако на этот раз он внезапно остановился. Сбитый сначала с толку Кейлек наблюдал как изогнулись огромные крылья, создавая бурю которая десятками отправляла животных в неконтролируемых полет.

Прежде чем карибу смогли стать на ноги, Галакронд налетел на них. Схватив по крайней мере восьмерых, как успел заметить Кейлек, Отец Драконов взмыл обратно в облака.

Только спустя несколько секунд после отлёта Галакронда прото-драконы посмели пошевелиться. Охота не возобновилась; не только карибу, разбросанные далеко по окрестностям, настолько далеко, что преследование потребовало бы больших затрат силы, но и большинство прото-драконов все еще были слишком потрясены поразительным появлением Галакронда. Некоторые взлетели в небо и начали свой путь в более спокойные края. Остальные все еще были ошеломлены.

Отец Драконов... Кейлек все еще не мог поверить в то что он увидел. Быть свидетелем живого Галакронда, было тем, что Кейлек никогда не мог себе представить.

Синий мало знал о Галакронде, кроме того, что он был одним из самых больших существ когда либо ходивших по Азероту, и что он олицетворял собой переход от прото-драконов к настоящим драконам. Это не означало что Галакронд фактически породил всех нынешних драконов - это был миф, каким то образом распространившийся тысячелетия назад - но после него появились пять Аспектов и, соответственно, их эра. После этого прото-драконы почти все исчезли.

Были еще разные легенды о Галакронде, но, по правде говоря, Кейлек понимал что только трое его компаньонов знали правду. Он никогда не думал спрашивать их про Отца Драконов, но теперь желал этого.

Тем не менее, страх Кейлека быстро прошел, и сменился гневом и разочарованием - и растущими опасениями - из-за того что он оказался в ловушке среди этих древних видений. Каждое из них казалось все более реалистичным, как будто его собственное время было фантазией, и эта сцена была истинным настоящим.

Уже не в первый раз он сам попытался вернуть контроль над собой, но у него ничего не выходило. Он продолжал оставаться ничтожным, незаметным фантомом, пойманным в ловушку в разуме Малигоса. Даже Алекстраза и Изера - которые в будущем будут иметь способности что бы почувствовать его присутствие - всё так же с любопытством смотрели на самца рядом с ними.

Я освобожусь! Кейлек резко взревел, но его рев не услышал никто, кроме его самого. Лишенный горла - или тела - он чувствовал себя ни чем иным как воспоминанием которое все забыли.

Смех наполнил его слух - точнее слух Малигоса. Кейлек сразу подумал что кто-то издевался над ним, но на самом деле, смех был нацелен на других прото-драконов, и исходил от угольно серого самца, немного крупнее остальных, который насмехался над остальными.

"Маленькие птенцы!" проревел он. "Боятся неба! Боятся земли! Галакронд смеется над вашими страхами, и я, Нелтарион, тоже!"

Некоторые прото-драконы зашипели на серого самца, но никто не бросил ему вызов. По их взглядам было понятно, что он сильнее, и может постоять за свои слова. Даже те прото-драконы, у которых разума было немногим больше чем у их добычи, знали, что лучше не вступать в схватку.

Нелтарион? Он наконец осознал это имя. Кейлек тщетно пытался контролировать тело Малигоса, тогда как новоприбывший, все еще смеясь, улетел. Там где Галакронд был потрясающей, тревожной легендой, этот серый самец представлял опасность для будущей жизни всего Азерота. Кейлек не мог себе представить существо злее чем Нелтарион.

Конечно, для времени синего, серый самец был более известен под другим именем...

Смертокрыл.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/38005/138209

Переводчики: kalak4a