Готовый перевод J. R. WARD "LOVER AT LAST" / Дж.Р.Уорд "Долгожданный любовник": 28 глава

Так как Блей лежал на кровати Квинна, приподнявшись на подушках, его голова почти оторвалась от позвоночника. Все вышло из под контроля, но это не замедлило его ни в коей мере. Его бедра ходили вверх и вниз, толкая его член в сосущий рот Квинна.

Слава Богу, свет был выключен.

Одних только ощущений было слишком много, добавлять к ним видимость? Он бы не выдержал...

Оргазм налетел на него, его дыхание прервалось, его тело закаменело по всей длине, его член тяжело взбрыкнул. И, когда на него накатили сладкие судороги, его доил этот рот, и мужчина, высасывающий его, удерживал этот выброс, несущийся через него, покалывающие волны удовольствия, проносящиеся от мозга к шарам, его тело, улетающее в другую плоскость существования.

Без предупреждения его перевернула грубая рука, управляясь с его телом с такой легкостью, как будто оно ни черта не весило. Затем рука выстрелила под его таз и подняла его на колени. Было краткое мгновение затишья, во время которого все, что он слышал, это тяжелое дыхание позади него, дыхание, становившееся быстрее и тяжелее...

Он слышал оргазм Квинна и точно знал, что это было.

Хотя его тело ослабело от нетерпения, он знал, что все будет хорошо и был готов, когда тяжелая рука опустилась на плечо и...

Проникновение было раскаленным железом, жестоким и горячим, достигающим самой его сути. И он выругался на вырвавшемся выдохе, не потому, что оно причинило боль, хотя и это было в лучшем смысле этого слова. Даже не потому, что это было то, чего он всегда хотел, хотя и не имел.

Нет, это было из-за странного чувства, что он был отмечен... и по некоторым причинам это подготовило его...

Шипение прозвучало прямо в его ухо и затем пара клыков погрузились в его плечо, хватка Квинна движущая его бедра, его торс заблокированный во многих местах сейчас. А потом начались безжалостные удары, заставлявшие коренные зубы Блея стучать, его руки удерживать их тела вертикально, а ноги и тело напрягаться под натиском.

Он чувствовал, что спинка кровати хлопала в противоположную стену и, в течение доли секунды, он вспомнил люстру в библиотеке, движущуюся назад и вперед, когда Лейла проходила через это.

Блей проклял эту картинку. Он не мог позволить себе пойти туда, он просто не мог. Бог знал, у него будет достаточно времени, чтобы подробно остановиться на этой фигне позже.

Прямо сейчас? Эта минута была слишком хороша, чтобы тратить ее...

В то время как удары продолжались, его ладони скользили на отличных хлопчатобумажных простынях и он должен был изменить их положение, отталкиваясь ногами в мягкий матрас, чтобы попытаться удержать себя на месте. Боже, звуки, которые Квинн издавал, ворчание, прорывавшееся между клыками погруженными в плечо, стук... да, это было изголовье. Определенно.

С давлением, снова растущим в его шарах, он испытал желание погладить себя, но на это не было никакой надежды. Он нуждался в обеих руках для выполнения своей работы...

Квинн будто услышал его мысли,мужчина протянул руку и схватил его.

Большего не требовалось. Блей с силой влетел в свое виденье "мерцай, мерцай маленькая звездочка" и в тот же миг Квинн тоже достиг оргазма, эти бедра, поражающие копьем и замирающие на долю секунды перед медленным уходом и возвращением для следующего глубокого взрывного толчка. И да, вау, сочетание их одновременной разрядки было настолько эротичным, что воспламенило их снова: не было никакого перерыва для восстановления, вообще никакой паузы. Квинн просто возобновил движения, как будто только что произошедшее освобождение сделало его потребность только сильнее.

Секс был жестким и, несмотря на всю силу, применяемую им верхней половиной тела, Блей закончил тем, что полностью съехал с кровати, одной рукой упираясь в край стола, чтобы удержать его от удара об стену.

Грохот.

- Дерьмо, - сказал он грубо.-Лампа.

Но Квинна не интересовала домашняя мебель. Мужчина просто дернул голову Блея назад и начал целовать его, проникая языком с пирсингом в его рот, лизать и сосать...как будто он никак не мог насытиться.

У него закружилась голова от всего этого. В его фантазиях, он представлял Квинна как свирепого любовника, но это был...другой уровень.

Как будто издалека он услышал собственный гортанный голос: "Укуси меня... снова..."

Сверху раздалось громкое рычание, а затем с шипением, разорвавшим темноту, Квинн сменил положение, закручивая свое массивное тело так, чтобы его острые клыки могли глубоко погрузиться в горло сбоку.

Блей выругался и смел остатки вещей со стола, его вспотевшая грудь, занявшая их место, скрипела об лак, так как он наполовину лежал на боку. Выбросив руку, он поймал плоскость пола и отталкивался назад, сохраняя их положение устойчивым, в то время как Квинн питался и так отлично его трахал...

Не сосчитать, сколько подушек оказалось на полу, листы были вырваны, свалилась еще одна лампа и он не был уверен, но ему показалось, что они сбили картину со стены над кроватью.

Когда неподвижность, наконец, заменила все напряжение и усилия, Блей тяжело дышал, по прежнему чувствуя себя так, как будто оказался под водой.

Квинн делал то же самое.

Растущий влажный участок в горле Блея предполагал, что все настолько вышло из-под контроля, что не было никакого запечатывания вены, которая была взята. Какая разница. Он ни о чем не заботился, ни о чем не думал, ни о чем не волновался. Кайфующее, плавающее последствие было слишком великолепно, чтобы его испортить, тело было одновременно сверхчувствительным и окаменелым, горячим и прохладным, голодным и насыщенным.

Черт, листы нужно будет собрать и отчистить. И Фритцу прийдется найти немного Суперклея для тех ламп.

Где именно он находился?

Опустив руку, он похлопал вокруг и наткнулся на пыльный ковер... и одеяло. О правильно, свисающее с дальнего конца кровати. Все еще раскачивающейся после главного натиска.

Когда Квинн наконец освободил его, Блей хотел отодвинуться, но похоже его тело решило стать неодушевленным предметом. Больше похожее, например, на рулон ткани...

Нежные руки подняли его и осторожно перевернули на спину. Было еще несколько быстрых движений и потом его снова уложили на подушки, которые вернулись на свое законное место. И наконец, легкое одеяло прикрыло его тело наполовину, как будто Квинн знал, что ему слишком жарко, чтобы укрываться полностью, но одновременно он чувствовал легкий озноб, когда начали высыхать покрывавшие его капельки пота.

Его волосы были убраны назад со лба, затем голову слега отвернули в сторону. Нежные как шелк губы прошлись вниз по колонне его шеи, а потом длинные, медленные движения языка запечатали колотые раны, о которых он просил и которые получил.

Когда дело было закончено, он позволил своей голове повернуться к Квинну. Хотя было темно, он точно знал, каким сейчас было, смотрящее в его собственное, лицо: румянец на щеках, прикрытые веки, красные губы...

Поцелуй, который накрыл его губы, был полон благоговения, прикосновение не тяжелее теплого, спокойного воздуха в комнате. Это был несомненно любящий поцелуй, и этого он жаждал не менее, чем горячего секса, который у них только что был...

Во мгновение ока паника ударила в центр его груди и устремилась наружу.

Его руки, как будто по своей собственной воле, вылетели вперед, отталкивая Квинна прочь. "Не трогай меня. Никогда не дотрагивайся до меня подобным образом.”

Выскочив из кровати, он приземлился один Бог знает где. Ударяясь о различные предметы мебели, он пошарил вокруг, но потом смог сориентироваться по тонкой линии света, которая сияла под выходом.

Схватив свой халат с пола, он ушел, не оглядываясь.

Не способный посмотреть на последствия при свете.

Как будто это сделает все произошедшее слишком реальным.

В конце концов, Квинну пришлось включить свет в своей спальне. Он больше не мог находиться в темноте.

Когда зажглось освещение, он крепко зажмурился и поднял руки, чтобы прикрыть глаза. После того как сетчатка пришла в норму, он огляделся вокруг.

Хаос. Полный хаос.

Значит все это произошло на самом деле. И самое нелепое, что внутри его головы что-то заставило этот проклятый беспорядок выглядеть похожим на место военных действий.

Не дотрагивайся до меня подобным образом.

О черт, подумал он, потирая лицо. Он не мог винить парня.

Он проявил столько же изящества, как бульдозер. Разрушающее ядро. Вооруженный танк. Проблема оказалась в том, что всего было так много, что не хватило никакого терпения: инстинкт, чистый как октан и такой же взрывоопасный, мгновенно вспыхнул в нем... И их соитие выплеснуло все это дерьмо.

О, Боже, он отметил парня.

Черт. Это не очень хорошо, учитывая что Блей был влюблен и находился в отношениях...и возвращается в постель к своему любовнику.

С другой стороны, когда мужчина бывает с тем, кого он хочет, особенно если это их первый раз, именно это и происходит. Вот ад и вырвался на свободу ….

Само собой разумеется, это был лучший секс в его жизни, первое стопроцентное попадание после длинной череды промахов. В конце концов, дело было в том, что он хотел чтобы Блей знал, он пытался найти слова и полагался на прикосновение, чтобы проложить путь к признанию.

Но было ясно, что мужчины не хотел быть рядом.

Что вызвало еще более глубокое сожаление.

Секс для мести был не из-за притяжения, речь шла о полезности. Блей просто использовал его, как он и просил.

То ощущение пустоты вернулось усиленное в десятки раз. Сторицей.

Не выдержав эмоций, он вскочил на ноги, все проклиная: заметное напряжение в пояснице, крушение самолета, всю пневматику, то как он как он провел последний час... или больше...

Дерьмо.

Войдя в ванную, он оставил свет выключенным, его было более чем достаточно, чтобы пройти из спальни и включить душ. В данный момент ему нужна была теплая вода, чтобы согреться, его тело было не готово к новой порции шока.

Это было так жалко, смыть запах Блея со своей кожи было последней вещью, которую он хотел, но он сводил его с ума. Боже, именно это наверное чувствовали все хеллрены в доме, когда связывались: он был готов пройти по коридору, ворваться в комнату Блея и отпихнуть с пути Секстона. Фактически, он любил бы вместо своего кузена, просто для того, чтобы парень знал, что...

Чтобы обрезать эти гребаные мысли, он шагнул за стеклянное ограждение и взял мыло.

Блей был в близких отношениях, отметил он для себя снова.

В этом сексе просто не было эмоционального объединения.

Так что, в этот момент пустоты, он просто получил в ответ собственный вариант истории.

Похоже это был еще один случай, когда судьба дает ему то, что он заслужил.

Он вымылся с мылом, которое не было и вполовину такими же мягким, как кожа Блея, и от него даже на четверть не пахло так хорошо. Вода была менее горячей, чем кровь бойца и шампунь не подходил в качестве успокаивающего. Не было ничего похожего.

И никогда ничего не будет.

Когда Квинн повернул лицо к брызгам и открыл рот, оказалось, что он молится, чтобы размолвка с Сэкстоном повторилась снова; даже если дерьмово с его стороны надеяться на это.

У него было ужасное чувство, что другой случай измены был единственной возможностью того, что Блей придет к нему снова.

Закрыв глаза, он вернулся в тот момент, когда он поцеловал Блея в конце ... на самом деле, по-настоящему поцеловал его, их рты мягко встретились в тишине после шторма. И его разум переписал сценарий, он не был откинут к противоположной стороне границы, которую он сам создал. Нет, в его воображении все закончилось так, как должно было закончиться: он, поглаживающий лицо Блея и горящие огни, чтобы они могли смотреть друг на друга.

В его фантазии, он поцеловал своего лучшего друга снова, отстранился, и ...

- Я люблю тебя, - сказал он в брызги душа. - Я...люблю тебя.

Когда он закрыл глаза от боли,было трудно понять,как много из того,что катилось по щекам была вода и сколько что-то другое.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/38952/142759

Переводчики: Lucky13a, Lenapw001, iconka