Готовый перевод Lili St. Crow ;Strange Angels. Jealousy / Странные ангелы. Ревность: 23 глава

ГЛАВА 23

Потребовалось три дампира с горящими глазами — все они были взбудоражены и перепачканы кровью — чтобы поднять Пепла и унести его. Я потянулась из рук Кристофа.

— Нет, пожалуйста, нет, я должна пойти с ним, нет...

— Стой смирно, — Кристоф приложил руку к царапине на моем лбу, я даже не помнила, как получила ее. — Кости целы, кровотечений нет. Благодарю Бога, моя пташка... — его голубые глаза были проницательными, он смотрел на мое лицо. Когда его второе обличье ушло, волосы засияли золотом. Лиса испарилась, но я не беспокоилась по этому поводу. — Тише.

— Я хочу пойти с ним, — я посмотрела на Кристофа, такое ощущение, что в горле было полно сухих камней. — Где ты был?

— Наблюдал за твоим окном. Я сказал тебе, что не оставлю тебя без защиты. Я также сказал оборотням заботиться о тебе. Когда мои руки доберутся до...

Что привело меня к еще одному вопросу. Я снова попыталась выскользнуть.

— Спиннинг. Ты видел его? Он...

Кристоф схватил меня за плечи.

— Роберт? Он ранен, в остальном все хорошо. Где лупгару? Я думал, что он будет с тобой. Нет, пожалуйста, Дрю. Тише, успокойся, позволь мне делать свою работу.

— Работу? Господи Боже, это же были вампиры! Пепел...он...

— Он сможет жить. Я никогда не думал, что оборотень сможет сделать такое. Но он Сломленный, и... ладно. В любом случае ты в безопасности. Все остальное не имеет значения.

— Рейнард! — знакомый голос. Бенжамин вылетел из-за угла, его ноги, обутые в кроссовки, скользили по жирным отбросам и гниющей вампирской крови. Он осмотрелся, темные глаза прошлись по всему. — Какого черта ты здесь делаешь? — он выглядел, как ад. Он был избит, синяки пересекали одну сторону лица, волосы дико взъерошены, его одежда также была порвана, и я увидела — и даже не удивилась — что он в белом кулаке держал малайку. Он увидел меня и почти задохнулся. Его глаза сверкали.

— Вот ты где! — он сделал шаг вперед. — Где ты была? Что ты делала? Как ты сбежала? Мы собирались...

— Оставь ее в покое, — сказал мягко Кристоф, и Бенжамин стал белым и почти проглотил свой язык. — Твоя команда?

— Все еще эффективна. Некоторые незначительные ранения, — но плечи дампира выпрямились, и он фактически выглядел гордым.

— Моя вера в тебя восстановлена, — но Кристоф не отрывал взгляд от моего лица. Его брови сошлись вместе. Я с трудом сглотнула и резко упала возле стены. — Оцените размер ущерба в комнате миледи, и, пожалуйста, пришлите мне Леонтуса. Спасибо.

Думаю, я впервые слышала, чтобы прогнали дампира, хотя не так многословно. Бенжамин с любопытством отсалютовал мне свободной рукой, посмотрел на меня.

— Миледи, — и он исчез дальше по коридору — бежал изо всех сил.

— У тебя был трудный спарринг? — рука Кристофа поднялась. Я вздрогнула, но он положил кончики пальцев на мою щеку. Я почти забыла про тени синяков на моем лице, думала, что, возможно, беспорядок скрыл бы все. Мне следовало бы лучше знать; он не много упустил.

— Анна, — вырвалось только одно слово, и я пожалела об этом. Лицо Кристофа ожесточилось, и он отпустил меня.

Теперь коридор был заполнен толпой дампиров, в большинстве своем более старшими студентами. Они удостоверились, что вампиры не были вооружены, и звуки неистовства и потрескивания вызвали тошноту. От того, что вампирская кровь разъедала материю, в коридоре стоял палящий нос дым. Кристоф начал отдавать приказы, и каждый дампир подчинялся, как будто тот был учителем или типа того. У них на лицах было видно облегчение из-за того, что кто-то был здесь и говорил, что делать.

Я знаю это чувство. Я всегда чувствовала себя лучше, когда папа был рядом, чтобы сказать, какого черта происходило и что я должна делать. Я старалась не смотреть на беспорядок на полу. Каждый синяк и мышца начали дрожать. Мои волосы висели на лице, светлые пряди появились и исчезли в локонах, когда второе обличье прошлось по мне и ушло.

Худощавый блондин-дампир подошел на расстояние пушечного выстрела с, представьте себе, банкой колы. Кристоф с кивком вынул ее из его пальцев и повернулся ко мне.

— Вот. Тебе нужен сахар.

— Рейнард, — Леон появился из воздуха. — Совет пронюхал это. Они в пути.

— Это не важно. Она в безопасности, — Кристоф обернул мои пальцы вокруг холодного алюминия, банка уже была в конденсате. — Теперь я могу себе позволить быть пойманным, все идет своим чередом.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — Леон кинул мне мрачный взгляд. — Она почти беспомощна. Я не могу быть везде и сразу. Так же как Колстэд. Особенно с тех пор, как они не освободили его и остальные классы.

— Они не... — Кристоф принял это и пожал плечами. — Где лупгару? — сказал он мягко, как будто его это не волновало.

Леон напрягся.

— Он не с ней?

— Нет. Только Сломленный. И почему, во имя всего святого, ее оставили одну с Анной?

— Что? — Леон кинул мне очень тяжелый взгляд, его пристальный взгляд прошелся по всем моим синякам. Он медленно и мягко чертыхнулся. За углом происходили беспорядки, и теперь они становились ближе. Были слышны крики, все обменивались информацией. — Иди, — сказал дампир с мышиными волосами настойчивым шепотом. — Если они тебя поймают...

Улыбка Кристофа была чудесно сладкой. Когда он так усмехался, он выглядел более привлекательно, чем обычно — намек на опасность, который угрожает остановить сердце девчонки.

— Зачем, Леонтус? Я не знал, что тебя это заботит, — он посмотрел назад на меня. — Я сказал пей, птаха. Ты будешь сожалеть, если не выпьешь.

Я сорвала язычок и сделала длинный глоток холодной, шипящей жидкости. Газировка ужалила горло. Все дрогнуло передо мной, коридор был как в тумане.

Где Грейвс? Он должен быть здесь. Реальность того, что произошло, ударила меня. Я повернула голову, ржавые, железные связки скрипели в шее.

— Боже, — прошептала я. Перед дверью было огромное, черное пятно, из него все еще шел пар.

Я просто очень, очень сильно хотела увидеть Грейвса. Я хотела увидеть его лицо и услышать, что бы он сделал. Я хотела чувствовать его руку на своих плечах, потому что когда он так делал, то я чувствовала, будто могла осилить все что угодно. Включая это.

Вместо этого я осела возле стены и механически сделала еще глоток колы.

— Я серьезно, — сказал Леон настойчиво, и беспорядок за углом достиг более высокого тона.

— Светоча! — это был Кир, я вспомнила его голос. — Где светоча?

Он выкатился из-за угла, и коридор внезапно волшебным образом стал пустым. Старшие студенты исчезли, и я не винила их. Было похоже на приближение грозы или странное спокойствие после сирен, но перед торнадо.

Хиро был позади него, а Брюс завершал трио. Все трое остановились замертво. Кир покраснел до корней волос, а Хиро рванулся вперед.

Брюс схватил японца-дампира.

— Осторожнее, приятель.

— Да, держите его на месте, — Кристоф скрестил руки на груди. — Я бы не хотел, чтобы его семья стремилась отомстить за него.

Хиро прошипел что-то, клыки выставлены наружу, а губы сжаты. Это не звучало, как вежливое «привет».

Я не могла удержаться. Углекислый газ поднялся к горлу. И я рыгнула. Это была красивая, долгая, громкая отрыжка. Но это урегулировало мой скручивающий со спазмами желудок. Сахар в содовой помог бы предотвратить шок. Конечно, я потерпела бы позже крах.

Леон рассмеялся, он прикрыл рот рукой, как если бы хотел заманить смех в ловушку и сохранить его для потомства.

Кристоф слегка улыбнулся, но он был напряжен. И второе обличье не сходило с него. Глаза Хиро стали странного янтарного цвета. Его короткие, черные волосы стали дыбом, а руки медленно сжались в кулаки, потом расслабились — и опять сжались, как будто он представлял, что в них находится голова Кристофа.

Мне было все равно, что они делали так долго, пока я могла пойти прилечь где-нибудь. Я почти заболела желанием увидеть Грейвса.

Я решила, что было бы лучше получить ответы, пока я владела всеобщим вниманием.

— Грейвс. Где он? — потому что я смываюсь из города. Я просто не могу больше терпеть это.

— Я не знаю, — рука Леона опустилась, но я заметила, что он тщательно разместился между Кристофом и этими тремя из Совета. — Я думал, что он был с вами, миледи.

— Я не видела его после... после спортзала, — это заставило почувствовать меня слабой. От одной противной борьбы к другой, и Пепел...

Я ничего не могла сделать. Я просто выдохлась и стояла там, как дерево, кока-кола поднималась к горлу.

— Это там ты получила те синяки? — Кристоф даже не смотрел на меня. Он был слишком занят тем, что пытался смутить Хиро. — Без сомнения, это любовь. Где была Красная Стерва, пока моя пташка практиковалась, Кир? Ты, скорее всего, тот, кто должен знать это, не так ли? И Брюс. Я вижу ты перестал пить из вены.

— Леди Анна сама по себе, — Брюс все еще держал лацканы Хиро. Его волосы стояли торчком, темные кудри корчились друг перед другом, как волосы вампирши, и я чувствовала себя больной снова и снова. — Когда она придет в себя, будет принято решение. Я не хочу арестовывать тебя, Рейнард. Тебе лучше уйти.

— И оставить мою принцессу здесь, на вашу милость? Когда она уже перенесла это? Цветок Братства здесь, оно поклялось защищать ее, а всю работу пришлось делать Сломленному оборотню, — Кристоф покачал своей темной, гладкой головой. — Я очень разочарован.

Кир стал еще больше пунцового цвета, почти как его волосы. Брюс кинул Хиро многозначительный, оценивающий взгляд и отпустил его. Хиро отряхнул лацканы своего серого костюма, его длинные, красивые пальцы передвигались с паукообразной точностью.

Наконец Леон задвигался. Он стал позади Кристофа — передо мной.

— Вам следует больше думать об этом. Вы использовали трансформацию, правильно? Она становится сильнее?

Я кивнула.

— Там... их было трое, и Пепел...

— Слава Богу, они не поймали тебя в той клетке. Даже так близко к становлению, тебя могли бы убить, — он проговаривал слова достаточно громко, чтобы было ясно: он пытался сгладить раздражаемую атмосферу или типа того. Очень мило с его стороны.

Я подыскивала слова.

— Пепел сошел с ума. Я... я освободила его. Он привел меня сюда.

— Подальше от драки, — кивок одобрения. Прекрасные, длинные волосы упали в глаза Леона. Он выглядел так же, как каждое утро, и я была рада этому. Если я сосредоточусь на нем, то смогу не смотреть на все остальное. — Большинство из них ворвались в вашу комнату, миледи. Перерыли все, пока искали вас. Эти трое, вероятно, стремились применить эвтаназию к Сломленному.

— Эвтаназия? С каких пор ты используешь эвфемизмы[26], Леонтус? Ты имеешь в виду убийство, — Кристоф вообще не расслабился. Я поняла, что никто из них не осмелился подойти к нему ближе. — Полагаю, я пристыдил всех вас достаточно, чтобы вы помнили свой ​​долг?

Леон почти фыркнул.

— Я был там, где был, Рейнард. Сохрани свою ярость для того, кто выдал местоположение комнаты девчонки убийцам носферату.

Девчонки. Как будто меня здесь не было. То есть я была бы рада не находиться здесь. Я закрыла глаза и откинула назад ноющую голову.

Я почувствовала ее прибытие, как штормовой фронт. Тепло парфюма столкнулось с гнилью вампиров и запахом яблочного пирога Кристофа. Из-за смеси запахов я почувствовала легкое головокружение. Как газовые пары в ожидании искры.

Леон поставил меня на ноги. Он не затрагивал пальцами старые и новые синяки, и я была благодарна за это.

— Она падает в обморок, — заметил он спокойно.

— Здесь есть какое-нибудь место для дочери Элизабет, которое квалифицируется, как безопасное? — тон Кристофа мог разрезать камень.

— Кристоф, — Анна странно затаила дыхание. — Что происходит? Что ты здесь делаешь? Кир, почему его не арестовали? Он предатель...

— Думай, что говоришь, — голос Кристофа прервал ее. Леон был силен для кого-то настолько худого, и я была действительно благодарна, потому что мои коленки подогнулись. Банка колы ударилась о пол с глухим стуком. Больше беспорядка — больше уборки. — Я требую полноценного Судебного процесса в соответствии с Кодексом.

— Ты находишься вне Кодекса, — вы могли увидеть самодовольную ухмылку Анны, услышать, как она говорила. Мне пришло в голову то, что она никому не позволяла спорить с собой. Не позволяла, не тогда, когда она говорила таким тоном. — Ты предатель, Рейнард, и ты переоценил себя.

Боже. Они разговаривали не по-детски. Мои глаза все еще были плотно закрыты. Зашелестел материал. Температура упала, стало почти так же холодно, как несколько минут назад, пока вампиры преследовали Пепла и меня.

Ярость Кристофа ощущалась, как конденсат на холодной коже.

— Если они подойдут ближе, Красная Королева, ты потеряешь своих симпатичных телохранителей.

Тишина. Напряженная, тикающая тишина. Я открыла глаза и посмотрела поверх плеча Леона.

Анна стояла позади трех стройных, темноволосых дампиров. Все трое носили красные футболки, и у меня в голове появилась не очень хорошая идея о том, что она выбрала их только из-за внешности.

Не близнецы, но, возможно, братья. И в красных рубашках? Не очень хороший выбор. Они случайно не смотрели «Звездный путь»?

Двое из них указывали 9-миллимитровками на Кристофа. Тот, что в центре — я видела его раньше — просто стоял, в руках ничего не было, глаза пустые, смотрел на Кристофа. Кир, Брюс и Хиро стояли в стороне, Хиро лишь слегка переместил свой вес вперед. Мысль, что он просто может броситься на Анну, вернулась и окружила мой больной, затуманенный мозг.

Взгляд голубых глаз Анны столкнулся со взглядом Кристофа. Ее лицо в виде сердца было бескровно бледным, а волосы — прекрасная масса сгруппированных, красных, крашеных локонов. На ней опять был шелк — плотно зашнурованное, старомодное платье с белоснежным кружевом вокруг квадратного выреза, больше кружева расходилось от манжет.

У меня появилась идея, что она специально сделала макияж для этого случая. Не то, чтобы она в нем сильно нуждалась. Она была целиком и полностью красивой, кроме ненависти, сияющей в глазах.

Это походило на старое шоу из Вестернов. Я бы не удивилась, если бы сейчас увидела перекати-поле.

Брюс прочистил горло.

— На самом деле он не вне Кодекса.

Анна бросила ему яркий, ядовитый взгляд.

— Я глава Совета, и...

— Ты светоча, — решительно сказал Хиро. — Кодекс хранит принципы Братства. Брюс является временной главой Совета, — он сделал паузу. Призрак противного удовлетворения окрасил его тон. — Все Судебные процессы, которые он объявляет, находятся в его компетенции.

— Секунду, — Кир переместил свой вес, как если бы он сделал шаг вперед, подумал хорошенько об этом, когда Кристоф обратил свое холодное внимание на него. — Откуда мы можем знать, что он не исчезнет?

— У меня нет намерений исчезать, — проинформировал его Кристоф. — Если ты захочешь найти меня, смотри там, где находится Дрю. Ее местоположение не держится в секрете, как местоположение Анны, у нее нет охранников, в отличии от Анны, ее личность в опасности, — он элегантно склонил голову, и на долю секунды губа Анны выпятилась, прежде чем ее лицо сгладилось, — и пока она на уроках, она находится с обычными учениками, вместо того чтобы заниматься с наставниками, как занималась Анна. Что точно происходит здесь? Пожалуйста, просвети меня, Кир.

— Я глава Братства! — Анна рванулась вперед, послышался шелест юбок, и она протолкнулась мимо своих дампиров. — Это же Рейнард! Он предатель! Он сын Сергея!

Боже, она действительно ненавидит его. Я сосредоточилась на том, чтобы избавиться от головной боли, которая грозила проглотить меня.

— Также в рамках Кодекса, он в праве просить полного Судебного разбирательства, миледи, — тон Брюса был обманчиво мягким.

— Тогда надо созвать Совет. Мы проголосуем.

Брюс выпрямился. Его подбородок немного поднялся.

— Это не вопрос голосования. Но если вы любой ценой хотите созвать собрание, то пожалуйста. Хотя нам придется подождать, пока миледи Дрю не сможет присутствовать или определять полномочия.

Я подумала, что мне следует запротестовать, но Леон потряс головой. Только немного.

Я только хотела увидеть Грейвса. Мне в голову пришла мысль, что он помог бы уладить это. Или, по крайней мере, если бы он был здесь, я могла бы освободить голову и знала бы, что все будет хорошо, когда я проснусь.

Если бы могла, я бы попросила его лежать на кровати рядом со мной и просто дышать. Таким образом я бы знала, что все хорошо.

Тогда действительность ударила меня.

Он, вероятно, ушел, сделал именно так, как я хотела. Он, вероятно, устал от всего этого, от меня и покинул меня. Я обещала не уходить без него, но он не обещал.

— Она не подходит для Совета, — зубы Анны были стиснуты так сильно, что, вероятно, словам трудно было выходить. Красные искры, вращаясь, танцевали в ее зрачках. — Брюс, ты не можешь...

— Могу и сделаю. Она светоча; у нее есть право. Помните? Ваши собственные слова дают о себе знать, миледи. Думаю, вам лучше вести себя тихо. Тем более, что я намерен полностью расследовать обвинения Кристофа. Я не подписывал директиву, чтобы поместить миледи Андерсон ко всем ученикам.

— Предатели! — прошипела она. — Все вы. Предатели!

— Ты разбрасываешь это слово так часто, — Кристоф наклонился вперед, перемещая весь свой вес на пятки. Я узнала эту позицию. Папа выглядел также, когда выбирал кого-то для драки. — Интересно, почему так?

— Ты и твоя маленькая сучка...

Я скользнула в сторону, проигрывая битву с тьмой. Леон поймал меня и, по крайней мере, не причинил мне боль.

— Подерешься позже, — сказал он через плечо. — Или, по крайней мере, позволь мне убрать ее отсюда. Ради Бога, она даже не прошла становления!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39675/156599

Переводчики: TheAngelOfNight