Готовый перевод El Pan Nuestro / Хлеб Наш: 23-28 стр

крадет, а если не может украсть - убивает. Зубами, если нужно, убивает, но у ее ребенка всегда есть кусок хлеба. Ох! Дай своему ребенку мать, такую мать как следует, какими являются матери, и увидишь, он больше ничего не попросит, ему больше ничего не будет надо.

Хулия: Литература... литература!... Как просто так говорить!... Сколько матерей с ребенком на руках слоняются по свету!... Сколько детей плачут от голода на руках матерей?! И умирают по порогам от холода, на руках матерей! Бороться, да? А что делать тебе в мире, одинокой, беззащитной, брошенной, бесполезной? Те руки, что могут, по твоим словам, служить для работы или воровства, заняты, связаны, заполнены ребенком! Оттолкнуть его?! Доверить рукам незнакомцев?! Как поступить? Что можно сделать? И даже если все не так, что потом? Когда увидишь как он растет, как начинает думать... что с ним делать? как воспитать? В таком случае, ты готовишь его к борьбе? Что ты ответишь ему, когда он спросит о своем отце, его имени, семейном положении? А если родится девочка? Если это будет женщина? Боже, если это будет девочка!

Амелия: Это не первый случай, и не последний.

Хулия: Нет, и потому полны несчастными тюрьмы, и улицы полны отчаявшмися!

Амелия: Не преувеличивай! С другой стороны, ты не будешь одна. У тебя будем мы с Рикардо, чтобы заботится и о тебе, и о твоем ребенке.

Хулия: Нет, Амелия. Не будем строить иллюзий.

Амелия: ты не веришь, что?..

Хулия: Да, конечно. Но вы не богаты. Вы уже боретесь достаточно за самих себя. К тому же у вас самих будут дети... и когда они появятся... тогда увидите с каким благородным эгоизмом вы станете защищать свой хлеб! Нет. Нет, не станем закладывать наш альтруизм. Не станем подписывать бумаги под наше завтрашнее самопожертвование! Рикардо только одним может помочь и мне, и себе. Я уже сказала тебе.

Амелия: Нет, я его знаю. Он скорее умрет, чем сделает это. Кроме того... риск, которому ты бы подверглась.

Хулия: Какой риск?

Амелия: Вплоть до смерти.

Хулия: Если только это... я пришла к тому, чтобы желать этого, клянусь тебе! Я даже чувствую, что могла бы...

Амелия: Молчи! Ты меня выводишь из себя, приводишь в отчаяние! одна только мысль об этом... нет! ты этого не сделашь? не сможешь? Правда ведь?

Хулия: не знаю, не знаю!

Амелия: Сколько боли! Господи, сколько боли!.. Сколько позора, сколько преступлений тебе не пришлось бы карать в этом мире, когда ни в животе матери, ни в голове ангела не задержалась бы ярость твоя. Как несчастны! Как мы несчастны!

Хулия: Видишь? Зачем тебе было знать? Зачем ворошить прошлое? мечты... золотые замки прошлого... Златоволосый принц! в своем белом домике! Погляди, какова реальность...

(звонит дверной звонок)

Амелия: (удивлена утренним светом, просачивающимся сквозь щели в ставнях) Газетчик! Боже! Уже пришел газетчик!... (с сомнением открывает одну ставню. Комната освещается наполовину мутны утренним светом) Ложись спать, Хулия! Быстро! чтобы они не увидели тебя, когда проснутся... ложись.

(Поспешно выходит. Хулия останавливается и пытается идти, но позволяет себе без сил упасть на стул. Слышен колокольный звон соседней церкви, привывающей на рассветную мессу; первые проезжающие машины и гудок фабрики)

Амелия: (вновь входит в комнату и, увидев сестру без чувств, подбегает к ней, сдерживая крик) Хулия! Хулия! Тебе стало плохо?

Хулия: Не зови никого пока... подожди пока я лягу... ничего страшного...

Амелия: Да, приляг... пойдем... обопрись на меня... пойдем... скорее...

Хулия: (опираясь на сестру) да, пойдем. Не пугайся... ничего серьезного... видишь? все как раньше. Рассвет нас снова застал.

(Занавес медленно опускается; в это время две женщины с трудом двигаются к спальне на заднем плане)

АКТ III

Декорации те же, что и в предыдущих

СЦЕНА I

Амелия: (стоит возле окна, поворачивается и, позволяя себе опуститься на стул) Боже мой! Боже мой!

Хосе: Ладно, ладно, ладно... Бедняжка.

Исидро: Да, бедняжка! так и есть, до сих пор ее жалеете! Будь прокляты все бабы!

Амелия: Замолчи!

Исидро: Да, я подозревал...

Амелия: (прислушиваясь) Ну-ка?.. Молчи... нет. (в сторону Пепе, играющего на гитаре в соседней комнате) Боже, Пепе, не может быть, что у тебя еще хватает совести...

СЦЕНА II

Те же и Пепе.

Пепе: (говорит из комнаты) Не знаю чего вы от меня хотите! Уже и позаниматься нельзя, чёрт...

(Появляется из двери справа с гитарой в руке и окурком во рту. Останавливая нервозно прохаживающегося Исидро) дашь прикурить? (прикурив) Столько размышлений!.. Столько волнений!... Хватит. Что с ней станется!

Хосе: Ладно, ладно, ладно...

Пепе: Ладно, ладно! Как будто мы что-то изменим свооей мрачностью... Ушла? Хорошо, правильно сделала. С тем, что ждет ее здесь, лучше ей быть в больнице; она наверняка туда отправилась, чтобы покончить с этим.

Амелия: Замолчи же ты, бестия!

Пепе: Да, бестия! Если бы замашки этой девочки тебе стоили невесты, как и мне, посмотрел бы я, как ты бы ее защищала.

СЦЕНА III

Те же и Луиза

Луиза: (выходит полуодетая, с полотенцем на плечах, завивая волосы щипцами) Ссора с невестой! Яркий пример безвкусицы. Пусть благодарит Бога, что с ней не случилось того же, хоть она и напрашивалась.

Пепе: Не твое дело!

Луиза: Какая хрупкая! Надо ее беречь, чтоб не сломалась! Кривляка!

Исидро: Вы когда-нибудь прекратите? Проклятие!

Пепе: (изображая, будто поводит плащом торреодора) Сам ураган!

Амелия: Бесчувственная скотина! Он шутит... Продолжай шутить, когда твоя сестра, быть может именно сейчас...

Пепе: Я не стану ее так сильно задевать.

Исидро: Смотри, это лучшее, что она могла сделать, лучше, чем свалится на мою шею, уверяю тебя!

Амелия: Да, ты бы вот так смог. Пойти работать и поддерживать доброе имя семьи ты не можешь, а это бы смог.

Исидро: (угрожая Амелии) Амелия, я уже на взводе и...

Амелия: Ударь меня, ударь меня, трус! На это ты тоже способен.

Исидро: (надвигается, чтобы ударить, но сдерживается, и резко выходит через дверь на заднем плане) Будь проклята!

Амелия: уф! что за жизнь! вот это жизнь!

Хосе: в конце концов, в конце концов; бедняжка.

Пепе: Ей получше будет, чем тебе; наверняка.

Лиуза: Как будто вижу ее: в доме тети Лолы.

Хосе: В доме... а, твоя тетя Лола добрая, хорошая. Бедняжка...

(выход со сцены в право)

СЦЕНА IV

Те же, кроме Исидро и Хосе.

Амелия: (нервно) И Рикардо все не приходит!

Пепе: И не надо. Лицемер! Не понимаю, как Исидро его не выгнал пинками!

Амелия: (глядя на него уничижительно) Почему бы тебе самому это не сделать?

Пепе: Я? Потому то мне не пришло это в голову.

Луиза: (пародируя) выходи... выходи...

Пепе: Ах, нет!... он этого не заслуживает, правда? (Имитируя Ricardo): Нет, не называйте врача; да, ничего страшного …: Да, ничего серьёзного!...

Луиза: Делая вид, будто ничего и не знал. То же самое, что ещё одна мёртвая мошечка.

Пепе: Если бы это не было из-за Исидро. Что думаете, что бы подсказало сердце?

Amelia: И что бы мы выиграли, если б знали? Чем бы это помогло, если б узнали? Закатывать сцены!... Огорчать жизнь несчастной своими глупостями. Вы виновныв том, что она ушла… И во всём, что за этим следует…

Луиза: Ах, да; мы! А твой Рикардито - нет, правда? Если бы он сделал то, чего она хотела, никто бы не узнал, и все бы мы остались в выигрыше.

Пепе: Да, я это и говорю. Работа есть любовь. Но действительно... Мог бы случиться ребёнок!

Амелия: Какие низкие. Какие низкие все вы!

Луиза: У! Я смеюсь над орлами. Много проповедей, много речей....

Пепе: Да, а в минуту правды...

Амелия: Вы вызываете во мне отвращение!

Луиза: Потому что мы говорим тебе правду.

Амелия: Правду!... Так Вы её видите, через мелкие души, которые, у вас есть, мелочные, нуждающиеся!... (Срывается в плач). Какое нищенство. Какое нищенство, Бог мой!

Пепе: (напевая) Алилуйя, алилуйя...

Амелия: Зачем вы так? Послушай, Пепе.

Пепе: Чего ты хочешь?

Амелия: У тебя не злое сердце; ты не плохой. Помоги мне. Ты также, Луиса: Мы всё ещё сможем збежать …

Луиза: Что хочешь сказать?

Амелия: Ничего. Рикардо, как вы уже знаете, пошёл её искать Вполне возможно, что если он найдёт, ему удастся уговорить её..

Луиза: Ха-ха! Ты не знаешь Хулию. Она не придёт, даже если её вынудить. Ни Рикардо её не веруть, ни полиции.

Пепе: Да, она придет. Когда она убедится, что … Ну это, только если он не в доме у Лолы. В этом случае, да. В обратном, вот увидите, как придёт. Не знаю, куда она двинется.

Амелия: Поэтому постарайся удалить Исидро. Забери его. Ещё не хватало, чтобы...

Pepe: я?...: забрать его …? Ты с ума сошла? Хорош Исидро. Как для … не, девочка, нет… отказываюсь.

Амелия: Как ты позоволил бы своей сестре...

Луиза: Смотри... не сделать это.

Амелия: Луиса! И это ты, которая!...

Луиза: я да. Что правда, то прада. Раньше об этом не думала.

Пепе: Вот оно что!

Амелия: Тогда бы...

Luisa: смотри… есть одна единственная вещь в мире, которой нет прощения: это глупость. Я не вдаюсь сейчас в подробности, что чем является. Кажды - таков, каков он есть, и туда ему и дорога… Но … в конце концов, ты меня понимаешь. С некоторой высоты жизни уже не позволено сваливаться в такую наивность. Достаточно раз я об этом предупреждала …, но конечно. Одна - маленькая девочка. Смеюсь я над формальностями.

Пепе: И я!

Амелия: Так с чего вы радуетесь?

Пепе: Радоваться, нет; но до некоторой степени … если честно, коли есть в этом здравый смысл и есть на то ваша добрая воля, я останусь со своим мелочным духом, который у нас есть, как ты говоришь.

Амелия: И думать, что человечество наполнено такими душами, как ваши.

Луиза: Да, разговорчики! Что я и говорила, и тебя заразили. Нынче много возмущений и всего подобного. И когда надо было бы...

Пепе: Да. Это задевает за живое. По меньшей мере, у нас не будет угрызений совести.

Амелия: Угрызений совести! Они будут чувствовать угрызения! Да вы не способны на это...

Луиза: Да; мы очень плохие.

Амелия: Плохие? Нет даже не это Быть плохим - это уже быть чем-то. Вы даже на это не способны.

Luisa: Да пожалуста, как хочешь. Но чтобы тебе был известно, что, если бы Хулия доверилась мне, всё сейчас было бы по-другому. Уж я бы всё уладила, чтобы...

Амелия: Замолчи, несчастная! Замолчи!

Луиза: Ха! Как хочешь.

Сцена V

Те же и Хосе

Хосе: Вы всё ещё мелете и перемалываете! Переливаете из пустого в порожнее!

Пепе: Да, что я и говорю.

Хосе: Ах, это ты говоришь? Хорошо, хорошо, хорошо.

Амелия: Чем занят Исидро, папа?

Хосе: Не знаю. Скорее всего валяется в постели; так же перекручивает эту тему. Как если бы был другой выход, кроме...

Луиза: Железнодорожных рельс!

Хосе: Это... ты об этом говорила. Всем нам броситься под поезд, чтобы ничего не осталось от этой грязи.

Амелия: Что за жизнь!...: что за жизнь!... (Звучит дверной звонок; Amelia содрогается и потом, очень нервная, задерживая Луису). Я открою! (Быстро уходит). Луиса, которая в течение всей сцены занималась тем, что накручивала волосы, входит в кабинет, с выражением абсолютного безразлия. Pepe тихо насвистывает и дёрает струны гитары, подыгрывая себе; Хосе поднимает голову, слушая; потом с жестом отказа он возвращается в своё привычное положение)

Сцена VI

(Слышно, как открывают дверь и сразу голос служанки, которая говорит поспешно). Добрый день. От имени сеньоры со второго этажа, соболезнования. Что, если нужна какая-то помощь, вы уже знаете, что … (голос очень раздражённого Исидро): Скажите вы ей, что нет!... (Слышится "Иисусе!" служанки и сразу громкое хлопанье дверей. Потом легкий диалог между Амелией и Исидро).

Амелия: Послушай, Исидро.

Исидро: Чего?

Хосе: Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо. (Останавливая свой взгляд на Пепе который взял свою сумку чтобы уходить.) Уходишь?

Пепе: Да. Уже пресыщен вами, до отвращения.

Хосе: Оставь мне ещё сигаретку, а?

Пепе: (Бросая сигарету на стол, уходя) Какая скука!

Сцена VII

Кроме Пепе и Луисы.

Хосе: (Скручивая сигарету). Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо. В конце концов... В конце концов... Луисита.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39698/147319

Переводчики: nachinashka, Sashaffect