Готовый перевод Twisted Perfection\\ Abbi Glines / Испорченное совершество: Chapter 24 Woods

Когда она оказалась в безопасности моего внедорожника, я хотел объясниться.

Смятение в её больших голубых глазах было очевидным.

Но каждый раз, когда я пытался, я не мог найти слов, чтобы объяснить все, и при этом не испугать её.

Я также боялся, что она сможет возразить мне, и все за что я мог цепляться, был короткий умоляющий взгляд от неё.

Мой член все еще болезненно пульсировал, и, вдобавок, я знал, что на ней не было этих чертовых трусиков, и она была насквозь мокрая от оргазма, который я ей подарил, это делала меня твердым еще сильнее.

Бросить её на мою кровать и трахать до тех пор, пока я не заставил бы её снова выкрикивать мое имя и говорить мне, что ей маленькая тугая киска принадлежит мне, было единственной мыслью, о которой я мог думать, пока касался её.

Но когда она забралась на мои колени, я знал, что это был момент доказать себе и ей, что я мог быть бескорыстным.

Этот вечер был для её. Не для того, что она могла сделать мне, а только для её удовольствия.

Я не хотел, чтобы эти отношения были построены на сексе.

Быть с Деллой значило много больше, чем секс.

Мне нравилось быть рядом с ней.

Я хотел защищать её.

Она меня так окрутила, что я не мог ясно мыслить.

Мысль о том, что я везу её в чертову квартиру Триппа, просто убивала меня.

Я не хотел, чтобы она спала в соседней с ним комнате, но я точно не мог перевезти её к себе.

Это был бы слишком поспешный шаг, и такая девушка как Делла, могла бы сбежать.

Я не хотел, чтобы она сбегала.

Я буду преследовать ей задницу, если она попытается сделать это, но я не хотел, чтобы она даже пыталась.

Я хотел, чтобы она осталась, потому что она хотела быть со мной.

Быть таким парнем, с которым девушка захочет остаться, оказалось труднее, чем я думал.

– Я сделала что-то неправильно, – спросила Делла, врываясь в мои мысли.

Я уже подъезжал к квартире Триппа.

Я разрывался, не зная, что сказать ей, поэтому я ничего не сказал.

Черт. Она была встревожена.

Я припарковал внедорожник и посмотрел на неё.

Хмурые складки на ее лбу обеспокоили меня.

Я не хотел, чтобы она хмурилась.

Я потянулся и стал разглаживать морщинки на её коже своим большим пальцем.

– Нет, не сделала. Ты была великолепна.

Хмурое выражение не уходило с её лица.

Она этого не вынесет. Я должен был объяснить ей все.

Я просто не мог найти правильных слов.

– Хорошо. Если ты так уверен, – медленно произнесла она и потянулась к дверной ручке.

– Подожди, я открою. Я провожу тебя до двери, – сказал я, распахивая свою дверь, потом обежал вокруг машины и открыл дверь с её стороны.

Она наблюдала за мной все еще хмурым и растерянным взглядом на её лице. Я был очарован.

Я взял её руку и помог ей спуститься.

В мои глаза тут же бросилось весьма заметное пятно на промежности её шорт.

Оглядевшись в поисках Харлея Триппа, я обнаружил его припаркованным около машины Деллы.

Черт, нет. Он не должен видеть этого.

Доказательство того, что её киска была влажной, предназначалось только для моих глаз.

Я залез в машину и вытащил с заднего сиденья толстовку с капюшоном.

– Надень это, – сказал я, натягивая толстовку через ее голову до того, как она запротестовало или спросила зачем.

Она послушно просунула руки в рукава, и толстовка опустилась ей до середины бедер.

Полностью закрывая её вместе с шортами. Я испустил вздох облегчения.

– Зачем я надела твой свитер? – спросила она, изучая меня, будто я был сумасшедшим.

Я обнял её руками за талию и притянул ближе к себе, наклонив свою голову так, чтобы мой рот оказался около её уха.

– Трипп дома, и это милое маленькое влажное пятно на твоих шортах не предназначено для чьих-либо глаз, кроме моих. Когда ты зайдешь внутрь, переоденься во что-нибудь свободное и мешковатое. И ради всего святого, надень трусики и лифчик.

Делла кивнула головой, я отпустил её и отступил назад.

Она слишком хорошо пахла.

Вид того, как она утонула в моей толстовке, не помогал. А привел мой и так набухший член, еще в более плохое состояние.

– Иди внутрь. Я должен остаться здесь. Если я зайду в эту дверь, то не смогу уйти.

Она засунула руки в передние карманы толстовки.

– Хорошо. Я...уф…тогда увидимся завтра, – пролепетала она, затем повернулась и пошла к квартире.

Я подождал, пока она не оказалась в безопасности внутри перед тем, как вернулся в свой внедорожник и уехал.

Я должен был проводить её до двери, но я знал, что, увидев ее в квартире Триппа, пещерный человек внутри меня еще больше вылезет наружу, и я последовал бы за ней внутрь и запер бы нас в её комнате.

Это был единственный способ отпустить её.

Настало время пойти и разобраться с моим отцом.

*~*~*~*

Моя мать встретила меня в дверях хмурым взглядом.

Она не спросила, как у меня дела, и даже не попыталась со мной поговорить.

Она просто указала на коридор и сказала:
- Твой отец в своем кабинете.

Потом она ушла, не сказав больше ни слова.

Большую часть моей жизни мать была ласкова только тогда, когда я делал только то, что хотела она.

Всякий раз, когда я не смог или расстраивал ее, она давала мне знать, что она чувствовала. Сейчас я не должен на этом зацикливаться.

Мне было 24.

Стремление добиться одобрения моей матери было в прошлом.

Тем не менее, временами было трудно принять ее условную любовь.

Я постучал в дверь кабинета моего отца и только потом отрыл ее.

Нет смысла ждать, когда он разрешит мне войти. В любом случае он был зол на меня.

Когда я вошел, он сидел за столом и разговаривал по телефону.

Его глаза смотрели на меня с неодобрением через очки, которые он носил только тогда, когда читал.

- Конечно. Я согласен. Вудс только что вошел в мой кабинет. Я поговорю с ним и перезвоню, когда мы закончим, - сказа он в трубку, прежде чем положить ее, и откинулся на спинку, чтобы разглядывать меня с презрением во взгляде.

Горечь от осознания того, что мой дед дал ему должность вице-президента и выделил большой кабинет в тот год, когда он выпустился из колледжа, всегда настигала меня здесь.

Отец вел себя так, будто я еще что-то должен доказать ему, когда я и так работал в клубе больше чем он.

Он никогда не пачкал руки или общался с сотрудниками.

Тем не менее, он ожидал, что я должен внести свой вклад.

– Я надеюсь, ты объяснишь мне сейчас, почему ты бросил все ради чего мы так старались, потому что ты думаешь, что будешь несчастлив? Что за бред, сын. Ни один мужчина, в жилах которого течет кровь, не может быть несчастным с такой женщиной как Анджелина Грейстоун.

Он не над чем не работал.

Ему не говорили, на ком он должен жениться.

Я стиснул зубы, чтобы сдержать проклятья и оскорбления.

Они не помогли бы сейчас.

– Я не люблю её. И она не любит меня до такой степени. Я не могу пойти на это. Мне жаль, но как сильно я хочу эту работу, которая, как я верил, пока рос, и так должна была быть моей, также я не хочу разрушить свою жизнь и её.

Он подался вперед на локтях, опираясь на стол.

– Любовь не делает брак хорошим. Она не длится вечно. Она покинет тебя. Когда реальность настигает тебя и наступают трудные времена, любовь испаряется, и ты остаешься ни с чем. Ты женишься на той, которая хочет то же самое, что и ты. Которая ждет не романтики, а успеха. Анджелина понимает это. Ты нет.

Когда была больна моя бабушка, я навещал их с дедом при каждом удобном случае.

Однажды я сидел с дедом на крыльце, и он смотрел как бабушка рисует одну из ее многих картин.

Любовь и нежность на его лице были неподдельными.

В тот день он повернулся ко мне и сказал:
- Не пропусти любовь хорошей женщины, сынок. Неважно, что твой старик тебе скажет, любовь реальна. У меня не было бы успеха в жизни без этой женщины. Она - моя суть. Она была причиной всего того, что я когда-либо делал. Однажды твое желание сделать имя начнем уходить на задний план. Это больше не будет чем-то важным. Но, когда ты делаешь это для кого-то еще, кто-то, для кого ты будешь небом и землей, ты никогда не потеряешь желание преуспевать. Я не могу представить этот мир без нее. Я даже не хочу.

Я не думал об этих словах до сегодняшнего дня.

Человек, который воспитал моего отца, был во многом похож на него.

Но было отличие.

Мой отец делал все для себя. Его путь к успеху эгоистичен.

В его поступках не было никакой любви.

Мой дед построил этот бизнес на любви к женщине, на которой женился.

Я вдел это своими глазами. Я не хотел быть моим отцом.

Я хотел бы быть моим дедом.

- Мы должны согласиться или не согласиться, - сказал я наконец, зная, что упоминание его родителей только разозлят его.

Он всегда думал, что мой дедушка принимал плохие решения, даже при том, что он был тем человеком, который построил этот клуб.

Мой отец ухмыльнулся и покачал головой.

- Нет, сын. Мы не будем этого делать, потому что я здесь главный. Если ты решишь не делать того, что лучше для этого клуба и твоего будущего, тогда, ты не готов принять что-либо. Я не могу повысить тебя, если я не могу доверить тебе принять умные решения. Твоя работа в этом клубе остается за тобой пока, но это не значит, что на это место не придет другой, кому я смогу доверить делать твою работу.

Он не только не собирался давать мне должность, ради которой я так усердно работал, но и угрожал, что лишит меня должности, которую я занимал сейчас.

Я хотел послать его и уйти.

Прежде чем все закончилось, я мог бы в конечном итоге сделать именно это.

Однако из уважения к человеку, который построил этот бизнес с желанием передавать его из поколения в поколение семьи Керрингтон, я остался.

Этого человека я уважал.

А к тому, что сидел напротив меня, не было ни грамма уважения.

Если он пошлет меня, я уйду.

Я задал себе вопрос, будет ли он скучать по мне тогда.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/39848/155682

Переводчики: luisun, katerinab