Готовый перевод Bad girls don't die by Katie Alender / Плохие девочки не умирают: 14 глава

Картер покрутил веточку между указательным и большим пальцем.

- Прежде всего, - сказал он медленно, - Я знаю сумасшедших людей и не думаю, что ты сумасшедшая. - Затем он сел, выпрямившись, - Я имею в виду, что у твоей сестры кажется есть некоторые проблемы, но я не вижу этих проблем в тебе.

- Может быть я в тайне сумасшедшая, - тихо сказала я. - Такая, которая все это держит в себе, а затем, в один прекрасный день, просто может сорваться.

Картер глубоко вздохнул.
- Я не думаю, что тебе нужно беспокоиться об этом.

- Что ты имеешь в виду?

Он вздохнул и отбросил ветку. Она приземлился в воду с мягким всплеском. Мы сидели на траве возле дренажного канала в парке, который был не так уродлив, как кажется. Канал был больше похож на небольшой журчащий ручеек.

- Ты... сильная.

- Сильные люди не могут быть сумасшедшими?

Он ухмыльнулся и опустил голову.
- Сильные люди не могут просто сорваться в один прекрасный день. Это присуще слабым. - Ох.

- Я думаю, что ты слишком строг к себе, - сказала я.

Он покачал головой, но не посмотрел на меня.

- Иногда жизнь действительно может ударить, - сказала я.

- Да, - сказал Картер. - Иногда так. Все или большинство людей могут справиться. Но не... - Он втянул воздух сквозь зубы и посмотрел на солнце. - Не я.

- Но зачем вини себя? Какая разница, если ты...? Я имею в виду, кто мог не нравиться кому-то только за то, что переживает что-то вроде...

- Ты можешь сказать это, Алексис. Это была попытка самоубийства. - Он посмотрел мне прямо в глаза, а потом склонил голову набок. - Неудачная.

Я повернулась к воде, работая над сплетением веточек хвои, но в конце концов любопытство взяло верх надо мной.
- ...Что ты сделал?

Он лег на траву, настороженно глядя мне в глаза, как застенчивая собака.

- Неважно, - сказала я. - Извини, это не мое дело.

- Не извиняйся. Я просто не привык говорить об этом. - Он потянул руку ко мне. - Ты никогда не задумывалась, почему я носил одежду только с длинными рукавами?

Я взяла Картера за предплечье и потянула рукав, открывая перекрещенные шрамы.

- Моя мама пришла домой рано с конференции и нашла меня, - сказал он. - Нам пришлось переложить плитку в ванной, потому что пятна крови остались.

Не думая об этом, я прижала его к себе ближе.

Через секунду, я поняла, что делаю и оттолкнула его, как горячую картофелину.

Он засмеялся, медленным, легким смехом. Смехом Картера.

Я просто не могла понять, как кто-то настолько изящный, настолько умный, мог быть в депрессии.

Я посмотрела на канаву и вздохнула.

- Как ты можешь быть таким идеальным все время? - сказала я, не подумав.

Картер посмотрел на меня с удивлением и ему потребовалась секунда, чтобы ответить.

- Идеальным? - повторил он. - Ха.

Я ничего не сказала. Я был парализована сожалением и в шоке от того, что я только что сказала.

- Мисс Уоррен, - сказал он с немецким акцентом психиатра, - я думаю, вы бредите.

- Брежу, - повторила я. Звучало правильно, учитывая события прошлого дня. Но я оттолкнула это из головы и сосредоточилась на Картере. Тот факт, что он не рассмеялся мне в лицо заставил меня стать смелее. - Итак... Какие у тебя недостатки?

- Какие у меня недостатки? Я должен перечислить их? - Он засмеялся и с сожалением покачал головой. - Это вряд ли справедливо. Какие у тебя недостатки?

- В случае, если ты еще не заметил, все мое существование является одним большим недостатком, - ответила я, ложась на траву рядом с ним и смотря на небо. - Я гигантский прыщ на лице человечества

- Это было довольно грубо, - ответил он.

- По крайней мере, я честна.

- Это не честно, - сказал он. - Это параноидально и... - он на секунду задумался, - очень пессимистично.

- Параноик, пессимист, - сказала я, загибая пальцы. - И грубая. Три. Конец моего айсберга недостатков.

- Я не называл тебя параноиком...

- Я назвала?

Он ударил веточкой по моей руке.
- Может, ты сошла с ума, - сказал он, но от его слабой улыбки все мое тело задрожало.

- Недостатки, - сказала я, все секреты. - Твои. Перечисли их.
- Я сноб, - сказал он легко.
- В чем?

- О, во многом. Фильмы, книги, школьные спектакли, люди из деревень.
- Из каких?

- Просто из деревень. Как фермеры. - Он сморщил свой нос. - Я даже не знаю, почему.

Ох, хм. Недостаток Алексис номер четыре: глупость.
- Что еще?

Картер заколебался.
- Я не лажу со своим отцом, - сказал он.

Я могла его понять. Я уставилась на пушистое белое облако, ожидая в какую фигуру оно превратится надо мной.

- Я провожу слишком много времени, думая о себе. Делаю из мухи слона. Я делал очень эгоистичны вещи... и я не... храбрый. - Он прищурился на солнечный свет и послал мне кривую улыбку.

- Стоп. - я отвела глаза от того, что могло стать аллигатором и посмотрела на Картера.

Каким-то образом во время нашего разговора мы двинулись навстречу друг другу. Наши руки соприкасались. Кожа чувствовалась наэлектрезованной.

Было определенно больше, чем его опрятный внешний вид.

- Я действительно надеюсь, что ты не видишь себя таким, - сказала я.

Картер повернулся, чтобы посмотреть на меня и прищурился.
- Каким ты видишь меня? - тихо спросил он.

Я мягко пихнула его.
- Ты не хочешь знать.

Картер ждал.

- Я думаю, что ты... - мой голос стал еле слышным. - Опасный.

- Почему? - прошептал он.

- Потому что, - ответила я, хотя понятия не имела, как это выразить словами. - ...ты заставляешь меня думать слишком много.

Теперь он повернулся всем телом ко мне.
- Я никогда не встречал никого похожего на тебя.

Я чувствовала необходимое, почти магнетическое притяжение между нами. Мое горло пересохло.

- Это так странно, - сказала я, но получилось шепотом.

Он изучал мое лицо пару мгновений, а потом улыбнулся.

О Боже, было очевидно, что мое сердце готово выпрыгнуть из груди? Это было похоже на те сцены в кино, где девушка думает, что парень собирается поцеловать ее, поэтому она закрывает глаза и морщит губы. За исключением того, что я не просто сморщила свои губы - я сморщила всю душу.

- Я ничего не могу с собой поделать, Алексис, - сказал он. - Я хочу заставить тебя слишком много думать... а потом я хочу услышать вещи, о которых ты думала... слишком много.

Я лежала, но это заставило мою голову кружится. Это было слишком. Я почувствовала, что начинаю краснеть, поэтому подняла руку, намереваясь закрыть лицо.

Картер схватил меня за руку и отвёл ее.

Наши глаза встретились.
- Ты не личность, если пытаешься заставить людей думать, что ты личность - сказал он, как будто это только что пришло ему в голову. - Я чувствую себя... в безопасности... когда разговариваю с тобой.

Мое сердце могло взорваться.

- Лекси.

Я выхватила свою руку из его и села так быстро, как только могла. Картер тоже сел, и запустил пальцы в свои волосы.

В пяти футах от нас, молча как статуя, стояла Кейси.

- Что-то не так с отцом? - спросила я.

Она покачала головой. Потом ее взгляд переместился от меня к Картеру.

- Чем вы занимаетесь? - спросила она.

- Кейси... ты помнишь Картера, - сказала я. Картер встал и протянул мне руку. Он поднял меня на ноги и не отпустил.

- Уже поздно, - сказала Кейси. Она нахмурилась, заметив наши соединенные руки.

- Мама тебя отправила?

- Нет.

Гнев поднялся во мне, как цунами.
- Иди домой, Кейси. Я скоро приду.

- Я голодна, - сказала она спокойно. - Приготовь что-нибудь.

- Ты лучше будешь с ним, чем со мной? - спросила она, ее голос был тонким и в нем звучала боль. - Я твоя сестра.

Картер развернул меня и тронул за плечо.
- Иди, - сказал он. - Мы можем продолжить это в другой раз.

Я покачал головой, больше от неверия, чем протеста. Я могла задушить Кейси.

- Хочешь, чтобы я отвез вас? - спросил Картер.

- Спасибо, но мы пройдемся, - ответила я. Я не могла рисковать, показывая единственную хорошую вещь в моей жизни, моей сестре. Что, если она заговорит, как сумасшедшая в автомобиле? Истории, куклы, кража вещей из школы... О, возможно, она что-нибудь украдет у Картера. Это было бы просто фантастически.

Я повернулась к Картеру и попыталась побороть улыбку, проступающую на моих губах.

- Идите осторожно, - сказал он легкомысленно. Затем наклонился и поцеловал меня в щеку. - Это за хорошие вещи, которые ты сказала.

- Я даже не...

- Мы можем идти? - прервала нас Кейси. - Прогулка до дома будет длиться вечно.

Меня не волнует, если она потеряется, - подумала я. Я собираюсь убить ее.

- Пока, - сказала я. Кейси начала уходить.

- Рад снова тебя видеть, Кейси, - отозвался Картер.

Я посмотрела на Кейси, чтобы увидеть то, что она сделать. Она повернулась и посмотрела на меня, даже не взглянув на Картера.

Прекрасно.

Я игнорировала ее всю дорогу до дома. Я не буду пытаться помочь ей, если она не собирается помогать сама себе.

Сделав бутерброд, я пошла прямо наверх и заперлась в своей спальне, включив стерео.

Через полчаса, я услышала голос мамы из зала.

- Алексис? - позвала она. - Ты в порядке? Почему музыка так громко?

Я подошла к двери и открыл ее, затем вернулась и села на кровать. Она вошла и села рядом со мной.

Я выключила музыку.
- Как папа?

- Он в порядке, - сказала она. - Ты сможешь зайти к нему завтра после школы.

- Я постараюсь.

- Ты чувствуешь себя больной? - спросила она, и положила свое запястье к моему лбу. Она отодвинулась от удивления. - У нас есть гусиные яйца.

- Я знаю, - сказала я. - Кое-кто сбил меня с ног в школе вчера. - Видя обеспокоенный взгляд на ее лице, я добавила: - Не специально. Дверью.

Мама сморщила лоб - она так делает, когда волнуется.
- Они не звонили мне.

- Это было не настолько плохо, - сказала я, и мысли о Картере заставили меня улыбнуться.

- Хорошо, - сказала мама, видимо, не заинтересовавшись в деталях. - Дай мне знать, если захочешь чего-нибудь. У тебя нет лихорадки.

- Думаю, я лучше прилягу.

- Хорошо, милая, - сказала она. Казалось, так чуждо было слышать ее, говорящую как мать. Она встала и неловко коснулся моего лба. Потом оглядела мою комнату. - Ты такая аккуратная, - одобрительно сказала она. - Ты, должно быть, переняла это у своего отца. Точно не у меня.

Правда. Она довольна неаккуратна для мамы.

Ее глаза остановились на книжной полке.
- Что случилось с твоими ежегодниками? - спросила она.

Я посмотрела на полку, где хранились все мои ежегодники с детского сада до школы. Последнего, моего первого ежегодника не хватало, в результате чего целый ряд склонился под раздражающим углом.

- Одного не хватает, - сказала я. Странно. В моих мыслях мелькнула Кейси.

- Он не потерялся, так ведь? - я почти слышала обвинения в голосе мамы, как-будто я продала его за деньги, наркотики или что-нибудь еще.

- Ну, технически, - ответила я. - Но я уверена, что он найдется.
- Эти вещи стоят целое состояние. - вздохнула она.
Я уже собирался ответить: так же как и кольцо, сотовый телефон, валяющиеся в коридоре, как мама вскочила с кровати.
- Я скоро вернусь, - сказала она.

Я вздохнула и откинулась на спинку кровати, прижимая подушку к груди и закрывая глаза.

Пару минут спустя мама вышла из своей спальни, говоря:
- Хорошо... ой... спасибо... да... хорошо... да, сделайте пожалуйста...

Она захлопнула телефон. Затем посмотрела на меня, но ее глаза были расфокусированы.

- Что? - спросила я.

- Это был детектив из отдела полиции, - сказала мама, крутя руками в воздухе. - Он сказал, что есть основания подозревать покушение... Они осмотрели тормоза автомобиля, а провода были... Это выглядело, как будто они были перерезаны.

Я села прямо.
- Кто-то специально сделал это с папиной машиной?

- Да, но... - она покачала головой и опустилась на матрас. - Нет, Алексис... не с его машиной, с моей. Он собирался сменить в ней масло.

Я снова откинулась на спинку кровати и посмотрела на маму, которая просто уставилась на ковер.

- Боже мой, - сказала она, ее голос дрожал. - Слушай, не говори об этом Кейси. Это будет слишком для нее.

- Да, - сказала я. - Конечно.

Мама нежно коснулась моего лба прежде, чем встать и выйти в зал, она была ошеломлена.

Мысль о Кейси заставила меня задуматься о докладах в ее сумке.

Возможно ли, что те же дети каким-то образом прокрались в мой дом и сделали это? Решили скинуть выходку на наших родителей? Если Мими была расстроена из-за своей руки, может быть, она переложит часть вины на маму....

Однако, это было бы покушении на убийство. Даже самый несносный восьмиклассник не будет пытаться убить чужую мать.

Если только...

Если только она подумала, что Кейси будет в машине.

Через полчаса, в дверь позвонили. Думая, что это может быть полиция, я бросилась к верхней части лестницы и наблюдала, как Мама открывает дверь. Но это был просто парень, разносчик пиццы.

Мама посмотрела на меня.
- Ты голодна?

Я покачала головой.

Мама выглядела уставшей. Ее лицо было бледным, а волосы стянуты в небрежный пучок на затылке.

- Тогда, можешь позвать свою сестру?

Я с трудом сглотнула, когда Кейси врезалась в меня сзади. Этого было достаточно, чтобы заставить меня ухватиться за стену, почувствовав на долю секунды панику, как-будто я собиралась упасть с лестницы.

- Ой, - сказала она.

Мама унесла пиццу на кухню, а Кейси зашагала в половину своей обычной скорости. На полпути она остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на меня.

- В чем проблема? - спросила она.

Твои друзья пытались убить тебя, подумала, но я расправила плечи и сделать свой голос сильным.
- У меня нет проблем.... Слушай, ты думаешь, мы должны поговорить с мамой о докладах в твоем рюкзаке?

Ее рука сжала перила так крепко, что мышцы на шее, казалось, напряглись.

- Нет, - сказала она. - Мы не должны.
- Мы что?

Она посмотрела на меня.
- Я сказала нет. Все закончено. Решено. Я уже отнесла их в школу.
- Ты отнесла?

Она издала раздраженный звук.
- Я не совсем беспомощна, знаешь ли.

Она преодолела две ступеньки за раз и проскользнула в кухню.

Я бросился на нее взгляд, в то время как мысли гремели в моей голове.

Нет. Я не верила ей.

Я прокралась по коридору в комнату Кейси. Внутри, единственным источником света был желтый слабый и кривой свет, льющийся из коридора, освещающий маленький дисплей с изношенными тряпичными куклами с другой стороны комнаты. Когда мои глаза привыкли к темным очертаниям мебели, я огляделась в поисках рюкзака Кейси.

Я нашла его на полу у дальней стены между кроватью и полкой с куклами, и когда я присела на ковер, я почувствовала, как-будто десятки пар глаз смотрят на меня, сердясь на то, что я нарушила границу.

У рюкзака была расстегнута молния.

И он был пуст.

В нем были основные школьные вещи: ручки, несколько пустых блокнотов, последние два выпуска Необычные Куклы (неудивительно, что у нее нет друзей, если она читает это в школе), но никаких докладов.

Я встала и осмотрелась в полумраке, пытаясь выяснить, где Кейси могла спрятать их. Я даже отдаленно не рассматривала возможность, что она сказала правду.

И именно тогда я увидела свой последний ежегодник, раскрытый и лежавший у подножия кровати.

Он был открыт на странице с прошлыми старшеклассниками и Кейси красным маркером отметила фото одной девушки. Зачем она это сделала?

Я повернула книгу, чтобы лучше ее рассмотреть в свете из зала.

И тогда, света стало меньше.

Под моим взглядом дверь немного дернулась, как-будто я разбудила ее.

А затем медленно, дюйм за дюймом, она начала закрываться.

Я схватила ежегодник и дверь захлопнулась, оставив меня в темноте.

Страх прошел сквозь меня, как вспышка света. Я была парализована в результате шока, слишком напугана, чтобы двигаться, хотя одна часть моего мозга кричала мне: Уходи от сюда!

И затем наступила худшая часть сегодняшнего дня. На долю секунды я подумала, что это мое воображение, но я знала - я просто знала, что это не оно.

Порыв холодного, влажного воздуха на моей шее. Запах тухлых яиц.

Я распахнула дверь, практически, бросившись на стену в коридору. Я едва успела оглянуться на дверь Кейси, прежде чем она захлопнулась снова.

Я побежала в свою комнату, включила свет и закрылась на замок.

Спустя мгновение я успокоила дыхание и села на полу у стены напротив двери. Мне хотелось ясно видеть.

Что это было?

Через пару минут я убедила себя, что просто погорячилась. Холодный воздух мог быть вызван открытым окном, которое бы также объясняло то, что ветер захлопнул дверь перед моим носом. А запах был просто от заплесневелых старых кукол.

Я положила ежегодник на пол и пролистала его. В общем, я увидела восемь девушек, чьи фотографии были отмечены красным, просто маленькая галочка в углу фото... Некоторых из них я не знала, но кое-кого я знала слишком хорошо... Пайпер Лэрд... Меган Уайл...

Но метка Меган была другой.

Это был большой красный крест на всю ее фотографию.

Справедливости ради, это имело бы смысл, если вы подумали, что я нарисовала крест сама, но я этого не делала. Моя навязчивая аккуратность охватывает каждый аспект моей жизни; я была ребенком, который вешал одежду Барби на свои маленькие вешалки в конце каждой игры, и парковал ее розовый Корвет под комодом. Ни одна наклейка никогда не была приклеена на мою спальную мебель. И мой ежегодник, хотя и представляет одни из самых несчастных часов моей жизни, чистый.

Очевидно, это была Кейси. Но зачем ей делать что-то с фотографией Меган?

Я хочу сказать, откуда она знает, кто такая Меган?

И тут я вспомнила кое-что: окончание истории, которую рассказывала в подвале.

Было не поздно, но я чувствовала себя полностью разряженной. Скудного сна за предыдущие две ночи было не достаточно, чтобы поддерживать движение, особенно когда я столкнулась с сестренкой, балующейся вандализмом и родителями, ставшими мишенью для убийства.

После того как почистила зубы, умылась, надела пижаму, я спустилась вниз, чтобы проверить засов на входной двери. Она была заперта.

Я так же проверила заднюю дверь, а затем зашла в кухню, чтобы проверить дверь, которая со стороны двора вела в гараж. Сюда кто-нибудь мог войти, чтобы добраться до одной из машин.

Папина машина была припаркована на своем обычном месте.

Когда я приблизилась к двери, я резко остановилась.

Дверь была закрыта на цепь.

Никто и никак не мог пройти через эту дверь.

Это означало, что тот, кто вышел был в доме. Или...

Озноб прошел по мне, мои руки задрожали, когда я вспомнила Кейси в грязных носках.

Неужели, моя сестра, в отчаянной погоне за популярностью, на самом деле участвовала в сложной схеме, чтобы испортить машину нашей матери?

Она пришла сюда и открыла замок, позволив кому-то войти? Это не имело смысла. Она настаивала на том, что ее не было в гараже...

Но затем, она настояла на том, что не была в коридоре этим утром.

Я поплелась наверх и закрыла дверь спальни за собой, раздумывая несколько секунд.

- Тсссс...

Я открыла глаза, чтобы увидеть Кейси, сидящую на краю моей кровати, освещаемой голубым лунным светом.
- Тссс... - повторила она.

- Кейси - сказала я. - Что...? - Позади нее была открыта дверь в темную прихожую.

- Здравствуй, Алексис, - прошептала Кейси. - Я видела тебя в темноте.

- О чем ты говоришь?

В условиях слабой освещенности, цвета казались усохшими, как-будто все происходило в черно-белом цвете. Даже глаза Кейси были ярко-черными с пятнами белого цвета.

Но она не ответила.

Теперь я не хотела спать.
- Чего ты хочешь Кейси?

Но ее внимание было далеко от меня. Я проследила за взглядом Кейси к моему столу, где лежал открытый ежегодник.

- Почему ты рисовала в моем ежегоднике? - спросила я.

Она проигнорировала вопрос.
- Поиграй со мной, Алексис, - сказала она, и ее глаза загорелись еще ярче. - Пойдем играть со мной на улицу.

- Ты с ума сошла? - Я перевела глаза на ее одноцветное лицо и протянула руку к лампе на тумбочке. - Я не хочу выходить на улицу.

Я включила свет.

Она наклонила голову в сторону, но, клянусь, на долю секунды я увидел их - ее глаза были зелеными.

- Уйди от меня! - приказала я.

Она стояла сгорбившись перед дверью несколько секунд, а затем обернулась и посмотрела на меня пустыми глазами - голубыми глазами.

- Что это? - спросила я. - Дурацкие контактные линзы?

Она казалась озадаченной.
- Нет, Лекси... У меня зрение двадцать-двадцать.

- Иди в кровать, Кейс.

- Почему ты хочешь, чтобы я ушла? - спросила она, оглядываясь.

Она что, шутит?

- О чем ты говоришь? Я не хочу, чтобы ты здесь... Сейчас середина ночи!

Она ссутулилась и отшатнулась. Рукой убрала волосы. Это был элегантный, умелый и небрежный жест.

Затем Кейси потянулась к моей руке. Ее пальцы коснулись моей кожи.
- Мы можем быть друзьями, - прошептала она.

Я почувствовала резкую обжигающую боль и посмотрела туда, чтобы обнаружить четыре красные отметины на коже там, где она коснулась меня.

- Знаешь что? - спросила я. - Меня тошнит от этого. Убирайся отсюда.

Кейси внезапно встала и схватила ежегодник с тумбочки, бросила его в стену, так сильно, как могла.
- Что..?

Затем, с жестким взглядом она попятилась и ударила себя по лицу.

Мне потребовалось время, чтобы обработать то, что я увидела - моя сестра с гневной красным отпечатком на челюсти, и к тому времени, я поняла, что она сделала - она скорчившись лежала на полу и кричала.

Секундой позже прибежала мама, с мутными глазами. Она посмотрела на сестру, плачущую на полу, а потом на меня, и от ее взгляда по моему телу пробежал холодок. Я сидела свившись в клубок на дальним углу кровати. Я не могла найти слов, чтобы объяснить.

Мама наклонилась и дотронулась до плеча Кейси.

Кейси посмотрел на нее, через несколько секунд красный отпечаток на ее челюсти становился все светлее.

Мама и я, мы обе ахнули, увидев.

- Кейси... - прошептала мама, опускаясь на колени, чтобы рассмотреть поближе.

Моя сестра сгорбилась и напряженно уклонилась от маминой руки.

- Мамочка, - всхлипнула Кейси.

- Что, детка? Что случилось? - ворковала мама, положив руку ей на спину.
- Мама... - настойчиво сказала я.

Мама подняла руку, и я поняла, что нет смысла.Не будет никаких "детка" для Алексис сегодня вечером.

- Лекси ударила меня, - сказала сестра, задыхаясь от рыданий.

Мама воспользовалась моментом, чтобы изучить отпечаток на лице Кейси, а затем посмотрела на меня.

- Она врет, - сказала я. - Она сделала это сама.

- Сама? - повторила мама. - В этом нет смысла!

- И она бросила эту книгу в меня, - добавила Кейси.

Мама посмотрела на ежегодник, который, конечно, упал открытый на странице с Меган Уайл, демонстрируя нацарапанный красный крест ее сказочный улыбки.

- Мам, мы можем поговорить об этом? - спросила я. - Наедине?

Мама недоверчиво посмотрела на меня.

- Ты не понимаешь... - сказала я, хотя знала, что это бесполезно. Она мне не верила. Нисколько.

- Ты права, Алексис, - ответила она. - Я не понимаю.

- Не сердись, мамочка, - сказала Кейси. - Лекси знает, что не следует бить людей. Ей просто грустно.

- Ты знаешь какой день у меня был? - воскликнула мама. - Алексис, я знаю, что ты злишься, но не нужно выплескивать это на свою сестренку!

Я не сказала ни слова. Кейси и мама встали, и Кейси взяла её под руку.

- Я могу поспать в твоей комнате сегодня, мамочка? - спросила она жалким голосом.

Мамины плечи опустились. Она всхлипнула и кивнула. Я почувствовала острую боль в груди.

- Она врет, - повторила я, когда они выходили.

Мама не обернулась, но Кейси повернула голову, и ее зеленые глаза сверкнули на меня, когда она закрыла за собой дверь.

Я села на кровать и оттянула левый рукав, чтобы взглянуть на следы на моей руке. Они выглядели как очень плохой загар и были нежными на ощупь.

Может ли человек сломаться так же внезапно, как Кейси? В один день, она была хорошей, нормальной девочкой, а на следующий день стала полной маньячкой?

Разве что, Пайпер Лэрд сказала правду.

И Кейси, фактически, сломала руку Мими нарочно.

Может быть, Кейси не ломалась сразу, может быть, ей становилось все хуже. А потом подошло к пику вчера - вышла из строя после ужина, украла доклады из школы, использовала всю мою фотобумагу....

И имела отношение к тому, что случилось с папой?

Цифры на моих электронных часах светились синим. 2:41. Была середина ночи. Я должна была провести еще четыре часа в темноте и с сумасшедшей сестрой в доме.

Я лежала с открытыми глазами, уставившись в потолок, прислушиваясь к звукам, которые могли означать то, что мама попала в беду или то, что Кейси возвращается. Но ничего не было слышно, и в итоге я провалилась в беспокойный сон.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/40935/159916

Переводчики: CatyCaty