Готовый перевод One for the Money (Stephanie Plum Novels). Janet Evanovich / Разок за деньги: 3

Я купила банку содовой в Фиорелло и выпила ее пока шла к машине. Сев за руль, я расстегнула две пуговицы на красной шелковой юбке и сняла колготки, в знак капитуляции перед жарой. Затем я открыла папку с файлами по Морелли и первым делом просмотрела фотографии – фотопортрет из дела по Морелли, сделанный в полицейском участке; непринуждённый снимок, где он в коричневой кожаной куртке «пилот» и джинсах; и формальный снимок, где он в рубашке и галстуке, очевидно вырезанный из полицейской публикации. Он практически не изменился. Если только немного похудел. Черты лица стали более выраженными и появилось несколько морщинок у глаз. Новый тонкий шрам рассекал его правую бровь, немного опуская веко. Впечатление выбивало из колеи, устрашало.

Морелли воспользовался моей наивностью, и не раз. После случая на полу в пекарни, он ни разу не позвонил, не прислал открытки, даже не попрощался. А самое худшее, что я хотела, чтобы он позвонил. Мэри Лу Молнар была права на счет Джозефа Морелли. Перед ним нельзя было устоять.

Я сказал себе, что это было в прошлом. За последние одиннадцать лет я видела его от силы три - четыре раза, да и то на расстоянии. Морелли был частью моего детства, и моим детским чувствам к нему нет места в настоящем. Я должна была сделать работу. Четко и ясно. И я не собиралась ему мстить. Поиск Морелли не имеет ничего общего с местью. Я делаю это, только ради денег. Да, именно так. И именно поэтому, у меня, неожиданно, желудок завязался узелком.

Согласно информации в заемном контракте, Морелли жил многоквартирном доме в районе шоссе №1. Казалось, это лучшее место для начала поиска. У меня не было ни малейшего сомнения, что его там не будет, но я могла бы расспросить соседей и посмотреть, получил ли он свою почту.

Отложив файлы в сторону, я, скрепя сердцем, втиснулась в свои черные туфли на каблуках. Повернула ключ зажигания. Без ответа. Я со всей силы стукнула кулаком по щетку и облегченно вздохнула, когда двигатель завелся.

Спустя десять минут, я припарковала на стоянке, возле дома Морелли. Здания были кирпичными, двухэтажными и практичными. Каждое имело по две подворотни. На каждую по восемь квартир, четыре сверху и четыре снизу. Заглушив двигатель, я поискала глазами номера квартир. Квартира Морелли находилась в задней части дома на первом этаже.

Какое то время я так и сидела, чувствуя всю глупость и нелепость ситуации. Предположим, Морелли дома. Что мне делать, угрожать его матери, если он не пойдет по-хорошему? Он обвинен в убийстве. У него многое поставлено на карту. Не могла представить, что он причинит мне боль, а вот морально унизить, вполне, может. Не то, чтобы небольшое унижение способно остановить меня от очередного безрассудного поступка...например такого, как мое злосчастное замужество за Дикки Орром, лошадиной задницей. Вспомнив его, я непроизвольно скривилась. Поверить только, я действительно была за мужем за человеком, по имени Дикки.

Так, забудь о Дикки, подумала я. Сейчас в планах Морелли. Надо проверить его почтовый ящик и квартиру. А я если мне повезет (или не повезет, смотря как на это посмотреть) и он откроет дверь, надо будет соврать что-нибудь и слинять. А потом, позвонить в полицию и пусть они проводят задержание.

Я промаршировала к кирпичной стене, где были установлены почтовые ящики и тщательно их изучила. Все ящики были забиты конвертами, но ящик Морелли был переполнен. Я подошла к двери Морелли и постучала. Без ответа. Очень удивительно. Я постучала еще раз и подождала. Ничего. Я обошла здание и посчитала окна. Четыре из квартиры Морелли и четыре из соседней квартиры. Окна Морелли были завешаны шторами, но я все же подошла ближе, пытаясь разглядеть что-нибудь между щелкой в шторах и внутренней стеной. Если бы, вдруг, шторы распахнулись и кто-нибудь выглянул, я бы намочила штаны. К счастью, шторы не распахнулись, но, к сожалению, я ничего не могла разглядеть сквозь них. Я вернулась в подворотню и постучалась в три оставшиеся квартиры. В двух никого не было. В третьей оказалась пожилая женщина, жившая здесь с шести лет и никогда не видевшая Морелли. Тупик.

Я вернулась в машину и попыталась подумать, что делать дальше. Во дворе не было никакой жизни - ни звуков телевизора из открытого окна, ни детей на велосипедах, ни собак, писающих на газон. Я подумала, что это не то место, где создают семьи или где все соседи знают друг друга.

Спортивная машина влетела на стоянку, ловко развернувшись, припарковалась впереди. Какое-то время из машины никто не выходил и мне стало любопытно, не свидание ли это. Не придумав ничего лучше, я решила подождать, как будут разворачиваться события. Через пять минут, дверь со стороны водителя открылась, вышел мужчина и направился к подворотне, соседней с Мореллевской

Я не могла поверить своим глазам. Это был кузен Джо. Муч Морелли. Без сомнений, Муч было не его настоящим именем, но я не могла его вспомнить. Сколько я его помню, он был Мучем. В детстве он жил через улицу от госпиталя Святого Франциска и все время тусовался с Джо. Я скрестила пальчики в надежде, что старина Муч забирал что-нибудь, что Джо оставил у соседей. Или, быть может, в этот самый момент, Муч взламывает окно в квартире Морелли. Я наслаждалась идеей того, как Муч взламывает и проникает в квартиру, как он выскочил из-за здания с ключами в руке и направился ко входной двери Джо.

Я замерла в ожидании и через десять минут появился Муч с черной вещевой сумкой в руках, сел машину и тронулся с места. Я подождала, пока он не выедет с парковки и направилась за ним. Я держалась позади, на расстоянии нескольких машин. Я так вцепилась в руль, что аж костяшки побелели, сердце бешено стучало в груди и кружилась голова от предвкушения 10 000 долларов.

Я проследовала за Мучем до Стейт Стрит и проследила, как он припарковался перед домом. Я обогнула квартал и припарковалась несколькими домами ниже. Когда то это был фешенебельный район с огромными, каменными домами и большими, ухоженными лужайками. Еще в шестидесятых годах, когда спекуляция городской недвижимостью, была популярна среди либералов, один из домовладельцев на Стейт Стрит продал дом семье чернокожих, и, в течении следующих пяти лет, все белое население в панике покинуло район. Въехали бедные семьи, дома обветшали и были разделены, дворы заброшены, окна заколочены. Но, как это частенько бывает с желаемой площадью, район сейчас находится в процессе регенерации.

Спустя несколько минут, Муч вышел из дома. Он вышел один и без сумки для вещей. Мать честная! Зацепка. Каковы были шансы, что Джо Морелли находится в доме с сумкой в руках? Я решила, что они так себе. Возможно, следует проверить. У меня было два варианта. Я могла позвонить в полицию прямо сейчас или разобраться самой. Если бы я позвонила в полицию и Морелли там не оказалось, я бы выглядела тупицей и, в следующий раз, уже не стремилась бы приехать и помочь мне. А с другой стороны, я действительно не хотела разбираться самой. Не совсем правильная позиция для того, кого только что приняли на работу в качестве охотника за беглецами, но тут уж ничего не поделаешь.

Я долго таращилась на дом в надежде, что Морелли решит прогуляться и мне не придется туда идти. Я посмотрела на часы и подумала о еде. Вся моя еда за сегодня – это бутылка пива на завтрак. Я опять посмотрела на дом. Если покончить с этим, то можно пойти в Макдональдс и спустить всю мелочь со дна кошелька на бургер. Мотивирует.

Вздохнув, я открыла дверцу и выпихнула себя из машины. Просто сделай это, наставляя я себя. Не раздувай из мухи слона. Возможно, его даже там нет.

Разговаривая сама с собой, я, целенаправленно, шла по тротуару. Подойдя к дому, я, не колеблясь, вошла. Согласно количеству почтовых ящиков в вестибюле, в доме было восемь квартир. Все квартиры выходили на общую лестничную клетку. Каждый почтовый ящик был подписан, за исключением 201. Фамилии Морелли не было ни на одном из ящиков.

Ничего лучше не придумав, я решила начать с тайной двери. Я почувствовала приток адреналина, как только я повернулась к лестнице. Мое сердце бешено колотилось, когда я достигла площадки второго этажа. Это всего лишь страх перед выступлением, убеждала я себя. Совершенно нормально. Я сделала несколько глубоких вдохов и, даже без намека на наличие мозга, на автомате направилась к нужной двери. Рукой постучала в дверь. Боже мой! Это же была моя рука.

За дверью ощущалось движение. Там кто-то был и наблюдал за мной через глазок. Морелли? Я была уверенна в этом. Воздух врывался в мои легкие, кровь яростно пульсировала у меня в горле. Почему я делаю это? Я была закупщиком уцененного женского белья. Что я вообще знаю о ловле убийц?

Не думай о нем, как об убийце, успокаивала я себя. Подумай о нем как о подонке. Подумай о нем как о человеке, совратившем тебя, а потом описавшем подробности на стене мужского туалета в магазине Марио. Я закусила губу и послала неуверенную улыбку человеку, находящемуся по ту сторону двери, твердя себе, что ни один подонок не сможет оказаться равнодушным перед такой наивной глупостью.

Прошло еще мгновение,и я почти могла слышать, как он чертыхается про себя, взвешивая все за и против открытия двери. Перед глазком я сделала волну мизинцем. Это была безобидная попытка, говорящая ему, что я мягкая и пушистая и знаю, что он там.

Щелкнул засов, дверь распахнулась и я оказалась лицом к лицу с Морелли.

Он был зол, но пытался замаскировать это, в голосе слышалось нетерпение.
- Что нужно?

По сравнению с тем, какие я его помнила, он возмужал. Стал более злым. Взгляд стал более отстраненным, губы цинично изогнуты. Я искала мальчишку, который мог убить в состоянии аффекта, а передо мной стоял мужчина, который, как я предполагаю, мог бы убить с профессиональным хладнокровием.

Я перевела дух, чтобы успокоиться и придумать, что соврать.
- Я ищу Джо Джуньяка...

- Вы ошиблись квартирой, здесь Джуньяк не живет.

Я притворилась смущенной и натянуто улыбнулась.
- Извините...
Я сделала шаг назад и уже собиралась удрать по лестнице, как до Морелли дошло.

- Черт возьми, - сказал он. - Стефани Плам?

Я услышала знакомые нотки в голосе и что за ним скрывается. Таким тоном, обычно, мой отец звал собаку Смулленса, когда ловил ее, поднявшую ногу на его кус гортензий. Я подумала, что меня это устроит. Начать с начала, как будто бы между нами ничего не было. Это упростит мою задачу.

- Джозеф Морелли, - ответила я. - Какая неожиданность.

Он прищурился.
- Да, почти так же неожиданно, как когда ты меня чуть не пришибла машиной своего папаши.

Чтобы избежать стычки, мне надо было бы объясниться. Но я не обязана была делать это убидительно.
- Это был несчастный случай. У меня нога соскочила.

- Это не было несчастным случаем. Ты запрыгнула на чертов бордюр и наехала на меня на тротуаре. Ты могла убить меня.
Он выглянул из-за косяка двери и осмотрел коридор.
- Что, на самом деле, ты здесь делаешь? Ты вычитала обо мне в газетах и решила, что моя жизнь не достаточно испорчена?

Весь мой план треснул по швам от порыва негодования.
- Меньше всего меня волнует твоя испорченная жизнь, - выкрикнула я. – Я работаю на своего кузена Винни. Ты нарушаешь налоговое соглашение.

Молодец, Стефани! Первоклассный самоконтроль.

Он ухмыльнулся.
- Винни послал тебя арестовать меня?

- Находишь это забавным?

- Определенно. И должен тебе сказать, я наслаждаюсь хорошей шуткой, так как в последнее время мне было не до смеха.

Его можно было понять. Если бы мне светил срок на двадцать лет, я бы вообще не смеялась.
- Нам нужно поговорить.

- Говори быстрей. Я тороплюсь.

Полагаю, в моем распоряжении было около сорока секунд, чтобы убедить его сдаться. Ошарашь его, подумала я. Надави на чувство виды перед семьей.
- Что будет с твоей матерью?

- Что с ней?

- Она подписала залоговое соглашение. Она должна 100 000 долларов и ей придется заложить дом. И что она скажет людям? Что ее сын слишком труслив, чтобы предстать перед судом?

Выражение его лица ужесточилось
- Ты попусту тратишь время. Я не собираюсь возвращаться в тюрьму. Они меня запрут и выбросят ключ, а пока будет идти процесс, у меня все шансы отдать концы. Знаешь, что случается с копами в тюрьме? Ничего хорошего. И если на чистоту, ты последний человек, кому я позволю заработать денег за свою голову. Ты сумасшедшая. Наехала на меня на чертовом «бьюике».

Я говорила, что не буду принимать близко к сердцу Морелли и его мнение обо мне, но, если честно, его враждебность задевала. Глубоко внутри, я хотела, чтобы у него были чувства ко мне. Я хотела спросить его, почему он не позвонил после того как совратил меня в пекарне. Вместо этого я наорала на него.
- Ты это заслужил. Да и, кроме того, я едва тебе коснулась. Единственная причина, по которой ты сломал ногу, то только потому, что запаниковал и споткнулся о собственные ноги.

- Тебе повезло, что я не подал на тебя в суд.

- Тебе повезло, что я не развернулась и не наехала на тебя в третий или четвертый раз.

Морелли закатил глаза и поднял руки вверх.
- Мне нужно идти. Хотел бы остаться и попытаться понять женскую логику…

- Женскую логику? Прости, что?

Развернувшись в проходе, Морелли накинул легкую спортивную куртку и схватил черную, нейлоновую сумку с пола.
- Мне нужно сваливать от сюда.

- Куда ты собрался?

Отодвинув меня в сторону и запихнув черный, уродливый, пистолет за пояс джинсов, закрыл дверь и убрал ключи в карман.
- Не твое дело.

- Послушай, - сказала я, спускаясь за ним по лестнице. – Может я и новичок в задержаниях, но я не тупица и не трусиха. Я сказала Винни, что арестую тебя и это именно то, что я намереваюсь сделать. Можешь бежать, если хочешь, но я выслежу и поймаю тебя, чего бы мне это не стоило.

Что за околесица! Я не могу поверить, что сказала это. Мне посчастливилось найти его в этот раз. И был только один способ схватить его, если бы я наткнулась на него уже связанным, с кляпом во рту и избитым до полусмерти. И даже тогда, я не была полностью уверенна, что смогла бы схватить его.

Он вышел через черный выход и направился к новенькой машине, припаркованной не далеко от дома.
- Не пытайся вычислить номера, сказал он. – Машина из проката, и я сменю ее в течение часа. И не трать свою энергию на преследование. Я оторвусь от тебя. Гарантирую.

Он швырнул сумку на переднее сиденье, начал садиться в машину и замешкался. Он обернулся и выпрямился и, облокотившись о дверь, в первый раз, с тех пор, как я оказалась на пороге его дома, он стоял и смотрел на меня. Злость испарилась. Сейчас он спокойно оценивал меня. Передо мной коп, подумала я. Морелли, которого я не знаю. Взрослый Морелли, если такой вид млекопитающих существует. Или, быть может, прежний Морелли, но с другого ракурса.

- Мне нравятся твои кудряшки, - сказал он, наконец. – Соответствуют твоему характеру. Море энергии, никакой сдержанности, чертовски сексуально.

- Ты ничего не знаешь о моем характере.

- Зато я знаю о чертовски сексуальной части.

Я почувствовала, что краснею.
- Бестактно с твоей стороны напоминать об этом.

Морелли ухмыльнулся.
- Ты права. И, наверное, ты права на счет того происшествия с «бьюиком». Возможно, я и заслужил это.

- Это что, извинение?

- Нет. Но можешь сохранить сигнальные огни до следующего раза, когда мы будем играть в поезд.

Я вернулась в офис Винни почти в час дня. Я развалилась в кресле около стола Конни и откинула голову назад, пытаясь извлечь максимальную пользу от кондиционера.

- Ты что, бегала? - спросила Конни. - Я не видела столько пота со времен Никсона.

- Моя машина лишена воздуха.

- Вот неудача. Как продвигаются дела по Морелли? Есть зацепки?

- Именно поэтому я здесь. Мне нужна помощь. Ловить преступников не так просто, как казалось. Мне нужно поговорить с экспертом по этим делам.

- Я знаю одного парня. Рэйнджер. Его полное имя Рикардо Карлос Маносо. Второе поколение кубинских американцев. Служил в войсках специального назначения. Теперь работает на Винни. Он так проводит задержания, что другие агенты могут только мечтать. Иногда он подходит к делу творчески, но разве это не говорит о том, что он гений, так ведь?

- Творчески?

- Не всегда следует правилам.

- Ооо.

- Как Клинт Иствут в фильме "Грязный Гарри", - пояснила Конни. - У тебя же нет проблем с Клинтом Иствудом, не тал ли?

Она нажала кнопку быстрого набора, связанную с пейджером Маносо, и оставила сообщение, чтобы он перезвонил ей.
- Не беспокойся, - сказала она, улыбнувшись. - Этот парень расскажет все, что тебе нужно знать.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41435/157417

Переводчики: puzeeriok