Готовый перевод Short Fiction - Rob J. Hayes / Короткие рассказы - Роберт Хейс: To the End

Черный Шип? О, я мог бы рассказать вам историю или две об этом парне и никакой ошибки. Потому-что я был там в то время, когда он убил губернатора Чада, я был свидетелем его одиночного сожжения Героя Heross на землю ни с чем, но сердитым взглядом и, позвольте мне заверить вас, у него были взгляды очень очень жуткие. Я мог бы рассказать вам истории о любом количестве его триумфах, карикатурах и трагедиях, но на самом деле, разве вы господа и дамы, не хотите услышать что-то еще? Что-то новое. Как насчет того, что бы я рассказал об одной моей собственной невероятной проделке, хмм? Нет? Ну, к счастью для вас несчастных кретинов ***я один напиток от не дает проклятое, что любой из вас предпочитаете и ... там идет, что последнюю выпивку.***

У меня есть только история, чтобы сказать, хорошо. Она называется ... "До конца ..."

Теперь, как многие из вас прекрасные люди могут быть в курсе у меня есть довольно значительный терпимость к потреблению одурманивающих напитков. К счастью, наряду с этим ужасным бременем приходит нескончаемое желание испытать эти самые пределы толерантности. Я считаю, что труд самостоятельного роста. Таким образом, большое количество лет назад я оказался в Acanthia, доме самых мощных торговцев в мире и самых богатых воров в мире, и не всегда это одни и те же люди. Я сидел в таверне очень похожей на эту, только значительно чище, когда я впервые увидел ее.

Ее имя было Елиз Абз, хотя я не знал этого в то время, а она была, как первые лучи золотого солнца утром. Она была, как оазис в пустыне, а я, умирающим от жажды мужчиной, хотя на самом деле я был более маринованные(пьяный), чем мучимый жаждой, и что, вероятно, побудило меня на действия. Никогда не позволяй этому сказать, что я не мужчина, чтобы взять на себя ответственность за свои действия, но иногда некого винить, кроме выпивки. Она работала официанткой в трактире, я забыл его название, и это было ясно из вне, что она приняла столько интерес ко мне, как и я к ней. Я знаю, о чем ты думаешь. "Трудно винить ее при вгляде на человека, такого красивого, как и я". И вы совершенно правы в этом мышление, и не чувствовать себя плохо для озвучивания такое мнение, как и все здесь, несомненно, согласен с вами.

Мы поладили мгновенно. Она подошла к моему столику вся такая улыбчивая, с бедрами, губами и спросила, не хотел бы я еще выпить. Я, пораженный, как младенец с первого взгляда на её титьки, встал и приставил нож к её шеи, требуя от владелеца таверны передать мне всю дневную выручку.

Возможно, это было не самым галантным поведением, но вы должны принять во внимание то, что в то время, назвать меня разоренным, можно было подсчитать, как комплимент. У меня был долг где-то в пределе полумиллиона бит, а в моих карманах меньше, чем большинство попрошаек посчитали за ничего. Я не мог заплатить за свой *барный чек*, и так же не мог заплатить за безотлагательную потребность поесть, итак, вместо того, чтобы платить, я решил ограбить это место.

Сделка шло довольно гладко, учитывая то, что владелец бара был больше, чем средняя гора, со шрамами на руках, что намекало на то, что ему были не чужды ножи. Он просто передал вырочку бара с улыбкой.
- Я все выплатил(собрал) за месяц, - сказал он. - Я не хотел бы быть на твоем месте, когда Гильдия схватит тебя.

Теперь я уже знаю, что вы думаете. «Какой же он дурак, раз решил совершить преступление в Акантии? Как оказалось, я совсем дурак.

- Тьфу, - гаркнул я таким тоном, который не оставит у человека ни каких ложных впечатлений, что над ним издеваются и высмеивают. - Я боюсь их даже меньше, чем я боюсь, к какой дурной славе приведет меня этот поступок. - Это было справедливо сказано, мой острота оставил человека немного запутался.*****

- Ты говоришь им, что Чес Нетт, это имя, которое было у меня на то время, что рисковано, мало того, просит сделать их хуже***.

Затем, после того, как по-дурацки и пьяно бросил перчатку, я убрал мою зубочистку- нож и драматически махнул оружием (отсалютовал) и исчез в дверном проеме кабака, до сих пор таща бедную Элиз за собой.

Я намеревался сбросить несчастную девку прямо возле таверны и совершить хороший побег и, к моему уважению, я так и сделал, но каждый раз, когда я махал ножом в её сторону и говорил ей "счастливого пути", я находил ее следующей за мной на расстоянии пятьдесяти шагов. Я даже начал заворачивать в случайные повороты в неизвестные переулки, что опасный бизнес для тех, кто в Акантии не зарегистрирован в Гильдии, и даже прошел через рыбный рынок, смешиваясь с толпой, как лист на дереве. Увы, когда я достиг лачуги, которую я называл домом, я обнаружил Элизe всего в нескольких шагах позади меня.

- Ты была отличным заложником, на самом деле просто грандиозным, - сказал я ***с кончиком моей шляпы. - Честно говоря, кто-то думаю, что это был не ты первое времяз. Тем не менее, наше время здесь это конец...***

- Я хочу присоединиться к тебе, - прервала она, и я тогда увидел искры в ее глазах. До сих пор я не уверен действительно ли она в меня или это опасность и волнение, которые я создал.

Я должен был послать ее подальше, я не сомневаюсь в этом, но ... она была красива, и ее тело ... Я уверен, что не нужно напоминать любому мужику здесь, как тело женщины может согнуть волю мужчины и сокрушить его способности.

Мне не нужен напарник, в преступлении это не нужное бремя, человек, который свяжет меня с Акантией, но я был пьян, стоя посреди улицы, разговаривал с женщиной, которая совершенно явно не относилась к такой ветхой часть города. Я поспешно завел ее в мою лачугу и закрыл дверь за нами, с честным намерением убедить ее покинуть мою сверкающую остроумием компанию. Увы, женщины всегда были не равнодушны (обращены) ко мне. Не закатывать глаза, мой друг, твоя жена была мокрая весь вечер только глядя на меня. Не стесняйтесь спросить ее, она не соврет.

Как только мы оказались внутри за закрытой дверью, она прижала меня к стене, приставив свой нож так близко к моей шее, что практически брила меня. Теперь я не собираюсь отрицать, у меня есть особое влечение к сильным женщинам, и я считаю, что это было правильно, то, что моя решимость отослать ее прочь рассыпалась вместе с подъемом части моего тела.

Элиз взглянул на выпуклость в моих штанах и улыбнулась мне, и, в тот момент, я полюбил ее почти так же, как хороший коньяк. - Я никогда прежде не встречала человека, который не боится Гильдии, - сказала она голосом, (нежным) как шелк

- Это не первый раз, когда я ограбил находящиеся под защитой Гильдия заведение, - я лгал в глупой попытке произвести впечатление на женщину. Любой мужчина скажет вам, что мы часто говорим и делаем много глупых вещей, чтобы увидеть, что под одеялом.

- Я хочу половину, - сказал Элиз.

- Гм? - отреагировал на вопрос я, пока отчаянно пытался заглянуть ей под блузку. Я думал об этом много раз, и теперь уверен, что это именно тот момент, когда все пошло не так. Если бы только я думал своей головой, я мог бы остановить все это, прежде чем все началось, но когда это связанно с красивой женщиной, то я редко думаю своей головой.

- Я хочу забрать половину, - настаивала она, и я кивнул, - и половина того, что возмем в будущем.

- Я снова кивнул, мой пьяный ум едва улавливал, на что я согласился и через мгновение мой разум не имел голоса в этом вопросе в любом случае. Элиз бросила меня на пол и прыгнул сверху, разрывая на мне одежду, и лишь мгновений спустя мы извивались, как хорьки в мешке.

Как оказалось, она уже придумала, как ограбить те заведения, которые платили деньги за защиту в Гильдию, *но никогда не был в состоянии воздействовать на нее*, как она осознала необходимость напарника в таком преступлении. Вскоре я понял, что Элиз была умной и быстрой, но не очень эрудированной. Она искренне верила, что они никогда не видели агента Гильдии, что они были столь же реальны, как Друрр, которого она тоже никогда не видел. **Я должен был знать лучше, даже тогда, я видел очевидное не жизнеспособность и знал, насколько опасной Гильдия может быть, когда раздражена. К сожалению, я был молод, глуп, и в полном восторге от женщины, которую недавно похител.

Мы приобрели арбалет, небольшой и плохо сделанный инструмент, но он работал достаточно хорошо, чтобы выстрелить болтом и мог быть легко спрятать в складках платья понравившегося Элиз; и меч для себя, так как мы решили, что пикосновение им будет выглядеть более угрожающе, чем ножом, который выглядел более приспособленным для намазывания (масла на) хлеб, чем заканчивается жизнь человека.

Наша первая цель была тщательно выбрана и не только из-за тонкого знака за дверью, указа о том, что она была защищена Гильдией. Это была хорошо известная пекарня, которую посещают многие из местных торговцев или, по крайней мере, их слуг. Это означало, что это был также богатый бизнес. Это было именно то, что нам нужно для нашего самого первого грабежа.

Все должено было пройти гладко. Наш план был совершенным; мы ждали до последних часов работы заведения, перед сумерками, и сделали свой ход среди темной и бурной ночи. Магазиный колокольчик над дверью звякнул, когда мы ворвались через дверной проем, взявшись за руки, смеясь, как будто мы только что услышали самую смешную шутку из когда-либо произнесенных. Витрина была хорошо освещена, украшена рядами черствого хлеба и пирожных, и пахло более прекрасным, чем в любой пивоварне, в которую когда-либо ступала моя нога. Человек за прилавком расскатывал тесто и посыпал его мукой, которая покрывала его руки и фартук. Он улыбнулся, когда увидел нас и упомянул о суровости погоды. Я направился к нему, изрекая подобные любезности, и, когда я дошел до дальней стороны прилавка, то положил свой меч вниз и вежливо спросил человека, передать мне все биты, которыми он владет. Элиз, знала свою роль хорошо, вызволила её маленький арбалет из складок платья и направила прямо на грудь мужчины с усмешкой (на губах), которая была где-то между уродливой и красивой.

- Я думаю, что, возможно тут ошибка, - спокойно сказал мужчина. - Я все оплатил.

Конечно, он имел в виду Гильдию, и почему бы ему думать по другому? Те, кто заплатил за защиту верит в эту защиту и разместил своё доверие в Гильдии. Дураки. Размещение вашего доверия у воров не лучший способ прожить свою жизнь, поверьте мне. Но Гильдия Акантии создала совершенное мошеничество для себя; люди платят им для того, чтобы предотвратить ограбленние, что само по себе грабеж только без усилий. Стажа смотрит в другую сторону, потому что до тех пор пока все преступления санкционировы Гильдией, то ни одно преступление технически не является незаконным и, следовательно, стража редко делает что-нибудь, чтобы отработать свою зарплату.

Это блестящая система хорошо сбалансированного мира, а Элиз и я привели в движение план, чтобы разрушить её, и я подчеркиваю, что это совсем другая история, которая стала причиной ряби, которая распространилась в гражданские беспорядки в течение многих лет и, насколько мне известно, Гильдия никогда полностью не оправилась от этих волнений. Но, как я уже говорил, что, безусловно, это другая история, потому что тогда, Элиз и я пытались ограбить пекарню.

Булочник брюзжал, на это у него было право, но собрал биты и передал их все. Это был хороший улов, достаточно, нам хватило на выпивку и закуску на много дней, но мы были жадны и глупы, а жадному всегда хочется большего, а глупец никогда не знаете, когда остановиться.

Я подумал, что это раскат грома, когда раздался звук открывающейся двери. Боюсь, что я был немного пьян, и туманно помню, в лучшем случае, но прежде, чем мы разобрались, что это был другой человек в комнате, хорошо одетый и элегантный(умный), и носящий эмблему какого-то купеческого дома. Он уже стал задыхаться, когда понял, что происходит и увидел нас.

Теперь, друзья мои, я дам вам один совет бесплатный и пламенный. Никогда не пугайте женщину, держащую арбалет. Прежде чем кто-нибудь понял, что происходит Элиз повернулась, и болт полетел. Человек, очень похожий на слугу, который пришел заказать буханку хлеба на следующий день, оказался прибит к стене и сильно истекал кровью в свой последний раз.

На мгновение все стихло и успокоилось, когда мы все старались приспособиться к тому, что произошло. Ну большинство из нас попытались приспособиться, я боюсь, что просто нельзя приспособиться к нахождению арбалетного болта там, где ваше сердце имеет обыкновение быть. Это был чудесный выстрел, если по правде сказать, и я мог бы гордиться, если бы не был в ужасе. Тем не менее, я твердо верю в то, что когда все идет дерьмово, ты можешь сделать это ещё хуже.

Я схватил Элиз за руку, она была в шоке от того, что убила человека, и повернулся лицом к пекарю в последний раз. - Когда ты будешь рассказывать об этом, а я знаю, что будешь, - сказал я, -скажи им, Чес и Элиз передают привет. - И с этим мы вырвались из дверей в шторм и прочь в ночь.

Некоторые люди могут дистанцироваться от своих действий, когда дело доходит до приченения боли или убийства людей, но не Элиз. Убийство изменило ее, сделало более жесткой, более суровой, и менее снисходительными. В ряде случаев после пекарни, я обнаруживал, что не согласен с ней и заработал себе дикое избиение за старания. С моей слабостью к сильной женщине, это только сильнее заставляло меня желать ее.

Мы побежали, конечно. Это единственное разумное, что нужно делать после того, как совершено убийства и два разбойных нападений в городе охраняемом от воров, и стражей, и мы имели обе стороны следующими за нами. На дороге за пределами Труриджа мы наткнулись на старика и его сына управляющими повозкой полной эля. Мы остановили их, угрожая, украл их двух лошадей и, к сожалению, когда сын решил поиграть в героя, и я был вынужден ранить его. Я не верю, что он умер, это была мелкая рана, болезненная, но не серьезная. Скача прочь на наших недавно добытых лошадях мы чувствовали себя непобедимыми, и это было только начало нашего преступного загула.

Нашей следующей остановкой был Eightrees, город дерьмовая-дыра, лежащая к востоку от Труриджа, на границе Великой пустыни. Это было тактический игра с нашей стороны, или, по крайней мере, с моей. Я полагал, что мы сделали так, что это выглядело, как будто мы бежали в пустыню в надежде пересечь безводную твердь, направляясь в Пять королевств. Конечно, у нас не было таких намерений, но упрямой части моего пьяного ума было известно о том, что чем дольше мы будем вводить в заблуждение тех, кто не сомневаясь преследовал нас, тем дольше мы останемся в живых.

Мы ограбил модный ликерный магазин в Eightrees, и владелец которой, отреагировал подобно пекарю, настаивая на том, что он залатил и Гильдия не будет снисходительной. Это кража прошла без сучка и задоринки, и, к счастью, арбалета у Элиз не было. Мы покинули Eightrees в северном направлении со значительным количеством битов, распирающих наши карманы и двувя новыми лошадями, которые лучше подходит для быстрого отдыха.

На данный момент история, вероятно, кажется немного романтичной. Элиз и я были молоды и влюблены и проложили свой путь в мире, украв у тех, кто думал, что они были в безопасности и ***мусолил глаза Акантской устойчивым авторитетом.*** Мы были богаты и становились ещё богаче. Мы путешествовали по дорогам, спали под звездами, и трахались, как рогатые кролики.

Каждый новый городок или город, который мы достигали был новым место, чтобы изучить, и мы проводили несколько дней в каждом, выбирая нашу цель. Мы грабили место, изменяли направление, и скакал, пока не находили другое поселение. Стало больше смертей. Конечно, то были случайные смерти. Я старался избегать их везде, где это возможно, и с моей стороны, я могу поклясться богам, любому и всем из них, которых можно назвать, что я не убил ни одного ... по крайней мере, в течение этой конкретной гулянки. Элиз же другое дело. С каждым ограблением, она становилась более наглой и с каждым убийством она изменялась все больше и больше.

В начале, когда мы познакомились друг с другом, она имела обыкновение сочинять стихи. Ох, она не могла ни читать, ни писать, но ***она заставляла меня записывать их***, и они были прекрасны. Она любила закаты больше, чем восходы, и смотреть, как она танцует под дождем было, как увидить ребенка испытавшего радость в первый раз.

Да, спасибо, я хорошо осведомлен это звучит как сентиментальная история любви, и вы должны простить меня за маленькое романтического вспоминающий. Мы очень любили друг друга, и в середине преступной гулянки, подобно которой Акантия не знавала в поколениях из-за мира Гильдии.

Назад к моей точке. С каждым убийством она теряла немного больше себя, о той, какой она была раньше и стала более ужасающей. По моим подсчетам она убила двенадцать человек за все время, девять из которых были закониками.

Мы проложили наш путь назад к Труриджу самонадеянно полагаясь на то, что, как мы никогда не ударяли в тот же городе дважды, Гильдия никогда бы не ожидал нас там. Мы ошиблись, конечно. Мы вызвали достаточно хаоса и показывали наши задницы власти слишком много раз, и реальная власть в Акантии больше не готова сидеть сложа руки. Оглядываясь назад, я удивляюсь, почему они держали Гильдию до тех пор, пока не произошло это дело с нами.***

Накопив большое состояние, мы привыкли пользоваться изящными вещами в жизни. На дороге мы спали под звездами, но в цивилизации, мы арендовали роскошные номера в лучших гостиницах, и мы ели и пили хорошо и испытывали кровати по ночам.

В нашу первую ночь по возврашщению в Труридж и нашу последнюю ночью вместе, мы арендовали самый большой номер в Комнаты Биенвилл, истино показная гостиница, в котором подавали три блюд посыпаных мукой, не хвастался не менее шести различных типов эля, и даже щеголяли своей собственной ванной дом обратно. Мы ели досыта, я пил мой вес тела в спирте, и удалился в нашу комнату, чтобы беспокоить соседей.*********

Любой, кто наслаждается лишним алкоголем, как я распознают боль пробуждения в середине ночи с такой насущной необходимостью мочеиспусканию, что, на самом деле, даже больно двигаться. Это была одна из таких ночей, и оно забрало всю силу воли, которой я обладал, что почти не выпустили мой мучительный мочевой пузырь прямо в постели и, позвольте мне заверить вас, это будет ни первым, ни последний раз, когда я делал именно такую вещь. Но независимо от того, что вы можете подумать обо мне в этот момент, я не тот тип людей, что мочаться на даму, а Элиз еще очень крепко спила.

Я пополз из комнаты, спустился по лестнице, и продолжил свой путь, спотыкаясь на каждом шагу, в ванну, где я быстро опустоштл мочевой пузырь и вырубился.

Не самый благородный поступок для человека моего престижного происхождения, но это спасло мою жизнь.

Я снова проснулся к непрекращающегося давления на моё плечо, и, если честно, мне бы очень хотелось проигнорировать его, но раздражающий субьект становился все более и более настойчивыми. Открыв глаза, я увидел человека, почти мальчишку, одетого в черное с длинными темными волосами и замазанное грязью лицо. У него был кинжал в одной руке и, как я помню, маленькая глиняная тыква(бутыль из тыквы), висящая у него на поясе. Странная вещь, для того, чтобы помнить, вы можете подумать, но я видел эти тыквы раньше и знаю, что они содержат, а я всегда был неравнодушен к ***сниффтер* - (рюмка бокал) ***'синдхи***. Несмотря на это, мне удалось укратить мое желание украсть выпивку у мальчика и, вместо этого, смотрел на него с полным изумлением. Прошло несколько минут, прежде чем я понял, что он был членом Гильдии.

- Сидите смирно, - прошипел мальчик. - Незарегистрированные сборщики наверху. Там могут быть некоторые проблемы.

Я чуть не рассмеялся. Мальчик, без сомнения, новичок в Гильдии, просто принял меня за еще одного пьяного вырубившегося на унитазе.

- Дуй в кабак, - настаивал мальчик. - Возвращайся в свою комнату утром. К тому времени все будет кончено.

Я подумал об этом. Повернись парень спиной и мой сапог нож был острым. Было бы легкая вещь, чтобы заставить его замолчать, броситься обратно в гостиницу, и предупредить Элиз. Мы могли бы с боем пробить себе путь, это было бы опасно, но мы могли бы попробывать сделать это. И я люблю ее. И я верю, что она любит меня. Это было бы легким делом, но был гораздо проще вещь, чтобы просто уйти, а я тяготею к легким путям.

Теперь это не так романтично, я думаю, вы все согласны с этем, и вы, вероятно, думаете, ***мне правильным и присуще дворнягам. Я мог бы спасти Элиз но ... ну ... я просто не тот тип спасителя, я боюсь. Гораздо более вероятно, чтобы привести в заблуждение, которое, с Элиз, это именно то, что я сделал. ***Гильдия не прощает тех, кто подрывает их авторитет и, хотя я не знаю судьбу Элиз, я не верю, что все это закончилось миролюбиво.

Чтобы закончить свою историю, скажу я сбежал. Я отправился в доки, где я увидел Фортуну, а я хорошо знал капитана коробля. Он подобрал меня, спрятал в трюме, и это был последний раз, когда я видел Акантию, и последний раз, когда я использовал имя Чес Нутт.

Возможно, это не та хулиганская(удалая) прогулка, которую вы ожидали, но я надеюсь, вам понравилась моя сказка все-таки. Я знаю, что вы сделали, сэр, как вы прикасались к себе все время , пока я говорил.

Теперь, кто хотел бы купит мне выпивку?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41527/268259

Переводчики: bazalmont