Готовый перевод Jim Butcher - Spider-Man -The Darkest Hours / Джим Батчер - Человек-паук. Самое тёмное время: Глава 9

Когда я пришёл домой, Мэри Джейн была в гостиной. Она сидела там с пособием, взятым в
автоинспекции, пытаясь делать вид, что готовится к экзамену. Правда, когда я спускался с крыши по стене, я заметил свет экрана телевизора.

Увидев меня, она встала с дивана. На ней была одна из моих футболок и пара моих носков.
— Я видела... я смотрела это в новостях. Они сказали что-то про Райно, но во всех сюжетах люди бросали разные вещи. Они бросались в тебя автомобилями.

Я подошёл к ней и очень нежно обнял.
— Надеюсь, меня снимали с хорошего ракурса?

В ответ она очень крепко меня обняла.
— Операторы даже не могли тебя найти. Они просто продолжали крутить эти размытые кадры в замедленном воспроизведении и говорить, что это был ты.

— Прямо как мои школьные фотографии, — сказал я. — Я всё время вертелся. Я был непоседой.

Мы стояли так довольно долго. Потом Мэри Джейн вздрогнула, выдохнула и прислонилась ко мне.

— Ненавижу эту часть, — сказала она. — Часть, где я должна волноваться, что люди будут швырять в тебя машины. Машины, Питер. На моих глазах штук двадцать машин смяли, словно обычные пивные банки. — Она издала полуистерический смешок. — Сколько поставишь на то, что у всей этой троицы есть права?

Я лишь продолжал обнимать её:
— Ну... Швырять они могут что душе угодно. Всё равно ведь не попадут.

Наконец она подняла на меня ясный и пристальный взгляд:
— Расскажи мне всё.

Я медленно выдохнул, затем кивнул. Я не хотел пугать её, но Мэри Джейн заслужила право знать, что происходит... и, кроме того, горький опыт научил меня, что из попыток держать что-то в секрете от близких в конечном итоге не выходит ничего хорошего.

Я выпил стакан воды, вылез из костюма и уселся на диване рядом с женой. ЭмДжей устроилась у меня под рукой, прижавшись к боку. От этой близости стало немного трудного говорить связно, но я сделал над собой усилие. Вот такой я стойкий. Я рассказал ей всё, начиная с Морлана, чувствуя, что она знает меня достаточно хорошо, чтобы понять больше, чем было сказано вслух.

— Боже, Питер, — сказала она. — Ты никогда не рассказывал мне об этом парне.

— Ну... Тебя тогда здесь не было. — Мы тогда переживали нелёгкие времена, которые теперь уже давно остались в прошлом. — А когда ты вернулась, нам уже было немного не до того.

Она понимающе фыркнула:
— Это уж точно. — Она положила руку мне на грудь. — Но Питер. Мне жаль, что меня не было рядом, — она нахмурилась: — Нет. Не совсем так. Мне нужна была передышка, время всё обдумать.

— Это было нужно нам обоим, — кивая согласился я.

Она заглянула мне в глаза:
— Прости, что тебе пришлось страдать в одиночестве.

— Что было, то прошло, — тихо сказал я. — Мне стало лучше, когда ты вернулась.

Она долго искала что-то в моих глазах, затем произнесла:
— Не прошло. Ты боишься.

Я кивнул.

Я поглядела на меня ещё секунду, затем с лёгкой улыбкой произнесла:
— Но ты не боишься их. Этих Древних.

— О, поверь мне, я их боюсь. Их нельзя назвать здравомыслящими людьми.

Она покачала головой:
— Но ты боишься не того, что они могут сделать с тобой. Ты боишься того, что тебе может потребоваться сделать с ними.

Люди редко ждут от красивой женщины острого ума. Моя жена умнее, чем думает большинство людей. Она только что поняла то, что в чём я и сам себе ещё не до конца признался.

— Они ни перед чем не остановятся на пути к своей цели, — сказал я. — Убьют людей, и глазом не моргнув. Даже если я их одолею, если дам им уйти, они просто найдут себе на обед кого-то другого. Кто-то другой пострадает вместо меня.

Она прижала руку к моему сердцу, внимательно меня слушая.

— Я не могу этого допустить, — тихо сказал я. — Но не знаю... что ещё я могу сделать. Я знаю, что их можно убить. И это может быть единственным способом их остановить. — Я заглянул ей в глаза: — Но я не убийца, ЭмДжей. И не хочу им становиться.

— Чем я могу помочь? — тихо спросила она.

Я покачал головой:
— Не представляю.

Она выпрямилась и тихо произнесла, её голос начинал срываться:
— А Фелиция, значит, может тебе помочь.

Я вздохнул:
— ЭмДжей...

— Конечно, она же мастер кунг-фу и крутая воровка. Может у неё даже есть настоящие суперспособности, если конечно она не врёт об этом напропалую. А ещё костюм. — Мэри Джейн отошла от меня к окну, через которое я влез. — А я всего лишь твоя жена. Какой от меня прок.

— Ну приехали... — сказал я, пытаясь говорить тихо и спокойно. — Что это на тебя нашло? Между мной и Фелицией уже давно ничего нет. И ты об этом знаешь.

Её плечи напряглись, как и голос:
— Да, Питер, знаю.

— Тогда что такое? — спросил я её. — Откуда такая реакция?

Она повернулась ко мне, в её напряжённых сверкающих зелёных глазах застыли слёзы:
— Ты мой муж. И я... — Слёзы наконец хлынули из глаз, и она закончила уже едва слышно: — И я ненавижу, когда ничем не могу тебе помочь, и это делает кто-то другой.

Она казалась такой маленькой и хрупкой. Потерянной. Уязвимой. Если бы я не подошел к ней и не прижал к груди, что-то в моём сердце непременно сломалось бы. Она прислонилась ко мне. Плечи её немного дрожали, но она прятала от меня своё заплаканное лицо.

— Я хочу тебе помочь, — сказала она. — А вместо этого плачу у тебя на шее. Второй раз за день. Боже, как же это меня бесит.

— Что?

— Что я для тебя лишь обуза. Только добавляю тебе забот.

Я поцеловал её в макушку. Потом положил руку ей на плечо, а пальцем приподнял подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза:
— ЭмДжей, костюмы тут не главное. Ты должна это понять. Может ты никого не мутузишь ради меня и не взрываешь людей космическим излучением, но ты делашь для меня больше, чем тебе кажется. То, что ты рядом, делает меня сильнее. Лучше. Не думай, что ты не помогаешь. Не думай, что ты обуза. Ни на секунду.

Она не выглядела убеждённой. Но я снова обнял её, и она обняла меня в ответ — молчаливое согласие на время отложить спор.
— Так какой у тебя план? — спросила она.

— Прошерстить интернет, — ответил я. — И позвонить нескольким людям.

— Попросить помощи?

Я помедлил.
— Кое-что разузнать, — ответил я через секунду. — Эта троица здесь из-за меня. Я не стану просить кого-то другого принять бой за меня. Но может быть, кто-то что-нибудь про них знает. Например, как расправиться с ними как-то по-другому, чтобы не пришлось...

— Убивать их, — закончила она.

— Убивать их. — Я взглянул на часы и добавил: — Ладно, как ты смотришь на то, что мы пока немного поготовим тебя к экзамену, а?

Она заморгала и взглянула на меня:
— Ты шутишь?

— Ни чуточки, — ответил я. — ЭмДжей, это лишь очередной монстр недели. За мной не в первый раз кто-то охотится, и не в последний. Если мы будем останавливать жизнь каждый раз, когда в городе объявляется очередной псих с претензиями, то протопчемся так на месте до самой пенсии.

— Так и быть, буду считать, что ты хотел, чтобы это прозвучало ободряюще, — заявила она в ответ, выгнув бровь.

— Именно так, — согласился я, кивая. — Посмотри на это под другим углом. На следующей неделе с этим уже будет покончено, и я буду отпускать об этом едкие шуточки, пока ты будешь подвозить меня в школу и рассказывать, как идут репетиции. Если мы, конечно, не дадим очередной кучке клоунов заставить нас перестать жить, и ты в результате окажешься и без прав, и без роли. Так что давай сюда пособие, и мы будем готовить тебя к экзамену. Если хочешь, мы даже можем дойти до машины, и я тебя немного поучу. Потом можешь лечь спать пораньше, а я ещё немного посижу, пособираю информацию... будет весело!

— Весело, — сказала она, и хотя её тон был невыразительным, всё-таки в её глазах снова загорелась искра жизни, проблеск того, что со временем может перерасти в улыбку.

— Учёба — это весело, — подтвердил я.

— Как был ботаником, — сказала она, вздыхая, — так ботаником и остался.

— Не хочешь же ты пропустить теорию и сразу перейти к вождению?

Она скрестила руки на груди:
— А что, если хочу?

— Дай мне минутку, чтобы одолжить шлем и убедиться, что моя жизнь застрахована.

Она одарила меня лукавым взглядом.

— В этой машине есть подушки безопасности? — поинтересовался я. — Потому что, если нет, я могу надёжно нас запаутинить.

Мэри Джейн закатила глаза:

— Да, самое время найти твоей паутине ещё пару применений.

* * *
— Ты купила вот эту машину? — спросил я. Мой голос эхом разнёсся по крытой парковке. Акустика усилила мой скептицизм.

— Ну, я спешила, — ответила она. — И выбор там был небольшой.

— И ты купила вот эту машину? — снова спросил я. — "Гремлин", лимонно-зелёный с рыжим?

— Вообще-то, это просто лимонно-зелёный "Гремлин".

Я наклонился поближе и поскрёб пальцем по крылу. Рыжая краска на деле оказалась просто ржавчиной.

— Мне сделали хорошую скидку, — сказала она.

— Подушек безопасности точно нет, — заметил я, обходя вокруг машины. — Он слишком старый для них.

— Зато он весь из металла, — ответила она. — Ездить на такой тяжёлой машине — это почти так же безопасно, как с подушками.

Я фыркнул:
— Ну... по всей видимости, водить ты можешь. По крайней мере, хоть как-то. Ты ведь брала машину на тест-драйв?

Она расчесала волосы пальцами.
— Ну… Да. Хотя мы остановились на оформлении. Я собиралась сказать им, что мой муж возил меня в регистрационно-экзаменационный отдел, а потом пошёл за кофе.

— Потрясающая изворотливость.

— Ну, хватит тебе. Я была в состоянии стресса, — сказала она.— И да, я могу водить машину, более или менее. По крайней мере, я ни во что не врезалась по дороге домой. Но все мне постоянно сигналили, хотя я старалась держать дистанцию.
Водители бывают такими грубыми.

Я попытался представить себе эту сцену и чуть не вздрогнул.
— Ну ладно. Давай сядем в машину и начнём с сигналов и преимущественного права проезда.

— Сигналы? — переспросила она. Преимущественное право проезда?

Я ничего не мог с собой поделать. Губы сами искривились.
— Я смеюсь не над тобой, — сказал я. — Я смеюсь вместе с тобой.

Она окинула меня очень строгим взглядом.

Я поднял руки.
— Ладно, ладно. Я буду паинькой. Садись в машину, и будем учиться шаг за шагом.

Мы сели, но она не вставила ключ в замок зажигания.
— Ты хороший человек, Питер Паркер, — сказала она тихо. — Я люблю тебя.

Я наклонился и поцеловал её в щеку.

— Знаешь, — сказала она, — мы с тобой ни разу не обжимались в машине, когда были подростками.

— Ну так у нас и машины-то не было, — заметил я. — К тому же мы тогда не встречались.

— Не важно, — ответила она. — Надо наверстать упущенное.

Она наклонилась ко мне, мягко притянула меня к себе и наградила поцелуем, лишившим меня дара речи и заставившим сомневаться в возможности ходить.

До урока вождения дело тоже дошло.

Но попозже.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/41867/160355

Переводчики: vorbarra, Swee7, vantrop