Готовый перевод Dark Angel - After the Dark / Темный ангел - После тьмы: Chapter Two

Озорной и милый Сиэттл.

Вашингтон
20 декабря 2021 года
Страница "Еженедельника Нового Мира":
Наброски Скетчи С.Т.

"Скетчи" Саймон
"Тихий Испуг"
Не так давно, если бы Вы сказали жителям Изумрудного Города, что они увидят Рождественские огни, натянутые на высоких заборах Терминал Сити, то получили бы не совсем вежливый ответ, что вы чокнулись.

Но многое изменилось в течение шести месяцев после начала так называемой "Осады Терминального Города".

С одной стороны, осада официально закончена - и необычные обитатели района, и городское правительство согласны с этим.

И хотя полицейское оцепление остается за воротами, 24/7, перемирие сохраняется.

Мир был установлен вскоре после разоблачения Келпи, серийного убийцы-хамелиона, захваченного трансгенами, - события, убедившего многих в городе, что создания Мантикоры были серьезно настроены вписаться в общество.

Национальная гвардия в данный момент отступила как угроза Армии США.

Армия.

Но по-прежнему большой сегмент населения остается неуверенным, и полиция по-прежнему охраняет ворота.

Новая миссия парней в голубом, однака, состоит в том, чтобы не пропустить тех, кто пытается разрушить мир, и не допустить трансгенов вовне.

Жителей Терминального Города теперь считают гражданами Сиэтла, американскими гражданами, равными в правах с остальными.

Конечно же, они все еще не могут ужиться с некоторыми непонимающими жителями нашего прекрасного города.

Так, большинство из тех, кто живет в Терминал-Сити, остается
в пределах границ этой охраняемой резиденции, редко решаясь не больше чем на работу.

У них появилось новое место в сообществе, однако, трансгены не имели права голоса на муниципальном совете, и на следующих выборах, Терминал-Сити выберет своего собственного олдермена в регулярное собрание муниципального совета.

Издательство New World Weekly поддерживает это утверждение — трансгены изначально в большей степени люди, даже если они и генетически улучшенные создания секретной правительственной операции, что прошла неудачно.

{Примечание редактора: Также об этой проблеме можно ознакомится из предыдущей статьи из серии Нация Уродов: "Мантикора - американская правительственная шутка!? Кто ответит за это?"}
В настоящее время Макс Гуевера — загадочная, красивая, темноволосая Х5, которая в результате переговоров достигла мира — является фактически мэром Терминал Сити.

Темноглазая и высокая Макс - чьи полные губы и приятная форма привлекают и мужчин и женщин, что позволяет ей преуспевать в том, чтобы привести эту толпу к пути становления вполне оперившимся сообществом.

Ее манера держаться.

ее храбрость и лидерство.

были фундаментом, на котором держалась эта группа сброда поселенцев еще с ранних тяжелых дней осады.

В черном ансамбле из свитера-водолазки и жилета и облегающих слаксов, миниатюрная, красивая машина уничтожения, которая была Максом Геверой, сидела в кабине в ресторане через дорогу от Терминал-Сити

Она потягивала кофе, читая бульварную газетенку, для которой написал ее друг Скетчи, и едва заметная улыбка образовывала ямочку на ее щеке.

Не обращающий внимания на ее собственный шик Женщины-кошки, Макс покачала головой, думая, что она должна будет дать Скетчи, небольшого пинка из-за той "непристойной (похотливой)" чепухи

Ироничная, тем не менее, из всех СМИ, несерьезная New World Weekly становиться голосом разума, первая среди прессы, принявшая сторону трансгенов.

Иронично, также, то что это наименее уважаемое из Сиэтлских изданий станет единственным национальным воздействием, благодаря продажам через кассы продуктовых магазинов Америки.

Кроме ее собственного описания, она едва ли могла спорить с чем-либо сказанным Скетчи в его передовой статье.

Положение было лучше для трансгенов теперь - удивительно если, принять во внимание угрозу направленную на геноцид, перед которой они столкнулись.

Тем не менее, проблемы оставались — различные проблемы, новые, часто мирские — и в мирное время, Макс испытывала трудность, приспосабливаться к таким незначительным проблемам, которые никогда не испытывала в военное время, где главные проблемы имелись в большом количестве.

У быть рожденной генетически усовершенствованным супер солдатом были свои преимущества, никаких сомнений; но сколько раз Макс жаловалась на желание вписаться — и походить на всех остальных, и только жить в мире — слишком много раз в течение прошлых шести месяцев, когда она чувствовала беспокойство, тоскующая по действию, что беспокоило ее.

Созданная в Мантикоре, что в некотором смысле означало, что нормальная жизнь останется вне досягаемости, несмотря на ее максимальные усилия?
Эти мысли, эти чувства, беспокоили ее, тем более, что все, казалось, падало в месте где находились ее товарищи трансгенны.

Вторжения антитрансгенных сил было ничтожно — если не считать случайных протестующих — и для своей участи, беженцы Мантикоры хорошо вписывались в сообщество, экономически если не физически.

К их удивлению, те же самые признаки, которые делали их премиально-качественными солдатами, также хорошо служили им в деловом урегулировании.

С помощью красавчика Х5 Алека, ведущего впереди через большую часть этой новой дикой так называемой торговли — он был яппи (молодой преуспевающий и амбициозный человек, проживающий в городе, ведущий здоровый образ жизни и стремящийся к карьерному росту) 80-ых в прежней жизни? — трансгены не только стали успешными, но и фактически процветали.

Искра для этого приятного костра капитализма в трансгенной коммуне была маловероятной.

Оказалось, что самое первое создание Мантикоры — неуклюжий, привлекательный собачий мальчик, Джошуа — не был единственным жителем Терминал Сити с артистической склонностью.

Картины Джошуа заработали деньги прежде в главной Сиэтлской галерее, и с нуждающейся группой, он рисовал с новым пылом.

Основанный на его чистом, инстинктивном таланте, Джошуа был успешен даже до его таблоидной популярности, и теперь взлетала ценность его ярких, примитивных картин.

Владельцы галерей требовали большего количества "трансгенного искусства," и жители Терминал Сити ответили.

Дикс, сотрудник службы безопасности с картофельной головой с моноклем, и его партнер с бейсбольным черепом Люк, были больше чем инженерные мастера, которые соединили сеть безопасности Терминал Сити, контролировали автопарк, разработали и построили свой силовой генератор и водную систему.

Они также создавали сварочные скульпторы, формируя абстрактные формы, которые создавали конкретные изображения в глазах и умах зрителей.

Быстро их хобби стало бизнесом.

И у Мола, оказался, талант изготавливать скульптуры из песка; и у многих других были собственные навыки, не всегда на артистическом уровне Джошуа и скульпторов, но в их собственной творческой манере, отражающей их специфический образ.

Макс улыбнулась этой мысли.

Давайте посмотрим правде в глаза, говорила она сама себе, у кого на этой планете есть более уникальное взаимодействие с окружающим миром и генетики в их прошлом чем у трансгенов?
Таким образом, они открыли уличный рынок, и в течение месяца трансгенное искусство стало хитом с покупателями по всему городу от знатоков культуры до обычных людей.

Мало того, что трансгенные ремесленники были продуктивными, они также были талантливы, и любимой темой для обсуждения СМИ — не первые дьяволы СМИ, которые осуществили тот переход — чьи части приносили главный доход.

Меньше чем через три месяца они арендовали семиэтажное здание на углу через улицу от главных ворот.

7и-этажное здание Терминал Сити напоминало Макс о ее прошлом..

Это было в кафе на первом этаже этого здания, когда она и Детектив Реймон Клеминт наконец начали говорить правду друг другу — в критической обстановке с Kelpy — и Макс, ресторан представлял начало общего доверия, даже дружбу, между трансгенами и обычными людьми.

Конечно это было необходимо для того, чтобы открыть их декоративно-прикладное искусство за пределами Терминал Сити — ядовитая промышленная зона, где они проживали, была пригодной для жилья только генетически измененных трансгенов.

Терминал Сити вырисовывался через единственный путь — огромный, холодный как сталь и бетонный заброшенный город, который преследовали трансгенные приведения, свободное предпринимательство в худшем виде — обеспечило еще одну иронию, подобную сказке, поскольку аллея контркультуры и свободного предпринимательства процветала в своих лучших проявлениях.

Соседнее поселение с Терминал Сити также создавало впечатление тайны и принесло популярность, которая привлекла простых людей к "необычной" аллее.

Скетч расхвалил трансгенов
в New World Weekly, и быстро захватил этим всю СМИ

Макс нравился тот факт, что у трансгенов теперь собственное жилье — Логан Кэйл давал им взаймы деньги, и не так плохо было их получать, чтобы ресторан первого этажа вновь открыли.

Джем - Х5, которая родила в Джем Пони во время захвата, работала за прилавком, а двое других Х5 занимались управлением ()

Большинство посыльных Джем Пони останавливались там, чтобы поесть, когда они делали поставки в этом секторе города. А от полицейсских, которые были все еще при исполнении служебных обязанностей вокруг периметра, была постоянная угроза инвентарю ресторана.

Остальная часть здания была превращена в магазины эклектичная аллея искусств и старинных вещей.

Те трансгены, которые не мастерили, работали со старинными вещами.

Учились у бывшего грабителя кота Макс, чей наставник уличной бригады Моди, годы назад хорошо ее обучил.

Трансгенные ученики выучили какие экспонаты достойны сохранения, а какие могут быть проигнорированы, не только в пределах границ Терминал Сити, но и неприметных рынков и свалок по всему городу.

Сидя на первом этаже ресторана Произведения искусств Терминал Сити, допивая свою чашку кофе, Макс позволила проскользнуть маленькой улыбке, поскольку она понимала как многого они достигли в столь короткое время.

Ты выглядишь как кошка, проглотившая канарейку, - сказал Логан, подходя к ней

Ты знаешь, я же вегитаринка, - сказала она.

Логан сел напротив Макс.

Я знаю,ты пытаешься быть вегитарианкой

-Ну и как,работает? - она усмехнулась

Скажем так, в следующий раз, когда ты будешь готов приготовить партию твоей фирменной говядины с чили. Я буду там.

Я тут.

Высокий с колючими русыми волосами очками в тонкой проволочной оправе с ярко-голубыми глазами, Логан Кейл был атлетически сложен.

И, в некоторой степени, он поддерживал строгий график тренировок в его современной квартире в казавшемся заброшенным здании сразу за пределами токсичных границ Терминал Сити.

Но под его небрежным стилем, мешковатыми брюками оттенка земли, Логан носил экзоскелет, который давал ему возможность ходить, навык, украденный у него пулей, повредившей позвоночник, и восстановленный благодаря использованию механического чуда, который он носил все это время.

Несмотря на состоятельность Логан был далек от всех праздных богачей.

Вместо этого он вкладывал свои деньги в попытки бороться с правительством и частным сектором правонарушений, работая в поддержку малоимущих.

Таким образом, он проводил практически каждую свободную минуту как подпольный кибержурналист, которого город и теперь большая часть страны знала, как загадочный голос и изображение, ограничивающееся только теми проникновенными голубыми глазами: Зоркого (Око).

Едва ли горстка людей знала, что Логан ведет двойную жизнь; другая горстка думала, что он был агентом Зоркого (Ока).

Но Макс знала правду - она работала с ним уже несколько лет.

"Я смотрю ты читаешь последнюю попытку Скетчи на премию Пулитцера", сказал Логан.

"О, да. Он заплатит за это."
"О, ты кажешься такой знойной, загадочной даже"

Он собирается заплатить

Уууу!

Ты выглядишь страстным.

даже, загадочным.

Она шлепнула его газетой, но не могла сдержать ухмылку.

Нужно запасаться углем в этом году - определенно углем.

Мы всегда можем использовать топливо, - он сказал.

-Знаешь, что я хочу на Рождество? Действительно хочу?
-Нет

Но держу пари, ты мне расскажешь.

Он вытащил руку из перчатки и взял ее руку в кожаной перчатке в свою.

Он сжал ее.

Вот чего я хочу, - сказал он.

Только я хочу, чтобы это были ты и я.

Я сожалею, что это были не я и ты.

"Без перчаток?"
Он усмехнулся, почти застенчиво, но то, что он сказал звучало довольно смело: "По крайней мере".

Макс любила этого человека.

Она любила его, он любил ее, и они держались за руки сейчас, на самом деле держались за руки.

Черт, они должны были жить долго и счастливо, начав уже очень давно.

"Мы должны были жить долго и счастливо к этому времени", она взболтнула, делясь мыслью.

"Ты так не думаешь?"
"Мы могли бы столкнуться с более суровым Рождеством"

"Только мы сидим здесь", сказала она, игнорируя его ремарку, "управляя биотехнической пустошью, ставшей Джеймстауном (первое поселение англичан на территории современных США) для трансгенов."

Не будь так строга к этому месту.

Или к себе.

Ты добилась так многого.

Называя Терминал Сити Джеймстауном, она знала - "Джеймстаун" переданный на рассмотрение Гувервиля, который дал трещину после Импульса и был назван в честь Президента Майкла Джеймса.

Терминал Сити стал намного большим, чем это.

"Да, мы могли бы столкнуться с более суровым Рождеством," она наконец признала.

"Я не знаю, что со мной не так, Логан - это как иметь зуд и не иметь возможности почесать."

Он одарил ее взглядом.

"Знакомое чувство".

Макс чуть не покраснела.

Она помахала Джем, чтобы та принесла чашку кофе Логану.

Настоящая причина почему она и Логан не жили долго и счастливо, конечно, была в покойной и абсолютно неоплакиваемой светловолосой сучке, известной Макс, как Ренфро.

Это было в штаб-квартире Мантикоры - незадолго до того как Макс сравняла это место с землей - где Ренфро всадила в Макс созданный вирус, часовая бомба, отсчитывающая мгновения, чтобы убить Логана.

В основном Ренфро наградила Логана аллергической реакцией на прикосновения Макс - фатальной в исходе.

Рождество всегда приносит мысли о доме, не так ли? Макс размышляла.

И нравилось ей это или нет, для нее и других трансгенов - были ли они обыкновенного внешнего вида, как Х5, или фрики-мутанты, как Джошуа и Дикс - Мантикора была для них домом.

Результат генетического эксперимента по различным курсам неслыханного в остальном мире, беженцы Мантикоры были фриками, и большая часть города до сих пор не давала им об этом забыть.

После полковника Дональда Лайдекера, суррогатного "отца" Мантикоры, который ушел, Ренфро приняла командование.

Она была ответственна, когда Макс схватили.

До побега Макс Ренфро и ее команда бессовестных ученых - нацисты смаковали бы возможность иметь этих "сумасшедших докторов" на службе - ввели Макс вирус, который был губителен только для одного человека на планете: Логана Кейла.

Если Макс и Логан прикоснуться как-нибудь, он получит вирус...

или даже вирус получит его: Логан умрет в течение 24 часов.

По этой причине эти двое были осторожны, чтобы не коснуться, и оба постоянно носили перчатки и длинные брюки даже в самую теплую погоду...

и даже в такие интимные моменты как этот, когда они сидели в ресторане в кабинке, пара держала уважительную дистанцию, как школьники на первом свидании.

Ранее в этом году они получили опыт из первых рук что вирус может делать, если у него не будет препятствий.

Во время поимки Макс Келпи - парня-хамелеона-серийного убийцы - он как-то поймал гада.

Вследствие одержимости Келпи Макс, его последней мишенью был Логан, его главной целью "стать" Логаном и таким образом завоевать привязанность Макс.

Когда Келпи начал его хамелеоноподобную трансформацию, превращение его в псевдо-Логана, Макс прикоснулась к подмененному трансгену и так или иначе этого было достаточно, чтобы вирус сработал - это дало волю Келпи.

Макс и ее друзья - Логан, лучшая подружка Чудачка Синди, Алек, Джошуа и некоторые другие - были свидетелями растворения молодого Келпи и его ужасающей смерти.

С тех пор Макс старалась еще больше, чтобы убедиться, что она и мужчина, которого она любила, никогда не прикоснулись друг к другу.

Что угодно - легкое прикосновение поцелуя, держаться голыми руками, даже самое небрежное объятие - стало бы для него смертельным прикосновением.

Джем принесла его кофе, поставила очень горячую чашку перед ним и тепло улыбнулась, Логан ответил тем же.

"Как Ева?" спросил он официантку.

Ночью после кризиса с заложниками в Джем Пони, Джем решила, что т.к. ее крошка была первым трансгеном, родившимся на свободе, ребенка следует назвать в честь первой женщины в мире...

т.е. Евой.

"Она уже стоит и хочет ходить", стройная, привлекательная официантка сказала, "хотя она еще не совсем готова".

Она будет проблемной.

"Уже стоит?" Логан спросил, изумленный.

"В шесть месяцев?"
Макс только улыбнулась.

"Хорошие гены - это действительно, действительно хорошие гены.

Все мы, Х5, делали это".

Логан потряс головой в удивлении, затем отпил немного кофе, тем временем Джем вернулась за стойку.

Макс провела рукой по лицу и сделала глубокий вздох.

"Ты выглядишь помятой", он сказал.

"Очень жаль, что ты не была генетически усовершенствована, чтобы быть мэром, а не убийцей".

Она одарила его слабой ухмылкой.

"Я так устала - что даже такая слабая острота (едкое замечание) заставила меня улыбнуться".

Он фыркнул.

"Слабая, может быть.

Но ты улыбнулась".

"Я улыбнулась," Макс признала.

"И у нас есть многое, за что нужно быть благодарными".

"Да, это так.

Разве я кажусь неблагодарной?"

"О, да."

"Макс покачала головой."

"Извини...

Я не была создана, чтобы быть лидером...

Я одиночка.

Командос." (боец диверсионно-десантного отряда)

"После еще одного глотка кофе Логан сказал, "Что ж, одиночка или нет, там на крыше куча людей, спрашивающих тебя."

"Да?"
"Джошуа, Алек, Чудачка Синди, Мол.

Я думаю Дикс и Люк наверху.

И Скетчи тоже...

на случай если ты хочешь сбросить его задницу с крыши."

"Теперь ты соблазняешь меня...

Но там холодно."

"За последние две недели погода была ужасной, даже по стандартам Сиэтла.

Температура зависла на отметке, близкой к замораживанию, и ветер дует со скоростью 30-40 миль в час, с порывами в 50.

Логан одарил ее взглядом.

"Не вижу, чтобы носила пальто...

В любом случае разве не ты мне говорила, что задерживала дыхание на 5 минут? В водоеме под слоем льда? Тогда, когда сбежала из Мантикоры?"
"Это не значит, что мне понравилось это."

"Где твой Рождественский дух?"
"Рождество в Мантикоре не вызывает во мне ностальгию по этому празднику."

"Как насчет твоей приемной семьи?"
"Да, это было здорово - когда мой приемный отец напился в дрызг и толкнул мою приемную сестру в дерево."

"Мотая головой, Логан спросил, "Поговорим об угольных запасах, Мисс Гринч.

Ты должна поддаться Рождественскому настроению.

"Я знаю способ, и он не наверху на холодной крыше."

"Что же это?"
"Сидеть рядом с тобой у огня.

Что это за старая песня? 'Chestnuts Roasting'?"
"Ясно," сказал он, и его улыбка осветила место.

"У тебя есть немного Рождественского духа."

"Эта его улыбка - эти его белые зубы, эти ямочки.

Она любила его улыбку; она любила практически все в нем.

Просто было тяжело говорить об этом, и она знала у него была та же проблема.

Но они оба знали, что чувствуют, и возможно этого было достаточно.

Оба были настолько заняты, что едва видели друг друга.

Логан продолжал использовать Зоркого (Око) для положительной пропаганды трансгенов, и у Макс всегда был какой-нибудь кризис в Терминал Сити или что-нибудь другое, нуждающееся в ее внимании.

Если это не проблема с поставкой воды, то нарушение кодекса строительства, или выбор логотипа для нового торгового пассаж искусства и антиквариата.

Она не была заинтересована в таких мирских делах еще пару месяцев назад, но сейчас эти утомительные мелочи казалось занимали каждую ее минуту.

Иметь несколько минут наедине с Логаном казались, как наконец причаливание к берегу после пересечения заливов Пьюджет Саунд.

"Почему бы нам просто не пойти туда," Логан предложил, "посмотрим, что хочет эта банда, и покончим с этим?" Она игриво покачала головой.

"У меня есть идея получше."

"Какая это?" "Продинамим их."

"Он покачал головой серьезнее.

"Ты знаешь, что мы не можем."

Она тяжело вздохнула.

"Хорошо, мы пойдем на крышу, разберемся с тем, чего бы они не хотели...

на одном условии.

"Да?"
"Оставшийся вечер - только наш.

Тихий вечер вместе.

Начнем с того, что я приготовлю ужин.

Я собираюсь официально бросить свое вегетарианство сегодня вечером."

Теперь она привлекла его внимание.

"Только мы вдвоем?" он сказал.

"Я заикаюсь? Только мы вдвоем."

Она уже вышла из кабинки, заканчивая свой кофе на ходу и выуживая смятый счет из кармана.

"Пойдем.

Дикс заставил лифты здания снова работать; фактически пассаж принимал такой хороший вид, что мог потерять свою вызывающую привлекательность.

Макс и Логан поднялись на 7 этаж, который был все еще в процесс реконструкции и еще не был открыт публике.

В конце холла парочка поднялась на винтовую лестницу, которая вела на крышу.

Пока они поднимались оба натянули вязаные шапки; они уже надели перчатки.

Когда она начала открывать дверь, Макс почувствовала ветер - у него были острые зубы! - пытался (ветер) препятствовать ее хватке, и только ее особая сила позволила ей удержать ее (дверь) от того, чтобы совсем не сорваться с петель.

Как только Логан прошел, у нее получилось закрыть ее; затем она обернулась и увидела остальных, ждавших их под серым небом, в сумраке, окутывающем город как низкое облако.

Через дорогу, наверху главного здания Терминал Сити, флаг Фрик Нации развивался, так же прямо как салют, несгибаемый на ветру, его красную, белую и черную полосы легко было заметить даже на расстоянии, парящий красный голубь казалось обратится в бегство.

Группа, которая стояла перед ней в свободном полукруге, и Логан справа от нее, теперь были ее семьей.

Она улыбнулась мысли, чувству вины от ее нежелания принять их предложение, ей становилось тепло несмотря на жуткий холод, когда она смотрела на них.

Девочка может сделать гораздо хуже.

Чудачка Синди стояла в центре, ее пушистые волосы пробивались сквозь вязаную шапочку, натянутую прямо на уши, ее руки бросались в глаза из-за их отсутствия, так как они были за ее спиной.

Несмотря на "обычность" она была настоящая красавица с выразительными карими глазами и широкой улыбкой, которая бросала вызов холоду.

Ни один не считал ее "обычной" в любом вопросе, хотя способности Чудачки Синди были несколько более скромными, чем те, что у Макс, ее лучший друг и сестра, ее подружка, но позиция Синди была ни коим образом не скромная.

Чудачка Синди как четырехсот футовый тигр после пятого эспрессо, и ей было было чертовски наплевать нравилось ли кому-нибудь это или нет.

Что Макс знала, было наверное то, почему она и Ч.С. сразу поладили, каждая узнала мятежницу в другой и одобрила это.

Справа от Чудачки Синди стоял Алек, его русые волосы немного отросли; обычно он зачесывал их назад, хотя сейчас ветер трепал их взад и вперед.

У него были пронзительные темные глаза и его лицо выражало его обычную нахальную ухмылку; он мог быть эгоцентричным козлом, Макс знала, но у него были и хорошие стороны.

Х5, как Макс, Алек никогда не сталкивался с препятствием слишком простым, чтобы не постараться найти способ, требующий наименьших затрат времени и сил; он с радостью потратил бы час на изучение всех ходов и выходов проблемы, которую он мог решить тяжелым трудом в половину меньше этого времени.

Позже, хотя Макс заметила, что Алек - к его чести - наконец-то начал понимать, что то, что он однажды посчитал даром, может на самом деле оказаться недостатком.

Рядом с Алеком стоял Джошуа, высокий человек-пес, первый из экспериментов Мантикоры, и сейчас во всех отношениях человек, по крайней мере физически.

Его безжалостно укрытое воспитание - буквально в подвалах Мантикоры - нанесло вред его развитию, и на первый взгляд вы можете принять его за умственно неполноценного.

По правде говоря, он был крайне смышленым, и у него было самое большое сердце из всех них.

Его длинная грива коричневых волос металась неистово на ветру, но он казалось не замечал этого, его львиное лицо излучало блаженную улыбку, которая светила как маяк, когда он увидел Макс.

Рядом с Джошуа был Скетчи, бездельник-курьер, ставший таблоидным журналистом, еще один из из "обычных" друзей Макс из Джем Пони.

Конечно, Скетчи не был обычным в любом смысле, кроме того, что он не был трансгеником - высокий и долговязый, со свисающими прядями коричневых волос, обесцвеченными в некоторых местах, Скетч казалось был везде - в коленях, локтях и мотающейся голове - марионеткой, управляемой неуклюжим кукловодом.

Парень мог быть немного отсталым, и часто казалось он только что услышал шутку, над которой все остальные уже закончили смеяться.

Слева от Чудачки Синди стояли два лысых альбиноса инженера, превратившихся в скульпторов сварки - Дикс и Люк - и рядом с ними человек-ящерица необъяснимо названный Мол (крот).

Даже в сильный ветер Мол все равно жевал вездесущую сигару.

"В чем дело?" спросила Макс, практически крича, чтобы быть услышанной среди надвигающейся бури.

Полукруг разомкнулся, чтобы показать огромную Рождественскую елку, крепко привязанную в углу крыши стальными кабелями; ель - высокая и пышная - была увешана неосвещенными огнями и мишурой.

Даже со всей этой тяжелой мишурой, казалось дерево может улететь с крыши в любой момент.

Макс перевела взгляд с дерева на Чудачку Синди, которая все еще держала руки за спиной.

Выпучив глаза, Макс крикнула, "Это должно быть сегодня?". Усмешка Чудачки Синди исчезла и остальные разом проявили повышенный интерес к изучению своей обуви.

Сразу осознав свою бесчувственность, Макс нацепила ухмылку и сказала, "Не поймите меня неправильно, ребята - дерево супер!"
Глаза уставились на нее, сияя; улыбки расцвели, ярко.

"Просто...

так ветрено! Выглядит так, что в любую секунду она задаст жару на санях Санты..."

Пожав плечами, Чудачка Синди сказала: "Прогноз погоды обещал улучшение условий позже ночью, так что мы рискнули.

Дерево погибло бы если бы я разрешила Нормалу позаботиться о нем хотя бы еще один день."

Рейган Рональд, ака Нормал, был управляющим курьерской службы Джем Пони, где Макс и Чудачка Синди получили работу, когда впервые приехали в Сиэтл.

Ч.С. все еще работала там, как и Скетчи - его журналистская работа не была еще на полную ставку - хотя сама Макс не возвращалась с того кризиса захвата заложников, который привел к осаде Терминал Сити.

В течение работы Макс в Джем Пони Нормал был занозой в заднице, with a stick up his own.

Самым волнующим событием в его жизни было получение подписанной фотографии Президента Буша (одного из них - которого Макс не знала, не то чтобы это имело значение) в годы учебы в колледже, когда он был президентом кампуса клуба Юных Республиканцев.

Макс указала на бедное трепыхающееся дерево.

"Ты позволила Нормалу заботиться об этом дереве?"
Чудачка Синди улыбнулась в ответ.

"Это факт."

"Наш Нормал? Прямолинейный, скрытный, холодный как лед Нормал?"
"Говорю тебе, милая, с тех пор как он помог родиться Еве, он стал проникновенным белым парнем.

Черт, он даже полил дерево."

"Повертев головой Макс оглянулась назад на высокое пышное дерево, которое все еще, казалось, боролось с кабелями.

"
"Черт, рядом...

эй, ну мы же выкрутились, так?"
"Я не могу поверить, что Нормал пошел на это."

"Ты хочешь действительно потерять голову?" Ч.С огляделась заговорщически.

"Это было временное помешательство Нормала?
Идея Нормала."

"Достать вам, ребята, это дерево, клянусь мамой, милая."

"Хорошо, тогда где он сам?"
"Эй, дай человеку поблажку, сестренка - по крайней мере давай притворимся, что он все еще задница."

Макс глядела на дерево; ощущение теплоты волновало ее на этой холодной крыше.

"Что ж, храни Господь Нормала...

так как это прекрасно."

Достав руку из-за спины, Чудачка Синди передала Макс металлический кубик с серебряной ручкой переключателя.

"Дикс и Люк; - их последний черный ящик...

Тебе честь, милая."

С комком в горле Макс взяла ящик и посмотрела на этих двоих умников, ее умников-друзей, которые энергично кивали; затем она щелкнула переключателем.

По всему дереву загорелись цветные огни, красные и белые, зеленые и голубые, мерцающие, сверкающие, искрящиеся; звезда наверху блестела ярко-белым, цветные шарики подпрыгивали - пылающее зрелище в сумерках.

"Это прекрасно", снова сказала Макс, ее голос стих.

Она повернулась к мужчине, стоявшему рядом с ней; Логан улыбнулся ей.

Остальные собрались вокруг, каждый обнял Макс.

Даже Алек - который редко к кому прикасался, кроме случайных женщин на одну ночь, которых он удостаивал своим вниманием - сдался.

Все, кроме Логана.

Он остался на шаг или два позади - как всегда, она и он были осведомлены о необходимой дистанции между ними.

"Это будет клевое место, чтобы наблюдать комету,канун Рождества," заметила Чудачка Синди.

Вся страна ожидала прибытия так называемой Рождественской звезды, кометы, проходящей раз в 2000 лет, которую некоторые астрономы считают легендарной звездой Вифлеема.

Макс ухмыльнулась.

"Судя по газетенке Скетчи, комета означает конец света."

"Судя по газетенке Скетчи," сказала Чудачка Синди, "Элвис возвращается на Новый год, на летающей тарелке."

Группа подошла ближе к краю крыши, открыв себе потрясающий вид на ярко светящееся, пестрое дерево.

Макс изучала каждый огонек, каждый цветной шарик.

Дерево было великолепно.

Она всегда считала Рождество слащавым пережитком предимпульсного декадентства.

Но сейчас она понимала к чему была эта суета...

семья, друзья...

и она не могла представить себе лучшего настоящего, чем это.

Дерево было видно на мили вокруг, и люди, находившиеся далеко от Терминал Сити, могли видеть Рождественское дерево Фриков наверху их нового пассажа.

Они на самом деле прошли длинный путь в короткое время.

Она все еще обдумывала это, когда, мгновением позже, ветер выразил свое, менее сентиментальное мнение, подхватив дерево и встряхнув его даже яростнее, чем до этого времени, как жестокий родитель жестоко обращается с непослушным ребенком.

Логан рефлексивно двинулся к дереву, чтобы оттащить его обратно, но ветер переменился опять, на этот раз

Его глаза расширились, он побледнел, поскольку колебался с мгновение - его равновесие было хорошим в экзо-скелете, но не идеальным, он не был настолько ловким - и в доказательство этой реальности он шагнул назад и сорвался с края со звуком.

Макс видела это, но у нее не было времени предупредить его, и гораздо меньше времени добраться до него во время.

Все что он могла сделать, это переместиться к краю крыши, вытянуть руку перед собой и за конец крыши.

В самый последний возможный момент она поймала Логана за руку в перчатке, и затем он повис на высоте в 7 этажей над городом, человеческое рождественское украшение.

Рука Макс грозила вырваться из своего основания под попыткой победить гравитацию и удержать Логана от падения.

Алек и Джошуа, быстро передвигаясь, каждый схватил ее за ноги и начал затаскивать ее обратно на крышу, тем самым поднимая Логана.

Чудачка Синди и Мол подлетели с другой стороны Макс и тоже опустили свои руки через край крыши, ожидая первой возможности дотянуться до Логана и втянуть его обратно на крышу.

Макс сконцентрировалась на том, чтобы удержать мужчину, которого она любила, просто сохраняя его живым, и позволила остальным делать работу.

До тех пор пока они касались только перчатками, все должно было быть хорошо.

Логан поднялся ближе, и Мол и Ч.С.

схватили его за плечи и начали тащить.

Мол крепко схватился за него и сделал рывок, и неожиданно Макс увидела, что Логан возвращается на крышу...

его голова приближалась прямо к плоти ее непокрытого лица!
Покачнувшись назад, Макс попыталась убрать голову с пути, как Логан рухнул на нее сверху.

Они касались повсюду, но Макс не была этим ужасно озабочена - они были укутаны, за исключением их лиц, их кожа была уязвимой.

Они оба двигались осторожно, как распутывая сложную задачку.

Макс могла видеть как кричали Чудачка Синди и остальные, но она была очень сконцентрирована на том, чтобы не коснуться Логана, что не слышала ни слова, что сейчас говорили другие.

Как только они разделились, следом был порыв ветра.

Она напрягла тело, но но ничего нельзя было предпринять, т.к. буря смахнула ее волосы прямо в лицо Логана, ее вязаная шапочка слетела с крыши.

Она могла почувствовать электрический заряд, которым обменялись ее волосы и его лицо, как ее испорченная ДНК встретилась с его уязвимой ДНК.

Он задыхался, и в эту секунду контакта Макс умерла внутри, зная, те пряди ее волос только что приговорили мужчину, которого она любила, к смерти.

Все замерли.

Ее взгляд остановился на Логане, и его вид говорил, что он знает правду так же хорошо, как и она.

Менее чем за 24 часа он умрет.

Они оба знали порядок: они уже проходили это раньше.

В двух предыдущих случаях симптомы проявились и чуть не прикончили его.

Оба раза чудо спасло их, но на этот раз они знали, чудес не будет в будущем.

Никто не обнаружил лекарства, единственный пузырек с антигеном, который существовал, уже давно был использован.

Логан заговорил первым.

"Я...

Я сожалею."

Это чуть не сломало ее.

Она только что убила его, а он извиняется?
Макс знала, услышав те два жалких слова, что она не сможет с этим справиться.

Она не сможет снова смотреть, как Логан проходит через этот ужасный путь.

Сначала будет лихорадка, потом озноб, пот, приступы, и отсюда стремительный скоростной спуск на дно пропасти...

Но после минуты размышлений он также знала, что для нее больше нет пути.

Если Логан будет умирать, она будет с ним до конца...

даже если это убьёт и её

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/4294/13764

Переводчики: cristallerie, evening_glow, stacey16, Dancing_Lady

neangel452, nittka, Verooka, fancot

Marusya02, Klymenko, 7441776, atunA

nastuxa93