Готовый перевод Half-Made World (by Felix Gilman) / Недоделанный мир: Глава 45. Танец

Глава 45.

ТАНЕЦ

На четвёртый день капитан Мортон представил Лив молодого человека… ну, не такого уж молодого, рыжеватые волосы на обожжённой солнцем коже головы редели и он был склонен к полноте людей среднего возраста… но всё равно был на очень хорошем счету и очаровательно тих и застенчив.
- Его зовут Вильям Уоррен, - сказал Мортон, - Второй, после замечательного отца, который сражался со мной в битве при… но это теперь не существенно, верно? Наш Билл Младший – прекрасный парень сам по себе, и чуть ли не лучший наш плотник…
Всё это время Уоррен стоял у Мортона на крыльце и не знал, куда деть свои мозолистые руки с толстыми пальцами.
- Приехали сюда совсем малышом, так ведь, юный мистер Уоррен? Вряд ли в этом городе найдётся здание, над которым он денёк как следует не поработал. Всё , что вы хотите знать о Новом Порядке, спрашивайте у него. Мэм, я на некоторое время буду занят... ах, вы же знаете. Проходите, проходите!

Уоррен пожал плечами, улыбнулся ей и протянул руку, говоря:
- Возможно вы бы предпочли прогуляться, мадам?

Даже после того как они рука за руку полностью обошли город, и после череды напряжённых попыток со стороны Уоррена завязать разговор, Лив всё ещё была не уверена в его намерениях.

- Вот это, - сказал Уоррен, - построено на девятый год Нового Порядка, по нашему летоисчислению капитаном Праттом как дом для… - сказал он, похлопывая по брёвнам ещё одной лачуги. И так всё время тут и там на грязных улицах, пока солнце двигалось на запад над горами и опускалось в бурное море за ними. Уоренн светился любовью к каждому грубо обтёсанному бревну своего города. Казалось у него не было других тем для разговора… он вежливо выпытывал у Лив о внешнем мире, но не вникая и без явной заинтересованности.

К концу вечера Лив решила, что истинная природа намерений Уоррена не имеет значения. То ли его приставили за ней шпионить и его неуклюжесть – уловка, и в таком случае она не видела причин упрощать его задачу; то ли он пытается за ней несколько неуклюже ухаживать, и в таком случае, если вкратце, она заинтересована и не станет отказываться, вот только он казался таким юным. То есть, хотя они вроде и родились с разницей в лучшем случае в несколько лет, но не подвластные ходу времени годы в Новом Порядке настолько не наложили на Уоррена свой отпечаток, что Лив с трудом видела в нем полноценную личность, и казалось жестоким и каким-то стыдным вмешиваться в его безупречное существование.

Поэтому она слегка сжала его ладонь и отпустила её, и сказала ему, что как не жаль, она очень устала и от нервов у неё разболелась голова, из-за чего дальнейшая беседа невозможна. Она оставила его, и он одиноко стоял в грязи под удлиняющимися тенями от лесопилки на западе города с несчастным выражением на простодушном лице.

***

На следующий день устроили танцы и Лив снова увидела Уоррена.

Очевидно, танцы были еженедельным мероприятием, которое проводилось на невозделанных северных полях и посещалось с большой торжественностью и настроем на веселье. Старики медленно водили хоровод в середине, а молодёжь кружилась вокруг них. Хореография была продуманной – математически и топологически сложной, работой умников, у которых слишком много свободного времени. Мортон объяснял, что танец как спорт, как война, укрепляет тела молодёжи, создаёт чувство общности, усиливает взаимоуважение, приучает к честной игре, а кольца символизируют… а, что-то там символизируют; внимание Лив ускользнуло. Она вновь увидела Уоррена, но на другом конце поля, в дымке светильников и факелов. Он смеялся вместе с другими мужчинами города, и ей пришлось признать, что он не такой уж непривлекательный. Но затем группа парней, которые держались за руки, смеялись и раскраснелись, крутанулась, переходя на другой конец поля, и когда она смогла снова посмотреть, он исчез.

Наверное, он присоединился к танцорам. Мортон по-доброму подзадоривал Лив и та попыталась войти в круг, но не сумела приспособиться. Танец был незнакомый и очень атлетический, и она едва не упала. Взамен танца Лив села с молодой женой Мортона Салли, которая сама не танцевала из-за того, что у неё внутри брыкался ребёнок и ей внезапно стало нездоровиться. Лив не могла дать ей дельный совет, но молодой женщине пришлось нелегко и она изо всех сил старалась быть доброй. Держа потеющую руку Салли и бормоча: «Ну, ну», Лив поискала глазами Уоррена, но так и не увидела его снова.

***

На пятый день провели референдум.

Мужчины и женщины Нового Порядка уселись рядами на длинные жесткие скамьи зала собраний. Островерхая крыша зала была решёткой из деревянных брусьев и открыта небесам. Около полудня по городу прошёл холодный дождь со снегом. Никто из них не ушёл. Они сидели с прямыми спинами и слушали длинную скучную речь старейшины Меррила, пока их волосы темнели и прилипали к коже от дождя.

Темой Меррила стали право собственности, налогообложение и вопросы высоких идеалов, касающиеся обоих… хотя, насколько было известно Лив, в Новом Порядке не было ни собственности, ни налогов. Более того, она вообще не видела денег и вообразила, что Новый Порядок коммунистический, как у пророков в старинных текстах. Она решила, что экономика Меррила скорее устремления, чем практика. Он был похож на скромного тихого мечтателя.

Когда с Меррилом было закончено (под сдержанные аплодисменты), тот по грязному полу устало протащился к своему месту на скамьях. Подиум занял Старейшина Полк и горожане так же серьёзно слушали его речь. Он носил очки, одно стекло в которых треснуло, а другое давно потерялось. Тем не менее, он держался с достоинством. Лив не смогла понять его выступление вообще.

Старейшины города так же были членами Республиканского Собрания. Они выступали и там и так. Так объяснили Лив серьёзный молодой человек слева и серьёзный старик справа.

Мистер Белен от Смайлеров говорил сжато, без подготовки на тему того, как нас характеризует то, что мы смогли провести это собрание перед лицом того, что, как мы все согласны, было бы тревожными новостями… да, было бы… если бы мы были из тех, кто предаётся беспокойству; но вместо этого нам следует очень гордиться. От дождя его красивые белокурые волосы потемнели и прилипли к черепу. Пока он говорил, его улыбка становилась всё шире, пока он не напомнил Лив марионетку чревовещателя. Под аплодисменты он сел, и Председатель собрания приступил к делу.

Сегодня на повестке дня: охота на чудовище – следует ли продолжать, или сменить тактику? Южные поля нуждаются в новой системе орошения. Салли Мортон встала и сбивчиво произнесла речь о важности образования младенцев, которая, кажется, так и осталась не оконченной. Поправка Мистера Дилуорса к правилам парламентских дебатов была разгромлена, как будто бы он предложил что-то грязное, а сам Дилуорс выскользнул из зала под сердитыми взглядами.

В конце они обсудили, как нужно поступить с Генералом, что делать с этими слухами о приближающихся врагах. Толпа заинтересованно, напряжённо зашевелилась. На подиум взошёл Президент Хобарт. Молодой человек слева от Лив встали и бурно захлопал. Старик слева сидел и настороженно молчал.

Капитан Мортон уселся на два ряда впереди Лив и выделялся в своей красной кавалерийской куртке среди серо-коричневых соседей как павлин среди куриц. Он не хлопал. Сидел очень чопорно. Салли держала его руку и прислонилась к нему.

- Лив встала. Люди вокруг неё стихли.

- Президент Хобарт, здесь нас скоро найдёт Линия. Кридмур будет нас искать. Требуется эвакуировать женщин и детей. Вы забыли, что такое Линия, на что похоже их оружие. Вы должны заключить с Кридмуром союз против Линии ради…

Толпа взревела от недовольства, заглушая её.

Лив изучала лицо Президента, пока тот рассматривал толпу… руки протянуты, ладони хватаются за подиум. Он улыбнулся своим людям, подождал, пока те утихомирятся.

Президент Хобарт и Лив встретились взглядами. Он наклонился и зашептал в ухо своего советника.

- Президент Хобарт, я обещаю…

Какой-то молодой человек спокойно положил ладонь на её руку и сказал:
- Мэм.

***

Вскоре Лив вежливо выпроводили из зала собраний. Советник президента сопроводил ее на другой конец города (в неловкой тишине) затем покинул, попрыгав живо назад на собрание, его спина удалялась под дождем, рукой он придерживал шапку.

Лив оказалась одна, что было к лучшему, поскольку она не была уверена в своей способности говорить. Она была порядком потрясена. После того, как она неделю за неделей читала историю Республики, фантазировала о ней, вела беседы с её поверженным Генералом… после всего этого, найти такое, сохранившееся как в музее и не получить доступ – это ставило в тупик.

Они отказались от её помощи. Не пожелали её совета. Она была совершенно неважна, не в силах повлиять на свою судьбу. Её безопасность целиком зависела от мудрости Хобарта, которая её не впечатляла.

Она бродила по городу, время от времени покачивая головой, время от времени улыбаясь. Она пошла на запад и вскоре достигла стен, рва и сторожевых башен, помахала рукой молодому человеку высоко над головой, который держал винтовку. Тот помахал в ответ. Он носил ярко-красную офицерскую фуражку. Отцовскую?

За рвом к городу подступали дубы. Прохладная темнота манила. Лив подумывала о том, чтобы убежать в неё и бросить Генарала. Возможно, Кридмур теперь не станет её искать. За лесом поднимались острые пики гор, багровые на западе. Солнце начинало садиться за них и делало снег на вершинах сверкающим медным кольцом. Всё ещё падавший редкий и холодный дождь блестел в слабеющем свете. Сегодня утром из-за этих гор сияя, поднялось невыносимое западное солнце.

Лив сделала ещё два шага к мосту и перед ней, преграждая путь, вышел молодой человек. Она узнала это лицо – огорчительную ведьмину шишку на его носу. Его звали Блиссет или Синглтон? Она не видела их с тех пор, как они нашли её в лесу. Конечно же, он её помнил. Он покачал головой и не стал встречаться с ней взглядом.
Liv took two steps closer to the bridge, and a young man stepped in front of her, blocking her path. She recognized the face--the unfortunate witch's wen on his nose. Was it Blisset or Singleton? She'd not seen them since they found her in the woods. He remembered her, of course. He shook his head. He would not meet her eyes.

- Вы совершенно правы, сэр, - сказала она. – Для прогулки в лесу поздно. Я могла бы потеряться в темноте.

- Совершенно верно, мэм.

- Вы так заботитесь о своих гостях.

Лив повернула назад. Она гуляла по грязным улицам Нового Порядка. Те были расположены превосходно спланированным колесом, которое, как она не могла не признать, было целесообразным и изящным. Оно воспроизводило (как объяснил Мортон) какой-то принцип расположения или упорядочивания, который в Республике был в большом почёте.

В окнах зажигался свет: масляные лампы или огни в очагах в зависимости от высоты домов – золотистая дымка в вечернем дожде. По мнению Лив, Новый Порядок был катящимся колесом, которое отломалось от красивой, громадной машины; каким-то великолепным заводным механизмом правительства, который медленно крутясь, замедлился и остался один, и наконец упал здесь, вдалеке от своего родителя. В канаву. В грязь. В тихом отдалённом поле. Он всё ещё вращается, эти маленькие жизни пойманы в его спицах. Генерал строил на совесть.

Это место было чудом! Внезапно Лив ощутила любовь к нему. Оно было захудалым чудом, несомненно, уставшим чудом. Его жители мельчали и избирали проторенные тропы, но оно было концом чего-то выдающегося. Величие коснулось каждого из этих людей; они видели лучший мир.

Пока она бесцельно блуждала по улицам под дождём, Лив мечтала об их спасении. Может быть речь? План, интрига, какой-нибудь изобретательный провал или военная хитрость, которая может повернуть Линию вспять. Или же каким-то образом увести горожан дальше на Запад, в безопасность…

Они должны выжить ради Генерала.

Они должны выжить ради мира. Если они никогда не вернутся с Запада, если мир о них никогда не узнает, насколько это важно? Мир был лучшим местом, пока была жива эта мечта.

Лив прошла мимо дома доктора Брэдли. Рядом с ним стояла длинная низкая хибара, где находились больничные койки. Её показал ей капитан Мортон. Та от начала и до конца была солдатским полевым госпиталем. Трое мужчин бесцельно слонялись снаружи занавешенной холстом двери, двое из них с винтовками и все с копьём и мечом.

Лив стояла от них на противоположной стороне темнеющей улицы. Теперь её волосы и одежда насквозь промокли, но это давно перестало её заботить. Холод её пока ещё не убил. Темноволосый молодой человек с превосходнейшей винтовкой, богато украшенной серебряной филигранью, почувствовал её взгляд, затем резко вернул голову в прежнее положение и намеренно не обращал на неё внимания.

Конечно, Генерал был здесь. Его надёжно заперли и держали в секрете, словно сокровище с которым город не знает что делать. Это заставило её думать о тех сказках, где незнакомец приносит ларец золота или гуся, кладущего золотые яйца, или чудо-машину, что прядёт невидимые нити, или духа, который отвечает на каждый заданный ему вопрос и знает все потаённые секреты, или что там у вас ещё, в простую деревушку, не готовую к такому вторжению чудесного или значительного; сказки, в которых крестьянская жадность до сокровища чужака приводит их к праздности, злости, насилию, жёны травят мужей, сыновья убивают отцов в безлюдных полях. В них всегда глава, или мэр, или священник обязательно запирают сокровище где-нибудь подальше или закапывают его в холмах, надеясь снова водворить мир, и временами это срабатывает, а временами нет.

Лив хотелось знать, пошёл ли Президент навестить Генерала ночью, тайно, чтобы вглядеться в его пустое старческое лицо. Она задавалась вопросом, кто посвящен в тайну… Вудбери, Мортон, Пекхэм, Уоррен?

Вряд ли Лив могла их обвинять в попытке утаить от неё свои планы. Да, она привела к ним их героя, но не ради них, вообще без какой-либо разумной причины. Она привела к ним развалину. Прибыла из неоткуда. Помимо всего прочего она пришла в компании агента Стволов и была запятнана своим общением с Кридмуром. Вряд ли она могла порицать их за такие чувства, она сама иногда чувствовала то же самое.

Где же Кридмур? До него добралось чудовище или Линия? Его призвали хозяева? Ей было так одиноко.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/43069/193051

Переводчики: tamika