Готовый перевод Doctor Who: The Long Midwinter / Доктор Кто: Долгое Среднезимье: I. Kebalau

Кебалау танцует, борясь с холодом.

Ускоряясь с помощью нимба, цепляясь и размахивая руками, она снуёт вверх и вниз, влево и вправо, вперёд и назад, спускаясь ко всему, до чего она может дотянуться: к гирлянде, украшающей дом-ракушку, к гигантскому существу на балюстраде, к конечностям братьев Этуру и Эрейпа, даже к ответвлениям её матери Ватер, где старая леди плывёт как привязанный бумажный змей.

Лучше так, думает Кебби, чем дрожать на ветру или толпиться в поисках тепла вокруг жерла.

"Я блуждающий огонёк!" - кричит она своим братьям и Ватер на тот случай, если старая женщина воспринимает. - "Я легко летящая, порхающая! Смотрите, смотрите, я пылинка!"

"Успокойся, Кебби," - Этуру делает ей замечание, но при этом улыбается. "А то не сможешь заснуть! Праздник ещё нескоро".

Она высовывает язык, оскорбительно мигая своим нимбом.
"Какой же ты вредный".

Этуру всегда хотелось быть ответственным, особенно теперь, когда у него было уже три конечности. В отсутствии Мебби и Лубби, заботиться о них должна была Ватер - но она даже никому в деревне не мерцала с тех пор, как они отшвартовали свой дом-ракушку и отправились на Небесное Древо и Праздник. Лубби объяснил Кебалау, что Ватер должна сосредоточиться: это специальная разновидность концентрации, чтобы подготовиться к первому посещению Древа. Теперь, когда их опекуны ушли для спаривания с четырёхконечными жителями из других деревень и для получения очищенных скорлупок для Праздничной трапезы, мечты Этуру сбылись.

Присматривать нужно за Эрейпом, а не за Кебалау. Мигая своим нимбом, она ныряет под дом, цепляясь за лианы и завитки, качаясь на руках по ту сторону огромной нижней части ракушки. Под ней, близко прижавшись друг к другу, располагались другие жилища - новые дома, как новые люди, откуда же они только взялись? - далеко внизу их были сотни тысяч. Все прибывали на планерах, лодках-ракушках, крыльях-путаницах и караванах - так много народу, больше, чем Кебби видела или представляла за всю свою трёхлетнюю жизнь.

Согласно старой семиконечной Бутаво, весь мир собрался здесь для тепла. Вдалеке плывет Мировое Древо, центр всеобщего внимания, окруженное деревянными сферами многоконечных.

Кебалау делает паузу, а затем повисает между двумя листовыми щупальцами. Она очень надеялась, что к Празднику тоже будет трехконечной. Она упорно искала ногу-зародыш, но ничего не было. Теперь она знает, что по-прежнему будет двухконечной, когда они возведут Древо.

Отстой. Сейчас она должна быть достаточно зрелой. Наличие только двух конечностей бесило. Следующий Праздник так нескоро, она станет старенькой старушенцией, старее Бутаво, старее Ватер. Её уже не будут заботить раскачивания на сучьях, или блеск-сверкание, или любые другие игры - только работа на Древе с другими сварливыми многоконечными. Это нечестно.

("Не бери в голову, Кебби," - успокаивающе пульсировал Мебби, когда она жаловалась ему накануне. "Ты одна из тех, кому повезло, знаешь ли. Множество детей растут и получают новые конечности, ни разу не побывав на Долгом Среднезимье, и должны присоединиться к Древу на своем первом Празднике, как Ватер. Или они четырёхконечные, и приходят со своими детьми, как Лубби и я. У тебя же всё совсем не так."

Мебби тоже бесил.)

Снова танцуя, Кебалау устремляется к нижнему ярусу дома-ракушки, готовясь прыгнуть на верхушку панциря позади братьев и удивить их.

Она внезапно останавливается.

Забавный незнакомый объект покоился на гладком перламутре балкона, расположившись между парой жерл, казалось, что он возник из горячих газов, или просто из ничего. Он был странной формы, холодного, темного цвета, с четкими линиями и углами. А наверху был фонарь, который отбрасывал бледный нимб.

Кебалау смотрит на него и думает о том, что же это за существо такое?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/45135/179078

Переводчики: zolko, Vvn1995, ssv310