Готовый перевод Twenty Boy Summer / Летом Звезды Светят Ярче: Шестая глава

В то время, как дни превращались в финальные часы перед началом поездки, всякий раз я думала о споре с Фрэнки на-двадцать-парней, я не могла игнорировать колючее чувство в животе, сопровождающееся лицом Мэтта, призрачным и разочарованным.

"Я никогда не видел тебя в бикини", - представляю я, как он говорит.

"Ты прожил недолго", мысленно отвечаю я.

"Но двадцать,Анна? Разве обязательно должно быть двадцать? Как насчет пяти? Или трех? А может, одного?"

"Как тебе разница ? Ты мертв, помнишь?"

Я трясу головой и выбираю несколько последних пунктов из своего списка. Если только папа в последнюю минуту не передумает, то мы отправляемся завтра утром.

—Мертвые парни не разговаривают, Анна, — говорю я громко. — Помнишь?

—Что? — мама делает свой коронное движение стучу-а-то-время-как-уже-открываю двери моей ванной комнаты.—Ты что-то сказала, милая?

—Ум,нет, просто просматриваю свой список дел.— Я вижу папа за ней и надеюсь они стояли там недолго. Затем я вижу серьезный вид на их лицах и тяжело сглатываю, надеясь они просто тут чтобы напомнить мне о креме от загара и спасателях и в целом быть со всех сторон хорошей девушкой ради дяди Рэда и тети Джейн.

—Можно мы говорим? — спрашивает папа, удобно устраиваясь на моем стуле.

—Ум, хорошо. — Я вытащила и сложила несколько вещей из своей сумки чтобы создать иллюзию того, что занята.

—Итак, Фрэнки опять курит, — говорит он.

Я не могу сказать вопрос ли это или утверждение, так что разыгрываю дурочку из себя.— Что ты имеешь в виду?

—Я шел домой между домами сегодня и увидел ее, — говорит он. Папа работает в сфере недвижимости, так что его график непредсказуем ее окна смотрят на наш дом. Прошло несколько месяцев с тех пор как он поймал ее в последний раз, когда он изводил меня на счет моей несуществующей привычки курить и заставил пообещать, что я заставлю ее бросить.

—Она просто....она нашла...это просто...ну не знаю. Пап, — Я сдаюсь. Единственное оправдание, которое я могу придумать - она сломлена. До тех пор пока кто-то не догадается как исцелить ее, что еще ей остается делать?

Папа вздыхает. — Анна, а тебе не кажется, что в эту поездку Перино должны отправится только своей семьей?

—Они семьей и едут, — напоминаю я ему. Его линия допроса заставляет меня нервничать. Когда Перино впервые пригласили меня, потребовалось немного времени, чтобы получить разрешение отца. До смерти Мэтта, отцу уже пришлось побороться с привычками «жизни на грани», , как меня выходящую наружу с мокрыми волосами зимой, снимать кроссовки без того,чтобы расшнуровать их, и идти в кровать без чистки нитью между зубами .Стало только хуже после автомобильной аварии и я уже начала думать, что папа скажет нет каникулам по всей стране - особенно с его комментариями обо мне проводящей слишком много времени с Фрэнки.но после предоставления убедительных аргументов, ссылаясь на мои отличные выпускные отметки , и выполняя дополнительную работу по дому, без просьб, я выиграла у него. После этого, как только кто-то упоминал Калифорнию,я меняла тему разговора. Как я сказала Фрэнки - он все еще мог отменить разрешение ,пока мы НЕ окажемся в самолете.

—Я знаю, что они едут как семья, — говорит папа. — Мне известно, что они едут семьей, я имел в виду, без соседского ребенка, болтающегося под ногами.

Он сказал "соседский ребенок" как будто я какой-то балласт, который даже промышленно химические вещества не могут удалить с остова их семейной трагедии.

—Пап, я нужна ей там, ты же понимаешь?— я заставляю себя говорить спокойно, думая о позитивном представление проведения каникул Фрэнки.—Я на пляже. Там парни, пускающие слюни и открытки и что-то о прекрасных русалках....

—Я понимаю это, Анна. Просто...разве тебе не кажется, что от части из-за тебя Фрэнки не двигается дальше...что, если ты ей не позволяешь ?

я смотрю на маму, в поисках поддержки, но она сама выжидающе смотрит на меня, будто я в любую минуту пойму всю неопровержимость папиной логики и распакую сумки.Знаю, папа с мамой переживают за Фрэнки, но это не они в течение недели, после смерти Мэтта, прятались с ней под лестницей, пока благонамеренные родственники и друзья заходили, неся бесконечное количество открыток и еду в одноразовых кастрюлях из фольги и говорящих все те неправильные вещи. —Он сейчас в лучшем месте. — У Бога были на него другой план. — По крайней мере он не страдал. —Ты еще молода, Джейн. Может ты сможешь завести другого ребенка. —Ты перестанешь думать о нем если посмотришь на его фотографии. — Они не обнимали Фрэнки , пока та рыдала часами напролет , без слов. Они не проверяли , поела она, даже когда она не была голодна. Они не делали за нее ее домашнюю работу, когда она не могла сосредоточится, или объясняли ее учителям почему она опаздывает на каждый урок.

— Откуда ты знаешь, что Фрэнки не двигается дальше? — спрашиваю я.

— Анна, — нежно говорит отец, — все что я хочу сказать, до тех пор пока ты будешь рядом, Рэд и Джейн по-настоящему не волнуются за Фрэнки - ты делаешь это за них. И две тысячи миль в поездке это будет крайне тяжело для них - это все усложнит. Мы просто хотим убедится что ты готова справиться с этим.

Справиться с этим ? Он не только преуменьшает эмоциональное состояние моей лучшей подруги до чего-то сродни раздражающей сыпи , он так же сеет новое семя в мой уже и без того перегруженный.

Могу ли я быть причиной того, что Фрэнки не двигается вперед ?

После смерти Мэтта, земля сделала больше, чем одни оборот вокруг солнца – прошло достаточно количество времени, чтобы оставаться, согласно официальным книгам и терапевтам и школьным психологам, которые пытались поговорить о моей роли "надсмотрщиком " в жизни Фрэнки.

Но Фрэнки не закончила с этим.

Я не закончила с этим.

И я не хотела говорить об этом, потому что однажды его имя слетит с моих губ в ее присутствие, и через непроизвольный красный румянец на щеках, влаги в глазах, тяжелого дыхания или без единой слезы, секрет , который я должна была вечно хранить будет раскрыт.

— Милая, — говорит мама. Она смотрит на меня мягко с ее Ты - Можешь - Поговорить- Со - Мной выражением лица, которое только слегка более терпимо чем его ближайший родственник Я-Была- Молода - Однажды - Тоже выражением лица. В отличие от выражения Я-Б-М-О-Т, которое обычно означает, что она знает, что я что-то придумала и я лучше не буду врать об этом, Т-М-П-С-М выражение лица с равными частями вины и сочувствия ,с примесью "мы все еще можем быть друзьями?" и " твой папа не плохой парень" на нем.

— Папа и я просто беспокоимся за Фрэнки. Мы знаем она под огромным давлением, и ты была связана с некоторыми действительно жесткими эмоциями , что может быть Рэд и Джейн должны принять больше участия.

Я думаю о тете Джейн, постоянно меняющей декор интерьера и магазинных кутежах с кредиткой картой дяди Рэда.

— Ну да, они не сильно участвуют в жизни Фрэнки.

— Мы знаем,Анна, — говорит отец. — Вот почему Мама и я озабочены. Калифорния будет особенно тяжелой для них, и кто знает, как это отразится на Фрэнки. Ты должна быть одной из самых сильных там, хорошо?

Я подавила смех, вспомнив кое-что сказанное мне Мэттом в последние дни. Фрэнки сидела с ребенком дальше по улицы, и Мэтт и я проводили время в его комнате сортируя его книги и музыку в "остаются дома" и "оправляются в колледж" кучи.

— Я знаю я еду не далеко, — говорит он, перетасовывая диски из "останутся дома", — Но я волнуюсь за Фрэнки. Я не хочу чтобы она чувствовала, будто мы не хотим, чтобы она была рядом или чувствовала себя одинокой. Я думаю это будет тяжело для нее, когда она узнает о нас. Ты должна будешь быть сильной, Анна.

— Извини? — я сделала вид, что испугалась его вывода, как будто мы девушки развалимся без его чрезмерной опеки. — Ты же не на войну уходишь. Я думаю мы сможем справится.

— Я не это имел в виду , — говорит он, приближаясь ко мне на краю кровати и беря мое лицо в свои руки.

Я посмотрела на него с притворной обидой. Затем я схватила его, прижав к кровати очередным поцелуем.

— Кто теперь странный ? — спрашиваю я.
— Хорошо, ты выиграла. Ты выиграла.
Он засмеялся. Я осталась сверху на нем, положив голову ему на грудь, пока он играл с моими волосами , пока Фрэнки не вернулась домой.

— Анна, — спросил папа, — Ты в порядке ?

Я киваю, стряхивая воспоминания. — Я сильная, пап.

— Я знаю, Анна. Но...

—В сторону все сложности, — прерывает мама, — Я думаю и тебе поездка пойдет на пользу. Это может помочь тебе. - я не знаю - навестить Мэтта опять. Имеет ли это смысл ? — Она смотрит на меня с таким сострадание, что в следующую секунду я забываю, что она моя мама и думаю, она на самом деле знает, будто чувства, которые я ношу в себе, написаны у меня на лице и все что ей нужно, просто смахнуть мои волосы назад, чтобы их прочесть.

— Да, — говорю я, надеясь они не заметят моих горящих щек .
— Отлично. — Папа встает со стула. — Заканчивай и ложись спать. Завтра у тебя ранний подъем .

Наконец-то.

Предрейсовые страхи опять успокоились, я обнимаю их обоих на ночью и перепроверяю свои сумки по списка. Все вроде бы в порядке. Была только одна проблема.

Я не могу выкинуть его из своей головы.

Я выключаю верхний свет, и включаю лампу для чтения.Свернувшись , я смотрю на освежающий ливень, стекающий вдоль окна и делающий все снаружи мягким и размытым. Я опять думаю об океане и смотрю на банки с цветным стеклом, стоящих на противоположном конце комнаты, от Фрэнки и Мэтта .

Мэтт мог погибнуть любым из тысячи способов, но каждый раз когда я смотрю на стекло, прохожу через историю нашей дружбы в поисках чего-то, что я могла бы сделать по-другому или сказала раньше, чтобы разбить цепь событий, приведших к тому дню в машине, в день, когда его сердце перестало биться. "Привет, Мэтт. Я люблю тебя. Давай сегодня не поедем за мороженым. Давай просто найдем укромное местечко".

Вернутся в то время,где мы еще "просто друзья", я всегда писала о нем в своем старом дневнике, который везде носила с собой. Я писала, как проводила время с ним и Фрэнки на выходных, или о его остановках около моего шкафчика, между уроками в школе, или о книгах, которые он дал мне прочитать, чтобы мы могли обсудить их позже. Только иногда, признавала ли я в своих чувств к нему на бумаге - я всегда боялась, что кто-то найдет мой дневник и покажет ему все мои секреты.

Я написала свое первое настоящее письмо ему в записной книжке, которую он дал мне - хотя я все еще не хотела, чтобы он на самом деле прочитал его. Это произошло после того, как он поцеловал меня во дворе, когда я была одна в своей комнате, и каждая клеточка моего тела гудела, все еще чувствуя его на своих губах. Я распечатала фотографию, которую папа сделал, после битвы тортом, прикрепила ее внутри обложки фиолетовой запиской книги, под его надписью "С днем рождения" и написала.

Последующие две недели прошли как в тумане от счастья, секретных ночных встреч, разговорах об оставшемся лете, как он будет писать каждый день из Калифорнии, как Фрэнки и я поедим с их родителями, чтобы отвести его в Корнелл. Каждую секунду. Я не спала , я хотела быть с ним. Видеть и узнать его в совершенно новом свете наших разворачивающихся отношений - не важно чем они должно стать - отличающихся от всех совместных лет как друзей детства.

У меня не было времени подумать, что тогда происходило, не говоря уже о том, чтобы написать письма, которые он никогда не прочтет.

Через пару месяцев после его гибели, я начала писать ему снова - время от времени. Не общаясь-с-мертвым таким образом, но это помогало мне почувствовать близость с ним, особенно после тяжелой ночи с Фрэнки или ночей, когда я не могла перестать думать о нем.

Как сегодня, в канун нашего отъезда - слишком скорых семейных каникул - не хватало только одной вещи.

Дорогой, Мэтт,

Через день, я буду стоять на том же песке, на котором ты стоял столько раз в прошлом. Вообще-то, не на том же песке, с приливами и ветрами и эрозией и всем прочим, но на том же символическом песке. Я так взволнована и напугана, что не могу уснуть - даже несмотря на то, что мне вставать через пять часов!

Знаешь, я сохранила все до единой из твоих открыток. Они тут в коробке, под моей кроватью - все маленькие истории, которые ты посылал мне, как крошечные частички Калифорнии. Как стекло с пляжа, которое вы ребята всегда привозили мне. Иногда, я рассыпаю их на своей столе и прижимаю свое ухо к частичкам, пытаюсь услышать океан. Пытаюсь услышать тебя.

Но ты ничего не говоришь.

Помнишь, как ты вернулся с пляжных каникул и рассказал мне на что действительно они похожи? Как океан звучал на рассвете, когда пляж был пуст? Какими были твои волосы и кожа на вкус, после плаванья в соленной воде весь день? Как песок жег твои ноги, когда ты ходил по нему, но когда ты пихал свои пальцы в него, он был холодным и мокрым внизу ? Как ты потратит три часа сидя на берегу океана, чтобы просто посмотреть как солнце погружается в воду в миллионе миль от тебя? Если я закрывала глаза , пока ты говорил, это было как будто я была там,будто твои истории были моими историями. В многих отношениях ,я чувствовала, как если бы у меня были воспоминания о тебе там. Думаешь это сумасшествие ?

Мэтт , пожалуйста , не думай плохо о пари Фрэнки. Это просто глупая игра. Это так похоже на Фрэнки, ты же знаешь ?

Нет, я думаю ты не стал бы. Ты бы убил, ее если бы так подумал.

Она скучает по тебе. Мы все скучаем. Я позабочусь о ней. Обещаю.

Пожалуйста , присмотри за нами сегодня, и в течение следующих двух недель, пока мы далеко. Ты будешь в моих мыслях все время, как всегда.

Я собираюсь найти немного красного океанского стекла для тебя .

Я скучаю по тебе даже больше, чем ты можешь представить.

Люблю

Анна.

Я провожу пальцами по его имени на письме и закрываю глаза, представляя, что мы собираемся в Калифорнию, он ждет нас там, улыбается , с его волосами, пахнущими яблоком и ожерельем из голубого стекла.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/45611/183395

Переводчики: DirtyTail