Готовый перевод Seanan McGuire - October Daye 3 - An Artificial Night. / Шеннон Макгвайр - Октобер Дей 3 - Искусственная ночь.: Глава 8

Я ОТПРАВИЛАСЬ К ВЫХОДУ со Спайком на плече. Наконец-то перестав бороться со своей юбкой, оторвала подол выше колен, прежде чем позволить Луне вывести меня из сада. Как было хорошо идти, не ощущая постоянного чувства, что сейчас в споткнусь и упаду. Это единственное, давало чувство облегчения.

Как только я позвоню Луидэд, все будет в ее руках, не в моих. Луна была права. Ситуация требует крайних мер, и Луидэд примерно настолько экстремальна, что это ей можно поручить.

Изначальная Луидэд, как и ее брат, не жили бы так долго если бы были добрыми. Ни у кого из Изначальных этого нет. Возможно, что более важно, Луидэд является одной из детей Мейв, и их очень мало. Жестокость всегда давалась легче детям Титании; единственные оставшиеся в живых из линии Мейв - это те, кто позволяет себе учиться тому, как стать монстрами. Дети Титании холодные, непреклонные и красивые. Дети Мейв горячие и странные и приходят в любой форме. Оберон не претендует на большинство своих потомков, оставляя их на милость своих матерей. Те немногие расы, которые он утверждает ... это дети Оберона. Дети Оберона - герои.

Луидэд жила в Сан-Франциско в течение столетия или более, и знакомство с ним породило определенную степень презрения. Вы можете провести всю свою жизнь в этом городе и никогда не увидеть ее; родители фейри используют ее как угрозу для детей, которые плохо себя ведут или не хотят есть овощи. Некоторые люди думают, что она мертва или просто ушла, но я знаю правду. Она настоящая, она опасная, и она единственный человек, которого я когда-либо встречала.

Когда мы встретились в первый раз, мы договорились о том что я могу задать ей три вопроса, а она обязана на них ответить. Она поклялась убить меня, когда я задам последний вопрос, и я верю ей. Я хотела находиться у нее в долгу столько, сколько могла, но обстоятельства сговорились против меня ... и она не убила меня, я думала, в основном потому, что я не трогаю ее. Через месяц я появилась у нее на пороге, и она потребовала ответить, где я была, черт возьми. Я снова начала ее навещать. Мы много играли в шахматы, я не о чем не спрашивала. И почти перестала вздрагивать каждый раз, когда она повышает голос. И теперь пришло время вернуть все это назад.

В парке никого не было. Я спустилась с холма бегом, не особо заботясь о том, кто меня видел. Я была одета по-идиотски, но выглядела как человек, и это имело значение. Люди могут оправдать почти все, если это не оснащено острыми ушами.

Моя машина находилась всего в нескольких ярдах от телефона. Сбросив Спайка на капот поскакала, чтобы схватить трубку, не проверяя гудок перед набором номера, прежде чем набирать цифры по часовой стрелке. «Джек Спрат не мог есть жира, его жена не могла есть мяса». Острая боль пронзила мой лоб, сказав, что заклинание было брошено. Ведь магия, это не слова, которые имеют значение, а вера в них. Я верила, что Луидэд услышит меня.

Линия, наполнилась шипением и щелчком реле, устанавливая связь между сетями, у которых нет реальных причин для встречи. Шипение исчезло, его заменил звук отдаленного сердцебиения. Луидэд любит навязчивые звуковые эффекты. Думаю в один прекрасный день, я позвоню ей и услышу бонго-барабанов, и крики Тарзана. Сердцебиение замерло на середине, сменившись тишиной. Я начала задаваться вопросом, изменила ли она номер. Можете ли вы изменить число, которого технически не существует? Заклинание явно работало, но это не означало, что оно должно было соединить меня с Луидэд.

Я уже собиралась повесить трубку, как вдруг линия заорала, и знакомый голос спросил: "Кто ты и чего хочешь?”

«Луидэд, это Тоби».

"Какого черта ты делаешь на моем телефоне? Ты опять забыла бублики?”

"Я не должна приходить завтра, Луидэд."Вот где мое мужество подвело меня—или попыталось. Я закрыла глаза и сказала “ " Дело не в том, что я приду, по крайней мере, не в этом. Мне нужна твоя помощь.”

Она молчала достаточно долго, чтобы я испугалась, что она повесила трубку. Затем она тихо спросила: "Почему? Ты знаешь, я обещала убить тебя после прошлого раза."Это было мое воображение, или в ее словах было сожаление?

"Я знаю."

“И ты все еще хочешь моей помощи. Почему ты такая глупая?”

Момент истины. “Потому что Луна Торквилл передала мне сообщение для тебя.” Если бы Луна была неправа в том, чтобы отправлять к Луидэд за помощью, я была уже мертвой женщиной. Смутно задавался вопросом, успею ли я позвонить ночным призракам, прежде чем она доберется до меня. Они были бы рады услышать о моей предстоящей смерти; они сделали мне одолжение не так давно, и из того, что я видела, они любят висцеральные окупаемости.

«Сообщение от Луны?» Она казалась заинтересованной, непохоже на нее. "Что это?"

«Он едет, - сказала я и стала ждать. Следующие слова должны были быть ее.

«Сколько детей?» Спросила она после долгой паузы. Эти слова были тяжелыми.

«Не менее восьми. Может больше."

«Черт возьми!» Ее голос взвизгнул. Я слышала, как голос содрогается, но не могла сказать, бросает ли она их или вырывается из сочувствия. «Черт возьми, черт возьми, черт возьми, почему, черт возьми, она посылает тебя ко мне?»

"Потому что она думала, что ты сможешь помочь." Потому что требуется тьма, чтобы понять тьму.

Ее сердце было разбито, когда она снова заговорила. “Почему я? Почему вы не можете оставить меня в покое?”

- Потому что ты нам нужна, Луидэд. Потому что ты мне нужна.”

Отдышавшись она задержала дыхание на мгновение. Затем, медленно, произнесла, “я могу помочь.”

"Я знаю", - соврала я. Я ничего не знала. Я надеялась. После того, что Луна сказала мне, Надежда показалась мне лучшим вариантом действий.

- Это не дешево. Ты дашь не заполненный чек?

Я вздрогнул. "Да. Я."

"Ты все еще дура”, - сказала она и засмеялась, низко и горько. "Приятно знать, что некоторые вещи никогда не меняются. Ты в Тени Холмов?”

- Да.

- Повесь трубку и приходи сюда, пока я не передумала. Мне нужно, чтобы ты сделала именно то, что я тебе скажу. Ты справишься с этим?

- Думаю да.

- Тебе лучше знать, или мы закончим, прежде чем начнем. Уходи сейчас же. Не возвращайся домой. Как только ты выйдешь на дорогу, не останавливайся, не оглядывайся назад. Ты ела сегодня?”

- Немного. Съела около половины яйца, картофель фри, два укуса пирога с ежевикой, три чашки кофе и чай у Лили.

“Можешь обойти это стороной. Тащи свою задницу сюда.”

Линия оборвалась. Я повесила трубку и повернулась к машине, массируя пульсирующий висок ладонью руки. Я не оглядывалась назад, что становилось все труднее, когда я села в машину и выехала с парковки. В конце концов я решила, что” не оглядываться назад " - это буквальная команда, и я буду в порядке, пока я на самом деле не поверну голову, чтобы увидеть, что позади меня. Это был обман, но это было лучшее, чем то что у меня было.

Поездка до Луидэд заняла более полутора часов, благодаря знаменитому трафику в Сан-Франциско. Она живет рядом с доками; туда нелегко добраться, даже когда не сезон на туристов. Улицы заполнены идиотами, которые хотят увидеть Пирс 39 “Еще раз", и Вам повезет, если вы сможете добраться до воды, не застряв в пробке. Моя головная боль переросла в мигрень, когда я добралась до ее района.

Яркие туристические маршруты сменились полуразрушенными зданиями, которые выглядели так, как будто ждали только повода рухнуть. Они прижимались друг к другу, создавая коридор из близко расположенных нависающих стен. Воздух вонял затхлой водой и гниющей рыбой. Я привыкла к этому - чем чаще посещаешь это место тем легче его переносить, но все равно я постоянно задумывалась, как она может жить с этим каждый день. Полагаю, ответ прост. Луитдэд была рождена на болоте и в тех, местах где земля и море встречаются, приятелями, и разрушают друг друга. Она там жила.

Спайк ютился у меня на коленях, наблюдая за пейзажем и изредка издавая небольшое, испуганное нытье. Судя по его реакции, он знал, кого мы навещаем, и не одобрял. Ему не нравилась Луидэд. Никогда не нравилась.

“Все в порядке, Спайк”, - сказала я. "Она вряд ли оторвет тебе голову и покажет ее."Это удовольствие было зарезервировано для меня.

Я замедлила ход, когда строение Луидэд появилось слева. Это была куча крошащейся кирпичной кладки и краски, которая выглядела так, будто разрушиться в любой день. Думаю, она единственная арендатор - по крайней мере, надеюсь, что одна. Никто не должен жить таким образом, если это не их выбор. Я заехала на первое свободное место. Скуля, Спайк последовал за мной из машины. Я не могла успокоить его. Черт, я даже не могла успокоить себя.

Дверь Луидэд была установлена глубоко в тени, защищенная шаткой пожарной лестницей. Рама была затемнена и деформирована годами пренебрежения к уходу. Не было никаких коридоров, они ей не были нужны. Подняв одну руку, я постучала.

- Открыто!

Отлично, портал самообслуживания в ад. Как раз то, чего я всегда хотела.

Дверь бесшумно открылась, когда я повернула ручку; Луидэд любит специальные эффекты, а не клише. Я вошла внутрь и задохнулась, стараясь не вдыхать смешанные запахи водорослей, плесени и гниющей рыбы.Темный коридор был заполнен хламом и полупроницаемыми препятствиями; на другом конце, очень далеко, вспыхнул свет. Спайк прижался к моим лодыжкам, прежде чем забраться на бок, чтобы сесть мне на плечо. Дав ему то, что я надеялась, выглядело как обнадеживающие похлопыванием, я начала пробираться сквозь мусор на полу. Вещи двигались в темноте у стен, качались и шипели, и я внезапно обрадовалась, что ночное зрение не такое хорошее, как у моей матери. Спайк прошипел. Я погладила его по голове одной рукой продолжая идти.

Луидэд была на кухне, рылась в картонной коробке с водой. Газовые лампы наполняли комнату смещающимся, тревожным свечением. Она подняла глаза, когда я вошла, спрашивая: «Ты оглядывалась?»

Иногда я думаю, что Луидэд никогда не заканчивает разговор; она просто приостанавливает их, пока ты снова не вернешься в доступный диапазон. - Нет, - ответила я. "И если ты думаешь, что это было легко в час пик, ты сумасшедшая.”

“Я никогда не говорила, что будет легко.”

“Я знаю." мне хотелось добавить “но я не понимаю", и решил не делать этого. Мне нужно было чтобы она помогла. Разозлить ее было бы плохой идеей.

Она положила руки на бедра и посмотрела на меня. Я ждала. Никогда не торопите тех, кто лично был свидетелем дрейфа континентов.

Луидэд не использует чары, чтобы выглядеть по человечески; она оборотень, и она такой же человек, каким она хочет быть. Веснушки и шелушащийся загар воевали за доминирование над ее чертами, а кусок электрической ленты едва держал ее жирные черные кудри в грубом хвостике. На ней были запятнанный комбинезон и тяжелые док-ботинки, руки и грудь были обнажены. Она могла бы быть в подростковом возрасте или в около двадцати годов. В ней не было ничего фальшивого, и это было чертовски страшно. Она Изначальная и невероятно сильна, но она может так хорошо прятаться, что я никогда не увижу ее приближения. Есть много вещей, с которыми я лучше столкнусь, чем с Луидэд в плохой день. Например Годзиллой.

"Луна сказала тебе, что происходит?”

“Немного."Я нашела довольно чистое место на прилавке и прислонилась к нему, пытаясь игнорировать разбегающихся тараканов. "Она сказала, что слепой Майкл едет, потому что ему нужны новые члены для его охоты.”

“В значительной степени."Она схватила одного из больших тараканов и сунула его в рот. Я поморщилась. Сглотнув, она продолжила: “Он ездит раз в столетие. Прежде чем это произойдет, он посылает своих охотников, чтобы принести ему подходящих детей. Они находят детей, ловят их и приносят к нему.”

“Почему дети?”

«Потому что они достаточно молоды, чтобы стать его». Она покачала головой. «У него не может быть охота без всадников».

"Почему мы его не убили?" Выпалила я и сразу пожалела об этом. Слепой Майкл был братом Луидэд; ее сестры давно умерли от рук детей Титании, и не прощала род Титании за их смерть. Учитывая мое собственное наследие, напоминать ей, что Изначальных можно убить, было не лучшей идеей.

Она сузила глаза, зрачки истончились до змеиных разрезов. “Мы проверяли. Однажды мы с сестрами даже попробовали - мы принадлежим Мэйв, но это не делает нас монстрами. Помни об этом, дитя Оберона: даже мы в состоянии сказать разницу.”

На Даоин Сидхе претендует Титания, а не Оберон. Это не подходящее время, чтобы указывать на это. "Почему не получилось?”

«Потому что есть правила, и они не соблюдались».

Я нахмурилась, дотянувшись до испуганного Спайка. Он прижался к моей шее, скуля. "Что ты имеешь в виду?"

Ты когда-нибудь видела Слепого Майкла?”

Слепой Майкл был частью местного пейзажа. Все знали его имя, все видели его охоту на холмах Беркли в поисках добычи. Умные люди держали дистанцию; если бы вы не были осторожны, вы могли бы оказаться на неправильном конце их копий. Я видела лидеров охоты, и я видела охотников. "Видела ли я Господа? “ Не знаю. Ты что думаешь?”

“Ты не видела. Ты бы знала. Слепой Майкл не покидает свои земли, потому что пока он там, правила защищают его, и он в безопасности. Поэтому мы с сестрами не смогли его убить. Ты не можешь охотиться на него в своих землях, ты не можешь следовать за ним в его тьму.”

- Но я видела Охоту.

«Они ездят, когда их порождает фантазия. Он едет только тогда, когда есть дети, на которых можно претендовать. Он один раз в одну ночь из каждой сотни лет - шансы против тебя. Его никто не остановит.

«Я сделаю это», - сказала я с уверенностью, которой не чувствовала.

Луидэд покачала головой. - Это не очередной сумасшедший перевертыш, Тоби. Это Слепой Майкл. Он сильнее, чем я. Я не смогла его остановить. Почему ты думаешь, что сможешь?”

- Не смогу - сказала я совершенно честно. Не стоит врать Луидэд. Она может обидеться и оторвать тебе конечность. "Я, вероятно, умру ужасной смертью.”

«Рада видеть, что ты не потеряла своего фаталистического взгляда на жизнь», - сказала она, хлопая ладонью по другому таракану. «Это всегда была одна из твоих лучших черт. Зачем переживать, если ты знаешь, что потерпишь неудачу?

- Я должна.

"Почему?- спросила она, засунув таракана в рот. “Это бессмысленно. Если тебе так не терпится умереть, просто скажи. Это избавит нас от многих неприятностей.”

«Я не хочу умирать». Вот почему я веду переговоры с женщиной, которая время от времени угрожает мне убийством. Иногда моя жизнь, кажется лишенной какой-либо логики.

- Тогда почему?

- Должна, - повторила я, - он забрал двух детей моего лучшего друга, и есть третий, который не просыпается, независимо от того, что мы делаем, и это не говоря о других детях из Дома кошек. Нужно попытаться. Как я смогу с этим жить, если ничего не сделаю?”

- Понятно, - почти нежно сказала она - если я помогу тебе, а я тебе точно понадоблюсь, ты будешь мне должна. Ты сможешь жить с этим?

- Да.

- Ты уверена?

"Да, Луидэд. Три раза спросила и три раза уверена."Я отрицательно покачала головой. "Ты хочешь мое слово, оно у тебя есть. А теперь прошу. Скажи мне то, что мне нужно знать.”

- Прекрасно - Она скрестила руки на груди, прислонившись к столешнице.
- Ты должна действовать быстро; он начал менять детей, но у него они должны пробыть не много времени, чтобы он не успел сделать необратимых последствий. Прождешь слишком долго, и не спасешь ни одного из них. Пойдешь сегодня вечером, одна, не оглядываясь назад. Потому что так гласят правила. - улыбнувшись так, что показался кончик клыка - Это начало Октобер. Он будет держать их до ночи Хэллоуина, меняя их в соответствии со своими прихотями, а затем они будут ездить. Это его способ вспомнить нашу мать. Ее поездки всегда приходились на ночь Саймона.

Я кивнула, чувствуя первые проблески надежды. “Значит, есть шанс.”

- Правилами разрешается попробовать прямо здесь и прямо сейчас. Не знаю, удастся ли тебе это сделать. Она выдвинула ящик, копаясь в нем. «Правила требуют, чтобы я предупредила тебя, просто чтобы ты знала».

- Предупредила меня?

"Ты пойдешь одна. Можешь взять любую помощь, которую найдешь, но ты не должна просить о ней. Борешься с ним, тем что у тебя есть и что тебе дают; нельзя ни красть, ни покупать какое-либо оружие. Ты можешь использовать любой способ один раз, и только один раз, а некоторые способы даже не так часто. Теперь иди. - Ты готова?”

- У меня есть выбор?

- На самом деле нет. Ты знаешь куда идти?

- Земли Слепого Майкла

- Нет, - она покачала головой - если это все, что ты знаешь, то ты уже закончила не успев начать. Остановись, подумай и спроси еще раз.
Она выпрямилась с ножом в одной руке. Рукоять была сделана из жемчуга и морских ракушек, а лезвие было серебряным, едва шире моего пальца. Казалось, он мог бы разрезать воздух.

Я не сводила глаз с ее лица, пытаясь игнорировать нож. У меня ничего не получилось. "Хоть раз, я хочу, чтобы ты говорила по-английски, как нормальный человек.”

- Что в этом интересного? Дайте мне руку.
Моргнув, автоматически протянула левую руку; она схватила ее, проводя лезвием по моей ладони. Оставляя глубокий порез, но боли не было. Пока.

- Эй - взвизгнула я, отдергивая руку.

Посмотрев бесстрастно она проговорила:
- Верни руку.

- Нет.

- Мы можем пойти легким путем, или не делать это вообще. Ты можешь бродить по холмам в поисках Слепого Майкла и никогда не увидишь его приближения ... или ты можешь дать мне свою руку, и я могу показать тебе дорогу, по которой нужно идти.- она пожала плечами. - Это твое решение. В любом случае, ты мне должна.

Отлично. Рок? Встречайте трудное место. Я протянула руку, стараясь не думать о том, что делаю. Спайк спрыгнул на стойку и присел, звеня шипами.

Луидэд удивленно посмотрела на него.
- Свирепый защитник.

- Он делает все возможное, - ответила я, наблюдая с болезненным очарованием, когда кровь потекла по моей ладони.

- Ты будешь удивлена, как глубоко шипы розы могут ранить. Они красивые, небезопасные.- она обхватила пальцами мое запястье, повернув ладонь к полу. Кровь брызнула на грязный линолеум.
Луидэд бросила горсть потускневших серебряных монет в банку с детским питанием и сунула мне под руку, сказав: “Держи это. Нам нужно только немного крови.”

- Зачем они вообще нужны? - пытаясь побороть приступ тошноты спросила я. Мне никогда не нравился вид моей собственной крови. Если я получаю травму при исполнении, я обычно могу справиться с этим, пока не окажусь в безопасности. Стоя на кухне Луидэд, без видимых опасностей - за исключением, может быть, самой Луидэд - приходилось бороться с желанием засунуть голову между коленями и упасть в обморок.

- Потому, что нет открытых дорог, идиотка, - сказала она, разбирая беспорядок на своем столе, - Ты уже должна это знать. Она повернулась ко мне спиной, держа в руках длинную грязную черную веревку. "Тебе понадобится карта. Кровь платит за это, доказывает, что ты имеешь в виду.”

- Где карта?

"Назад во времени и не за горами. Ты собираешься навестить моего брата, а он кого попало не запускает. Давай обратно, - она взяла банку из моих рук. - Серебро, которое уже прошло долгий путь, железо в твоей крови ... это должно сработать. Иди вперед и промой руку под краном, но не перевязывай ее. Раны не пройдут вместе с тобой.”

“О чем ты вообще говоришь?", включив кран, с сомнением посмотрев на мутную воду, а затем сунула руку под него. Рука отреагировала моментальной резкой болью. Я вскрикнула и отскочила назад, посмотрев на Луидэд.

Она пожала плечами: “Я-Морская ведьма, помнишь? Ты ожидала пресную воду?”

Мне не следовало этого делать, но уже поздно. Я перестала беспокоиться о Луидэд и стала думать только о ее брате, это было ошибкой: "Нет, - тихо сказала я. - Наверное, нет”.

“Хорошая девушка", - она уронила веревку в банку и завинтила крышку, прежде чем встряхнуть ее. Монеты загремели, и кровь хлестнула по стеклу. Я отвернулась. - Слабенькая, - упрекнула она. Я огляделась вокруг, чтобы не увидеть, как она вскрывает банку, выливая содержимое в восковую форму и доливая ее соленой водой из крана.

«Что ты делаешь?» - ритуалы крови опасны. Если я участвую в одном из них, неплохо было бы знать.

«Делаю тебе карту. - она подняла банку и разбила ее о кухонный прилавок, легко поймав свечу, выпавшую из осколков. - Отлично."

Я вытаращила глаза.

Свеча была длиной в фут, сделанной из разноцветного воска. Закрученные полосы лунного белого, медного красного и бледного соломенного золота смешались вместе в длинных ленивых спиралях. Фитиль был темно-коричневого цвета, как высохшая кровь. "Что за—”

“Есть три способа отправить тебя к моему брату, - она повернула свечу в руке, заставляя цвета воска переливаться. - Есть Кровавая дорога — ты можешь взять ее, но ты не хочешь. Нет, если ты хочешь получить шанс вернуться домой живой. Есть Прошлая дорога, но даже с моей помощью ты не сможешь найти дверь, как сейчас. Ты слишком большая помесь.”

«Какая остается?» - спросила я. Спайк все еще потрясал шипами, рычал. Ему это не нравилось. Мне тоже.

«Последняя дорога, - она подняла свечу и улыбнулась, почти грустно. - Дорога, по которой идешь при свечах. Это не будет легко - да и ни когда не было легко - но у тебя есть железо, и серебро, и ты сможешь добраться туда и вернуться, если поспешишь».

"Когда мне начинать?"

"Ты прыгала через скакалку когда была маленькой?"

Уставилась на нее: "Что?"

“Скакалка. Ты стояла на детской площадке, перепрыгивая через кусок движущейся веревки и скандируя? Золушка в желтом, пароход Мисс Сьюзи?”

"Конечно".

"Слепой Майкл-это детский страх. Когда ты охотишься на страшилку, ты ищешь зацепки, которые тебе нужны в историях, которые почти забыли, - ее глаза вспыхнули белым. - Посмотри, где растут розы. Тебе нужно прогуляться до земель моего брата. Ты помнишь дорогу?”

"Никогда не знала ее!"

"Знаешь конечно. Ты просто забыла об этом. Сколько миль до Вавилона?"

"Что?"

Луидэд вздохнула: "Слушай меня. Сколько миль до Вавилона?"

Фраза была знакома. Я сделала паузу, ища ответ в полузабытых воспоминаниях о детстве, которое долгое время пыталась забыть, и отважилась: «Шестьдесят миль и десять?»

Она кивнула: “Молодец. Ты знаешь, как вернуться?”

«Ты можешь добраться туда и обратно светом свечи». Я помнила, как держала за руки Стейси, пока мы прыгали, а Джули и Керри крутили скакалку, уверенные, что мы будем молодыми, смеющимися и друзьями навсегда.

"Даже лучше. Твои ноги проворные и легкие? Ради твоего же блага, лучше им быть такими, - она открыла холодильник, сняв коричневую стеклянную бутылку с пластиковой крышкой и резинкой, - но есть способ это подделать. Вот. Она протянула мне бутылку.

Я посмотрела на нее с сомнением. В бутылке что-то шипело. «Что я должна с этим делать?»

"Тебя кто-то ударил дубовой палкой этим утром? Ты должна будешь это выпить.”

«У меня есть другой вариант?»

"Ты хочешь вернуться живой?”

Вздохнув, потянулась к бутылке: «Верно». Пластмассовая крышка распалась, когда прикоснулась к ней: «Сколько мне нужно ...»

"Все"

Не было смысла спорить. Я подняла бутылку, проглотив ее содержимое так быстро, как только смогла. Это было похоже на жидкую грязь, смешанную с аккумуляторной кислотой и желчью. Закрыв рот, я обхватила руками талию и согнулась. Спайк спрыгнул со стола и ощетинился на Луидэд, завывая, но я была слишком занята, пытаясь заставить мир перестать вращаться. Я не хотела, чтобы меня вырвало на пол Луидэд. Никто не знает, что тогда она сделает.

"Если тебя стошнит, - резко сказала она, - тебе придется пить еще.”

Аргументов, за то чтобы побороть тошноту, становились все больше и больше. Закрыв рот, я заставила себя выпрямиться. Луидэд довольно кивнула. Спайк продолжал выть, хлестая колючим хвостом.

"Ты и я, вдвоем, - пробормотала я. Мое горло обуглилось, но боль в руке прошла. Я взглянула вниз. Рана на моей ладони закрывалась. Почему-то это казалось естественным развитием событий."

«Теперь, - сказала Луидэд. - Иди сюда."

Однажды я научусь не слушать, когда она говорит мне что-либо в этом роде.

Я шагнула вперед. Протянув руку она схватила меня за подбородок,и подняла мою голову, пока наши глаза не встретились. Ее зрачки и радужка уменьшались, наполняя глаза сверху донизу белизной. Я застыла, не в силах сдвинуться или отвести взгляд. Она старше меня, гораздо старше, и, поймав меня, она даже не бросает свой вызов.

Она снова улыбнулась. Выражение лица не стало лучше-практика не всегда дает результат: “Сколько миль до Вавилона?”

Сглотнув: "Шестьдесят миль и десять" - воздух был густым и холодным. Я теряла себя в ее глазах, и я не знала, найдут ли меня когда-нибудь.

"Ты можешь добраться туда при свечах?- она сунула мне в руки свечу. Схватив ее я почувствовала, кровь, которую она сделала из песни для меня, хотя я едва чувствовала свою собственную кожу. Это было плохо, но чем дальше я вырубалась, тем меньше беспокоилась. - Можешь ли ты, Октобер Дэй, дочь Амандины?»

"Да и вернусь".

"Если твои ноги проворные и легкие, ты доберешься туда и обратно при свете свечи, - она наклонилась и поцеловала меня в каждую щеку. Я озадаченно моргнула. Она была слишком высокой или, может быть, я был слишком маленькой, и мир отступил. - У тебя есть один день. Ты понимаешь это?”

«Да», - сказала я. Мой голос казался тонким и далеким, бледный туман размывал мое зрение, оставляя только белизну глаз Луидэд. Я все еще слышала вой Спайка, но не могла его видеть.

«Надеюсь, ты это сделаешь, - Она постучала пальцем по фитилю, и он загорелся темно-синим пламенем." Свет вытянул цвет из мира, оставив меня одну в море тумана. Луидэд исчезла со всем остальным, а небо над мной - небо? Когда я вышла на улицу? - было нескончаемым и бесконечно черным.

"Луидэд?" - позвала я.

Ее голос менялся с полушепота, на шепот и затихал, как воспоминание или призрак. “Сколько миль до Вавилона? Шестьдесят миль и десять. Могу я попасть туда при свечах? Да, и вернуться. Если твои ноги проворные и легкие, ты доберешься туда и обратно при свете свечи. Она сделала паузу, голос менял ритмы. “Детские игры сильнее, чем ты помнишь, когда ты выросла и оставила их позади. Они всегда справедливы и никогда не добры. Запомни. Затем она замолчала, оставив меня одну в бесконечном тумане.

«Луидэд?» - закричала я. Я не хотела быть здесь; более того я не хотела быть здесь одна.

Пламя свечи подскакивало и подпрыгивало вовремя моей паники, крошечный огонек бился в темноте. На меня накатила волна головокружения и я пошатнувшись уронила свечу. Она ударилась о землю и откатилась на несколько футов, синее пламя сжигало туман когда касалось его. По крайней мере, кровь, которую она содержала, продолжала петь для мня, мешая мне потерять следы ее местоположения. Я карабкалась за ней, смутно понимая, что на мне больше нет платья. Добравшись до свечи я свернулась вокруг света и заплакала, пока не прошло головокружение.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/45774/182402

Переводчики: Vikuxa_ya