Готовый перевод This Book Is Full of Spiders / Эта книга полна пауков: 27 Hours Prior to Outbreak

Когда мы добрались до территории госпиталя, то поняли, что все полетело в тартарары. Шесть полицейских машин, кое-как припаркованных у входа в неотложку, заливали парковку разноцветными огнями, словно танцпол. Рядом стояла скорая с распахнутыми задними дверьми. Люди высыпали из дверей госпиталя пригнув головы, словно в окопе посреди боя. Одна из женщин носила голубой медицинский костюм, её светлые волосы с одной стороны слиплись от крови. Группа людей толпилась на другой стороне лужайки в пятидесяти ярдах от госпиталя – там было три ли четыре колясочника. Похоже, пациентов собирали там, подальше от госпиталя. Один из копов разговаривал с ними, делая одной рукой резкие рубящие при каждом резком выкрике. Пистолет в другой руке смотрел в небо.

БАХ! БАХ-БАХ!

Внутри прогремели новые выстрелы. Джон, обладающий генетическим дефектом, заставляющим его идти прямо к опасности, двинулся туда, где копы пытались оградить периметром творящийся хаос. Где-то далеко Чарльз Дарвин кивнул и улыбнулся понимающей улыбкой.

Мы подошли к двум копам, перекрывавшим переулок, черному толстяку в очках и парню постарше, лицо которого было полностью покрыто усами. Джон вышел из переулка, как будто собирался пройти прямо мимо них. Черный коп вытянул руку и приказал на остановиться таким тоном, который давал понять, что если мы этого не сделаем он будет бить на электрошокером до тех пор, пока кровь не закипит. Мы отошли назад, освобождая дорогу парамедикам, толкающих перед собой женщину с окровавленной головой. Держась за голову и рыдая, она повторяла снова и снова:
- Он не умирал! Он просто не умирал! Они стреляли в него снова и снова, а он…

Джон дотронулся до моего плеча и указал на подъехавший голубой фургон с белыми буквами на боку. Сначала я подумал, что это тюремный фургон, но когда двери открылись, наружу хлынули бойцы спецназа.

Срань господня.

Джон покинул переулок и двинулся к лужайке перед зданием. Там стояло несколько скамеек и десятифутовый бронзовый памятник женщине в старомодном костюме медсестры с лампой в руке. Флоренс Найтингейл? Я пошел за Джоном, и вместе мы влились в небольшую толпу зевак.

Выстрелы. Десятки спешных выстрелов. Вздохи в толпе. Я едва мог видеть происходящее, но различил людей, в ужасе выбегающих из здания. Женщина упала и получила случайный удар в лицо. Затем показался мужчина, которого поддерживали два медбрата. Его правая нога ниже колена отсутствовала. Ну или по крайней мере так это выглядело с учетом того, что мы находились достаточно далеко, чтобы двери госпиталя отсюда выглядели размером с почтовую марку, и я смотрел сквозь растущую толпу. Поэтому я и не могу быть точно уверенным в том, что произошло дальше.

Сперва из здания выбежал человек в форме спецназа, крича что-то. Со своего места я не мог расслышать, что именно, но до сих пор Джон утверждает, что он кричал «Бегите!»

Затем - выстрелы. Громко, резко, близко. Дальше были крики. Кричали все, кто был достаточно близко, чтобы рассмотреть, что происходит в лобби. Три копа у входа пригнулись за припаркованными машинными и нацелили оружие на раздвижные двери.

Оттуда неуклюже выбрался человек.

Все стволы смотрели на него.

Это был офицер Фрэнки Бёрджесс.

На нем были синие форменные штаны и красная футболка… Нет, не так. Футболка была белая, пропитанная кровью на восьмидесяти процентах поверхности.

Люди толпились вокруг, закрывая обзор. Джон вытянул шею и сказал:
- Это Фрэнки. Все целятся в него, будто он опасен. Это он стрелял во всех тех людей? Эй, приятель, подвинься, не видно.

Разочарованный, Джон подошел к статуе медсестры и, к моему ужасу, вскарабкался на неё. Он оперся руками на её плечи, а ноги поставил на руки. Лицо Флоренс смотрело Джону в пах.

- Джон! Слезай оттуда! – крикнул я и замахал ему руками.

- Я его вижу. Кажется, они с ним говорят. Не вижу оружия. Вот черт. Посмотри на его руку! Дэйв, у него рука сломана. В смысле почти переломлена под прямым углом, а ему как будто бы все равно… Погоди-ка, что-то происходит…

- Слезай оттуда! Эй, ты! Слезай! – прозвучал рядом голос полицейского, но Джон проигнорировал его

Прозвучали выстрелы. Все пригнулись.

- Они стреляют в него! – заорал Джон, - Много стреляют! От него куски отлетают, но он все еще стоит. Срань господня, он… СРАНЬ ГОСПОДНЯ! Он только что схватил спецназовца за ноги и машет им, словно бейсбольной битой. Он сбил еще нескольких!

Херня! Джон, слезай оттуда!

- Он укусил другого парня! Он его есть! Полицейского! Он грызет его шею!

- ЧЕГО?!

Новые выстрелы. Крики. Внезапно на меня обрушился поток локтей и плеч. Джон спрыгнул со статуи и побежал вместе с толпой так быстро, как только мог.
- ДЭЙВ! ОН ИДЕТ! – крикнул он через плечо.

Не успел я пройти и трех шагов, как кто-то врезался в меня. Мокрая трава встретила мое лицо. Среди давки я поднялся на колени. Рядом женщина кричала на пределе возможностей своих легких. Я обернулся и между бегущих фигур увидел футболку, покрытую кровавыми пятнами.

Фрэнки.

Он был прямо там, с причудливо вывернутой сразу у локтя рукой. Кровь капала на траву с торчащего обломка кости.

Полицейские кричали вдалеке, приказывая нам лечь на землю.

«Как он их там отделал? Он вынес половину футбольного поля за пять секунд»

Тело Фрэнки было испещрено кровоточащими ранами от пуль. Его грудь вздымалась от возбужденных вздохов, а пробитые легкие свистели при каждом вдохе. Сломанная рука двигалась, закручиваясь, словно щупальце и вырывая кости из-под кожи.

«Что за херня?»

Копы заняли позицию. Один из спецназовцев неуклюже пытался всунуть новый магазин в свой маленький автомат. Они выкрикивали приказы друг другу и толпе. Фрэнки широко раскрыл рот, словно зевая, и буквально на миг мне показалось, что я вижу лицо паука, угнездившегося за его зубами, заполнив своим телом весь рот.

А потом монстр-Фрэнки издал звук, которого я никогда раньше не слышал. Это был визг, подобный микрофонным помехам, но более живой и наполненный болью. Подобный звук мог бы издать кит, если бы его подожгли.

Он этого звука содрогнулась земля, а мой внутренности скрутило. Думаю, я даже чуть-чуть обосрался. Я видел, как вокруг меня падали люди, как оружие валилось из рук полицейских. Когда крик боли Чудовища Фрэнки отозвался в моих костях, я зажал уши ладонями. Его спина выгнулась, и обращенный к нему рот исторг вой. Кровь хлестала из десятков дырок от пуль. Это было последним, что я видел перед тем, как мир погрузился во тьму.

* * *

Я пришел в себя и сел. Вокруг стояли люди, никто никуда не бежал. Никаких следов Фрэнки. Прошло какое-то время. Горизонт уже выдавливал из себя солнце, озарявшее пелену тумана, собравшегося с низких местах, словно лужи призрачной мочи.

Я увидел Джона в десяти футах, он стоял, согнувшись, вцепившись руками в коленки штанов. Он моргал, пытаясь сфокусировать взгляд.

- Джон? С тобой все в порядке?

Он кивнул в ответ, продолжая смотреть в землю.

- Ага. Я уж думал, у меня от этого звука мозги расплавятся. Они его взяли?

- Не знаю. Только что очнулся.

Подъехал белый фургон со спутниковой тарелкой на крыше. На его боку был логотип телеканала. Нас собирались показать в прямом эфире. Я попытался поправить волосы руками.

Сотрудники госпиталя в голубой униформе провожали людей обратно в здание. Похоже, тут были все полицейские штата, они собирали показания. Я понял, что нам с Джоном наверное лучше убираться, пока нам снова не назадавали вопросов, на которые у нас не было не безумных ответов. Не только по поводу сегодня, а вообще. Я обернулся к Джону, но его уже не было, и я отправился на его поиски, за версту обойдя пару полицейских. Я уж думал пойти домой без него, но потом обнаружил Джона беседующим с чертовым репортером дальше по улице.

Я потопал туда, пройдя прямо перед камерой и уже было собрался схватить его за воротник и оттащить, как Джон сказал
- Вот дерьмо.

- Вот дерьмо, - вторил ему я, взглянув туда же, куда и он.

- Вот дерьмо, - сказала репортер, опустив микрофон.

Военные, целая куча. Национальная гвардия, судя по всему. На них был серый городской камуфляж, который теперь носят. Их зеленый грузовик встал поперек пересечения проезда к больнице и дороги. Машины выстроились в ряд, пытаясь выехать, и солдаты пошли вдоль них, раздавая инструкции рассерженным водителям.

Рядом с грузовиком военный поднял рупор и сказал:

- ВНИМАНИЕ. НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ. СУЩЕСТВУЕТ ЗНАЧИТЕЛЬНАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО ВЫ ПОДВЕРГЛИСЬ ВОЗДЕЙСТВИЮ ЗАРАЗНОЙ ИНФЕКЦИИ. ЕСЛИ ВЫ ПОКИНЕТЕ ЭТУ ТЕРРИТОРИЮ, ИНФЕКЦИЯ МОЖЕТ РАСПРОСТРАНИТЬСЯ СРЕДИ ВАШИХ РОДНЫХ И БЛИЗКИХ. ПО ПРИКАЗУ ЦЕНТРА ПО КОНТРОЛЮ ЗА ЗАБОЛЕВАНИЯМИ, ВАМ ЗАПРЕЩЕНО ПОКИДАТЬ ЭТУ ТЕРРИТОРИЮ. ПОЖАЛУЙСТА, ПРОЙДИТЕ В ХОЛЛ ГОСПИТАЛЯ, ГДЕ ВЫ ПОЛУЧИТЕ ДАЛЬНЕЙШИЕ ИНСТРУКЦИИ. ВСЕ ЭТО ДЛЯ ВАШЕЙ ЖЕ БЕЗОПАСНОСТИ. ПРИНОСИМ ИЗВИНЕНИЯ ЗА НЕУДОБСТВА, ВАМ ОТПУСТЯТ СРАЗУ ЖЕ, КАК ТОЛЬКО БУДЕТ УСТАНОВЛЕНО, ЧТО НЕТ РИСКА ЗАРАЖЕНИЯ. СПАСИБО ЗА СОТРУДНИЧЕСТВО. ПОПЫТКИ ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ БУДУТ ПРЕСЛЕДОВАТЬСЯ ПО ЗАКОНУ. НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ.

Джон бросил окурок под ноги, затоптал и сказал:
- Давай-ка покинем территорию.

- Ага.

Мы отошли от репортера и двинулись на поиски выхода. Въезд для скорых с другой стороны здания был перекрыт армейским джипом. Солдаты сооружали периметр, тут и там вились камуфляжные пятна. Мы заглянули за здание, там где узкая полоса леса отделяла госпиталь от города. То же самое, дополненное выгружающими из грузовика мотки колючей проволоки людьми.

Джон плюнул и сказал:
- Наверное, сейчас это прозвучит странно, но лучше бы эти ребята носили костюмы химзащиты.

- Ага, или хотя бы что-то, прикрывающее рот.

- А нет ли здесь двери?

- Двери?

- Ну, понимаешь, одной из…

- А. Насколько я знаю, в госпитале нет. Хотя это было бы чертовски удобно.

- Как насчет ББ? – спросил Джон после минутного раздумья, - Он прямо за этими деревьями. ББ был небольшим продуктовым магазинчиком в двух кварталах отсюда, но расположен он был по другую сторону узкой полоски леса. Среди этих деревьев была глубокая дренажная канава, которую нужно было пересечь.

- Слушай, я не знаю…

Он не спеша прогулялся вокруг, оглядев охранников, стоящих между нами и леском.
- Да ладно, - сказал он, - Подождем, пока этот парень пойдет помогать разгружать проволоку, и пробежим прямо через ту брешь. Но если мы собираемся бежать, то надо это делать сейчас, пока солнце еще не поднялось.

- И почему ты думаешь, что остальные не будут стрелять нам в затылок?

- Не будут. Все эти ребята знают лишь то, что их подняли ни свет ни заря, чтобы поставить ограду вокруг госпиталя, потому что кто-то сошел с ума и начал стрелять, и они опасаются, как бы кто из зараженных не сбежал. Он не знаю о том, что здесь происходит, ну, понимаешь, с чудовищами.

- И откуда ты все это узнал?

- ТиДжей Фрай стоит на другой стороне. Помнишь ТиДжея? Он был на вечеринке несколько лет назад, застрял членом в желе? Так вот сейчас он сержант. Сказал, что им не сказали об этом дерьме.

- Ну, тогда они за нами погонятся.

- Да, но нам надо добраться только до ББ.

Джон стянул футболку и завязал её вокруг лица, словно готовился присоединиться к какому-нибудь ближневосточному мятежу.
- Прикрой лицо, если не хочешь, чтобы они тебя опознали и заявились к тебе домой через час.

Глядя сквозь четверть-дюймовую щель в обмотанных вокруг лица футболках, мы пригнулись и оставались в тени до тех пор, пока не достигли узкой лужайки, отделявшей нас от леса. Так мы прождали около четверти часа, пока один из охранников не покинул пост, чтобы взять у другого чашку кофе. Мы побежали. Я сразу же поскользнулся на мокрой траве и упал лицом вниз. Маска из футболки сползла на глаза. Я поднялся на ноги и почти вслепую побежал так быстро, как только мог. За мной раздавались выкрики, но выстрелов не было.

Ветка хлестнула меня по лицу, и так я узнал, что добрался до леса. Споткнувшись, я стащил футболку с глаз как раз в тот миг, когда коснулся земли. Я соскользнул вниз по покрытому мокрой травой и опавшими листьями склону и плюхнулся в ледяную воду по колено глубиной. Было темно. На лужайке уже были утренние сумерки, но здесь под деревьями все еще была полночь – ни следа Джона, равно как и кого-нибудь другого. Прошлепав по воде, я вскарабкался на другую сторону, цепляясь за пучки травы и отбрасывая выброшенные пакеты и сплющенные бутылки из-под колы.

Рука обвилась вокруг моей лодыжки. Другая схватила меня за руку. Наверху был Джон, снизу – один из солдат. Какой-то нелепый миг двое тянули меня в разные стороны, словно мультяшного персонажа, оба лихорадочно кричали мне, что делать. Я пытался высвободить ногу, и случайно пнул парня в голову. Сработало.

Через три секунды мы с Джоном уже выбежали из леса и побежали по диагонали через парковку, автомойку, вниз по переулку к серому кирпичу и ржавому мусорному баку, которые вместе образовывали задницу магазинчика ББ. Я рискнул взглянуть через плечо.

- Вот дерьмо!

- За нами бежали не меньше десяти солдат, двое ближайших держали черные пластиковые пистолеты с ярко-зелеными концами, выглядящими как детские игрушки, но я знал, что это были электрошокеры. Я был готов приложить все усилия, чтобы избежать пятого в своей жизни удара электрошоком.

Дверь туалета была снаружи магазина слева за углом. Я бросился к ней, схватил дверную ручку и…

- Закрыто! – сказал я, пытаясь отдышаться, - Ключ! Внутри! Надо взять ключ на стойке внутри!

Джон отпихнул меня, отступил назад и ударил в дверь ногой. Дверная ручка и замок буквально взорвались. Мы протиснулись внутрь, закрыв за собой сломанную дверь.

Раз… Два… Три..

- Эй, вы двое! А ну-ка быстро вылезли оттуда и легли, блядь, на землю, пока мы не… - голос солдата оборвался на полуслове.

(объединено с предыдущим. Кстати, вопрос по поводу использования нецензурной лексики)

Я открыл дверь и обнаружил себя в окружении трусиков.

Мы вышли из женской раздевалки Уолмарта на другой стороне города. Мы с Джоном переместились на 2,5 мили примерно за 0 секунд. Прямо сейчас, в ББ несколько сбитых с толку военных пялились в чрезвычайно грязную и совершенно пустую общественную уборную.

Мы вышли в боковой проход почти пустого магазина, двое покрытых грязью парней с футболками, повязанными вокруг голов. Джон снял свою и спросил:
- Это что? Уолмарт?

Так что я был полностью честен со своим психиатром по поводу таинственной двери в палатке с буррито и азиате, исчезающем в ней. Мы с Джоном обнаружили примерно с полдюжины дверей по всему городу и знали, куда они ведут. Друг в друга. Единственное, чего никогда не знаешь, в какую именно дверь попадешь. Эдакая дверная рулетка. В смысле, выйти где-нибудь там в Пекине не получится, всегда попадаешь в одну из дверей в городе. Так было с каждой, которую мы обнаруживали, но они никогда не приводили в одно и то же место дважды. Почему? Да потому что в этом городе все через задницу, вот почему. Я продолжаю это повторять. Не стоит сюда приезжать. Это опустошает.

Мы с Джоном не привлекли много внимания, двигаясь по магазину, поскольку это был обычный магазин в обычном городе, и мы даже не были самыми грязными его посетителями. Мы просто вышли через главный вход и двинулись назад к центру города по обочине шоссе. Это было сырое морозное утро под летаргическим ноябрьским небом, словно едва выбравшимся из постели и натянувшим старую серую засаленную футболку.

- Ты слышал? Они так и не нашли Фрэнки.

- Чудесно.

- Как думаешь, что произошло? Думаешь, та жукообразная тварь взяла под контроль его мозг?

- Да почему бы и нет?

- Думаешь, он сможет прийти в себя?

* * *

Если вам интересно, почему ребята с пушками, которые гнались за нами, просто не прошли через волшебную дверь прямо за нами в Уолмарт, то это потому, что для большинства людей те двери – это просто двери. Также как и для большинства людей пауковидная тварь в моем доме была невидимой, например для Фрэнки. Также как если бы вы были со мной в ванной несколько месяцев назад, когда я увидел призрачную фигуру около душа, вы бы не увидели ничего. Возможно, вы что-нибудь почувствовали бы, как в обычной жизни, сидя в темном доме, вы чувствуете, что не одни там, или когда возникает стойкое ощущение, будто что-то скользнуло за угол за миг до того, как вы туда посмотрели. Обычно, это чувство выражается фразой: «Конечно, там ничего нет. Сейчас».

Хочу уточнить, если вы действительно видели привидение, это не делает вас таким же, как мы. Привидения – обычно лишь признак того, что ваш мозг пытается натянуть знакомую маску на то, у чего вообще нет лица.

С другой стороны, мы с Джоном, можем видеть то, что большинство из вас может только почувствовать. Мы не особенные, это из-за наркотика, который мы приняли. На будущее: если на какой-нибудь вечеринке растафарианец предложит вам шприц с черной вязкой субстанцией, которая движется сама по себе как Капля из одноименного кино, не берите. И нам тоже не звоните. Нам и так хватает всякой фигни от незнакомых людей.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47051/205639

Переводчики: limazulu