Готовый перевод Rick Riordan - The Kane Chronicles - Book Three - The Serpent's Shadow / Рик Риордан - Хроники Кейна - Книга третья - Тень змея: Глава 13

СЕЙДИ

13. Дружественная игра в прятки (с бонусными очками для болезненную смерть!)

Ну все с тобой ясно, Картер. Прервал историю на топоре-убийце, намереваясь сделать так, чтобы моя часть показалась скучной, а? Как же ты любишь быть в центре внимания!

Ладно, пока вы прогуливались по Нилу на богато оснащенной лодке, Уолт и я путешествовали с меньшим комфортом.

В царстве мертвых я решилась на еще один разговор с Изидой, чтобы попросить у нее открыть для меня портал в дельту Нила. Изида, должно быть, сердилась на меня (я не могу понять почему), так как Уолт и я очутились по пояс в болоте, а наши ноги полностью увязли в иле.

— Спасибо! — крикнула я в небо.

Я попыталась сдвинуться с места, но не смогла. Вокруг нас кружили облака москитов. Река была словно живая: бурлила и испускала звуки, которые заставили меня вспомнить о зубастой тигровой рыбе и водных духах, о которых мне рассказывал Картер.

— Есть идеи? — спросила я Уолта.

Теперь, вернувшись в мир смертных, он, казалось, потерял почти всю свою жизненную силу. Уолт выглядел словно опустошенная оболочка. Одежда свободно висела на нем. Белки его глаз приобрели нездоровый желтоватый оттенок. Он сгорбился, будто амулеты на его шее тянули его вниз. Глядя на него, я чуть не расплакалась, что случается совсем не часто.

— Да, — сказал он, и начал рыться в своей сумке. — У меня есть кое-что.

Он достал от туда шабти — белую восковую фигурку крокодила.

— Ох, ты не.. — сказала я. — Ты чудесный непослушный мальчик.

Уолт улыбнулся, на мгновенье он выглядел прежним.
— Все покинули Бруклинский дом. Я подумал, что было бы неправильным оставить его там.

Он бросил статуэтку в реку и сказал командное слово. Филипп Македонский начал увеличиваться в воде.

Обычно, заметив крокодила в Ниле, вы хотите бежать сломя голову как можно дальше, но Филипп выглядел дружелюбно. Он улыбнулся мне своими массивными крокодильими зубами. На поверхности реки были видны только его розовые блестящие глаза и белая чешуйчатая спина.

Уолт и я схватились за него. В мгновение ока Филипп вытащил нас из грязи. Вскоре мы сидели у него на спине, плывя вверх по реке. Я сидела спереди, на плечах у Филиппа. Уолт сидел сзади на его спине. Филипп был таким просторным крокодилом, что расстояние между Уолтом и мною, возможно, было больше, чем мне бы этого хотелось. Тем не менее, плавание было прекрасным, за исключением того, что мы были мокрыми, в запекшейся грязи, и нас преследовал рой комаров.

Пейзаж был смахивал на лабиринт водных путей, травянистых островов, тростниковых зарослей и грязевых отмелей. Невозможно было сказать, где заканчивалась река и начиналась земля. Изредка мы видели пашни или крыши небольших деревень, но в основном мы были одни на реке. Мы встретили нескольких крокодилов, но они избегали нас. Нужно быть совершенно безумным, чтобы задирать Филиппа.

Как и Картер с Зией, мы поздно покинули подземный мир. Я была обеспокоена тем, насколько высоко солнце поднялось в небе. Жара превратила воздух в густой туман. Моя футболка и штаны промокли. Хоть я и взяла сменную одежду, разница была бы небольшая, так как сумка была тоже сырой. Кроме того, рядом был Уолт, и мне негде было переодеться.

Через некоторое время мне стало скучно смотреть на Дельту. Я повернулась лицом к Уолту и скрестила ноги.
— Если бы у нас была древесина, мы могли бы разжечь костер на спине у Филиппа.

Уолт рассмеялся:
— Не думаю, что ему это понравилось бы. Плюс, не уверен, что мы хотим подать дымовой сигнал.

— Ты думаешь, что за нами следят?

Выражение его лица стало серьезным:
— Если бы я был Апофисом, или даже Сарой Якоби…

Он не закончил эту мысль. Все наши противники хотят нас прикончить. Конечно, они ищут нас.

Уолт перебирал свои амулеты. Я не заметила мягкий изгиб его губ или как его футболка прилипла к его груди на влажном воздухе. Нет... все дело было во мне.

Он выбрал амулет с Ибисом – священной птицей Тота. Уолт что-то прошептал и подбросил его в воздух. Амулет превратился в красивую белую птицу с длинным изогнутым клювом и черным кончиками крыльев. Она сделал несколько кругов над нами, ударами крыльев нагнала ветер мне в лицо, затем медленно и грациозно полетела над водно-болотистыми угодьями. Это напомнило мне аиста из старых мультфильмов, птицу, которая приносят младенцев в пеленках. По некоторым смешным причинам, это заставило меня покраснеть.

— Ты послал его вперед на разведку? — спросила я.

Уолт кивнул:
— Он будет искать руины Саиса. Надеюсь, они близко.

«Если только Изида не отправила нас на другой конец Дельты», — подумала я.

Изида ничего не ответила, что было доказательством того, что она злилась.

Мы плыли вверх по течению на «Круизном Лайнере Крокодил». Обычно, я не чувствовала неловкости, когда сидела так долго лицом к лицу с Уолтом, но нам нужно было многое сказать друг другу, и это было не лучшей обстановкой. Так или иначе, завтра утром наша долгая борьба с Апофисом завершится.

Конечно, я волновалась за всех. Я оставила Картера с призраком-социопатом — дядей Винни. Даже не нашла в себе мужества сказать ему, что Зия в любой момент может стать маниакальным-метателем-огненных-шаров. Я беспокоилась за Амоса и его внутреннюю борьбу с Сетом. Я беспокоилась за наших учеников, которые остались практически одни в Первом Номе и, несомненно, им было страшно.

Я чувствовала горе своего отца, который сидит на своем троне в Подземном Царстве и вновь скорбит по нашей маме. Я, конечно же, тоже боялась за дух нашей мамы, которая была на грани исчезновения где-то в Дуате.

Больше всего я беспокоилась за Уолта. У всех нас были хоть малейшие шансы выжить. Даже если мы победим, то Уолт будет обречен. По словам Сетне, Уолт не сможет пережить нашу поездку в Саис.

Я это понимала и без чужой подсказки: все, что мне нужно было сделать — это заглянуть в глубь Дуата. Серая болезненная аура кружилась вокруг Уолта, делая его все слабее и слабее.
«Сколько еще времени пройдет, — подумала я, — прежде чем он превратился в мумию, которую я видела в Далласе?»

Опять же, было и нечто другое, что я видела в зале суда. После разговора с хранителем шакалом, Уолт повернулся ко мне, и лишь на мгновение я подумала, что он…

— Анубис хотел быть там, — прервал мои мысли Уолт. — Я имею ввиду, в Зале Суда, он хотел быть там из-за тебя, если это то, о чем ты думаешь.

Я нахмурилась:
— Вообще-то, я думала о тебе, Уолт Стоун. У тебя мало времени, а мы не можем нормально поговорить об этом.

Сказать больше было трудно.

Уолт опустил ногу в воду. Он поставил свои ботинки сушиться на хвост Филиппу. Я не находила мужские ноги привлекательными, особенно тогда, когда с них только что были сняты грязные ботинки. Тем не менее, на ноги Уолта было приятно смотреть. Его пальцы были почти такого цвета, как и ил в Ниле.

(Картер жалуется на мои комментарии насчет ног Уолта. Ну, извини. Легче сосредоточиться, глядя на его ноги, чем на печальное выражение его лица!)

— Сегодня последний срок, — сказал он. — Но, Сейди, все в порядке.

Внутри меня разрастался гнев, что застало меня врасплох.

— Прекрати! — разозлилась я. — Это даже не близко к выражению «все в порядке»! Ты сказал мне, что благодарен тому, что узнал меня, и тому, что научился магии в Бруклинском доме... и помог нам в борьбе с Апофисом. Все это очень благородно, Уолт. Но это не… — я запнулась. — Это не «в порядке».

Я постукивала кулаком по чешуйчатой спине Филиппа, что было несправедливо по отношению к крокодилу. Кричать на Уолта тоже было несправедливо. Но я устала от трагедий. Я не рассчитывала на все эти потери, жертвы и ужасные происшествия. Я хотела обвить свои руки вокруг Уолта, но между нами была стена понимания того, что он обречен. Я совсем запуталась и не знала, как назвать то, что я чувствовала к нему: простым притяжением, чувством вины, (осмелюсь сказать) любовью, или быть может упертым стремлением не потерять кого-то дорогого мне.

— Сейди… — Уолт смотрел на болото.
Он выглядел совершенно беспомощным, и я не могла его винить за это. Я хотела невозможного.
— Если я умираю за то, во что верю… то со мной все в порядке. Но смерть — это не конец. Я говорил с Анубисом, и…

— Боги Египта, не начинай! — сказала я. — Пожалуйста, не говори о нем. Я знаю, что он тебе говорил.

Уолт удивился:
— Знаешь? И…тебе не нравится эта идея?

— Конечно нет! — крикнула я.

Уолт полностью упал духом.

— О, брось! — сказала я. — Я знаю, что Анубис является проводником умерших. Он готовит тебя к загробной жизни. Он сказал, что это будет правильно. Ты умрешь благородной смертью, предстанешь перед судом и отправишься прямиком в древнеегипетский рай. Ужасно замечательно! Ты будешь призраком, как моя бедная мама. Возможно, это не конец света... для тебя. Если так ты почувствуешь себя лучше, тогда ладно. Но я не хочу слышать об этом. Мне не нужен другой… другой парень.

Мое лицо пылало. Мне уже было горестно из-за того, что моя мама была духом. Я никогда не смогу обнять ее снова, никогда не смогу пройтись с ней по магазинам, никогда не узнаю от нее полезную девушке информацию. Более того, я была отрезана от Анубиса, от невероятно прекрасного бога, который заставил мое сердце биться быстрее. В глубине души я всегда знала, что наши отношения с ним невозможны из-за разницы в возрасте — пять тысяч лет или около того, — но указы других богов, запрещающие нам видеться... это было словно соль на рану.

Думать об Уолте, как о недосягаемом духе, было невыносимо.

Я посмотрела на него, боясь, что из-за моего своевольного поведения ему стало только хуже.

К моему удивлению он улыбался. А потом рассмеялся.

— Что? — требовательно спросила я.

Он согнулся пополам, все еще смеясь, что я нашла очень необдуманным.

— Ты считаешь, это смешно? — крикнула я. — Уолт Стоун!

— Нет… — он схватился за живот. — Нет, просто…Ты просто не понимаешь. Все не так.

— Отлично, тогда как?

Он восстановил контроль над собой. Только он собирался с мыслями, как объявился его белый ибис и спикировал с неба. Он приземлился на голову Филиппу, взмахнул крыльями и прокаркал.

Улыбка Уолта растаяла:
— Мы на месте. Руина Саиса.

Филипп доставил нас на берег. Мы надели свою обувь и пошли вброд по болотистой земле. Перед нами раскинулся лес пальм в тумане дневного света. Над головой летали цапли. Оранжево-черные пчелы парили над папирусными растениями.

Одна пчела приземлилась Уолту на руку. Еще несколько кружили над его головой.

Уолт выглядел больше ошарашенным, чем обеспокоенным:
— Богиня, которая, как предполагается, живет где-то здесь, Нейт… она имеет отношение к пчелам?

— Без понятия, — призналась я.
Почему-то, у меня возникло желание говорить тихо.

(Да, Картер. Это было со мной впервые. Спасибо, что спросил).

Я заглянула в глубь пальмового леса. Мне показалось, что я увидела несколько сгустков из сырцового кирпича, торчавших над травой, словно гнилые зубы.

Я показала их Уолту:
— Остатки храма?

Уолт, должно быть, почувствовал инстинктивный импульс спрятаться. Он присел на траву, пытаясь уменьшиться. Затем он нервно оглянулся на Филиппа Македонского:
— Может быть, не стоит такого огромному крокодилу топать за нами по лесу?

— Согласна, — сказала я.

Он прошептал командное слово. Филипп снова превратился в небольшую восковую фигурку. Уолт положил нашего крокодила в карман, и мы начали тайком двигаться к развалинам.

Чем ближе мы подходили, тем больше пчел летало в воздухе. Когда мы вышли на поляну, мы увидели целый рой, словно живой ковер, расположившийся над грудой разрушенных кирпичных стен.

На одном выступающем каменном блоке сидела женщина, которая опиралась на лук и что-то рисовала стрелой на грязи.

Она была по-своему красива: худая и бледная, с высокими скулами, запавшими глазами и изогнутыми бровями, словно супермодель, перешедшая черту между гламуром и недоеданием. У нее были глянцево-черные волосы, заплетенные в косы с кремневыми наконечниками. Ее надменное выражение лица, казалось, говорило: я слишком крутая, чтобы смотреть на вас.

Однако в ее одежде не было ничего гламурного. Она была одета в камуфляж коричневого, бежевого и золотого цветов, подходящий для охоты в пустыне. На ее поясе висело несколько ножей. На спине у нее пристроился колчан для стрел, а ее лук выглядел довольно-таки серьезно — сделанный из отполированного куска дерева с вырезанными на нем силовыми иероглифами.

Больше всего меня тревожило то, что она ждала нас.

— Вы шумные, — пожаловалась она.—- Я могла бы убить вас уже дюжину раз.

Я посмотрела на Уолта, а затем обратно на охотницу:
— Эм… спасибо? В смысле... за то, что не убили нас.

Женщина фыркнула:
— Не надо меня благодарить. Вы должны действовать тише, если хотите выжить.

Мне не понравились эти слова, но у меня не было особого желания просить вооруженную женщину более подробно останавливаться на этом заявлении.

Уолт указал на символ, который нарисовала охотница в грязи — овал с четырьмя заостренными зубилами, которые выступали, словно ножки из туловища.

— Ты Нейт, — догадался Уолт. — Это твой символ... щит со скрещенными стрелами.

Богиня подняла брови:
— Долго думал? Конечно, я Нейт. И, да, это мой символ.

— Он похож на жука, — сказала я.

— Это не жук! — рассердилась Нейт.
За ней разволновались пчелы, ползавшие по грязному кирпичу.

— Верно, — ответила я. — Не жук.

Уолт поднял указательный палец вверх, будто его только что осенило:
— Пчелы… Я помню. Название одного из твоих храмов — Дом Пчел.

— Пчелы — неутомимые охотники, — сказала Нейт. — Бесстрашные воины. Я люблю пчел.

— Хм, а кто не любит? — предположила я. — Очаровательные маленькие…жужалки. Но, видишь ли, мы на задании.

Я начала рассказывать ей про Беса и его тень.

Нейт прервала меня, взмахнув своей стрелой:
— Я знаю, почему вы здесь. Другие рассказали мне.

Я облизнула губы:
— Другие?

— Русские маги, — сказала она. — Они были плохой добычей. После них пришло несколько демонов. Они были не многим лучше. Все они хотели убить вас.

Я подошла на шаг ближе к Уолту:
— Понимаю. И поэтому вы…

— Уничтожила их, конечно же, — сказала Нейт.

Уолт издал звук, что-то среднее между ворчанием и хныканьем.
— Уничтожили их, потому что… они зло? — с надеждой спросил он. — Вы знаете, что демоны и некоторые маги работают на Апофиса, верно? Это заговор.

— Конечно, это заговор, — сказала Нейт. — Они все за него... смертные, маги, демоны, даже сборщики налогов. Любой, кто вторгается на мою территорию, должен заплатить.
Она жестоко мне улыбнулась.
— Я беру трофеи.

Из под воротника своей куртки она вынудила ожерелье. Я вздрогнула, ожидая увидеть нечто ужасное. Но на шнурке ожерелья висели всего-навсего рваные клочки различной ткани: джинсовой, льняной, шелковой.

— Карманы, — в глазах Нейт блеснул злобный огонек.

Уолт инстинктивно похлопал руками по штанам:
— Ты, мм…забираешь карманы?

— Вы думаете, что я жестока? — сказала Нейт. — Ох, да, я коллекционирую карманы своих врагов.

— Ужасно, — сказала я. — Я не знала, что у демонов есть карманы.

— О, да, — Нейт огляделась по сторонам, видимо, чтобы убедится, что никто не подслушивает. — Просто нужно знать, где искать.

— Верно… — сказала я. — В любом случае, мы пришли найти тень Беса.

— Да, — ответила богиня.

— Я понимаю, что вы друзья Беса и Таурт.

Это правда. Я люблю их. Они уродливы. Я не думаю, что они участвуют в заговоре.

— О, безусловно, нет! Так, не могли бы вы показать нам, где находится тень Беса?

— Я могу. Она живет в моем царстве, в тени древних времен.

— В… что?

Я пожалела, что спросила.

Нейт схватила свою стрелу и выпустила ее в небо. По всей траектории полета воздух стал рельефным. Ударная волна распространилась по всей местности, и я почувствовала, как у меня закружилась голова.

Я моргнула, а открыв глаза обнаружила, что послеобеденное небо стало более синим и пронизанным оранжевыми облаками. Воздух был свежее и чище. Над головой летали стаи гусей. Пальмы были выше, трава зеленее…

(Да, Картер, я знаю, это звучит глупо. Но на самом деле трава была зеленее, в другом смысле).

Там, где ранее лежали кирпичные развалины, теперь стоял храм. Уолт, Нейт и я находились вне его стен, которые выросли в десяти метрах от нас и отсвечивали на солнце блестящим белым светом. Весь комплекс занимал около одного квадратного километра. На полпути вниз, на левой стене сверкали золотом филигранные ворота. Возле дороги стояли каменные сфинксы, которые вели к реке, где были пристыкованы парусники.

Впечатляет? Да. Но у меня уже был подобный опыт, когда я коснулась светящейся завесы в Зале Эпох.

— Мы в прошлом? — догадалась я.

— Его тень, — сказала Нейт. — Память. Это мое убежище. Это станет вашей могилой, если вы не переживете охоту.

Я напряглась:
— Ты хочешь сказать… что будешь охотиться на нас? Но мы не враги! Бес — твой друг. Ты должна помочь нам!

— Сейди права, — сказал Уолт. — Апофис — твой враг. Он собирается уничтожить мир завтра утром.

Нейт фыркнула:
— Конец света? Я наблюдала за его приближением веками. Вы слабые смертные игнорируете предупреждающие знаки, но я готова. У меня есть подземный бункер с продовольственными запасами, питьевой водой, и достаточно оружия и боеприпасов, чтобы удерживать армию зомби.

Уолт нахмурил брови:
— Армия зомби?

— Вы ничего не знаете! — огрызнулась Нейт. — Дело в том, что я выживу во время апокалипсиса. Я могу жить под землей!
Она ткнула в меня пальцем.
— Знаешь ли ты, что у пальмы есть шесть различных съедобных частей?

— Эм…

— И мне никогда не станет скучно, — продолжала Нейт. — Так как я еще и богиня ткачества. У меня хватит запаса нитей для макраме еще на тысячу лет!

У меня не нашлось ответа, потому что я не знала, что такое макраме.

Уолт поднял руки:
— Нейт, это все замечательно, но Апофис восстанет завтра. Он проглотит солнце, погрузит мир во тьму, и вся земля потонет в Море Хаоса.

— Я буду в безопасности в своем бункере, — настаивала Нейт. — Если вы докажете, что вы друзья, а не враги, тогда, может быть, я помогу вам с Бесом. Потом вы сможете присоединиться ко мне в бункере. Я научу вас навыкам выживания. Мы будем есть продовольственные запасы и шить новую одежду из карманов наших врагов!

Я обменялась взглядами с Уолтом. Богиня была сумасшедшей.
К сожалению, мы нуждались в ее помощи.

— Так, ты хочешь охотиться на нас, — сказала я. — И мы должны выжить...

— До заката, — сказала она. — Сможете прятаться от меня все это время — будете жить в моем бункере.

— У меня есть контрпредложение, — быстро сказала я. — Обойдемся без бункера. Если мы выиграем, ты поможешь нам найти тень Беса, а также будешь сражаться на нашей стороне против Апофиса. Если ты действительно богиня войны, охотница и все такое, то хорошая битва должна тебе понравится.

Нейт усмехнулась.
— Хорошо! Я даже дам вам пять минут форы. Но должна предупредить вас: я никогда не проигрываю. Когда я убью вас, я заберу ваши карманы!

— Ты многого хочешь, — сказала я. — Ну да ладно.

Уолт коснулся меня локтем.
— Эм, Сэйди...

Я кинула ему предупредительный взгляд. Я понимала, что у нас не было шанса избежать этой охоты, но у меня была идея, которая должна была помочь нам выжить.

— Отсчет пошел! — крикнула Нейт. — Вы можете спрятаться где-угодно на моей территории, которой является вся дельта. Это неважно. Я все равно найду вас.

— Но... — начал было Уолт.

— Осталось четыре минуты, — прервала его Нейт.

Мы сделали то, что напрашивалось само собой — развернулись и побежали.

— Что такое макраме? — крикнула я, пока мы пробирались через камыш.

— Вид ткачества, — ответил Уолт. — Зачем ты спрашиваешь?

— Не знаю, — призналась я. — Просто любопы...

Мир перевернулся с ног на голову — точнее, я перевернулась. Я поняла, что подвешена за ногу на колючей сплетенной сети.

— Это макраме, — подметили Уолт.

— Прекрасно. Помоги мне!

Он вытащил нож из рюкзака — практичный мальчик — и ему удалось меня высвободить, но я подсчитала, что мы потеряли большую часть нашего времени. Солнце над горизонтом стояло низко, но сколько мы должны были пережить — тридцать минут? Час?

Уолт заглянул в свой ​​рюкзак и увидел белую восковую фигурку крокодила:
— Может, Филипп?

— Нет, — сказала я. — Мы не можем нападать на Нейт. Мы должны избегать ее. Мы можем разделиться ...

— Тигр. Лодка. Сфинкс. Верблюд. Невидимости нет, — бормотал Уолт, перебирая амулеты. — Почему у меня нет амулета невидимости?

Я вздрогнула. В последний раз, когда я пыталась быть невидимой, все пошло не очень хорошо:
— Уолт, она богиня охоты. Мы, вероятно, не смогли бы обмануть ее каким-нибудь скрывающим заклинанием, даже если бы и знали его.

— Что тогда? — спросил он.

Я положила руку на грудь Уолту и указала на один амулету, на который он даже не обратил внимания — амулет-близнец моего.

— Амулет шен? — заморгал он. — Но, как это может помочь?

— Мы разделимся и выиграем время, — сказала я. — Мы можем делится своими мыслями через амулет, да?

— Ну…да.

— И они могут телепортировать нас друг к другу, верно?

Уолт нахмурился:
— Я…я сделал их для этого, но...

— Если мы разделимся, — сказала я, — Нейт придется выбирать кого отслеживать. Мы уйдем как можно дальше друг от друга. Если она найдет меня первой, то ты телепортируешь меня амулетом от опасности. Или наоборот. Потом мы разделимся снова, и так до тех пор, пока все не закончится.

— Гениально, — признал Уолт. — Если амулеты будут работать достаточно быстро. И если мы сможем сохранить психологическую связь. И если Нейт не убьет одного из нас прежде, чем мы сможем обратиться за помощью. И…

Я приложила палец к его губам:
— Давай оставим все на уровне «гениально».

Он кивнул и быстро поцеловал меня:
— Удачи.

Глупый мальчишка... нельзя делать такие вещи, когда мне нужно сосредоточиться. Он помчался на север, а я (после того, как пришла в себя) на юг.

Военные ботинки — не самая лучшая обувь, если тебе надо красться как можно тише.

Я посмотрела на реку, думая о том, что, возможно, вода скроет мои следы. Но я не хотела плыть, зная, что под водой находились крокодилы, змеи и водные духи. Картер однажды рассказал мне, что большинство древних египтян не умели плавать, что я сочла забавным. Как могли люди, живущие рядом с рекой, не уметь плавать? Теперь я поняла. Никто в здравом уме не захочет искупаться в этой воде.

(Картер говорит, что Темза или Ист-Ривер ничем не лучше, если речь идет о вашем здоровье. Ладно, справедливо. Теперь заткнись, дорогой братец, и дай мне вернуться к блестящей части, где Сейди-спасает-положение).

Я побежала вдоль берега, ломая камыши, прыгнув прямо на крокодила, лежавшего на солнце. После я не удосужилась проверить, преследует ли он меня. Меня беспокоил другой хищник.

Не знаю, как много я пробежала. Казалось, около мили. Берег расширился, и я свернула к нему, пытаясь скрыться за пальмами. Я не слышала признаков погони, но между лопатками у меня постоянно зудело, будто бы туда должна была попасть охотничья стрела богини Нейт.

Я наткнулась на поляну, где несколько древних египтян в юбках рядом с небольшой соломенной хижиной готовили пищу на открытом огне. Возможно, те египтяне были только тенями из прошлого, но они выглядели вполне реальными. Они казались совершенно ошеломленными, увидев блондинку в боевой одежде, наткнувшуюся на их лагерь.
Потом они увидели мой посох и мою волшебную палочку и сразу начали пресмыкаться, положив голову на грязь и бормоча что-то про Пер Анкх — Дом Жизни.

— Эм, да, — сказала я. — Официальная работа Пер Анкха. Продолжайте. Пока.

Я побежала. Мне стало интересно, появлюсь ли я когда-нибудь на стенах храмов в виде изображения этакой светлой египетской девушки с фиолетовыми прядями, пробирающейся через пальмы с криком: «Вот блин!», удирая от Нейт. Мысль об археологах, пытающихся разгадать тайну моего изображения, подняла мне настроение.

Я добралась до края пальмового леса и остановилась.
Передо мной в даль распростерлись пашни. Бежать было некуда, спрятаться негде.

Я повернулась назад.

ТЫК!

Стрела попала в ближайшую пальму с такой силой, что на меня посыпались финики.

«Уолт, — подумала я в отчаянии, — Действуй».

В двадцати метрах от меня из травы появилась Нейт. Она смазала лицо грязью, а в волосах у нее, словно кроличьи уши, торчали пальмовые листья.

— Я охотилась на диких свиней, у которых навыки скрываться были куда лучше, чем у тебя, — жаловалась она. — Я охотилась даже на папирусные растения с навыками получше, чем твои!

«Сейчас, Уолт, — подумала я. — Милый, Уолт. Сейчас».

Нейт покачала головой и достала стрелу. Я чувствовала подергивание в животе, как будто я была в машине, а водитель резко нажал на тормоз.

Я очутилась на дереве рядом с Уолтом. Мы сидели на нижней ветке громадного платана.

— Сработало, — сказал он.

Замечательный Уолт!

Я впилась в его губы... так сильно, как это только было возможно в нашей ситуации. У него был сладкий привкус, который я раньше не замечала, будто он ел цветки лотоса. Я вспомнила старую школьную дразнилку:
Уолт и Сейди,
На дереве сидя,
Ц-Е-Л-У-Ю-Т-С-Я.
К счастью все, кто мог меня дразнить, находились в будущем в пяти тысячах лет от нас.

Уолт сделал глубокий вдох:
— Это твоя благодарность?

— Ты выглядишь лучше, — заметила я.
Его глаза потеряли тот желтоватый оттенок. Он, казалось, передвигался уже с меньшей болью. Это должно было вызвать у меня восторг, но вместо этого я еще больше забеспокоилась.
— Этот запах лотоса… ты пил что-то?

— Я в порядке, — он отвернулся от меня. — Нам лучше разделиться и попробовать еще раз.

Это никак не уменьшило моего волнения, но он был прав. У нас не было времени на разговоры. Мы спрыгнули на землю и побежали в противоположных направлениях.

Солнце почти касалось горизонта. Я начала испытывать надежду. Конечно, мы не смогли бы продержаться дольше.

Я чуть не наткнулась на еще одну сеть-макраме, но, к счастью, я была начеку, зная про искусства и ремесла Нейт. Я обошла ловушку, оттолкнув папирусное растение, и снова оказалась в храме Нейт.

Золотые ворота были открыты. Широкая аллея сфинксов меня вела прямо в комплекс. Никаких охранников… никаких жрецов. Может быть, Нейт убила их всех и забрала их карманы, или, возможно, они все находились в бункере, готовясь к вторжению зомби.

Хм. Я рассчитывала, что Нейт будет искать меня здесь в последнюю очередь. Кроме того, Таурт видела тень Беса на этих валах. Если бы я смогла найти тень Беса без помощи Нейт, тогда было бы лучше.

Я побежала к воротам, подозрительно посматривая на сфинксов. Никто из них не ожил. Внутри массивного двора стояли два обелиска с золотыми вершинами. Между ними расположилась сердитая статуя Нейт в древнеегипетском одеянии. У ног, будто трофеи, были сложены щиты и стрелы.

Я посмотрела на стены. Несколько лестниц вели на валы. Сходящее солнце показывало множество высоких теней, но я не видела никаких очевидных силуэтов карликов. Таурт предложила мне позвать тень. Я хотела попробовать, но внезапно услышала голос Уолта в моем сознании: «Сейди!».

Ужасно трудно сосредоточиться, когда от тебя зависит жизнь человека.

Я схватила амулет шен и пробормотала:
— Давай. Давай!

Я представила Уолта, стоящего рядом со мной, желательно целого и невредимого. Я моргнула... и он возник прямо предо мной, едва не сбив меня с ног своими объятиями.

— Она…она могла убить меня, — выдохнул Уолт. — Но сначала она хотела поговорить. Она сказала, что ей понравился наш трюк... она будет гордится, убив нас и забрав наши карманы

— Супер, — сказала я. — Разделяемся снова?

Walt glanced over my shoulder. “Sadie, look.”

Он указал на северо-западный угол башни, которая выступала с вала. Небо краснело, тени вала медленно начали таять, но одна тень все же осталась — силуэт толстого маленького человека с вьющимися волосами.

Боюсь, что мы позабыли о нашем плане. Вместе мы побежали к лестнице и поднялись по стене. В мгновение ока мы очутились на парапете, глядя на тень Беса.

Я поняла, что мы, должно быть, были на том самом месте, где Таурт и Бес держались за руки в той ночью, о которой рассказывала Таурт. Бес сказал правду, он оставил свою тень там, где она могла быть счастливой, даже если он не мог.

— Ох, Бес… — я почувствовала, как мое сердце превратилось в воскового шабти. — Уолт, как мы можем поймать ее?

— Никак, — сказал голос позади нас.

Мы повернулись. В нескольких метрах от нас на валах стояла Нейт. В лук были вставлены две стрелы. Из этой позиции ей не составило бы труда пристрелить нас обоих за раз.

— Хорошая попытка, — призналась она. — Но я всегда побеждаю в охоте.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47245/193613

Переводчики: Weklu21