Готовый перевод Ein überdimensionales Meerschwein frisst die Erde auf / Гигантская морская свинка пожирает Землю: 34 Es fing an, als sie mich anrief

Это началось, когда она мне позвонила

Один из часто задаваемых вопросов к Die Ärzte это откуда они берут идеи для своих песен. Иногда они не могут точно сказать, а иногда есть конкретная причина.

Вот пример из 1988.

Еще во время записи альбома группа была жертвой активного террора со стороны фанатов, который в итоге привел к одной песне. Эта вещь до сих пор считается лучшей на концертах. В 1999 это было записано как единственный сингл с концерта Wir Wollen Nur Deine Seele. Песня называется Elke.

Эта песня принесла одной конкретной существующей фанатке довольно большую, хоть и скорее негативную славу.

Эта конкретная Эльке и ее подруга Даниэла разузнали телефонный номер звукозаписывающей студии и звонили туда по 100 (!) раз в день. Они даже конкретно ничего не говорили: либо молчали, либо просто хихикали. К сожалению, телефон нельзя было просто положить рядом, так как студия должна была быть доступна по телефону. Когда Фарин опять подошел к телефону и там была Эльке, он проорал, что если она еще раз их побеспокоит, то он напишет о ней песню. Эта угроза была вовсе не в шутку, так как и группа и работники студии потеряли все нервы. Попытка Фарина избавиться от звонящих привела только к последующих звонкам. Так вот он сел и начал переводить свою злость в текст и звук.

Фарин: "Движителем идеи стала фотография их обоих, которая лежала в фанатской почте: две молоденькие, толстые фрикадельки!"

Бела: "Почему они послали нам фото до сих пор неизвестно."

Первичный текст использовать было нельзя, так как Фарин из-за своей злости написал слишком человеконенавистный, почти бесчеловечный текст. Немного успокоившись он скорректировал тест, который все равно был довольно злой. Музыкально он перешел в новый стиль. Для Белы это до сих пор чудо, что именно тот, который еще год назад ненавидел Металлику, написал метал-гимн врачей.

Время мести пришло на первом концерте тура 1988 года в Унне. Пластинка появилась только через пару дней, песню еще никто не знал. Как и Эльке, которая с полудня шаталась перед залом. Во время саундтрека одна боковая дверь в зал была случайно открыта, через которую проскользнула Эльке. Осветитель Луи был в это время занят тем, что подготавливал световое шоу. Прожектора висели на трассе примерно в метре над землей. Эльке увидела Die Ärzte и сломя голову понеслась к своим идолам. При этом она не заметила трассу и врезалась в нее.

Бела: "Она не издала крик боли. Вместо этого трасса, которая весит тысячу килограмм, начала раскачиваться, что мен очень впечатлило."

Непоколебимо девушка неслась не группу и от счастья закричала: "Привет, Бела, Фарин, это я, Эльке". Фарин вне себя повернулся к Беле. Эльке была просто как страшный сон. Но на концерте пришла расплата.

Эльке заняла место в первом ряду. Фарин посмотрел на нее вниз со сцены и объявил следующую песню "Толстухе впереди".

На этом концерте она еще была польщена. Она последовала за группой на следующие концерты. В бохумерском "Zeche" все изменилось. Эльке взяла с собой игрушечный телефон, который она кинула на сцену как намек на террор, который она устроила. Фарина пришлось так ненавистно петь припев, что она плача убежала из зала.

Игрушечный телефон был лишь одной из многих вещей, которые постоянно кидались на сцену. Во время турне Die Ärzte были практически бомбардированы подарками. В качестве них были крокодилы из плюша, пластика, или надувные. Это имело ясное основание: Die Ärzte мелким шрифтом указали на билете, что запрещено приносить живых крокодилов.

Фарин: "Что сейчас еще трудно понять, как наши концерты в принципе проходили в то время. Мы были действительно звездами для подростков! Сегодня мы не часто выступаем в больших залах, но тогда происходили действительно неописуемые сцены: воющие девушки во всем зале (на Nach uns die Sintflut можно услышать ооочень громких фанатов Белы), нервные срывы, потери сознания, как только мы выходили на сцену - невероятный крик во время всего концерта. Иногда люди из красного креста, которые заботились о раненых, имели до 10 процентов публики в своих палатках. Там лежали плачущие трясущиеся девочки: и когда мы между выходами на сцену, например, проходили мимо них, они опять теряли сознание. Это было впечатляюще, но и отчасти жутко."

Бэла: "Однажды было действительно впечатляюще. Хаген, Ян, Конни и я были во время нашего последнего тура на одном open air фестивале в Саарбрюкене, где мы должны были сыграть две песни. Там была куча других групп и лило как из ведра. Настроение было далеко не лучшее. Сцена была закрыта лишь на половину /*продолжение следует*/

Когда мы добрались до транспорта, меня по ошибки оставили за дверью. Внезапно я оказался окружен сотней фанатов, которые тянули и разрывали меня. Кто-то вырвал у меня 3 серьги и цепочку. Моя футболка тоже была сорвана с меня. Я уже начал поддаваться панике, когда остальные затащили меня в машину. Я только смог отобрать у одного из фанатов мой кулон и под защитой множества охранников наш автомобиль очень медленно смог покинуть местность сквозь шествие фанатов. Больше в такой ужас я никогда больше не попадал."

Этот опыт сыграл врачам хорошую роль на их лайф-альбоме, когда они приветствовали "Саарбрюкских маньяков"

До Фариновского аперкота Эльке принадлежала тому типу фанатов, которые следуют за группой на множества концертов. То, что в толпе появлялись одни и те же лица, группа замечала рано или поздно. Некоторых они даже приглашали за кулисы, что бы с ними поболтать.

Бела: "Однажды к нам в маленькую комнатку за кулисами пришел совсем неприметно выглядящий тип, которого мы знали в лицо, и продемонстрировал нам невероятный трюки на скейтборде."

Поппер был так впечатлен, что сразу же выкупил у него скейт и следующие два дня он с Белой тренировался как сумасшедший.

В это время между Белой и Фарином развивалось что-то вроде соперничества, что Ноппер встретил с благосклонностью. Ноппер был всегда пытался добиться "вечеринки". С Ноппером всегда что-то происходило, в то время, как Хаген вечерами скорее звонил своей жене и рано ложился спать.

Бела: " Делить с Хагеном комнату было далеко не самое нервное дело в мире."

Фарин тоже заразился скейтбордной болезнью и тоже начал заниматься с доской. С тех пор Фарин и Ноппер занимались вместо, в то время, как Бела ленился и оставлял это дело остальным.

Бела: "Поэтому из меня никогда бы не получился великий скейтбордер."

Фарин: "Но и из меня тоже."

Но с этого времени Фарин начал носить на штанах нашивку "Скейтинг не преступление" и при случае писал "скейт или смерть" под автографом.

Бела: "Выпендежник."

На нескольких концертах Die Ärzte приезжали к залу лишь незадолго до выступления. Во время этих поездок развилась привычка смотреть порнофильмы на видеомагнитофоне в автобусе. Хоть Фарин и считал это великолепным, но все же это всегда было неприятно, когда фанаты заглядывали в автобус и видели, чем занимается троица. Беле, которому тоже было интересно порно, было на это издавна наплевать.

Бела: "С того раза, как я в Manne-Praeker-Production прочитал свой первый Hustler, меня никогда не впечатляла порнография. Наверное, потому что это так просто, шокировать этим людей."

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/47667/252756

Переводчики: AlexPl