Готовый перевод Clanbook: Baali / Книга клана: Баали: Chapter Two: Dissonant Echoes

Глава Вторая: Нестройное Эхо

Вечная Восьмерка: Фрагменты Истории Баали
Отрывки из Снов Полных Сомнений Ангро-Майнью Мошенника, Верхновного Жреца Баали

Первое Племя

До начала всех времен, когда воинства небесные были едины и человечество было лишь комом необработанной глины, в то самое время Господь - или Аллах, или Эл, или Йахвель, какое имя бы вы ему ни дали - провозгласил «да будет свет» и был свет. Однако тьма породила собственных отпрысков, и их страдания под гнетом сурового Бога были невыносимы. В те далекие дни небо полыхало от его гнева. Его свечение очистило мир подобно Греческому огню и грохочущим молотом поразило самые основы мироздания. Дети, отпрыски Ночи, низверглись с их небесного оплота и обрушились на землю объятые пламенем подобно падающим звездам. Большая часть Детей превратились в почерневшую скорлупу к тому моменту, как они ударились оземь, но некоторые выжили и нашли убежище. Падение Детей раскололо землю, гигантские расселины разверзлись в лишенные света глубины. Уцелевшие во время Падения заползли меж трещин земли. И там их одолел сон, и они позволили времени запечатать их в своем черном лоне. Человечество, созданное чтобы ублажать самовлюбленного Бога, никогда не знало о мощах в той земле, по которой они ступали. Невежды, они строили города на могилах Детей, ни один не догадываясь о той силе, что привлекла их к этим местам. Как мухи, летящие на запах увядания, они возносили свои храмы и алтари к небесам, в то время как ими руководили темные сновидения о том, что было погребено под их монументами.

Стадом смертных мы зовет первое племя, что были первыми живыми существами, которые наткнулись на одного из отпрысков ночи. Копая колодец для молодого города Ашура, первое племя обнаружило одного из Детей. Дитя закорчилось и закричало под глазом Господа, солнцем, и прокляло его имя. Каждое слово чудовища несло в себе силу, и земля содрогнулось, когда умирающий спящий прокричал свое истинное имя. Чудовище, однако, не могло спасти себя словом. Его плоть закипела, как воск, и растаяла, обнажая скелет, мускулы и горящую плоть. Оно воззвало к своим собратьям, призывая о помощи, о спасении, но крики его остались без ответа. Дитя погибло в считанные минуты, его плоть направилась к небу отравленным дымом. Этого краткого знакомства все же хватило, чтобы изменить первое племя навсегда. Слова Дитя несли в себе семена тьмы, что отравила тех, кто был ответственен за раскрытие этого ужасного чудовища.

Первое племя услышало имена других Детей, когда первый из них взывал о помощи, и соприкоснувшись с силой этих имен, они теперь могли слышать их роптания, нашептываемые ветром. Темные спящие шептали им в стонах умирающих, когда племя научилось убивать, и пели о несказанной силе в криках тех, кого они насиловали и лишали жизни. Один за одним первое племя увидело ту силу, которой обладали Дети, и возжаждали заполучить эти дары. Они искали подземных спящих, шептали им во сне и во славу их развратили свои души.

Взамен поддержки от Детей, первое племя стало их служителями. Смертные приняли бремя памяти о существовании своего господина, когда Они стерли их из памяти смертных. Но первое племя пошло на сделку со злым умылом, веруя, что зная истинные имена этих злобных созданий, они будут обладать настоящей властью над ними. Таково невежество примитивных людей. Знание чье-либо истинного имени также дает тому власть и над тобой. Власть никогда не была бесплатной, ни для дающего, ни для берущего.

Вы возможно заметили, что термины, которые я использую неясны, что я не даю имен ни первому племени, ни их покровителям. Это упущение неслучайно. Некоторые имена обладают силой, что если они зазвучат, то эхом пронесутся через миры, и всегда существует нечто, что прислушивается в ожидании звука этих имен. Лишь знание этих имен уже похоже на болезнь, что-то вроде недуга проказы, которое истощает душу. Произнести эти имена значит распространить заразу.

Первое племя возросло числом, но ослабело духом, по мере того как они передавали эту заразу своим детям и своим внукам. И что еще хуже, благодаря своим играм с запретными именами, первое племя позволило Детям больше узнать о мире вне их снов. Единственными оковами, что соединяли Детей с реальностью, были их имена, и каждый раз, как они произносились, узы имени тянули Дитя из снов забвения обратно к пробуждению в мир.

Со временем, первое племя осознало, что их служение бесполезно. Своими действиями вскоре они пробудят древних хозяев, и те прошествуют по миру подобно колоссам. И каждый шаг титана принесет с собой бедствия и разрушения, и служение племени не защитит их от смерти и тьмы. Запоздало, аколиты Детей сделали лишь одно, что им оставалось - они предали имена анафеме, они мысленно прокляли те имена, более никогда не решаясь произнести их, вдохнуть в них силу, соблазнить Детей пробуждением. Этот поступок послужил своей цели, но лишь едва - лишенные постоянного потока поддержки, Дети остались балансировать на грани между сном и явью. К счастью, спящие не ведали о том, что они всё ещё спят - они жили в своих снах, правя миром теней, что существовал лишь в их пылком воображении. Но удерживание Детей в заточении их снов требовало силы, столь много силы, сколь было растрачено веками призывов Детей к пробуждению. Чтобы сохранить сон Детей, первое племя пытало своих собратьев, насиловало своих собственных детей, истязало самих себя, пожирало слабых в канибалистических оргиях и упивалось развратом и вырождением. Принося им в жертву те крупицы морали, что ещё у них остались, они наполняли сны этих чудовищ звуками мучений и боли, убаюкивая их колыбелью убийцы. Пока в мире грёз исполинов было достаточно насилия, они не стремились искать его где-либо ещё.

Однако истинные имена этих созданий всё ещё несли в себе силу, и первое племя было достаточно разумным, чтобы не отвернуться совсем от их магии. Аколиты основали культы вокруг разных сущностей и обучились как ослаблять именя Детей. Взяв лишь Корень имени и изменив его, или замаскировав его под иностранные языки смертных, достаточно хитрый священник получал доступ к частице мощи спящей сущности, при этом риск также уменьшался соответственно, и для таких священников этого было вполне достаточно.

Есть доля иронии в том, что те создания, которые известны вам как демоны, однажды были почитаемыми божествами Месопотамии, которые в свою очередь были очищенными образами спящих демонических Детей. Вы можете спать спокойно, ведь имена, приписываемые Детям в наши дни, содержат очень мало силы: века и поколения торжества одних языков над другими, лишили их силы практически без остатка. Временами однако, какой-нибудь глупец запнется на правильной последовательности букв и произнесет достаточно хорошо, чтобы вызвать... ненужное внимание. В эту пору сон Детей неспокоен, и нынешние сновидения менее довольствут их, чем в прежние времена.

Колодец жертвоприношения

Первое племя под прикрытием различных таинственных культов служило безликим сущностям много поколений. Они вели осторожную игру, черпая силу, и не подвергая риску свое выживание. Когда другие племена обретали могущество, представители первого племени приходили к ним как священники и святые женщины, принося им знание, ритуалы и обряды. Они также несли с собой поклонение и злоупотребление силой Детей, но под хорошим прикрытием, так что целые города направляли свою мощь на служение Детям, не зная о том.

Самый могущественный культ обитал в городе Ашур, заботясь о ныне сокрытом колодце и оберегая остатки первого Дитя, раскрытого поколениями ранее. Колодец был чудом и кошмаром для жителей Ашура, но они никогда не колебались в своем благоговейном почитании. В течении веков культ Ашура совершал непрекращающиеся жертвоприношения в огромный колодец. Когда Ашур воевал с другими городами, они приносили в жертву пленников и рабов, когда в Ашуре царил мир, они крали скот и детей, которые и служили подношением. Жертвы потрошились и их кровь собиралась в каменные чаны, органы аккуратно удалялись, с них считывались предсказания и затем они сбрасывались в колодец, чтобы покоиться поверх трупов предыдущих жертв. Когда не было необходимости в потрошении, культисты руками и зубами отрывали конечности от своих жертв и затем бросали разбитые тела в колодец. С приходом ночи всё ещё тёплые трупы поливались собранной кровью, порождая выгребную яму разлагающейся, гниющей плоти, в которой гудели и размножались и громадные рои мух.

Однако, этот ритуал убийств и расчленения не мог оставаться незамеченым вечно. Другие силы смерти ходили по земле уже в те дни, и узнавали, когда им воздавали почести.

Разве это неожиданность в таком случае, что Каинит огромной силы и могущества нашел колодец одной ночью? Священники первого племени попытались протестовать ему, используя даже запретные заклинания, но они были лишь пшеницей для шторма(?). Сила его голоса оглушила их и утихомирила их крики, его взор сразил ничтожных и слабых духом. Те, кто были сильны телом, но не духом, были разорваны на куски, а затем отброшены как рваные куски плоти. Тем, кто был силен духом, но не телом, он приказал разделать свои собственные тела ножом, и они повиновались. Привлекательных он заставил совокупляться, а затем сплавил их кости и плоть вместе. Он вырывал конечности из их тел, и каждое из них втыкал обратно в их плоть, и наблюдал как они умирают. Так как Каинит стал свидителем их церемоний, и нашел их неполноценными. Он видел их ритуалы, и пожелал показать им, что их пороки и зверства были ничтожны, чтобы они были лишь детьми, играющими со злом. И пока не осталось ни одного, кто бы внял его уроку, он сбросил тела своих игрушек в их собственный колодец, и пролил собственую витэ в колодец. Три смертных выжили поглотив кровь, что он им дал, лишь трое из тех сотен, что возносили молитвы над колодцем.

В последующий вечер эти три жертвы прорывали свой путь из ямы, полной потрохов. Они были покрыты запекшейся кровью, и неутолимая ярость и безумие бушевало в них. Их создатель покинул их, их покровители оставили их. Обезумевшие они были полны ненависти и жажды смерти. Так были рождены Баали.

Трое

Трое Баали восстали из колодца, полного мертвечины, каждый равный другому по силе. Три Каинита завыли в агонии безумия на безучастные звезды, каждый трижды удален от Каина по крови. Три Баали не знали имя своего сира, но по мере того, как они всё больше узнавали о своей сущности, каждый пришёл к тому, что приписал своё существование к различным прародителям, и возненавидел своих собратьев за верность другим воззрениям.

Первым из трёх был Нергал, кошмар, что лёг в основу легенды о Вавилонском божестве. Он остался в уютных объятиях Тигра и Ефрата, со временем основав город, ему поклоняющийся, Машкан-шапир. Из троих он был наиболее искусен в отношениях с другими Каинитами. Он верил, что его сир являлся не кем иным, как самим Ашуром, чье имя носил город, в котором были рождены Баали. Он избрал путь Становления вне первого племени.

Второй был Молох, который был известен также под именем Андрамелеха и Баал Хаммона. Он был прародителем нескольких орденов, в том числе Аватары Роя. Подобно легендарным нашествиям саранчи, он распространил Баали по всей Финикийской Империи. Он чаще давал становление тем, кто происходил из первого племени.

Имя третьего из трёх, и даже его пол, остаются тайной. Нергал и Молох редко говорили о своем родственнике, но каждый выходил из себя при одном лишь упоминании о третьем. Некоторые заявляют, что третий Баали был любовником одного или другого, или обоих, другие верят, что на самом деле это была пара любовников, что были сплавлены в том колодце. Наличие божеств-гермафродитов в различных древних пантеонах является тому доказательством, считают приверженцы последней версии.

Наиболее популярным объяснением является то, что третий Баали это женщина, но даже те, кто принимают эту версию, спорят неистово о её имени. Одни поддерживают версию, что третья - это Зилла, другие заявляют, что это сама Лилит. Но остаются и тк, кто говорят, что у неё нет имени, и зовётся она просто Старухой.

На протяжении веков, десятки самозванцев, заявляющих, что это они являлись третьим, появлялись под разными именами: Пазузу, Ахриман и даже сам Баал. Все были шарлатанами, безусловно, и каждый был раскрыт и уничтожен в свою очередь. Несмотря на множество домыслов, окружающих этого таинственного третьего Баали, есть некоторые исторически вопросы, которые не следует изучать слишком усердно. Слишком болтливые языки часто оказываются вырваны, особенно, если они рассказывают сказки о том, что третий был не кем иным как самим легендарным Саулотом.

НАСЛЕДИЕ НЕРГАЛА

По словам Молоха Нергал был шлюхой Баали. Он обладал могуществом, но был эгоцентричен без меры, и полностью убежден в своей порочной божественности. Он нашёл общий язык с другими детьми Каина и прежде, чем они поняли, что к чему, выведал их секреты сладкими словами и обольстительными речами. Нергал был постельной девкой для Арикеля, торговал порочными секретами с Антиделювианам Дземитсу и вел философские разговоры с Троилем. Как он должно быть насмехался над их глупостью.

Центром могущества Нергала был Машкан-шапир, город на берегах Тигра. Это было место удивительной красоты и успешности для того времени, он был известен своими двумя гаванями за зубчатыми стенами, речными улицами для кораблей и храмом Нергала величиной с четверть города. Машкан-шапир служил центром для Месопотамских Баали века, скрывая губительную тьму за своей завесой. В своем огромном храме Нергал совершал отвратительные обряды, поражая своих смертных последователей смертельными болезнями и снимая с них кожу для украшения внутреннего убранства своего храма.

В Машкан-шапире Нергал был богом. Согласно мифам он был Правителем Подземного царства и сопровождал Эрешкигалу, принцессу Королевства Теней. Даби, линия священников гулей отлично обученая Нергалом управляла его храмом. Они служили своему мастеру верно и без намека на смертные и моральные угрызения совести.

Знание настоящих имен Детей насколько это известно было самым полным у Нергала. К счастью благодаря стараниям первого племени истинные имена Детей были давно утеряны. Нергалу приходилось полагаться на вторичные имена и ложные титулы взывая о помощи, и таким образом он был слабее, чем он мог бы быть. Это понимание своего несовершенства терзало Нергала, и не было и дня, когда бы он не помышлял о том, как заполучить больше силы.

Этот темный голод Нергала заставлял его совершать отвратительные поступки один задругим, и когда пророчество поведало ему о том, как этого можно добиться, он возжелал принести в жертву весь свой город в обмен на силу. Демоны и меньшие создания нашептывали Нергалу о Дитя, спящем под Машкан-шапиром. Смертные будто бы почувствовали его присутствие и назвали его Намтару, Сеющий Чуму. Нергал знал, как установить контакт со спящим через ритуалы вызова, однако он не знал истинного имени спящего. Не мог он и определить местоположения тела Намтару, несмотря на обширные раскопки под городом, на которых он заставил своих подданных разобрать по камешку всё, что они построили до того. В конце концов Нергал пришел к выводы, что единственным способом пробудить Намтару было предложить ему подходящее жертвоприношение. И таким жертвоприношением должны были стать смертные Машкан-шапира.

Чтобы накормить дремлющего Намтару, Нергал планировал высвободить страшные и смертельные заболевания на свое собственное население, но его же священники предали его. В страхе за свои жизни Даби гули нашли Молоха и рассказали ему всё о замыслах Нергала. Они понимали опасность пробуждения Намтару и знали, что их мастер пожертвует всем ради призрачной надежды обретения божественной сущности. Молох, желая предотвратить "гражданскую войну" Баали с детьми Нергала, в свою очередь предал своего брата на суд кланам. Такое решение дорогого стоил для линии крови, но другого пути не было. Другие Каиниты уже относились с подозрением к Баали, и признания Молоха лишь укрепили их страхи, но альтернатива была слишком устрашающей. Ненависть кланов - ничто по сравнению с апетитами пробудившегося Дитя.

Кланы сыграли свою роль, как и ожидал Молох. Они напали на Машкан-шапир - хоть и совершенно неорганизовано - и устроили резню уже зараженному населению. Трупы были свалены в погребальные костры и сожжены до тла, чтобы инфекция была уничтожена навсегда. И затем сам город познал ярость Каинитов. Они сровняли с землей каждое строение, но сила Нергала защитила его храм от вторжения. Даже самые могущественные Каиниты лишь впустую бились о те барьеры, что воздвиг Нергал.

Наконец, присты Ласомбра, поклоняющиеся богине Эрешкигал, использовали силы ныне утерянные для клана и проникли в храм через тени, что метались внутри и затопили пристанище Нергала жидкой тьмой. Нергал и его оставшиеся преданные последователи были смыты черным потоком и исчезли в тех пространствах, откуда Ласомбра вызывают своих слуг.

Машкан-шапир умер в тот день. Игры Баали с кланами была окончена так или иначе, и в результате многие из линии крови были уничтожены. Другие, более осмотрительные, ускользнули, чтобы проводить свои ритуалы где-то в уединенном месте

МОЛОХ И СИРОТЫ

Молох был намного более тихим и менее дерзким, нежели Нергал. Он видел в древних Детях необходимый инструмент, да, однако он знал, что пробудить их значит вызывать катастрофу. Молох выступал за проведение скрытой политики и искусных махинаций, управление, которое было не по вкусу многим Баали. Любой кто осмеливался подвергнуть сомнению его действия могу испытать на себе его ярость. Язык Молоха источал яд, когда касался плоти, немногие выживали после оказанных им знаков внимания. Те немногие, у кого получилось, несли на себе отметины - немые свидетели неудовольствия Молоха.

Когда Машкан-шапир пал, Баали рассеялись по землям Плодородного Полумесяца, Аравийского полуострова и Северной Африки. Они скрылись в Сидоне и Триполи у Средиземного моря, заняли Вабар в Аравии и остались нераскрытыми в Ашуре на Тигре. Аккадиане правили Месопотамией, и Даби перешли от верноподданства Нергалу к Баали (служа линии крови как ревенантной семье).

Как и предполагал Молох, Баали остались в тени, скрытно следуя своим целям, наблюдая и пережидая последующие столетия, пока смертные империи выдвигались вперед. Шумерские, Вавилонские и Аккадианские пантеоны поглотили и переименовали старых богов - некоторые из которых были масками Детей - чтобы те более соотвествовали их целям. Большинство Месопотамских "богов" были существами - плодами обыденного воображения, но изредка, еальное имя силы появлялось среди чужеземного пантеона. Как некоторые смертные пришли к знанию таких вещей - Баали так никогда и не узнали, но по гордости и родословной Баали верили, что эти именами принадлежали по праву им и только им. Первое племя, от которого произошли Баали, были первым, кто узнал силу имен, это знание было их по праву. К несчастью для Баали, затем кто-то предал их знание. Предатель поселя семена, которые затем расцвели в настоящий инфернализм благодаря распространению имен силы среди вампиров. Молох таки не понял, что предателем был не кто иной как сам Нергал. Все детали этого ужаса однако раскрылись позднее.

Другой проблемой, с которой столкнулись Баали, оказалось явление так называемых Сирых. Те являлись потомками Нергала, которые после разрушения Машкан-шапира оказались совершенно опустошенными потерей своего покровителя. Различные ордена под руководством Молоха пытались внушить свои идеалы тем, кому могли, но многие отказались присоединиться к служителями Иуды их прародителя. Некоторые стали последователями малых философий и поддержали культ младших имен - отсюда мы видим корни тех Баали, которые верили в жалкого бога смертных - Баала. Однако в целом Сирые не были предусмотрительны в своих действиях, и не видели вреда от вызова различных вестников тьмы в этот мир.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/48514/199147

Переводчики: vegido