Готовый перевод Pinhoe's Egg / Яйцо семьи Пинхо: Глава 21

Дядя Ричард и дядя Исаак двигались аккуратно про кромке пруда, Преподобный Пинхо следовал за ними. Осторожно, держа единорога на почтительном расстоянии, оба мужчины подняли Бабулю и внесли её в дом. Тётя Дина поспешила внутрь за ним. Отец наблюдал за этой картиной с хмурым видом.
- Я бы всё равно не поставил Марианну, - сказал он. - Она не подходит.

- Вообще-то да, - согласился Крестоманси. - Она может преодолеть любые ваши заклинания в любой момент. Очень неудобно для вас. Скажи мне, Марианна, что ты думаешь по поводу учёбы в Замке? С недельным проживанием, скажем, на выходных ты будешь отправляться домой? Я уже устроил то же для твоего брата Джо. Не хочешь присоединиться к нему?

Марианна едва могла думать, не то что говорить из-за переполняющего её огромного и нервного восхищения. Она почувствовала, как губы расползаются в широкой улыбке. Девочка перевела взгляд на Главу и в его сияющих глазах прочитала одобрение, хотя он и вытирал усердно щёки потрепанными рукавами.

Прежде, чем кто-либо успел что-то сказать, отец разразился тирадой:
- Джо, Вы сказали? Что Вам от него надо? Он ещё большее разочарование, чем Марианна!

- Напротив, - возразил Крестоманси. - У Джо огромный и невероятный талант. Он уже изобрёл три новых способа комбинирования магии с техникой. Пара волшебников из Королевского Сообщества приедут завтра, чтобы поговорить с ним. Они очень взволнованы предстоящей встречей. Ну, так что, Марианна?

- Я понял, - снова взорвался отец прежде, чем Марианна смогла ответить. - Понял. Вы хотите забрать их и вбить им в головы, что они слишком хороши для своей семьи!

- Только если Вы заставите их так считать, - ответил Крестоманси. - Самый надежный способ заставить их думать, что они слишком хороши для вам - продолжать говорить это себе, а потом повторять это им.

Отец выглядел слегка озадаченным.
- Я не могу этого понять, - сказал он.
- Тогда у вас проблема, мистер Пинхо, - сказал Крестоманси, а затем повернулся к Главе. - Вы собираетесь вступить на свой бывший пост Главы, сэр? - спросил он.

Глава покачал головой.
- Я и Молли уже практически не принадлежим этому миру, - проговорил он. Его прищуренные глаза, устремленные на Марианну, засияли.
- Я всегда любил гулять по лесам, - сказал он. - Теперь я снова могу гулять. Я уйду далеко и глубоко с Молли, чтобы добыть юному Джейсону гораздо больше необычных трав, чем он видел за всю свою жизнь, я полагаю.

- К тому же, - добавил он и искра насмешливости снова проскочила на его лице, - если вы хотите, чтобы они все они занимались, чем раньше, то Гарри сослужит вам отличную службу. Пусть он дальше этим занимается.
Он наклонился, поцеловал Марианну, щекоча мягко своей бородой.
- До свидания, дорогая. Дерзай и найди себя, не позволяй никому тебе помешать.

Он и Молли развернулись и ушли. Крстоманси вернулся к машине, где стояли Том и мисс Розали.
- Том, возьми с собой мисс Розали, - услышал его слова Мур. - Составь список 42 злоупотреблений магии и отправь копию каждому из братьев Пинхо и их обоим дядям. Я хочу, чтобы они все осознавали, в какой беде могут оказаться, если не будут с нами сотрудничать.
Том кивнул и взял мисс Розали за худой локоток. Они оба исчезли. Крестоманси повернулся к Муру, чтобы велеть ему сесть в машину.

Но позади толпы возникло какое-то неистовое волнение и шум. Тёти и дяди Марианны разбрелись в разные стороны, а Преподобный Пинхо, который только огибал пруд, оказался спихнут в воду с шумным плеском. Он встал по колено в водорослях, уставившись, как мимо пронеслась ослица Долли. Каким-то образом она теперь была не той Долли, что знала Марианна. Она стала выше и стройнее, уши стали меньше. Её обыкновенный жёлтый окрас сменился на серебряный, почти серебристо-золотой. А на её лбу красовался небольшой и элегантный завитый рог.

- Моя вторая дочь! - сказала Молли и повернулась, чтобы положить голову на спину Долли.

- Я думала, что я тебя потеряла! - задыхаясь проговорила Долли. - Столько лет прошло. Надо было выломать тут дверь.

Дядя Ричард, который выходил из коттеджа, в изумлении остановился.
- Долли! - воскликнул он. - Почему я никогда не знал... как я мог не знать?

- А ты никогда и не смотрел особо, - сказала Долли, теревшись о лохматый бок Молли.

Крестоманси нетерпеливо кинул Муру:
- Залезай. Поехали.

Но Клартч решил встретиться с Долли. Джейсону пришлось обхватить его извивающееся тело и отбросить на заднее сидение машины, где он каким-то образом умудрился испачкать Айрин зелёными водорослями. И теперь Милли выбралась с водительского места, чтобы помочь Преподобному Пинхо выбраться из пруда и предложить подвезти его до холма. Водорослей в машине прибыло.

Крестоманси выглядел cердитым. Он вернулся к Марианне.
- Машина приедет за тобой в 8.30 в понедельник, - сказал он её. - Надеюсь, к тому времени она станет чище. Собери багаж на пять дней.

- Понимаю, что чувствует папа, - подумала Марианна. Он ожидает, что все выполнят любое его слово. И она подумала: "Я пропущу школу". Предположим, меня через неделю вышвырнут из Замка? Примет ли меня обратно в школу? Но я выучусь новой магии. Хочу ли я этого?
В ответ она нервно и слегка неуверенно кивнула Крестоманси.

- Отлично, - Крестоманси прошёл обратно к машине. Мур теперь забился рядом с остальными с Клартчем, растянувшимся у них на коленях. Ничто не могло убедить Клартча слезть на пол. Он хотел видеть, что происходит за окном.
- Слава Богу! - сказал Крестоманси, падая на сидение рядом с Милли. - Мне действительно надо переговорить с Главой Фарлей прежде, чем все Фарлеи вернуться!

Пинхо стояли в стороне и наблюдали с недобрыми взглядами, пока Милли выводила свою машину и покатила в Делл. Она поехала по улице, где несколько наколдованных лягушек всё ещё квакали в изгородях, а затем на холм мимо групп скорбных людей, подбирающих разбитое стекло, мимо разбитой машины двоюродного дедушки Лестера и остановились около дома священника, чтобы высадить Пинхо вместе с Айрин и Джейсоном, все покрытые зелёными водорослями. Затем Сур и Клартч заняли всё заднее сидение и Милли прибавила газу.

Вскоре они уже стали проезжать мимо Фарлеев. Сначала мимо бабули Норы и Доротеи, так как они последними ушли, они одарили машину ядовитыми взглядами, когда та с урчанием проехала мимо. Затем последовала целая вереница Фарлей, бредущих по дороги, толкая погнутые велосипеды и неся бесполезные мётлы. Некоторые из них показывали неприличные жесты, но большинство подчёркнуто игнорировали машину, когда ты проезжала с тихим шуршанием мимо. Когда они миновали последнего Фарлея, а до дома ещё оставалось полпути, Крестоманси, похоже, расслабился.
- Как вышло, что вы так удачно появились? - спросил он Милли.

- О, я только вышла в деревню, чтобы отправить письмо, - сказала Милли, - и первое, что я увидела - очень необычную статую дерева, стоящую посреди дороги. Нора Фарлей бродила вокруг неё, выступая с речью перед группой людей. Когда я проходила мимо, я услышала что-то типа "и заплатим этим Пинхо за всё!" и поняла, что быть беде. Позже пока я отправляла письмо, я всё думала, что делать, и тут увидела около кузницу одну из наших лошадей. Поэтому я поспешила туда и нашла там Джосса Кэллоу.

Я сказала: "Оставь лошадь и сейчас же пошли со мной. Может мы как раз вовремя успеем, чтобы остановить колдовскую войну в Алверскоуте." Я знала, что мне понадобится Пинхо, иначе их заклятье не даст мне сюда добраться. И Джосс был более, чем рад поехать со мной. Он боялся, что кого-то могу убить, всю дорогу об этом твердил. Но мы и не думали, что Фарлеи так скоры на руку. К тому времени, когда мы вернулись в Замок и я вывела машину, они уже были в пути. Дорога была заблокирована велосипедами, а в воздухе сновали мётлы. Нам пришлось ползти за ними всю дорогу. Поэтому я поехала в Вудсхаус и подобрала Йедлхамов, если бы они были ранены, я знала, что смогу защитить их в машине, но, когда мы въехали в деревню, повсюду шло яростное сражение, и никто из нас не знал, как их остановить. Я не знаю, чтобы случилось, если вы не прилетели на этой летающей машине.

- Меня не радует, что я тут оказался, - сказал Крестоманси. - Я лишь убедил Роджера подвезти меня, чтобы оценить сбивающее с пути заклятье.

- Я рада, что мальчики выжили, - сказала Милли. - Надо напомнить Роджеру, что у него всего одна жизнь.

Они проехали ещё пару миль. Они уже почти прибыли в Хельм Св. Марии, когда увидели в отдалении человека, старающегося удержать коня.

Человека швыряло, тащило и тянуло по все дороге. Мур сказал:
- Кажется, у Джосса кончилась мята.
- Я это улажу, - ответил Крестоманси

Милли подъехала осторожно к Джоссу сзади и аккуратно остановилась достаточно далеко, чтобы больше не нервировать Сиракуза. Крестоманси открыл окно со своей стороны и вытянул бумажный пакет с мятой.
Видимо, это Джулии, - подумал Мур.

- Благодарю, сэр! - с благодарностью сказал Джосс.
Мур строго велел: -Сиракуз, вели себя прилично!
Крестоманси проговорил:
- Кстати, мистер, эм... Кэрроу...

- Кэллоу, - смог выговорить Джосс. Он держал поводья обеими руками, зажав в зубах бумажный пакет.

- Кэллоу, - согласился Крестоманси. - Я очень надеюсь, что Вы не намерены подать мне заявление об уходе, мистер Кэрлоу. Вы один из лучших конюхом, которые у нас когда-либо были.

Широкое загорелое лицо Джосса залилось ярким румянцем.
- Спасибо, сэр. Я, эмм...
Он выплюнул мешок изо рта и заманчиво потряс им у Сиракуза перед носом.
- Я был бы рад сохранить такую работу, - сказал он. - Видите ли, моя мать живёт в Хельме Св. Марии.

- Она урождённая Пинхо, я принимаю это. - сказал Крестоманси.
Джосс покраснел ещё больше и кивнул. Крестоманси больше ничего не надо было говорить, он знал, что Джосса заслали в Замок в качестве шпиона. Он изящно махнул Джоссу, когда Милли поехала дальше.

Очень скоро машина вырулила вокруг деревенских садов Хельма Св. Марии, как раз под Замком. Здесь прямо посреди зелени возвышался каменный дуб, напоминающий некий закрученный гранитных трёхрукий мемориал. Бабуля Нора вряд ли бы его пропустила, виновато подумал Мур. Он понятия не имел, что отослал его сюда.

- Боже мой, - пробормотал Крестоманси, когда машина со скрипом остановилась перед деревом. - Какой уродливый предмет.
Он выбрался из машины. - Пойдем, Мур.

Мур вылез и убедил Клартча остаться в машине. Он не был рад предстоящему, подумал он, следуя за Крестоманси к каменному дереву.

- Вблизи уродливее, чем обычно, - заметил Крестоманси, оглядывая предмет.
- Теперь, Мур, если ты сможешь хотя бы расколдовать его голову, то я был бы рад перекинуться с ним словечком-другим. Ружьё можешь так и оставить гранитом, полагаю.

Мур как-то чувствовал, что Клартч обеспокоенно наблюдает из окна машины, когда положил руки на холодный, шершавый гранит. И поскольку Клартч наблюдал, Мур знал, что за ним так же наблюдают множество скрытых созданий за каждый кустиком. По сути это Клартч заставил его увидеть, что они тут были повсюду, качаясь на знаке, сидя на крышах, выглядывая из-за изгороди, усевшись на трубах. Мур понимал, что он выпустил из повсюду в стране. Они теперь будут везде.

- Обратись снова в мистера Фарлея, - сказал он каменному дубу. Ничего не произошло.

Мур попробовал колдовать только левой рукой, но всё равно ничего не произошло.

Он положил обе руки на грубый узловатый участок, где, должно быть, было лицо мистера Фарлея, а затем развел их в стороны, чтобы убрать камень. Ничего не произошло. Крестоманси отодвинул Мура в сторону и попытался сам. Мур знал, что это вряд ли сработает. Крестоманси почти никогда не мог превратить вещи обратно, когда Мур их зачаровывал: похоже, их магия был абсолютно разная. И он оказался прав. Крестоманси сдался с измученным видом.

- Давай попробуем вместе, - сказал он.

И они попытались снова вместе, и ничего не произошло. Мистер Фарлей так и остался серым, чуть поблескивающим, закоснелым дубом из камня.

- Это уже нечто, - проговорил Крестоманси, - когда двое волшебников с девятью жизнями не могут ничего сделать с этим объектом. Что ты сделал, Мур?

- Я уже говорил, - ответил Мур. - Я просто сделал его таким, каким он был на самом деле.

- Хмм. - сказал Крестоманси. - Мне действительно стоит получше изучить чаровников. Кажется, это твоя великая сила, Мур. Хотя это удручает. Я хотел сказать ему, что о нём думаю, не говоря о том, что хотел узнать, как ему удавалось сохранять за собой пост егеря, в котором мы не нуждались.

Он разочарованно отвернулся от машины.
Едва заметное движение на границе зрения привлекло внимание Мура к уставшей лошади Джосса, всё ещё привязанной у кузницы.
- Я лучше приведу обратно лошадь Джосса, - сказал Мур. - Вы поезжайте.

Крестоманси пожал плечами и забрался в машину.

Мур подбежал к лошади. У неё снова были все четыре подковы.
- Ничего, если я его возьму? - позвал он кузнеца из недр его глубокой мастерской.

Кузнец оторвался от молота и ответил:
- Как раз самое время. Счёт пришлю в Замок.

Мур залез на лошадь с груды камней около кузницы. Она оказалась гораздо выше Сиракуза. Во всем остальном у неё не было никакого характера. Мур не ощущал от неё никаких чувств, даже желания попасть домой. После Сиракуза это казалось странным. Но хотя бы скучное сознание кобылы позволяло Муру заняться своими собственными мыслями. Пока он огибал зелёный в раннем вечернем свете камень, Мур гадал, не оставил ли он мистера Фарлея в виде каменного дерева потому, что он сам этого хотел. Мистер Фарлей испугал его. Едва видимых созданий он испугал ещё больше. Когда Мур завернул к воротам Замка, создания разбежались и расселись по деревьям вдоль подъездной дорожки, смеясь от восторга, что более не надо опасаться мистера Фарлея. Мур задумался, а не помогли ли они ему превратить мистера Фарлея в то, чем он стал.

Он не обедал и теперь умирал от голода. Клартч тоже проголодался. Мур заставил вялую кобылу пойти быстрее и, поскольку она теперь думала о доме и еде, он выбрал короткий путь, по которому не должен был ехать: вдоль дорожки с гравием перед новой частью Замка.

Летающая машина была поставлена на лужайке перед четырьмя глубокими бороздами шасси в траве. Кажется, у Роджера и Джо была жёсткая посадка.

Джанет и Джулия с осторожностью изучали машину. Джанет позвала:
- Мур, я не могу нигде найти Клартча!

Джулия отозвалась:
- Что ты там без нас задумал? Это нечестно!
- Вам бы не понравилось, - крикнул Мур в ответ. - Милли забрала Клартча.

- Плевать, - закричала Джулия. - Всё равно нечестно!

Марианна прибыла в понедельник изрядно труся. Она обнаружила, что её определили для начала на обычные занятия с Джо, Роджером, Муром, Джанет и Джулией под руководством высокого и проницательного Майкла Сондерса. Майкл Сондерс произвел на неё впечатление. Ещё никому не удавалось заставить Джо выполнять школьные задания. Но ему пообещали просторный рабочий сарай, где они с Роджером могут воплощать свои новые идеи при условии, что мистер Сондерс будет доволен его результатами. Поэтому Джо прилежно сидел за партой и работал и уже в скором времени показал свой талант в работе с числами.

Марианне начинало нравиться. Она сразу же подружилась с обоими девочками, и ей уже нравился Мур, хотя она немного стеснялась Роджера. Роджер говорил только о машинах или деньгах.

В большинстве своём днём Марианна и Мур занимались с Крестоманси. Сначала Марианна едва могла говорить из-за нервозности. Магия волшебников была такой странной, да и Мур знал больше, чем она. Но на второй день она обнаружила, что Мур отстаёт в Теории Магии, которая Марианне показалась такой простой, что она почти уже знала её всю. В любом случае половину урока они всегда проводили в беседах с Муром и Крестоманси, спрашивая её о домашней магии и магии земли, а также травоведении. После первого ужасающего полудня Марианна чувствовала себя полностью в своей тарелке и говорила, говорила.

Она принесла с собой свой историю "Приключения принцессы Айрин и Её Кошек", но так далеко и не ушла в сюжете, так как её постоянно завлекли в игры девочки или Клартч с половиной людей в Замке, а это было так весело, что ей, казалось, будто на всё остальное времени нет.

К концу недели, ей так понравилось там, что когда подошло время им с Джо возвращаться в Алверскоут, это было настоящим горе. Они узнали, что пропустили Бабулины похороны. Но хотя бы прибыли вовремя, чтобы поприветствовать Николу, которая вернулась из больницы, бледная и худая, зато уже не смертельно больная. Когда они возвращались с приветственной вечеринки, Джо и Марианна весь путь проболтали о Замке Крестоманси. По сути они больше ни о чём другом не говорили все выходные. Папа из-за этого сердился, зато мама их слушала с сомнением, но внимательно. Когда прибыла машина забрать Джо и Марианну на следующий понедельник, их мама задумчиво побрела в Вудсхаус поговорить с Айрин.

Айрин не получала официального титула следующей Бабули, но люди всегда приходили поговорить к ней, будто она таковой являлась. Айрин откладывала карандаш и свою последнюю работу по дизайну и внимательно слушая, пока Безумчик лежал у неё на коленях. Безумчик теперь мог залезть в любой шкаф или добраться до любой еды, какую пожелает, и только Джейн Джеймс могла его контролировать. Мама сказала Марианна, что это просто благословение свыше, что Айрин так нравятся кошки.

Советы Айрин всегда считали блестящим, хотя Айрин сказала Марианне, что она всего лишь говорила людям то, что они сами пытались донести до неё. Одним из первых за советом к ней обратился дядя Чарльз. Он одел ужасный потрёпанный свадебный костюм и отправился в Вудсхаус как официальный посетитель, где поговорил с Айрин о многом. Вскоре после этого он записался аспирантом в Колледж Искусств. Мама сказала Марианне, что дядя Чарльз собирается в Лондон испытать удачу через год или около того.

- Появился ещё один, кто считает себя выше семьи, - сказал папа.
Мамин визит к Айрин привёл к тому, что она оказалась в одной машине с Джо и Марианной уже на третий понедельник, направляясь в Замок. Милли сердечно её поприветствовала. Мама провела очень приятное утро за разговорами с Милли за кофе и печеньями (неплохое, хоть и не такое хорошее, как у Джейн Джеймс, сказала мама, но кто может её обойти?); они говорили обо всем на свете, включая о сокровенных тайнах трав. Спустя некоторое время она согласилась позволить секретарю Крестоманси, Тому, прийти и делать пометки, так как по словам Милли она рассказывала то, что даже Джейсон никогда не слышал. Маме Марианны так понравился этот визит, включая то, что она смогла пообедать со своими детьми, что она возвращалась в Замок не раз. Это очень досаждало папе, но мама говорила, что тут ничего не поделать, это же папа.

После этого машина, следующая в Замок по понедельникам, была частенько забита дамами семьи Пинхо (и их мётлами для обратной поездки), которые навещали разных персон из Замка. Мистер Стаббс и мисс Бессемер тоже были все в хлопотах, обучаясь разным домашним хитростям. Удивительное новое чатни с острыми маринованными огурцами вошло в меню Замка, а также в обиход вошли некоторые магические вышивки для простыней, одежды и подушек. Замок в ответ дал им свои заклинания, но большинство дам Пинхо сошлись во мнении, что замковые заклинания и в подмётки не годятся их домашней магии. Это давало им толику радости и чувство превосходства.

Мужчины в основном передвигались на велосипедах. Они теперь стали более значимыми, особенно дядя Ричард и дядя Исаак, когда они стали давать уроки по резьбе и искусству выращивания растений для простых садовников и лакеев.

- Ба! - сказал отец. - Позволили запудрить себе мозги!

К тому времени новость о том, что Эдгар и Лестер Пинхо сделали с Главой Пинхо, разошлась уже повсюду: за границы Боубриджа в одном направлении и Хоптона - в другом. Они оба потеряли всех клиентов. В итоге ни один из них не смог больше терпеть слухи. Они переехали в Брайтон, где поселились в месте в холостяцкой квартире. Двоюродная бабушка Кларис вместе с переехала к двоюродной бабушке Сью, где они и жили в доме сразу за Алверскоутом среди большего количества толстых и ленивых собак, чем кто-либо мог сосчитать. Папа стал звать тот дом Блошиной Дырой.

Бабуля Нора и её дочь Доротея, естественно, затаили обиду. Именно они и распространяли слухи об Эдгаре и Лестере. Когда два двоюродных дедушки Марианны уехали, Бабуля Нора и Доротея взяли за привычку гулять на лужайке Хельма Св. Марии, откуда и ругали на чём свет стоит всех Пинхо, навещающих Замок, что, как сказала мама, заставляет тебя нервничать, мало ли у них всё ещё есть силы на сглаз. Но всё это прекратилось, когда бабуля Нора выиграла в лотерею билет на двоих в Тимбукту, и Нора, и Доротея уехали.
- Мы не можем ждать, когда их прорвёт у нашего порога, - сказала Милли, подмигнув маме. - Они должны уехать до того, как их магия полностью восстановиться.

- Типичное вмешательство, - сказал отец.

Клартч продолжал расти. К Рождеству он развился достаточно, чтобы присоединиться к остальным в теперь уже полном классе, чтобы научиться читать и писать. Даже Джанет стала признавать, что Клартч друг, а не питомец. Игры в Клартчбол всё также проходили на лужайке, а вот правила изменились из-за размеров Клартча. К Новому году Клартч сам считался целой командой.

Частенько, как правило, в сумерках персонал Замка привык видеть огромного грифона самку, которая спускалась на лужайку словно призрак. Иногда это вводило в замешательство, так как последняя летающая машина Джо тоже имела тенденцию прилетать в сумерках, где она обычно и разбивалась. Мистер Фрайзер объяснил, что разница была в том, что, если прилетал грифон, то вас в коридоре сбивал с ног Клартч, желающий повидать маму, а если Клартч не появлялся, то вы спешите с исцеляющими заклинаниями и ремонтными чарами, которым обучили Пинхо.

И иногда, иногда, когда Мур катался на Сиракузе в отдаленных лесах, они видели высокого старого мужчину, бредущего на расстоянии, положив руку на спину сияющему белому единорогу.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/48540/238787

Переводчики: Nikkicat