Готовый перевод King / ДЖ. Уорд Король: Глава 9

Это была плохая мигрень.

Когда АйЭм взломал дверь в комнату своего брата, страдания бедняги окрашивали сам воздух,

из-за чего становилось трудно дышать - и даже нормально видеть.

С другой стороны, все было темным из-за дизайна.

- Трез?

В ответном стоне не было ничего хорошего, сочетание раненного зверя и боли в горле после рвоты.

АйЭм поднял свое запястье к свету, льющемуся сзади, и проклял свой Piaget (Piaget - швейцарские часы).

К этому времени сукин сын уже однозначно должен был восстановиться, его тело выкапывало себя из дыры от головной боли,

которая поглотила его.

Не тот случай.

- Ты хочешь чего-нибудь для своего желудка?

Бормотанье, бормотанье, стон, бормотанье?

Окей, я уверен, у них это есть.

- Бормотание, стон, стон. Ворчание, ворчание.

Да, и это тоже. Ты хочешь немного Миланос?

Стоооооон.

- Понял.

АйЭм закрыл дверь и пошел вниз по лестнице, которая вела вниз, к стыку между холлом

статуй и вторым этажом фойе. Как и в остальной части дома, здесь было тихо, как в могиле, но

как только он попал на парадную лестницу, его нос шеф-повара подхватил едва уловимые ароматы Первой Трапезы, готовящейся

в кухонном крыле.

Чем ближе он подходил к центру деятельности доджена, тем больше его собственный желудок начинал разговаривать. Логично.

После того, как он закончил творить Болоньезе, он проверил своего брата, а после отправился в тренажерный зал на несколько часов.

Где он увидел чертовщину намного большую, чем просто внутри тренажерного зала.

Последним были переговоры в попытке оттащить Короля от этой воительницы.

Он заканчивал свою тренировку, когда услышал, как кто-то кричит и пошел, чтобы проверить это -

после чего обнаружил, привет, Король душит эту женщину.

Излишне говорить, он испытывал безмерное уважение к этому слепому вампиру. Было очень мало вещей, которые АйЭм

не мог воплотить в собственной жизни. Он менял покрышки в то время как сам выступал в роли монтировки.

Было знакомым проходить мимо бочек с соусом, больших как стиральные машины вокруг кухни. Черт, он даже на самом деле

передвинул стиральную машину и сушилку, особо об этом не задумываясь.

И затем он снова вернулся к договору своего брата двухлетней давности.

Другой пример любви Треза выходит из под контроля.

Но внизу в тренировочном центре с Рофом? Этого ублюдка невозможно было сдвинуть с места.

Король вцепился бульдожьей хваткой - и выражение его лица? Ни эмоций, ни даже гримасы от усилий.

И это тело - яростное, мощное.

АйЭм покачал головой, когда прошел мимо цветущих яблонь

Попытки сдвинуть Рофа с места были подобно толканию валуна. Нисколько не двигается, нисколько не поддается.

Только эта собака справилась, только она. Слава Богу!

Обычно, АйЭм не любил животных в доме - и определенно не был собачником.

Они были слишком большими, слишком зависимыми, линяли - тоже слишком. Но он был благодарен ретриверу за все,

что сейчас произошло.

Мя-яяяяя-уууу.

- Блядь!

Говоря о дьяволе. Когда черный кот королевы прошел вокруг его ног, он был вынужден танцевать

как Майкл Джексон над этой чертовой штуковиной, чтобы не наступить на него.

- Черт, кот!

Животное семейства кошачьих следовало за ним всю дорогу до кухни, постоянно крутясь то внутрь, то наружу вокруг его лодыжек

- он начал думал о собаке и пытаться установить над котом доминирование.

Не учитывая, что коты, конечно же, не могли читать мысли.

Он остановился и сердито посмотрел на него: "Какого черта тебе нужно?"

По правде говоря, не вопрос, потому как он не собирался давать животному пройти.

Одна черная лапа поднялась, и затем...

Следующая вещь, которую он осознал: чертов кот прыгнул ему на руки, перевернулся на спину... и

заурчал как Феррари.

- Ты, мать твою, издеваешься надо мной? - пробормотал он.
- Ты мне не нравишься. Черт побери.

- Господин, могу я что-нибудь для Вас сделать?

Когда Фритц, престарелый доджен дворецкий, возник у него перед лицом, огромный как билборд, АйЭм воспользовался моментом

чтобы вернутьсяк своим счастливым мыслям. Которые, к несчастью, были очень похожи на фильм "Пила" - чужие части тел

были повсюду.

Но это была всего лишь спровоцированная стрессом фантазия. Как он помнил, дааааавным давно

он ворчал из-за всего и из-за всех. Действительно. Это было правдой.

Лапа, лапа, лапа. На его рубашке.

- Гребанный ад, - он сдался и почесал это черное брюшко, - И нет, мне ничего не нужно.

Мурлыканье стало очень громким, он наклонился к дворецкому. "Что ты сказал?"

- Я был бы счастлив угодить Вам, чего бы Вы не пожелали.

- Да, я знаю. Но я должен позаботиться о своем брате. Никто другой. Все ясно?

Кот терся головой о его грудь. Затем вытянулся, почесываясь.

О, Боже, это было ужасно, особенно когда и без того обвисшее лицо дворецкого опустилось, несомненно,

прям до узловатых коленей.

- О, черт, Фриц -

- Он болен?

АйЭм зажмурился, когда услышал женский голос. Потрясающе! Появился еще один участник.

- С ним все в порядке, - сказал АйЭм не глядя на Избранную Селену.

Спешно покидая непрошеных советчиков, он направился в кладовую с паразитирующим котом и...

Правильно. Как он собирался набрать целую партию еды для восстановления после мигрени со стеллажей,

если его руки были полностью заняты -

Как там его звали?

Прекрасно. Тогда будет Чертовым Котом.

Глядя вниз, в эти широко раскрытые довольные глаза, АйЭм растянул губы, когда почесал его под подбородком.

За ушком.

- О'кей, с тебя хватит, - он поиграл с одной из лап, - я собираюсь сейчас опустить тебя вниз.

Предполагая, что все под контролем, он взял развалившегося кота и хотел опустить его вниз -

Каким-то образом эта штуковина умудрилась уцепиться за него когтями и повисла спереди,

как галстук.

- Ты издеваешься надо мной?

Еще больше мурчанья. Моргание этих блестящих глаз. Выражение самоуверенности, что АйЭм,

учитывая это взаимодействие, пойдет по пути кота - и никого другого.

- Может быть, я помогу? - тихо спросила Селена.

АйЭм выругался и сердито посмотрел на кота. Затем на Избранную. Достаточно ли будет снять свитер?

Чертов Кот крепко вцепился в него.

- Мне нужно немного этих Миланос.
Избранная подошла и достала пакет из

"Пеперидж фарм", из отдела еды на "скорую руку".
- И ему нужно немного этих тортилий.

- Простых или со вкусом лайма?

- Простых.
АйЭм остановился и продолжил обслуживать Чертового Кота - и кот незамедлительно вернулся

в "Лей-Зи-Бой" ("Лей-Зи-Бой чэр" - товарный знак раскладных кресел).
- Ему нужен один из сдобных кексов.

И мы отнесем ему три колы со льдом, два больших Poland Springs, комнатной температуры, и куропатку

в грушах.

После каждого приступа головной боли Трезу нужна была гидротация, глюкоза и кофеин. Это имело смысл.

Двадцать часов без еды было плохой новостью. А потом ему захочется оторваться.

Пять минут спустя, он и Избранная, и Чертов Кот направлялись на третий этаж.

И, по крайней мере, АйЭм ухитрился помочь с продуктами, засовывая длинные бутылки с водой к себе под мышки. Фриц также

обеспечил их одной из корзинок для еды, чтобы сложить все остальное.

Господи, он вне всяких сомнений предпочел бы совершить эту прогулку самостоятельно.

- Он очень Вас любит, - прокомментировала женщина, когда они поднялись.

- Это мой брат. Ему уже лучше.

- О-о, нет - я имела ввиду кота. Бу обожает Вас.

- Чувство не взаимно.

У АйЭма было твердое намерение отшить женщину со словами "Я возьму это", когда они наконец подошли

к двери в спальню - но Чертов Кот по-прежнему никуда не уходил.

Как бы в результате всего этого Избранная Селена не оказалась у Треза в кроватке.

Определенно, не та ситуация, которая была бы нужна.

Спасибо, кот.

Когда дверь широко распахнулась, свет попал внутрь, и как назло, от чертова освещения Трез

подскочил как большой безобразный дурень.

Кое-кто уловил аромат женщины.

О-о, вот блядь.

И постскриптум, почему бы ублюдку не выглядеть еще хуже? Его брат был как отвратительное, сбитое на дороге животное, учитывая

как он провел дневные часы.

- Куда я могу это положить? - Избранная обратилась к ним обоим.

- На стол, - пробормотал АйЭм. Это было наиболее отдаленное от кровати место.

- Оставь нас, - прохрипел больной.

Окей, спасибо Боже, у Треза наконец-то наступил момент просветления. Избранная сделала свое дело,

и он и его брат могли попытаться снова "прийти к Иисусу"...

АйЭм осознал, что никто не двигается. Трез, однако, по прежнему был в вертикальном положении,

а Избранная замерла как олень в свете фар. И они оба смотрели на него.

- Что? - сказал он.

Когда свет опустился на Марблхед (Марблхед - прибрежный город на северо-востоке Массачусетса), АйЭм прищурился на брата: "Ты серьезно?"

- Оставь нас, - снова сказал ублюдок.

Чертов Кот перестал мурлыкать в его руках, как если бы почувствовал, что нехорошее магическое заклинание заполнило

комнату.

Но здесь было такое дело: не нужно иметь дела с дураком - и АйЭм уже был готов прекратить попытки.

Повернувшись к Избранной, он тихо сказал: "Смотри за собой".

С этим комментарием, он убрал отсюда Чертового Кота и свою извиняющуюся задницу.

Несомненно, к лучшему. Ему хотелось отправиться к Рофу по поводу своего брата, но ничего хорошего

из этого бы не вышло.

Шагая по ступенькам, он пошел обратно. Время от времени, по пути, он уделял внимание животному

в его руках, кончиками пальцев находя его подбородок и успокаивая его умелыми круговыми поглаживаниями.

Он вернулся обратно на кухню, которая уже была полна персонала, заступившего на очередную смену. Пришло время

расстаться со своей тенью.

- Фриц.

Дворецкий бросился в сторону от crudité, над которым он работал.
- Да, господин! Я полон желания

быть полезным.

- Забери это. - АйЭм отодрал от себя кота, отрывая обе его передние лапы от своего флисового свитера.

- И сделай с этим что-нибудь.

Когда он повернулся чтобы уйти, ему захотелось оглянуться назад и убедиться, что с Чертовым Котом все в порядке.

Но зачем, черт возьми, ему делать это?

Ему нужно было добраться до Sal’s и проверить свой персонал. Обычно он появлялся в ресторане после обеда,

но дерьмо не было "обычным", из-за этой мигрени: Каждый раз, когда она появлялась у его брата, головной болью страдали они оба.

Сейчас, однако, когда Трез восстановился и без сомнения, вскоре будет активно двигать бедрами с Избранной,

пришло время вернуться к своим делам.

Если только он заставит себя перестать психовать.

Иисус Христос, Трез сейчас трахает эту женщину. И только Богу известно, к чему

это всех их приведет.

Как только он достиг выхода, он позвал через плечо: "Фриц".

Сквозь шум от приготовления Первой Трапезы, доджен грубо ответил: "Да, господин".

- Я никогда не находил здесь морепродуктов. Почему?

- Король не любит всякого рода плавники.

- Он бы позволил это здесь?

- О, да, господин. Только не на его столе, и тем более ни в его тарелке.

АйЭм в упор посмотрел на дверную панель перед ним.
- Я хочу, чтобы ты достал немного свежей семги и приготовил ее.

К вечеру.

- Да, конечно. Но я не смогу это приготовить для Вас к Первой Трапезе.

- Не для меня. Я ненавижу рыбу. Это для Чертового Кота. Я собираюсь регулярно кормить его этим.
Он распахнул дверь.

- И достань немного свежих овощей. Какую кошачью еду он ест?

- Только самую лучшую. Science Diet от Hill.

- Выясни, что содержится в его еде - и теперь я хочу, чтобы его кормили только приготовленной едой. С этого времени никакой больше еды из пакетов

для него.

Одобрение расцвело в голосе доджена: "Я уверен, Господин Бу высоко оценит Ваш особый

интерес".

- Меня не интересует этот меховой мешок.

Совершенно раздраженный на себя и на всех на планете, он убрался на хрен

не только из кухни, но и вообще из особняка. Как вовремя. Солнце село, и свет уходил

с неба.

Он любил ночь. Воспользовавшись моментом, он глубоко вдохнул. Его пазухи ликовали от холодного зимнего воздуха.

Если бы он был хозяином своей жизни, не привязанным к своему брату и тюрьме, устроенной Трезу

его родителями, он выбрал бы совершенно другое существование. Он бы оказался где-то на Западе,

жил бы на земле, вдали от всех остальных.

Это было не просто, что он был отшельником по своей природе. Он не видел никакой ценности в том, в чем ее видело большинство.

На его взгляд, мир явно не нуждался в еще одном Айфоне или быстром интернете, или в двадцать седьмом

эпизоде "Настоящих домохозяек". Кого на хрен заботит, если у твоего соседа больше

дом/машина/лодка/прицеп/косилка. Зачем переживать, что у кого-то лучше часы/кольцо/телефон/телевизор/

лотерейный билет. И почему не отправиться в путь в кроссовках? Все только сверхмодное. Реклама макияжа,

звездная кинодрама, покупатели, помешанные на покупках в домашней компьютерной сети, и глупые люди-тунеядцы, которые действительно верят, что их

проповедники силой им что-то навязывают.

И нет, не только люди покупают все это дерьмо.

Вампиры в равной степени заслуживали порицания - они только прикрывались своим устрашающим мировоззрением в превосходстве над этими

бесхвостыми крысами.

Так много сублимации между теми, кто действительно распоряжается, и теми, кто хочет, нуждается,

стремится, получает.

И опять же, он не мог освободиться от проблем своего брата, так кто же он...

Когда его телефон заработал в его флисовом кармане, он засунул туда руку и схватил его. Он понял,

кто ему звонит, еще до того, как посмотрел на экран, принял "динь-динь-динь" и приложил телефон

к своему уху.

Та небольшая его часть, что вспыхнула жизнью, снова умерла в центре его груди.

- Ваше Превосходительство", - поприветствовал он верховного жрица.
- Чем я заслужил такую честь?

Когда Эссейл прошел вокруг кухни, он посмотрел на часы. Повернулся к раковине. Большими шагами

вернулся к бару. Снова проверил часы.

Эрик покинул его двадцать одну - нет, двадцать две минуты назад, - а поездка, в которую он его отправил,

должна была занять не более двадцати пяти минут.

Сердце Эссейла колотилось. У него был план на вечер, и от первой его части полностью зависел

результат.

Он взял свой сотовый телефон и набрал номер.

Раздавшийся двойной сигнал означал, что автомобиль заезжал в гараж.

Эссейл побежал в прихожую, быстро открыл усиленную дверь и попытался посмотреть сквозь тонированные

стекла своего пуленепробиваемого Рейнж Ровера. Если его кузены действительно охраняли...

Протокол требовал подождать, пока все закроется, прежде чем выйти из транспортного средства, но нетерпение

и страх, что изводил его, выбросили все разумные правила прямо в слуховое окно: Быстро шагая

по бетонному полу, он сосредоточился на внедорожнике, когда Эрик заглушил двигатель и вышел вместе со своим

братом.

Прежде чем Эссейл смог оценить лица своих кузенов, или начать орать на них,

требуя объяснений, задняя дверь медленно открылась.

Эрик и его брат замерли. Как если бы они не имели ни капли контроля над своим грузом - и знали

что сейчас может произойти.

Появившаяся пожилая человеческая женщина была ростом в пять футов, приземистая как комод. Ее волосы были густыми

и белыми, и были убраны назад с ее морщинистого лица. Ее темные глаза смотрели с блеском и пониманием

из-под свисающих век. Под пальто с длинным ворсом, ее одеждой было простое

мешковатое платье с синими цветами, но ее туфли на низком каблуке и подобранная к ним сумочка были из лакированной кожи - как если бы

она хотела одеть лучшее что у нее есть, и это все, что было у нее в шкафу.

Он поклонился ей: "Мадам, прошу Вас".

Бабушка Солы держала маленькую дамскую сумочку у себя за пазухой.
- Мои вещи. У меня есть вещи."

У нее был сильный португальский акцент, и ему пришлось тщательно вслушиваться в слова.

- Хорошо, - он указал кивком на кузенов и команду, они обошли сзади внедорожник

и достали три скромных чемодана разного размера. "Ваша комната готова".

Она быстро кивнула: "Продолжайте".

Когда Эрик подошел с багажем, он поднял бровь, и он выглядел действительно потрясенным.

Эссейл не воспринимал благосклонно, когда им распоряжались.

Однако, ей это было позволено.

- Ну, конечно, - Эссейл сделал шаг назад и снова кивнул, указывая на дверь, из которой он

вышел.

Величественная как королева, маленькая старушка прошлась вдоль по полу в направлении к трем небольшим ступенькам,

которые вели в дом.

Эссейл проскочил вперед, чтобы открыть ей дверь.
- Это наше подсобное помещение. Далее кухня.

Он отстал от нее, подавляя свое раздражение. Пока что не было спешки. Он убедился,

что законное лицо империи Бенлуиза было свободно от его арт-дилеров и офисных работников, прежде чем он

мог пойти туда. Во всяком случае, это будет хорошее время.

Он продолжал экскурсию: "Далее, альков для принятия пищи и место для приема гостей". Когда он прошел

вперед, в огромное открытое пространство, откуда открывался вид на Гудзон, он по-новому посмотрел на немногочисленные предметы обстановки.

- Не то, чтобы я заботился о развлечениях.

В доме не было ничего личного. Вся "обстановка" была сделана для продажи

недвижимости, безымянные вазы и ковры, расставленные диваны и маленькие диванчики.

То же самое касалось и спален, которых было четыре внизу и одна на втором этаже.

- Здесь мой офис.

Он остановился. Нахмурился. Огляделся.

Вернулся на кухню, чтобы найти остальных.

Бабушка Солы засунула голову в морозильник, как если бы она была гномом,

который ищет летом прохладное местечко.

- Мадам? - спросил Эссейл.

Она закрыла дверь и двинулась к встроенным от пола до потолка шкафам:
- Здесь ничего нет. Ничего.

Чем вы питаетесь?

- А..., - Эссейл обнаружил, что смотрит на своих кузенов в поисках поддержки, - обычно мы едим в городе.

Насмешливый звук несомненно звучал у старушки как эквивалент "Да, пофиг".

- Мне нужны продукты питания.

Она повернулась на своих отполированных туфлях: "Кто отвезет меня

в супермаркет".

Не вопрос.

Когда она пристально посмотрела на троих их них, это привело в замешательство не только Эрика и его близнеца - жестокого убийцу,

но и Эссейла.

Вечер был распланирован до минуты, - и поездка в местный "Ханнафорд" не входила в

список.

- Вы двое слишком худые, - заявила она, махая рукой в направлении близнецов,

- Вам нужно поесть.

Эссейл прочистил горло. "Мадам, мы привезли Вас сюда ради Вашей безопасности". Он не мог позволить

Бенлуизу сделать ставку - и таким образом он заблокировал возможные потери.

- Не для того, чтобы Вы были здесь поваром.

- Вы уже отказались от денег. Я не останусь здесь нахлебником. Я отработаю.

Так и будет.

Эссейл сделал долгий медленный выдох. Теперь он знал, от кого Соле достался ее независимый характер

- Ну так как?, - потребовала она, - я не вожу машину. Кто отвезет меня?

- Мадам, может быть Вы предпочитаете отдохнуть?

- Ваше тело отдохнет, когда умрет. Кто?

- У нас есть час, - Эрик уклонился от прямого ответа.

Когда Эссейл сердито посмотрел на другого вампира, маленькая старушка подтянула свою сумочку вверх на плечо и кивнула головой:

- Значит он отвезет меня.

Эссейл встретился с пристальным взглядом бабушки Солы и снизил тон так,

чтобы проведенная линия соблюдалась. "Я плачу. Все ясно - Вы не потратите ни цента".

Она открыла рот, как если бы собиралась спорить, но она была упрямой - не глупой.
- Тогда я займусь штопкой.

- Наша одежда в порядке.

Эрик прочистил горло.
- На самом деле у меня есть пара болтающихся кнопок. И липучка

на бронежилете...

Эссейл оглянулся через плечо и ображил клыки на идиота -

конечно так, чтобы не увидела бабушка Солы.

Возвращая лицу прежнее выражение, он повернулся обратно и...

Понял, что проиграл. Одна бровь бабушки была поднята, ее темные глаза смотрели так уверенно,

как ни у одного из врагов, с которыми он раньше сталкивался.

Эссейл покачал головой:
- Не могу поверить, что веду с Вами переговоры.

- И Вы согласны с условиями.

- Мадам...

- Теперь все решено.

Эссейл вскинул руки:
- Прекрасно. У вас сорок пять минут. Это все.

- Мы вернемся через тридцать.

На этом она повернулась и направилась к двери, ей в след три вампира

играли глазами в пинг-понг.

- Идите, - проскрежетал Эссейл, - вы оба.

Кузены прошествовали к двери гаража - но не вышли. Бабушка Солы повернулась

и положила руки на бедра.

- Где Ваше распятие?

Эссейл встряхнулся: "Прошу прощения?"

- Вы не католик?

Моя дорогая милая женщина, я даже не человек, подумал он.

- Боюсь, что нет.

Ее глаза как лазерные лучи уставились на него. На Эрика, На брата Эрика.
- Мы исправим это. На то воля Божья.

И она вышла, промаршировав через прихожую, распахивая дверь и исчезая

в гараже.

Стальная дверь закрылась автоматически и все что оставалось Эссейлу так это стоять и смотреть.

Двое других были в равной степени поражены. В их мире власть получали силой и

манипулированием другими людьми. Это положение зарабатывалось или терялось в соперничестве,

которое часто было кровавым и приводило к подсчету убитых.

И когда кто-то исходил из этой ориентации, он безусловно не ожидал, что будет кастрирован

в своей собственной кухне женщиной, у которой даже нет ножа. И которой, скорее всего, придется встать на стремянку,

чтобы удалить вышеупомянутую часть тела.

- Не стой там, - рявкнул он, - она отвечает за себя.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/50327/210927

Переводчики: Matanya00, MihrimaX