Готовый перевод Vinyl and Octavia: University Days / Винил и Октавия:Университетские Дни: Глава 13(Чужой перевод)

Ночь без сновидений.
Эта была единственная мысль, что посетила Винил, когда она проснулась.
Ей наконец-то ничего не снилось, и она знала в чём была причина. Вот уже как несколько недель, каждая ночь была забита одними и теми же образами: скрипичными ключами на фоне темноты… и пони, рядом с ними.
Серая. Земного типа, если точнее.
Этой ночью единорожка спала как никогда крепко, улыбнувшись до ушей в преддверии тёплых объятий, которые хотела поскорее получить. Но когда её копыта не нащупали ничего кроме раскрытого одеяла, глаза ДиДжея вмиг открылись, показывая ей пустую постель.
Сердце Винил замерло, и на секунду она почувствовала неописуемую горечь от того, как правдивость вчерашних событий встала под вопрос. «Нет,» На глаза начали наворачиваться слёзы. «Пожалуйста, только не снова…»
Но тут дверь в душевую открылась, и из неё выплыло небольшое облачко пара, плавно расходившееся по полу. Наружу неторопливо вышла Октавия, с прилипшей к блестящей шерсти гривой. Она что-то спокойно напевала, совершенно не остерегаясь пары красных глаз, смотрящих на неё с одной из кроватей.
По крайней мере так было, пока их обладательница в один прыжок не преодолела половину комнаты, заключив земную пони в крепкие объятия.
Октавии пришлось совладать со счастливой единорожкой, лежащей поверх неё. Винил вовсе не заботило, что она могла намокнуть от объятий со свеже-искупанной кобылкой, или что лежание на полу сводило на нет всю работу её подруги. Её заботило только то, что Октавия была реальна, что ночь, которую она помнила, на самом деле была, что её мечта наконец-то исполнилась.
Виолончелистка же всего этого не знала, а потому была очень озадачена, когда Винил приподняла голову, чтобы насладиться взглядом той в глаза. «Полагаю, я могу рассчитывать на такое приветствие каждый день?» Сказала она вполовину серьёзно.

Нервно хихикая, Винил, наконец, окончательно проснулась, осознав что же она сейчас делает. «Эй, прости. Я, типа… запаниковала, когда тебя в кровати не оказалось.» Для её полностью проснувшегося сознания это звучало глупо, но Октавия, похоже, так не считала.

Она притянула Винил к себе, и страстно поцеловала её, надеясь развеять страхи белой пони так, как слова были не в силах. И это сработало. Винил умиротворённо выдохнула, а её тело мгновенно расслабилось. Они наслаждались несколько длинных секунд, но всё хорошее имеет свойство заканчиваться. В этот раз, тем не менее, причина была уважительная.

Октавия неспешно отстранилась, залившись краской. «Эм, Винил, не хочу быть грубой или что-то вроде того, но может сперва тебе стоило бы зубы почистить?»

«Ой! Да, точно, прости.» Ответила Винил, интересуясь, возможно ли разорваться на кусочки от стыда.

О чём я только думала? Я же не какая-то там кинозвезда! От меня несёт утром, как и от любого другого!

Единорог расплела конечности и поплелась в ванную комнату. Начав поскорее чистить зубы, она наблюдала за поднявшейся на ноги Октавией, которая приводила в порядок свою гриву. А потом, к своему безмолвному ликованию, Винил проследила линию очень заинтересованного взгляда виолончелистки. На секунду, она попыталась произенсти «видом увлеклась?» с набитым ртом зубной пасты, но пересилила себя. Хватит неловких моментов для одного утра.

Закончив, она выскочила из ванной, с огромной улыбкой на лице. «На чём мы там остановились?» Октавия же, как раз подошла к кровати Винил, стаскивая с него одеяло. «Эй, что ты делаешь?»

«Одеяло своё забираю. Меня застыдят, если понибудь увидит мою кровать в таком виде.»

Растеряв весь свой энтузиазм, Винил разочарованно шаркнула копытцем по полу. «Значит… сегодня ты спишь в своей кровати?»

«Что-то не так?» Нахмурилась Октавия, переведя взгляд на ДиДжея.

«Да нет… не то что бы… Я просто подумала, что мы могли бы, ну…» Она так и не договорила, смотря куда угодно, только не на серую кобылку.

«Спать вместе?» Тихо спросила Октавия.

Винил кивнула, но заметив румянец на щеках виолончелистки, быстро добавила. «В смысле, просто спать! Я, ну, не имела ввиду ничего такого. П-по крайней мере, пока ты этого не захочешь. Но если нет, то всё в порядке. Я имела ввиду просто спать.» Ситуация стремительно ускользала из её копыт, когда разговор зашёл на эту тему. Она невольно удивилась, куда же все её навыки в общении начали исчезать в моменты особенной нужды.

«Ну, думаю нам лучше обсудить это сегодня вечером. Пока ещё слишком рано чтобы говорить о… такого рода вещах.» Выслушав виолончелистку, Винил, к своему облегчению, поняла что не была единственной, кому неловко обсуждать эту тему. Октавия же закусила губу. «К слову говоря… мне понравилось просыпаться рядом с тобой.» Она улыбнулась воспоминаниям в своей голове. «Ты сжимала меня своими копытцами и улыбалась во сне. У меня ушло полчаса, чтобы выбраться из твоих объятий.»

ДиДжей пожала плечами и издала издала самодовольный смешок. «Я бы сделала в любом случае, буль то во сне или нет.» Признала она.

Хихикнув, Октавия оставила одеяло там где оно лежало, решив разобраться с ним потом. Она подошла к Винил и неуверенно чмокнула ту в щёку. «Как насчет завтрака?»

Подавив желание покрыть мордочку виолончелистки поцелуями, Винил лишь тепло ей улыбнулась. «Пора бы.»

--
Ближе к полудню, когда завтрак надолго ушёл в прошлое, Винил неохотно попросила прощения у подруги, дабы посетить урок по рисованию. Октавия снова решила предложить себя в качестве модели, но выяснилось, что на занятиях уже давно перешли к другой теме. Тем не менее, это не остановило единорога от лукавой подколки в адрес подруги, с возможностью принять её предложение сегодня вечером, спровоцировав виолончелистку залиться краской.

Октавия пыталась изо всех сил сдержать непреодолимую улыбку. Щёки порядочно болели, а сама кобылка была уверена, что выглядит как полная дурочка, но она это никак не контролировала. Прогуливаясь по зелёному парку на территории кампуса, она почувствовала радость, расплывающуюся по каждой клеточке своего тела.

Похоже, вселенная наконец перестала давить на кобылку. После множества лет в одиночестве и постоянного контроля со стороны матери, она преодолела этот туннель, и свет в конце был ярче некуда. Больше не будет на задворках сознания мысли, каждую ночь напоминающей Октавии об одиночестве. Не будет больше слёз, об одиночестве во время обеда.

Это закончилось.

И это только началось.

Вскоре, до кобылки дошло, что она подходит к зданию, где работает Псайк. Полностью согласившись со своим подсознанием, она зашла внутрь, направившись к секретарше. Псайк помог ей преодолеть внутренние барьеры, и был в не меньшей степени причиной её счастья, чем Винил. Ну может немного меньшей, но его помощь была неоценима, и земная пони хотела чтобы Псайк знал, что это для неё значит.

«И снова здравствуйте, мисс Октавия! Чем могу быть полезна?» Оживлённо спросила рецептионистка.

«Добрый день, я интересуюсь, не найдётся ли у Псайка свободная минутка?»

«Определённо найдётся! Просто поднимайтесь наверх, а я извещу его о вашем визите!» Кобылка улыбнулась, выставляя на показ свои белоснежные зубы.

«С-спасибо вам.» Октавия поспешно улизнула из под её жизнерадостного взгляда, и направилась к преподавателю.

Как и в прошлый раз, офисные работники вежливо уступали ей дорогу. Она совершенно не понимала, почему же это ощущалось так странно. Да, обычно именно студенты уступают дорогу старшим из-за уважения к какой-то недосказанной социальной иерархии, но может Мэйнхеттанский Университет был прогрессирующим местом, где старались искоренить такое поведение? Может персонал просто поддерживал веру в идею, принятую этим заведением: «уступать дорогу» молодым, более перспективным пони?

Внезапно, Октавия осознала что пялится на входную дверь дольше, чем это было общественно приемлемо, и тем самым задерживала остальных. Но, взглянув на дожидавшихся своей очереди пони, она была готова поверить, что времени у них было предостаточно. Никто даже не попытался поторопись её.

Промямлив какое-то извинение, виолончелистка прошла в приоткрытую дверь, прикрыв её за собой. Сидя за столом, её радостно поприветствовал оранжево-гривый жеребец.

«Здравствуй Октавия! Рад, что ты здесь. В каком-то смысле. Если у тебя какие-то проблемы, то я не рад, что ты здесь. В смысле, я рад, что ты выбрала меня, чтобы помочь тебе разобраться с этими проблемами. Но я рад если у тебя… нет никаких… проблем?» Жеребец задумался на секунду, и очертил копытом круг в воздухе, словно отматывая время назад. «Здравствуй Октавия!» Сказал он, на этот раз без пояснений.

«Здравствуй Псайк.» Ответила кобылка. Было довольно непривычно обращаться к учителю на «ты», но она с этим справилась. Были вещи и поважнее.

Когда пони села за противоположным концом стола, Псайк озадачил себя, снова достав личное дело Октавии. «Итак, чем могу помочь?» Выражение его лица было довольно необычным, выражавшее нечто среднее между его привычным энергичным настроением и серьёзного, непоколебимого психолога, выслушавшего не одну сотню печальных историй.

«К счастью, ничем.» Она мечтательно улыбнулась, тем самым немного удивив преподавателя. «Я сделала в точности как вы сказали.» На кобылку резко нахлынула волна воспоминаний, коими она и решила поделиться, пока те не покинули её голову. «Я вернулась к Винил и обняла её, а потом она спросила, значит ли это то что она думает, а я спросила что она думает это значит, хотя и так знала ответ, она начала говорить: «я тебе нравлюсь», но это длилось так долго, а я была так взволнована, что просто сказала «ты мне нравишься», а она сказала «нравлюсь нравлюсь?, а я ответила «нравишься нравишься» и мы наконец поцеловались как положено и это было так здорово!» Она немного подпрыгивали в кресле, улыбаясь от уха до уха. Её ни сколько не заботило, насколько глупо она выглядела.

«Новость просто фантастическая! Я очень рад за вас обеих!» Псайк нервно усмехнулся. «Я всё время боюсь дать неправильный совет, хорошо услышать, что он помог.»

«Не то слово, ваш совет был просто замечательным. И именно поэтому я здесь. Я…» Она сделала глубокий вдох. «Я счастливее, чем когда-либо была в своей жизни.» Этот факт вызвал смешанные эмоции. С одной стороны, с ней всё ещё были эти никчёмные воспоминания, а с другой, о них можно было полностью забыть, не боясь их возвращения. «Вы помогли мне достичь этого, Псайк.»

Кобылка сползла со стула и подошла к противоположному концу стола. Псайк на секунду поёжился, но мгновенно расслабился, когда она обняла его, и приобнял пони в ответ.

Разумеется Винил посчитает, что объятия с учителем это глупо и ненормально, но даже надрывающаяся от смеха ДиДжей, не смогла бы подпортить ей настроение.

«Спасибо вам.» Прошептала она, разжав объятья и снова опустившись на все четыре копыта. К её удивлению, ей показалось, что психолог даже пустил слезу, но он быстро сморгнул её.

«Просто делаю свою работу, и ничего более.» Произнёс он с тёплой улыбкой. Когда Октавия вернулась на свой стул, его радостное настроение вмиг улетучилось. «Итак… я полагаю ты не получала вестей от…»

«Своей мамы?» Она отрицательно помотала головой. «Нет. Но я и не собираюсь считать дни до её звонка.»

«Рад это слышать. Немного удачи, и может быть ты и не услышишь о ней до самого Дня Согревающего Очага.»

«Почему-то я в этом сильно сомневаюсь… но я разберусь с этим, когда настанет время.» Кобылка решительно кивнула. С её матерью было опасно встречаться лицом к лицу, но забивать сейчас всем этим голову тоже не к чему.

«Ты определённо начала меняться, и мне нравятся эти перемены!» Псайк усмехнулся и хлопнул в копыта. «Видимо тебе очень нравится проводить время с Винил, раз ты можешь так быстро менять приоритеты»

Октавия смущённо покраснела, но кивнула в ответ. «Так и есть. Я чувствую себя так нормально рядом с ней.» Её глаза вмиг расширились. «Нет, она вовсе не ненормальная или типа того! Я имела ввиду, что… я не чувствую себя изгоем. Она без задней мысли принимает меня такой, какая я есть. Это такое удивительное чувство, быть с той кто знает меня, действительно знает, а не просто с группой пони, приставленных ко мной учителем в надежде помочь.» Псайк прокашлялся. «Помню как я смотрела на остальных пони в нашей школе и их дурацкие группировки, и думала что могу измениться и вписаться в одну из них. Но никогда этого не делала.»

«Не хотела жертвовать ту самую частичку индивидуальности, что осталась в тебе.» С пониманием сказал жеребец.

Октавия снова кивнула. «Так и есть. Я предпочла одиночество, вместо того, чтобы уничтожить свою индивидуальность. Но с Винил всё иначе. Я могу оставаться сама собой, и при этом иметь кого-то, кому я не безразлична. Мечты и правда сбываются.»

«Я очень горжусь тобой, Октавия. В твоём деле говорится об ужасных вещах, которые мать заставила тебя пережить, вещи, о которых только ты имеешь право знать. Но даже после всех этих страданий ты смогла не потерять себя. Я видел пони, ломавшихся и от куда меньших проблем, но вот ты здесь, счастливая, это… это просто замечательно.»

Спустя пару долгих мгновений, Псайк энергично потряс головой и проморгался. «Ого, никогда ещё я не был таким серьёзным.» Он усмехнулся. «Такими темпами ты мою репутацию угробишь.»

«Ну прошу прощения.» Рассмеялась виолончелистка. «И спасибо, за ваши слова.» Кобылка встала со стула. «А теперь, мне пожалуй пора идти, пока мы не начали засыпать друг друга взаимными комплиментами.»

«Мудрое решение, скукотища смертная.»

Махнув копытом на прощание, Октавия покинула кабинет и пошла на выход. Секретарь одарила её пластиковой улыбкой, на которую виолончелистка нервно ответила тем же. Выйдя на улицу, на свежий воздух, кобылка вскоре поняла, что пошла не той дорогой что обычно. Она вела к спуску на менее оживлённые улочки, таившие в себе входы на несколько складов и служебных помещений.

Не имея причин, кроме как «от нечего делать» (да и вдобавок с повысившимся любопытством от общения с Винил), она пошла по дорожке, пока кое-что не привлекло её внимание. Это был чей-то разговор, доносившийся из-за угла, и судя по интонациям он был он довольно напряжённым.

Октавия замедлилась, стараясь оставаться незамеченной, пока диалог двух пони стал различим на общем фоне.

«Нет, пожалуйста, не уходи…» Шмыгнула носом знакомая кобылка.

Лира? А что она тут делает?

«Пожалуйста, Бон, просто выслушай меня. Клянусь, я изменилась.»

Глаза Октавии расширились, и она в спешке решила ретироваться, совмещая скорость и бесшумность. Этот разговор был явно не для её ушей.

Личная жизнь Винил была единственной, в чью кобылка решалась вмешиваться, и даже тогда она не делала, по сути, ничего плохого. В телефоне ДиДжея не было ровным счётом ничего личного или постыдного.

На вершине спуска, прямо перед выходом на главную площадь, Октавия краем уха услышала стук копыт, идущих за ней. Пытаясь выглядеть как ни в чём не бывало, она прислонилась к стене и почесала копытом подбородок, как-будто бы о чём-то задумавшись.

Вскоре, внизу спуска показалась и Лира, яро потирая глаза копытом. Достигнув верха, вместо того чтобы посмотреть в любую из ста других возможных сторон, мятно-зелёная единорожка уставилась именно на Октавию.

«Эй, а что ты тут делаешь?» Спросила она. Глаза кобылки всё ещё были красными от недавно пролитых слёз, из-за чего земной пони было неохотно жаль её.

«Всего-лишь пытаюсь постигнуть смысл жизни.» Она сильнее начала чесать подбородок, дабы показать всю серьёзность своих слов.

«Возле технического корпуса?»

"… Да.» Октавия опустила копыто на землю, и тут же состроила обеспокоенное выражение лица. «Ого, Лира, с тобой всё в порядке?»

Единорожка нахмурилась. «В полном. Я просто… всё в порядке.» Она попыталась уйти, но Октавия быстро пристроилась рядом.

«Ты подумала над тем, что я тебе в прошлый раз сказала?» Допытывалась виолончелистка.

«Да… вполне может быть.»

«И?»

Лира остановилась и огляделась, убедившись что никого кроме них рядом нет. «Слушай, я знаю что ты просто пытаешься помочь, по какой бы там ни было причине, но не стоит набиваться ко мне в друзья, хорошо? Поверь, лучше не надо.»

Виолончелистка невольно задумалась, а может кобылка была зла на себя, нежели на кого-то конкретно? «Почему ты так думаешь?»

«Просто оставь меня, окей? Я пытаюсь сохранить оставшийся друзей, забота о ещё одной мне вовсе ни к чему.» Лира снова направилась к главной площади Университета, на этот раз одна.

Стоя на одном месте, смотря вслед уходящей единорожке, Октавия почувствовала вину нарастающую в своём сердце. Вот же она, купается в своём счастье, в то время как остальные пони так и остались с неразрешёнными проблемами. Счастье никогда не будет всеобщим, только не в мире с таким количеством сложных жизней.
Весь путь к классу рисования виолончелистка чувствовала себя немного уныло от этой обескураживающей мысли.
Что хорошего в том, чтобы быть счастливой, когда остальные не могут себе этого позволить?
Белая единорожка вышла из кабинета вслед за толпой пони и устало зевнула. Её глаза просканировали местность с некой отрешённостью, пока не наткнулись на Октавию. Сию же секунду уши Винил встали торчком и кобылка улыбнулась, подойдя к подруге.
«Привет подруга! Детка, как же я счастлива видеть тебя!» Задорно сказала она.
Октавия просто улыбнулась. Это и было ответом на вопрос.
Хорошо быть счастливой, потому что ты можешь поделиться с другими своим счастьем.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/51494/217162

Переводчики: RainbowHouse