Готовый перевод Making faces / Меняя лица: ​3: Create A Disguise

Дорогой Амбрус,
Ты необыкновенно горячий, и ты удивительный борец.
Ты мне оооооочень нравишься.
Я хочу знать, может ты поболтаешься иногда со мной?
Ферн сморщила нос как ребенок и посмотрела на Риту, которая ждала с надеждой. Ферн не была единственная, кто заметил Амбруса. Может потому что он был весь погружен в борьбу, часто путешествовал и из-за его отсутствия времени, у него было не так много подружек. Его недоступность сделала его самым горячим парнем, и Рита решила, что она заполучит его. Она показала Ферн записку, которую, она написала ему в комплекте с розовой бумагой, сердечками и большим количества духов.

"Умм, это хорошо, Рита. Но не хотела бы ты быть немного оригинальней?"

Рита пожала плечами и смущенно посмотрела. "Я просто хочу, чтобы я ему понравилась."

"Ты написала ему записку, потому что ты хочешь получить его внимание, правильно?"

Рита решительно кивнула. Ферн посмотрела на ангельское лицо Риты, на ее длинные блондинистые волосы и идеальные груди и почувствовала острую боль отчаяния. Она была уверена, что Рита уже получила внимание Амбруса.

=

"Она такой красивый ребенок."

Ферн услышала разговор своей мамы на кухне, она разговаривала с тетей Анджи, которая сидела у двери и смотрела как Бейли и Рита сидят на качелях во дворе Ферн. Ферн нужно было в ванную, но она пошла через гараж вместо входной двери, чтобы она смогла проверить черепаху, которую она и Бейли взяли на пруду сегодня утром. Он не двигался и Ферн подумала, может они сделали ошибку, что приютили его.

"Она выглядит не реальной." покачала головой мама Ферн, забирая внимание Ферн от черепашки. "Эти яркие голубые глаза и эти идеальные кукольные черты лица."

"И эти волосы. Они белые от корней и до кончиков. Я не думаю, что видела подобное," сказала Анджи. "И все же она темненькая, как такое может быть. У нее сочетание белых волос и золотистой кожи."

Ферн неловко стояла в коридоре, слушая разговор двух женщин о Рите, мама и тетя Анджи думали, что она была во дворе. Рита переехала на озеро Ханна в это лето с ее мамой, и Рейчел Тайлор, жена пастора, была первая кто был доброжелательной к молодой маме и десятилетней дочери. Вскоре она организовала обед и пригласила Риту играть с Ферн. Ферн полюбила Риту. Она была хорошенькой и счастливой и с радостью делала все, что делает Ферн. У нее было не очень хорошее воображение, но у Ферн хватало для них обоих.

"Я думаю, что Бейли сражен наповал." засмеялась Анджи. "Он ни разу не моргнул с тех пор как положил глаз на нее. Это забавно видеть, как дети тянутся к красоте, как все остальные из нас. Не успеешь оглянутся, как он начнет демонстрировать свои борцовские способности и мне придется как-нибудь отвлечь его, успокоить его сердце. Он снова умолял Майка позволить ему участвовать в борцовском лагере. Каждый год одно и тоже. Он умоляет, он плачет и нам приходится объяснять почему он не может."

На кухне наступила тишина тетя Анджи, казалось, потерялась в своих мыслях, а Рейчел готовила бутерброды для детей, не в состоянии защитить Анджи от реальности болезни Бейли.

"Ферн нравится Рита, не так ли?" со взодохом сменила тему Анджи, она смотрела как ее сын бегает вперед назад, без остановки перед милой маленькой блондинкой. "Это хорошо, что у нее есть подружка. Она все свое время проводит с Бейли, но чем она становится старше, тем больше она нуждается в подружки."

Наступила очередь Рейчел вздыхать. "Бедная Ферни."

Ферн повернулась назад, чтобы пойти в холл, но резко остановилась. Бедная Ферни? Ей было интересно, что если у нее было заболевание, заболевание как у Бейли, которое ее мама ей не сказала? "Бедная Ферни" звучит серьезно. Она внимательно слушала.

"Она не такая красивая, как Рита. Ее зубы нуждаются в некоторой работе, но она все еще такая маленькая и у нее не поменялись молочные зубы. Может быть когда все ее постоянные зубы вырастят, не будет так плохо. пока она растет, она собирается носить брекеты до двацати лет." смеялась мама Ферн. "Мне казалось, что она будет завидовать Рите. Но до сих пор, она не подозревает об их физических различиях."

"Наша маленькая, веселая Ферни," сказала Анджи, с улыбкой в ее голосе. "Ты не сможешь найти лучшего ребенка, чем Ферн. Я каждый день благодарна ей. Она так благосклонна Бейли. Бог знал, что он делает, когда создавал им семью, Рейчел. Он подарил им друг друга. Большое спасибо."

Но Ферн была вкопана. Она не слышала слов благодарности. Она не остановилась, чтобы подумать, что значит быть щедрым подарком Божьим. Она не красивая. Слова крутились вокруг ее головы, как кастрюли и сковородки, время от времени толкаясь и ударяясь. Она не красивая. Маленькая, смешная Ферни. Она не красивая. Бедная Ферни.

=

"Ферн!" Рита прокричала ее имя и махнула рукой перед ее лицом. "Алло? Ты где? Что мне написать?"

Ферн прогнала старые воспоминания. Забавно, как некоторые вещи могут надолго остаться в памяти.

"Что если ты напишешь что-то типо, "даже, когда тебя нет рядом, ты все, что я вижу. Ты все, что я думаю. Я надесь, что твое сердце такое же красивое, как твое лицо. Твой ум такой же привлекательный, как игра мыщц под кожей? Возможно, что ты тоже думаешь обо мне." Ферн сделала паузу и посмотрела на Риту.

Глаза Риты округлились. "Ох, это круто. Ты написала это в одном из твоих романов?" Рита была одна из тех, кто знал что Ферн пишет любовные истории и мечтает опубликовать их.

"Я не знаю. Возможно." Ферн застенчиво улыбнулась.

"Вот! Запиши это," визжала Рита, вытаскивая карандаш и бумагу и пихая их в руки Ферн.

Ферн пыталась вспомнить, что она говорила. Во второй раз вышло лучше. Рита хихикала и танцевала вниз и верх, как только Ферн закончила любовную записку. Она подписала имя Риты. затем она передала записку Рите, которая побрызгала бумагу духами, сложила его и адресовала Амбрузу.

Амбрус ответил не сразу. На самом деле ему понадобилось несколько дней. Но на четвертый день, в шкафу Риты лежал конверт. Она открыла его с трясущими руками. Она молча прочитала, ее брови взетели, она вцепилась в руку Ферн, как-будто она читала выигрышный лотерейный билет.

"Ферн! Слушай!" Она вздохнула.

***

"Она идет во всей красе

Светла, как ночь её страны.

Вся глубь небес и звёзды все

В её очах заключены;"

Брови Ферн поднялись и исчезли в слишком длинной челке.

"Он такой же хороший писатель, как ты Ферн!"

"Он лучше," сухо сказала Ферн, дуя на безпорядочную челку. "Парень, который написал это, в любом случае лучше."

"Он подписался, как А," прошептала Рита. "Он написал мне стих. Я не могу поверить в это!"

"Ух, Рита? Оно написано Лордом Байроном. Он очень знаменитый."

Лицо Риты потускнело, и Ферн бросилась утешать ее.

"Но это удивительно, что Амбрус цитирует...Лорда Байрона...в письме...для тебя, Я имею в виде," заверила она, запинаясь. На самом деле, это было удивительно. Ферн не думала, что восемнадцатилетний парень регулярно цитирует поэму красивым девочкам. Она была очень впечатлена. Как и Рита.

"Мы должны ответить ему! Нам тоже надо написать знаменитую поэму?"

"Может быть." Ферн задумалась, ее голова наклонилась.

"Я могу написать свое стихотворение." Рита выглядела сомнительно в течении нескольких секунд. Затем ее лицо озарилось, и она открыла рот, чтобы сказать.

"Не начинай с того, что розы-красные, фиалки-синие!" предупредила Ферн, заранее зная, что произойдет.

"Черт," надулась Рита, снова закрыв рот. "Я не хотела говорит, что фиалки-синие! Я хотела сказать, что "розы-красные и что-то розовое. Я правда хочу тебя поцеловать." "

Ферн хихикнула и шлепнула подругу. "ты не можешь сказать это после того, что он отправил тебе "Она идет во всей красе." "

"Сейчас прозвенит звонок." Рита закрыла свой шкафчик на замок. "Не могла бы ты написать что-нибудь для меня, Ферн? Пожааааалуйста? Ты знаешь я не смогу написать что-нибудь хорошее!" Рита заметила колебание Ферн и сладко умоля до того, как Ферн кивнула. И это как Ферн Тейлор начала писать любовные записки Амбрусу Янгу.

1994

"Что делаешь?" спросила Ферн, шлепаясь на кровать Бейли и осматривая его комнату. Это был момент с тех пор как она была там. Они обычно играли на улице или в гостиной. Его комната была борцовским атрибутом, в основном из штата Пенсильвания, по всей стене. Чередующими бело-голубыми картинками его любимых спортсменов, фотографии его семьи, и груды детских книг о спортсменах греческих и римских мифологий.

"Я пишу список," кратко сказал Бейли, не отрывая глаз со своего текста.

"Какой список?"

"Список вещей каторых я хочу сделать."

"Ну и что ты написал?"

"Я не скажу."

"Почему?"

"Потому что некоторые из них личные" сказал Бейли, без никакой злобы.

"Хорошо. Может я тоже сделаю список, и я не скажу, что в нем."

"Как хочешь." засмеялся Бейли. "Но я могу угадать все, что ты напишешь."

Ферн вырвала лист бумаги со стола Бейли и нашла карандаш со штатом Пенсильвания в банке на его тумбочке. Она написала СПИСОК в начале и начала его.

"Ты даже не скажешь мне хот одну вещь, которую ты написал в своем списке?" покорно спросила она после того, как она смотрела на бумагу несколько минут, не придумывая ничего захватывающего.

Бейли вздохнул он больше звучал как возмученный родитель, чем десятилетний мальчик. "Хорошо. Но некоторые из вещей в моем списке я не буду делать прямо сейчас. Я сделаю их когда стану старше...но я хочу сделать их. Я сделаю их!" решительно сказал он.

"Окай. Скажи мне только одну." умоляла Ферн. Для девочки с таким воображением, она не могла придумать ничего такого, чем хотела бы заниматься, может потому, что она каждый день путешествовала в своих книгах, которые она читала и проживала через героев истории, которых она писала.

"Я хочу быть героем." Бейли серьезно посмотрел на Ферн так, как-будто он открыл весьма серьезный секрет. "Я еще не знаю какой именно. Может быть как Геркулес или Брус Баумгартнер. "

Ферн знала, кто такой Геркулес и она знала кто такой Брюс Баумгартнер тоже, просто потому, что он был одним из любимых бойцов Бейли, согласно Бейли, он был одним из лучших тяжеловесов за все время. Она с сомнением посмотрела на своего кузена, но не высказала своего мнения. Геркулес не был настоящем и Бейли ни когда не будет таким же большим и сильным как Брюс Баумгартнер.

"И если я не смогу быть таким героем, тогда может я смогу спасти кого-нибудь," продолжил Бейли, не подозревающий в неверии Ферн. "Тогда мою фотографию могут выставить в газету и все будут знать кто я такой."

"Я не хочу, чтобы меня все знали," сказала Ферн после некоторого раздумья. "Я хочу быть знаменитым писателем, но я думаю, что у меня будет псевдоним. Псевдонимы использую тогда, когда ты не хочешь, чтобы люди знали кто ты." объяснила она, на всякий случай если Бейли не знал.

"Таким образом, ты можешь сохранить свою личность в тайне, как супермен" прошептал он, как если бы история Ферн достигла нового уровня.

"И никто не будет знать, что это я," тихо сказала Ферн.

=

Это не были обычные любовные записки. Это любовные записки потому, что Ферн вложила в них свое сердце и душу, и Амбрус, казалось, тоже отвечал честно и уязвимо, которую она не подозревала. Ферн не рассчитывала на то, что она/Рита полюбит в нем, его внешность, его волосы, его силу, его талант. Она могла и не быть, но ей были интересны все то, что она не знала. Так она тщательно выбирала все слова и вопросы, которые дадут ему доступ к его сокровенным мыслям. Она знала, что это фарс. Но она не могла ничего с собой поделать.

Это началось с обычных вопросов. Простые вещи, как кислый или сладкий, зима или осень, пицца или тако. Но потом вопросы углубились, стали более личными, более открытыми. Они шли назад и вперед, спрашивая и отвечая, и это было похоже на раздевание-сначала избавляются от ненужной одежды, кофты, сережки, бейсболка. Затем расстегивают пуговицы, спускают молнии, одежда падала вниз. Сердце Ферн трепетало и дыхание ее учащается с каждым новым барьером, каждый кусок воображаемой одежды исчезал.

Проигрыш или одиночество? спросил Амбрус, и Ферн ответила, "Я лучше выберу проигрыш, чем одиночество без тебя, так мой выбор проигрыш с исключением." Амбрус ответил, "Без никаких исключений," на которой Ферн ответила, "Тогда проигрыш потому, что одиночество чувство постоянное, а проигрыш может быть найденным."

Фонари или светофоры? Ферн: Фонари заставляют чувствовать себя в безопасности. Амбрус: Светофоры делают меня беззащитным.

Никто или нигде? Ферн: Я лучше буду никто, чем кто-то где-то еще. Амбрус: Я лучше буду нигде. Чем никто, который стареет. Ферн: Как ты это можешь понять? Ты был когда-нибудь никто? Амбрус: Все, кто кто-то становится никто в этот момент терпят неудачу.

Умная или красивая? Амбрус утверждал, что умная, но потом начал рассказывать как она (Рита) была красива. Ферн заявила, что красивая и начала рассказывать какой Амбрус умный.

До или после? Ферн: До, ожидание, как правило, лучше, чем реальность. Амбрус: После. Реальность, когда все сделано правильно, это всегда лучше, чем мечты. Ферн не могла это понять, так ли?

Любовная песня или стихотворение? Амбрус: Любовная песня-ты получаешь оба, стих наложенный на музыку. И ты не можешь танцевать под стихотворение. Затем он записал список его любимых баллад. Это был впечатляющий список, и Ферн потратила целый вечер записывая диск. Ферн сказала, что стихотворение и отправила ему стихи, которые она написала. Это было рискованно, глупо, и она была абсолютно голая на этот момент игры.

Наклейки или мелки? Свечи или лампочки? Церковь или школа? Звонок или свисток? Старый или новый? Вопросы продолжались, летели ответы, и Ферн читала каждую букву медленно, сидя в туалете для девочек и проводя остаток дня школы придумывая ответ.

Она заставляла Риту читать каждое письмо, и каждую записку, Рита больше и больше не могла понять их обоих, что спрашивал Амбрус и что отвечала Ферн. Не раз она протестовала: "Я не знаю, о чем вы оба говорите! Не можете вы просто говорить о его прессе. У него потрясающий пресс, Ферн." Затем, она передавала записки Ферн, пожимая плечами, и отдавала обратно Амбрусу с полной незаинтересованностью.

Ферн пыталась не думать о прессе Амбруса или о том, что Рита была близка знакома с ним. Через три недели, после первой любовной записки, она ходила от угла в угла в классе, которой нужно было забрать вещи из ее шкафчика и увидела, как ее руки руки обвились вокруг Амбруса. Он целовал ее так, как-будто они недавно обнаружили, что у них есть губы...и языки. Ферн ахнула и сразу повернулась в ту другую сторону, от куда она пришла. На мгновение она подумала, что заболела и быстро проглотила тошноту. Но это не было расстройство желудка, что делало ей больно, это было расстройство сердца. И она винила только себя. Ей было интересно, что если ее письма заставили Амбруса полюбить Риту больше, и это делает ее посмешищем.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/52409/223790

Переводчики: Dilka