Готовый перевод Fracture (Night School # 3) by C.J. Daugherty / Перелом (Ночная школа 3) Кристи Доэрти: Глава 22

Глава 22.

В ту ночь, в тени, в задней части библиотеки, Элли нетерпеливо расхаживала. Сильвиан опаздывал на десять минут.

Она была уверена, что находится в нужном месте - он обозначил его вполне конкретно, в книжных шкафах девять футов в высоту, окружавших ее, стояли только старых, в кожаном переплете книги, написанных на французском языке. Скучая,, она позволила кончикам пальцев проскользнуть по толстым переплетам с их золотым тиснением имен писателей таких, как Лакло и Ланглуа.

Затем, вздохнув, она взглянула на часы еще раз.

- Давай, Сильвиан, - пробормотала она.

Подвижная лестница доставала до самого верха книжных шкафов, чтобы читатели могли дотянуться до более высоких полок и она поднялась на несколько ступенек, чтобы взгромоздиться на перекладину, качая одной ногой.

Даже при том, что беспокойство вселяло напряжение, недостаток сна прошлой ночью негативно сказывался на ней. Ее глаза сделались тяжелыми. Упершись подбородком в свои руки, она позволила им дрейфовать закрытыми. Темнота была желанной и вскоре она дремала, ее мечты, наполненные бессвязными вспышками бега и лесов, и голосов.

- Вставай, Элли.

Это был знакомый голос - тот, который она любила. И на секунду она держала глаза закрытыми, желая услышать больше. Но этого не произошло.

Медленно, ее глаза распахнулись.

Сильвиан стоял на лестнице, балансируя на одной ноге, так что его лицо было рядом с ее. Она моргнула сонно ему в глаза синего сапфира в тусклом свете.

- Привет, ​​- пробормотала она. Ее мысли были еще нечеткими - момент чувствовался неправдоподобным, сказочным. Она не была так близко к нему с момента Зимнего бала. Она чувствовала его тепло,, запах его неповторимого одеколона. - Я, должно быть, заснула.

- Извини, я опоздал, - сказал он. На секунду он завис на месте,, его лицо было так близко, что она могла видеть фиолетовые пятна в синих глазах. Затем он спрыгнул на пол изящным, натренированным движением. - Меня задержал одним из стражников, который захотел задать миллион вопросов о том, знаю ли я, что кто-то покинул здание школы после комендантского часа прошлой ночью.

Что? – Элли мгновенно проснулась и наклонилась немного вперед. – Они знают, что это были мы?

Сильвиан покачал головой.
- Они не знают, кто это был. Но они в курсе, что кто-то там был. Мы должны быть очень осторожны теперь.

Перспектива опасности, казалось, возбудила его - румянец разлился на его щеках и он отскочил на пятках, как будто у него было слишком много энергии, чтобы просто стоять на месте. Локон сбежал из его волнистых волос и упал вперед на лоб.

Видя это, Элли вспомнила, как чувствовала себя в первый раз, когда пропускала свои пальцы через волосы Сильвиана - трепет запретного. И какой эффект это произвело на него. Руки сжимающие ее талию; то, как он припал своими губами к ней.

Это все так отличается от поцелуев Картера.

"Так это что, романтическая любовь?" Спросила она себя безнадежно. "Или другого рода?"

Спускаясь вниз с лестницы, она потянула руки над головой, пытаясь разбудить свои мышцы.
- Класс. Я готова, когда ты рядом

Наблюдая за ней, он горько улыбнулся.
- Хотелось, чтобы это было правдой. - Затем он развернулся и направился по проходу между рядами книг. - Давай. Мы должны идти.

Опустив руки, Элли поспешила за ним настолько быстро, что споткнулась о сопку книг, оставленную кем-то в конце прохода.

- Вот тебе бог, а вот порог...- пробормотала она. ( прим. ТК. Here’s your hat; what’s your hurry…’ - это английская идиома. Не знаю в прямом смысле она в фильме "Эта прекрасная жизнь" 1946 года используется. - Вот твоя шляпа. Куда ты так спешишь? Потом фраза стала нарицательной. Фильм номинировали на Оскар. Снял Фрэнк Капра по рассказу Филипа Ван Дорен Стерна «Величайший подарок». Главный герой фильма, не выдержав череды проблем, решает совершить самоубийство, но ангел-хранитель помогает ему увидеть, насколько его жизнь помогла другим людям. Главные роли исполняют Джимми Стюарт и Донна Рид. Классический фильм мирового кинематографа, каждый год (начиная с 1970-х) показываемый по ведущим телеканалам США в канун Рождества. Сам Капра считал этот фильм лучшим в своей карьере).

- Что ты сказала? - Сильвиан бросил на нее испытывающий взгляд.

- Ничего.- Элли пожала плечами.- Я просто цитировала реплику из фильма, который мне нравится.

- Ты любишь фильмы? - он выглядел по-настоящему заинтересованным. - Какой твой любимый?

По обыкновению, когда кто-то спрашивал ее о любимой книге или фильме, Элли ничего не приходило в голову, как будто она никогда в жизни не смотрела кинокартин. Все всегда пытались поразить остальных своим прекрасным вкусом. Потребовалась секунда, чтобы она поняла, что цитировала реплику одного из ее любимых фильмов.

- Мне нравится "Эта прекрасная жизнь"- ответила она.- Я имею в виду, привыкла смотреть его с своей семьей каждое Рождество до того, как... я имею в виду... он довольно хорош, я думаю.

На самом деле она имела в виду, что привыкла смотреть этот фильм, пока была счастлива. До того, как Кристофер сбежал и ее мир развалился на кусочки..

Он серьезно посмотрел на нее.
- Я думаю, это изумительный фильм - один из моих любимых. Мне нравится Джимми Стюарт. - Его акцент был восхитительным, имя прозвучало как "Джейме" Они дошли до двери, и он открыл ее для нее, продолжая развивать тему. - Я люблю фильмы - дома все время смотрю кино - особенно мне нравятся старые черно-белые ленты. Они кажутся лучше, чем современные, хотя я не знаю почему. - Он искоса глянул на нее - Ты смотрела "Жюль и Джим"? ( Примечание. Сюжет фильма Трюффо - Перед Первой мировой войной в Париже жили два друга — австриец Жюль и француз Джим. Однажды они увидели в музее древнюю статую и влюбились в неё. Вскоре женщина, очень похожая на статую, материализовалась в их жизни. Катрин заворожила их обоих. На протяжении многих лет друзья тщетно ждали, на ком из них она остановит свой выбор. Катрин заявляла, что любит то одного, то другого, то их обоих… Гордиев узел взаимных симпатий разрубила неожиданная трагедия).

Молча, Элли покачала головой. Это звучало по-французски и было слишком утонченным. Конечно, ее родители таким не интересовались.

- Это Франсуа Трюффо, великого французского режиссера, я думаю, возможно, лучшего. - Сильвиан говорил, пока они шли по коридору цокольного этажа. В этот час там было тихо, гладкие дубовые панели блестели в слабом свете. - Ты иногда напоминаешь мне одну актрису. Твои волосы... и другое...

От его слов в груди у Элли потеплело, неожиданно. Было приятно, что ее сравнили с французской актрисой, прекрасной и загадочной, как все они. Эта случайная беседа отвлекла ее от беспокойства о предстоящей работе, и она интересовалась, не нарочно ли Сильвиан это делал. Ее поражало, что никто в Киммерии больше не говорил об обычных вещах. Только о Натаниэле, Джу, Изабелле, Люсинде, смерти. Это было почти странным, говорить о чем-то обычном, как нормальные люди.

- Я посмотрю его, - сказала она. - Раз ты его любишь, значит, он должен быть хорошим.

"Жюль и Джим", - сказала себе Элли, пытаясь запомнить. "Жюль и Джим, Жюль и Джим, Жюль..."

- Может быть, однажды, мы посмотрим его вместе.- Сказал он, и подарил ей одну из своих улыбок, которая заставила ее почувствовать, как будто больше нет никого в мире, кроме них двоих.

- А сейчас, мы должны сделать это. Держа ее за руку, Сильвиан потянул ее за собой, туда, где коридор расширялся и стояли несколько классических мраморных статуй. Они пригнулись за широким постаментом, где их не могли заметить проходящие мимо. Вход в крыло, где жили сотрудники, находился всего в нескольких футах.

Прячась позади Сильвиана, она с любопытством изучала его. Его дыхание было ровным, но мускулы напряжены, она видела, как вздулась жилка на его шее, под гладкой кожей. Его волнение было заразительным, и она почувствовала, как ее дыхание участилось. Будто заметив это, он глянул на нее через плечо.

- Ты готова?

Элли кивнула.
-Да.

Она стояла рядом с ним.
- Сейчас!

Молча, они побежали через пустой зал к двери. Открыв ее с помощью ключа, он позволил Элли проскочить первой, и вошел после нее, прикрыв за собой дверь.

С другой стороны коридор был темным. Когда глаза Элли привыкли к темноте, она смогла рассмотреть лишь тяжелые дубовые балки из резного дерева. По обе стороны коридора тянулись массивные и пронумерованные двери. Это были комнаты учителей.

Они быстро и синхронно прошли по коридору. Краем глаза Элли заметила, что Сильвиан вел себя странно: весь напрягся, а руки сжал в кулаки. Он нервничал, как будто ждал нападения.

Осознание этого заставило адреналин вспыхнуть в ее венах. Сильвиан никогда не нервничал.

Они практически достигли конца коридора, когда он вскинул руку, чтобы остановить ее. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто не видел их, он подошел к двери, отмеченной табличкой с номером "181 '.

Он поймал ее взгляд. Каждый из них знал, насколько велик риск.

Элли старалась выглядеть спокойной. Она кивнула головой.

Сильвиан повернул ручку.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/52671/234943

Переводчики: Lo_ony, tasya_buharova, steltina, thefoxy100

tkalinch