Готовый перевод A Bluer Shade of White / Более Синий Оттенок Белого: Глава 1

Рабочие вытряхивали древесные опилки из бочек в воду, пока та не превратилась в тёмную однородную массу.

"Убедитесь, чтобы он был хорошо перемешан для Королевы", - сказал рабочим Адмирал Пайк. "Я установил, что подходящая пропорция - примерно шесть частей -воды к одной части опилок, Ваше Величество, - сказал он с кроткой улыбкой. - Но смесь должна быть практически абсолютно однородной, для того чтобы всё получилось, как задумано"

Эльза вежливо кивнула. Адмиралу было немного за тридцать, но почему-то он всё-равно казался младше её, несмотря на то, что в реальности он был на десять лет старше. Он сохранял здоровый энтузиазм ко всем проявлениям корабельного дела, и его офис был украшен маленькими моделями кораблей, которые он сделал сам. Однажды Адмирал пошутил, что эти модели - всего лишь способ взрослому человеку продолжать играть в игрушки. То, что у него не было жены или детей только добавляло к его видимой молодости.

Эльза наблюдала за перемешиванием взвеси. Воздух был прохладным, что было обычным делом в Аренделле. Эксперимент проходил в сухом доке, наполненным специально отмеренным для их целей количеством морской воды. Рабочие использовали длинные корабельные вёсла для перемешивания взвеси. Когда эта работа была закончена, Пайк кивнул Эльзе, и она подняла руки для большей эффектности.

Её сила пронеслась сквозь неё. Она могла чувствовать прохладу во взвеси, и для того, чтобы начать формировать воду в лёд, от неё потребовалась лишь мысль. Ей для этого вовсе не нужны были руки, но, как обычно, вокруг собралась группа зевак, сопровождавших её практически везде, где бы она ни появлялась, и жаждущих увидеть её легендарные способности в деле. Они очень хотели подсмотреть историю, которую они смогли бы унести домой, поэтому Эльза время от времени взмахивала руками и испускала маленькие снежные потоки, в то время, как она формировала корабль.

"Его может оказаться очень тяжело заморозить, Ваше Величество, поскольку одна из многих особенностей - низкая скорость таяния, - проговорил Адмирал Пайк, но к тому времени как он закончил, корабль был уже наполовину построен.

В прошедшие годы они уже пытались делать корабли изо льда. Кораблестроение было сложным и трудоёмким процессом и, если бы Эльза могла создать корабль из ничего, кроме морской воды, это было бы огромным преимуществом не только Арендельскому военному флоту, но и флоту торговцев. Они уже пытались сделать корабль, но лёд был слишком быстро трескался и таял, несмотря на множество экспериментов с материалами. Эльза могла сделать маленькую лодку, но любая конструкция крупнее сразу же разломилась бы при попадании в бурное море.

Пайк назвал новый материал пайкритом, и он должен был решить обе проблемы. Корабль из пайкрита всё ещё оставался бы кораблём для холодных морей и не продержался бы долго летом в южных водах, но если пайкритовые корабли окажутся пригодными для мореходства, это сэкономит немалую часть королевской казны. Удивительно, что может сделать небольшое количество древесных опилок, добавленных в лёд.

Эльза строила корабль согласно чертежам, предоставленным ей Пайком, это был тяжёлый корабль, рассчитанный на экипаж из тридцати человек. До полной готовности кораблю не хватало деталей, которые Эльза не могла сделать изо льда - по крайней мере, если она хотела, чтобы корабль не развалился вдали от её постоянного надзора - шкивы, канаты и паруса для оснастки корабля будут сделаны отдельно. Но несмотря ни на что, начало было положено - ещё одно оригинальное использование её силы, которое, к сожалению, делало жителей Арендела ещё более зависимыми от неё.

"Начинайте проводить тесты, Адмирал", - кивнув головой сказала Эльза, когда корпус корабля был закончен. Он стоял, поблёскивая в солнечном свете, на ледяных распорках, готовых отломиться в момент заполнения дока водой. Эльза даже добавила к корпусу несколько украшений, и если закрыть глаза на тот факт, что корабль сделан целиком изо льда с опилками, то он вполне был сравним с любым кораблём Кристального Моря. Если Пайк окажется прав, то возможно корабль превзойдёт скромность его составных частей. "Я с удовольствием прочитаю ваш доклад".

"Вы не остаётесь смотреть?", - спросил адмирал. У него не получилось до конца скрыть разочарование в голосе. Эльза знала, что его привязанность к ней была выше положенного восхищения и уважения, которые ей оказывали все подданные. Рядом с ним, когда она не забывала, Эльза всегда носила своё ледяное платье выше, держа воротник запахнутым и грудь - полностью закрытой, более скромный вид, чем тот, к которому она тяготела. Пайк был статный и умный, с хорошим воспитанием и другими преимуществами, но, конечно, они никогда не смогли бы быть вместе. Он никогда не делал попыток ухаживать за ней, но она не была уверена, было ли это потому, что она была старше по званию или из-за простого страха быть отвергнутым.

"У меня встреча с герцогом Веселтона", - сказала Эльза. "Но я с нетерпением жду возможности прочитать отчет о том, как корабль держится под давлением. В окончательном виде у нас будет больше укреплений, но, ладно, вы и так знаете, что нужно делать." Она улыбнулась.

"Да, Ваше Величество," - ответил Пайк, еле заметно улыбаясь в ответ.

Пайк не был первым, кто тосковал по Эльзе, и она была уверна, что он не будет последним. Большинство людей относились к ней с уважением, другие с благоговением, но были некоторые мужчины, просто преклонявшиеся перед ней. Им нравилась её сила, не только титул королевы, но чистая мощь её магии. Некоторые жаждали эту силу, другие хотели использовать её, но некоторые, как Пайк, просто хотели быть рядом с ней, чтобы видеть - куда приведёт её эта дорога всё возрастающего могущества.

Она не сомневалась, что некоторые мужчины находят её привлекательной по простейшим причинам. Каждое утро она превращала одну из стен своей комнаты в гигантское ледяное зеркало и подолгу смотрела на себя перед тем, как одеться. Она была бледна, с настолько светлым цветом волос, что его иногда ошибочно принимали за белый. Кожа была безупречной, хотя было ли это из-за мороза, пропитывавшего её сущность, или просто подарок рождения, она не могла сказать. Красива, да, но даже когда она отдыхала и была спокойна, она видела, что в её натуре было что-то, что держало людей на расстоянии, и это было что-то большее, чем огромная власть, которой она владела.

Путь обратно во дворец был упражнением в поддержании улыбки на лице и поддержании смирённого и благодатного вида. По большому счёту, народ Аренделла любил её. Её волшебство стало причиной взрывного роста экономики, мира и процветания, каких царство никогда не видело прежде. Конечно, Анна и Кристоф были более любимы народом и Эльза позволила им взять на себя столько больше традиционных королевских обязанностей, сколько было возможно. Анна по утрам открывала рынок, а Кристоф разбивал бутыли вина о нос только что построенного корабля. Эльза же получила возможность предаться библиотечной рутине, чтобы выработать лучшую налоговую политику. Все они использовали свои сильные стороны и работали в гармонии, чтобы сохранить королевство счастливым. Времени для дружеских встреч у них становилось всё меньше, поскольку у Кристофа и Анны уже было трое детей. Её можно было часто видеть идущей по городу с младшеньким на руках и двумя постарше, следующими рядом.

Эльза часто повторяла себе, что она не была одинока.

Когда она, наконец, окончила свой путь через бессмысленную болтовню своих подданных, а её руки были согреты пожатиями десяток рук, она закрыла за собой двери в Большой зал и поднялась в свою гостиную. Олаф сидел перед огнём, обжигая зефир, в то время как его личное штормовое облако удерживало его от таяния.

"Превеед!" он закричал ей вслед. В то время, как он смотрел на неё с тупой улыбкой, его зефир загорелся.

"Привет, Олаф", - вздыхая сказала Эльза.

"Оох, что тебя расстроило?" спросил Олаф. "Какой прекрасный день!"

"Я слишком много думала", сказала Эльза.

"А у меня никогда не было такой проблемы!" сказал Олаф.

"Ты видел герцога Веселтона?"

"Он в библиотеке", ответил Олаф. Он повернулся к огню, не особо обращая внимания на почерневший огарок, оставшийся от мармеладки, "Ты когда-нибудь думала, что книги похожи на зефир?"

"Нет", сказала Эльза.

"Ага, я тоже," кивнул Олаф.

Библиотека для Эльзы была одним из самых любимых мест во всём дворце. Рядом с креслом, в котором она провела несчётное количество времени, сидел, ожидая её, герцог Веселтона.

"Знали ли вы," сказал он, когда она вошла, "Что принцесса Короны обладала способностью исцелять людей своими волосами?"

"Да," кивая ответила Эльза. "Она потеряла свои силы, после того, как её волосы были обрезаны, если я не ошибаюсь".

"И всё-же это поднимает так много интересных вопросов, не так ли?" спросил герцог. "Откуда магия знала, как именно должен выглядеть исцелённый человек? Как она узнавала, что необходимо исправить, а что оставить как есть? Если бы человек потерял палец, знала ли бы магия на что делать похожим новый палец? По легендам она могла даже омолаживать, однако откуда магии было знать о том, что нужно убрать морщины и подтянуть кожу? Это говорит о том, что либо магия могла считывать намерения принцессы, либо о том, что есть какой-то объективный платонический идеал, который магия и создавала. При этом принцесса, конечно же, не была хирургом, однако утверждается, что она могла исцелить сломанные кости или даже повреждения внутренних органов, не зная специфики того, что же было не так.

Новый герцог Веселтона последовал по ступам отца во многих отношениях. Он был короткий и жилистый, в толстых очках и с усами, граничащими с нелепостью. Когда его отец был высокомерным и жадным военным человеком, новый герцог был энергичным и безгранично полезным. Он принял титул два года назад, и с тех пор большую часть своего времени провёл в Аренделе, почти исключительно в компании Эльзы. Его звали Куинси, но по большей части они обращались друг к другу по званиям.

"Я полагаю, вы собираетесь провести аналогию между исцеляющими волосами и моей силой?" спросила Эльза.

Герцог дважды моргнул. "Ну, что же, конечно собираюсь. Видите ли, центральным вопросом здесь является вопрос об источнике и интеллекте. Имеет ли ваш криокинез какой-либо собственный управляющий интеллект? Олаф может знать вещи, о которых вы не знаете, однако, если мозг на самом деле является вместилищем души, что тогда со снеговиком без мозга?"

"Вы никогда не думали, чтобы прийти ко мне без вопросов?" спросила Эльза.

"Разве это было бы интересно?" с улыбкой ответил вопросом на вопрос герцог. Не увидев улыбки в ответ, он нахмурился. "В чём дело?"

"Моя сила," сказала Эльза. "Я наблюдаю за своим королевством и вижу тысячи различных применений, из которых я, наверное, сотню приложила в практику. Однако частью королевского долга является необходимость смотреть за пределы здесь и сейчас, и вместо этого думать о том, что будет с царством через два или три поколения. Что случится с царством после моей смерти? Если однажды ночью я буду убита наёмником - рухнут целые отрасли промышленности."

"Конечно же, вы преувеличиваете", сказал герцог. "Царство существовало задолго до вас, и будет существовать ещё долго после."

"Мы постепенно ставим себя в положение, в котором всё царство зависит от моей силы", сказала Эльза. "В прошлом страна была устойчивой, но в её нынешнем виде она построена на возможностях безграничного льда и снега. Что произойдёт, когда эта основа сокрушится? Что будет царство делать, когда построенные мною ледяные дома начнут таять после моей смерти? Если я умру в восемьдесят, останется ли хоть кто-нибудь, кто помнит, как самостоятельно собирать лёд с озёр?"

"О, вы действительно в плохом настроении", сказал герцог. "Конечно же, вы волнуетесь и о дипломатических аспектах."

"Не должно обсуждать такие вещи с заинтересованными лицами", с лёгким смехом сказала Эльза.

"Мы ваши приверженные союзники", ответил герцог.

"И это никак не связано с перспективой встретить меня на поле боя?" спросила Эльза.

"Частично," ответил герцог. "Быть вашим союзником имеет свои преимущества, и есть очень много причин не быть вашим врагом. Как бы ни было ужасно видеть вас продвигающейся к крепости в кристальной броне и с ледяной косой в руках, будет куда страшнее, если вы погрузите наши земли в вечную зиму. Вы можете похоронить наше царство под снегом и льдом не покидая безопасности своего дворца, и мы не сможем ничего сделать, чтобы остановить это. В конце концов мы будем вынуждены либо капитулировать, либо умереть от голода и обморожения. Если бы я сказал, что эти факторы не учтены в наших вычислениях, вы бы приняли меня за дурака или за лжеца. Но я должен сказать, что чем больше я знаю вас, тем сильнее вы нам нравитесь, и тем счастливее мы становимся, видя, что эта сила, попала в руки такого хорошего человека, как вы."

"Считаете ли вы, что на меня повлияет такая простая лесть?" спросила его Эльза. Тем не менее, она почуствовала поддержку от этих слов, и её мрачное настроение начало покидать её. "Так или иначе, о чём вы пришли поговорить?"

"Разве не может человек прийти для простой беседы с его любимой королевой?" улыбнувшись сказал герцог.

"Судя по моему опыту - нет", сказала Эльза. "Ты хочешь снова попросить меня выполнить какой-то эксперимент с моей силой?"

Герцог кивнул. "Ведь ледяные мельницы работают чудесно, не так ли?"

"Да," сказала нахмурившись сказала Эльза. "Но это ещё одна нить, делающая царство зависящим от меня."

Ледяные мельницы располагались на краю города. Они были схожи в планировке с водной или ветряной мельницей, с большим центральным валом, к которому можно было подключить разные инструменты - колеблющиеся пилы, жернова, чтобы превращать пшеницу в муку, ткацкий станок, чтобы скручивать волокна в нити и из нитей получать ткани, или дюжина других вещей, которые могут переводить вращательное движение оси в какую-нибудь полезную работу. Отличием ледяных мельниц была форма движущей силы. В каждой мельнице находился двухэтажный ледяной зверь, целыми днями вращающий рукоятку. Практическим результатом, поскольку в Аренделе было больше мельниц, чем во всех соседних царствах вместе взятых, стало то, что даже без пайкритового флота, другим государствам стало намного выгодней отправлять в Арендел сырьё и там производить готовую продукцию. Если испытания пайкрита прошли хорошо, вполне возможно, что Арендел будет отвечать почти за всё механическое производство в пределах нескольких сотен миль.

"Мы не можем быть уверены, что снежные великаны растают или перестанут двигаться, если вы погибните," сказал герцог. "Вполне может оказаться, что они продолжат работать, и вот вам ещё одна причина сделать как можно больше новых. И, Ваше Величество, простите меня, за то, что я сейчас скажу, мы совсем не можем быть уверены и в том, что вы вообще способны умереть."

"Глупости," ответила Эльза, хотя эта мысль и посещала её время от времени.

"Я знаком с вами уже около шести лет," сказал герцок. "И вы не постарели ни на день. Физические эффекты вашей магии неизведанны, но иммунитет к холоду и пониженная температура тела могут оказаться только вершиной айсберга, прошу прощения за каламбур. Но я хотел поговорить совсем не об этом - я хотел поговорить об Олафе."

"Нет," сказала Эльза.

"Я ещё не успел задать свой вопрос," возразил герцог.

"Я знаю, что это будет за вопрос," сказала Эльза. "У нас был тот же самый разговор о ледяных гигантах, работающих на мельницах. Я согласилась сделать их только потому, что у них нет управляющего ими интеллекта, нет сознания или ощущений. Олаф - это что-то совсем иное, живое существо с собственными мыслями и чувствами. Более я не собираюсь создавать подобных существ легкомысленно."

"И я не прошу вас," сказал герцог. "Но конечно вы можете видеть преимущества скрытые в возможности создавать рабочую силу. Людям Арендела не придётся подвергаться опасности в шахтах или на охоте. Они смогут жить в достатке."

"А в замен, новая раса големов-рабов займёт их рабочие места," сказала Эльза. Она покачала головой. "Есть причины по которым я не создала больше ледяных существ вроде Олафа - да и его я создала совершенно случайно."

"Тогда сделай Олафа лучше," проговорил герцог. "Пожалуйста, это же такая возможность, я был бы совершенно бесполезным помощником, если бы хотя бы не попытался убедить вас расширить ваши возможности."

Эльза затихла на мгновение. Затем пробежалась пальцами сквозь её волосы и вздохнула. "Лучше - в чём?"

"Я не знаю", зазал герцог. "Сильнее, быстрее, умнее, более собранным - лучше." За время их разговора он наливался энтузиазмом и сейчас просто бурлил энергией. И несмотря на то, что Эльза не одобряла оказываемого им давления, именно в таком состоянии он ей нравился больше всего. Он мог становиться человеком с широчайшим воображением и ярко выраженной страстью.

"Я не буду изменять его разум," сказала Эльза. "Точно так же, как я не стала бы менять твой разум, если бы это было в моих силах."

"Даже если это было бы его собственным желанием?" спросил герцог. "Даже если бы он попросил улучшения?"

Эльза опять на секунду затихла. "Возможно тогда - да."

Они прошли путём сквозь широкие коридоры дворца - вниз, обратно в гостиную в которой Олаф всё ещё сидел обжаривая мармеладки. Он не мог их есть, поскольку у него не было желудка, вместо этого он клал их себе в рот, позволял им растопить немного его снега, после чего возвращал их обратно на ветку - которая, кстати, была его собственной рукой.

"Олаф, ты хочешь быть умнее?" спросила Эльза.

"Я! О, да, хочу!" проговорил Олаф сияя его глуповатой улыбкой.

"Ты хочешь?" спросила Эльза опять.

"Олень постоянно выигрывает у меня в шашки," сказал Олаф. "А он даже не знает как в них играть."

Эльза повернулась к герцогу, тот кивнул.

"Олаф, сейчас с постараюсь поменять тебя," сказала Эльза. "Ты не против?"

"Конечно!" сказал Олаф. "Но ведь на мне не надеты мои подгузники."
(Просите, но я не смог перевести или локализовать этот каламбур. Что я могу ещё сказать. Учите английский и читайте в оригинале. Прим.переводчика.)

"Нет, я постараюсь сделать тебя умнее," мягко поправила его Эльза.

"Хрошо," сказал Олаф.

Когда она снова обернулась посмотреть на герцога, у того на лице сияла задорная ухмылка. Эльза всегда думала об Олафе как о живом существе независимом от неё, но она была одной из немногих, кто так считал. Другие не могли чувствовать силу, которой обладал Олаф - небольшой осколок её самой, зависщий над снеговиком как плащ. Эльза не чувствовала никакой утраты после рождения Олафа, ни после создания Маршмеллоу или других ледяных чудовищ, что крутили ледяные мельницы, это чувство больше походило на то, что она скопировала часть себя для того, чтобы их оживить. Они были созданы из неё, но без возможности почувствовать эту связь самостоятельно, большинство людей просто считали, что её создания были лишь марионетками, управляемыми каким-то волшебным образом её силой, даже после её попыток что-либо объяснить. Создавать лёд - было одним делом, создавать жизнь - совершенно другим.

Она потянулась к этому осколку себя, отражению её детства, созданному по случайности, совершенно непреднамеренно. Закрыв глаза, она могла ясно его видеть, воплощение времени, проведённого вместе с Анной в Большом Зале.

Эльза до конца не понимала, что она делала, но всё равно надавила, стараясь изо всех сил добавить в этот осколок больше воспоминаний более старшей девочки, той, что проводила добрую часть дней зарывшись в книги, изучая историю королевств, готовясь стать королевой. Разум Олафа не был очень упорядоченной штукой, или даже, если на то пошло, предсказуемым. Наоборот, это был хаотичный вихрь кусочков его создательницы, летающих рядом с новыми частичками, которые, как ей показалось, были созданы за время его жизни. И всё это было связано вместе её скрытой силой. По прошествии нескольких минут, добавив всё, о чём она могла подумать, она отодвинулась от Олафа, который терпеливо продолжал стоять на месте.

"Готово" вздохнув сказала она.

"Ты чувствуешь что-нибудь новое?" спросил Олафа герцог.

"Неа!" ответил Олаф. "Но я не знаю, как ощущается ум, и может быть он вовсе никак не ощущается."

"Нам стоит провести какие-нибудь тесты," сказал герцог. "Но возможно нам стоило провести тесты до модификаций, чтобы установить точку отсчёта."

"Я люблю тесты!" заверещал Олаф.

"Знаешь ли ты математику?" спросил его герцог. "Я имею в виду, знал ли ты математику раньше?"

"Математику?" приподнимая бровь спросил Олаф. "Что ты имеешь в виду? Можешь это всё мне просуммировать?" А затем долго и заливисто смеялся над собственной шуткой. "Но нет, я не знаю математики."

"Я объясню тебе основы, а затем посмотрим, что получится", проговорил герцог.

"Мы оставим его в покое," сказала Эльза. "Я не думаю, что у нас получилось."

"Нет?" спросил герцог. "Что ж, это не значит, что мы не можем попробовать в другой раз с каким-нибудь другим ледяным созданием."

Они покинули гостиную, и по пути герцог вовсю лепетал о будущих планах и целой вселенной возможностей, раскрывающихся перед ними. Эльза обернулась посмотреть на Олафа. Она чувствовала, что что-то произошло. И хотя герцог был близким другом, ему вовсе было необязательно знать всё. Она проследит за изменениями самостоятельно.

Авторские заметки: Пайкрит - вполне реальная вещь, был изобретён в 1940-х во время Второй Мировой Войны. Он никогда не был широко использован, по многим причинам - в основном из-за того, что война окончилась. О нём есть эпизод Разрушителей мифов (номер 115).

Вопрос о том в какие года происходили действия фильма "Холодное сердце" довольно интересный, но в этом фанфике предполагается, что действие происходит прмерно между 1750-ми и 1850-ми. По крайней мере эти даты следуют после изобретения сэндвича, упомянутого в песне "Любовь - это открытая дверь". Также гигантский снежный голем называется "Маршмеллоу" (мармеладка), а современный мармелад не был изобретён вплоть до 1800-х, когда он стал похож на закуску, которую мы едим сейчас - стал белым вместо сделанного с использованием овса. Отсутствие огнестрельного оружия и использование арбалетов смотрится немного странно, если предполагать это время, но пофиг.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/53302/229613

Переводчики: efim