Готовый перевод The Mortal instruments. City of bones. / Смертные орудья. Город костей.: 02. Secrets and Lies

Темный принц сидел верхом на своем черном коне, его соболиная накидка ниспадала позади него. Золотым кольцом переплелись его локоны, его лицо было с холодной яростью битвы, и...

- А рука напоминала баклажан, - в отчаянии пробормотала Клара.
Набросок не получался и все тут. Со вздохом вырвала очередной лист из записной книжки, скомкала и швырнула его к оранжевой стене спальни. Уже весь пол был усыпан такими отброшенными комками – верный признак того, что надежда на творческий полет фантазии не оправдалась. В тысячный раз пожелала себе немного больше походить на маму. Все наброски, рисунки и эскизы Джоселин Фрай были прекрасны, и давались, казалось, без видимых усилий.

Клэри сняла наушники, прервав на середине песню «Степинг Разор», потерла ноющие виски. И только теперь расслышала пронзительные трели телефона, разливающиеся по квартире. Бросив записную книжку-черновик на кровать, вскочила и бросилась в гостиную к красному, в стиле ретро, телефону, расположившемуся на столе у парадной двери.

"Это Кларисса Фрей?" - Голос на том конце провода звучал знакомо, хотя его сложно было сразу узнать.

Клари нервно накручивала телефонный провод на палец. "Дааа?"

Привет! Я один из тех хулиганов с ножами, которых ты встретила вчера ночью в Пандемониуме. Боюсь, я произвел плохое впечатление, и надеялся, что ты дашь мне шанс исправиться...

"Саймон!!" - Клэри отодвинула трещащую от смеха Саймона телефонную трубку от уха. "Это совсем не смешно!".

"Конечно, смешно. Просто у тебя нет чувства юмора."

"Идиот".Клэри вздохнула, прислонившись к стене. "Ты бы не смеялся, если бы был здесь, когда я пришла домой прошлой ночью."

"Почему нет?"

"Моя мама. Она не была рада что мы вернулись так поздно. Она испугалась. Это было не хорошо."

"Что? Это была не наша вина, там были пробки!" Протестовал Саймон. Он был самый младший из трех детей и обладал обостренным чувством семейной несправедливости.

"Для мамы это не аргумент.Я разочаровала ее,заставила волноваться,бла-бла-бла. "Я - отрава ее существования,"сказала Клэри,подражая интонации матери с не большим уколом вины.

"Ну,ты под домашним арестом?"Спросил Саймон,слишком громко.Клэри слышала низкий гул голосов,людей говорящих друг с другом.

"Не знаю. Утром мама уехала с Люком, и пока они не вернулись. А ты где? У Эрика?"

" Да. Мы только что закончили репетировать." Из трубки послышались удары тарелок позади Саймона. Клэри поморщилась. "Эрик вечером читает стихи в Джава Джонс" - Саймон имел в виду кофейню на углу, где иногда по вечерам была живая музыка. "Мы идем всей группой чтобы поддержать его. Хочешь тоже пойти ?"

"Да, здорово." Клери остановилась, с тревогой натягивая телефонный кабель. "Подожди, нет"

"Ребята, да вы заткнетесь наконец?" - крикнул Саймон, его приглушенный голос дал ей возможность понять, что он убрал трубку дальше ото рта. Через секунду он вернулся - "Ну так как, да или нет?" - голос его звучал взволнованно.

"Я не знаю". Клери закусила губу. "Моя мама все еще злится на меня за прошлую ночь.Я не уверена что хочу наживать новые неприятности прося ее оказать мне услугу. Если я и вляпаюсь в неприятности, то не по вине прашивенькой поэзии Эрика".

"Да ладно, не все так плохо," - сказал Саймон. Эрик был его соседом, что жил в соседней квартире и которого он знал почти всю свою жизнь. Они не были так близки как Саймон и Клери, но они вместе организовали рок-группу в начале второго курса вместе с друзьями Эрика Мэттом и Кирком. Они честно репетировали в гараже родителей Эрика каждую неделю. "К тому же это не услуга" - добавил Саймон - "А поэтический вечер в двух шагах от твоего дома. Я же тебя не на оргию в Хобокен приглашаю. Твоя мама тоже пожет пойти если пожелает."

" ОРГИЯ В ХОБОКЕНЕ!" - Клери услушила чей-то пронзительный вопль, по всей видимости Эрика. Она представила свою мать слушающей стихи Эрика, и ее бросило в дрожь.

"Я не знаю. Если вы все покажитесь здесь, я думаю она взбесится."

Тогда я один за тобой зайду. А с остальными встретимся на месте. Твоя мама не станет возражать. Она же меня любит.

Клери была готова рассмеяться. "По-моему у нее всегда был странный вкус".

"Кто бы говорил."– Саймон повесил трубку под крики товарищей.

Клери положила трубку и огляделась. Очевидность того, что ее мать была артистичной натурой была повсюду, от самодельных вельветовых подушек на темно-красном диване до стен увешенных картинами Джоселин. Тщательно оформленные и в основном пейзажи: извилистые улочки центрального Манхэттена, освещенные золотым сиянием; зарисовки Проспект Парка зимой, серые пруды, покрытые серебристой корочкой льда.

На камине стояла фотография ее отца. Задумчивый светловолосый мужчина в военной форме, от уголков его глаз лучиками расходились морщинки. Он был образцовым солдатом и служил где-то заграницей. Джоселин хранила несколько его медалей в шкатулке за кроватью. Однако, от них не было никакого толка когда Джонатан Кларк разбился на машине, врезавшись в дерево где-то в Албании и умер до того как его дочь появилась на свет.

Джослин вернула себе девичью фамилию после гибели мужа. Она никогда не говорила об отце Клери, но до сих пор хранила шкатулку с выгравированными на ней ициалами Д.К. возле своей кровати. Помимо медалей там были фотографии, обручальное кольцо и прядь светлых волос. Иногда Джоселин доставала ее и аккуратно вынимала прядку волос, чтобы потом снова спрятать их обратно.

Звук поворачивающегося ключа в двери вывел Клери из задумчивости. Она быстро села на диван и притворилась что читает каку-то книгу в мягком переплете, что ее мать оставила на столе. Джоселин воспринимала чтение как свещенное времяпрепровождение и обычно не отвлекала Клери в это время даже чтобы накричать на нее.

Дверь с шумом распахнулась. Это был Люк, он нес что-то похожее на большие квадратные куски картона. Когда он положил их, Клери увидела что это были сложенные картонные коробки. Он выпрямился и повернулся к ней с улыбкой.

"Привет, дя...Привет Люк," - сказала она. Он просил ее перестать звать его дядей уже около года назад, утверждая, что это заставляет его чувствовать себя старым и, вообще, напоминает ему «Хижину дяди Тома». К тому же, мягко напоминал ей, что он ей не настоящий дядя, а просто близкий друг ее матери, который знает ее всю жизнь. "Где мама?"

"Паркует машину," - сказал он, выпремляя его худощавое тело со стоном. Он был одет как обычно: старые джинсы, фланелевую рубашку и старые очки в позолоченной оправе. "Напомни-ка мне еще раз почему в этом доме нет лифта?"

"Потому что он старый и со своим характером" - поспешно ответила Клери. Люк усмехнулся. "Для чего эти коробки?" - спросила она.

Его усмешка сразу исчезла. "Твоя мама хочет убрать некоторые вещи" - сказал он, избегая ее взгляда.

"Какие вещи?" - спросила Клери.

Он сделал неопределенно движение. "Вещи разбросаны по всему дому, мешая пройти. Ты же знаешь, что она никогда ничего не выбрасывает. Ну а что делаешь ты? Занимаешся?" Он взял кнугу, что она держала в руках и громко прочитал: "Мир по прежнему полон разнообразных существ, которые наука не признает. Фейри и гоблины, призраки и демоны, о которых все еще ничего не извесно…». Он опустил книгу и взглянул на девушку поверх своих очков "Это что для школы ?"

«Золотая ветвь? Нет. Мы не учимся еще несколько недель." Клери забрала у него книгу. "Это мамина".

"Я это подозревал."

Она положила книгу на стол. "Люк?"

"Ох.." Книга была забыта и он рылся в ящике с инструментами рядом с камином. "Ах, вот он где". Он вытащил оранжевый скотч и теперь удовлетворенно смотрел на него.

"Что бы ты сделал если бы увидел что-то, что другие не видят?"

Скотч выпал из рук Люка и ударился об ограду камина. Он опустился на колени, чтобы поднять его при этом не поднимая глаз на Клери. "Ты имеешь в виду если бы я стал единственным свидетелем преступления?"

"Нет. Я имею в виду, что если бы рядом стояли люди, которых можешь видеть только ты. Как если бы они были невидимы для всех кроме тебя."

Он колебался, все еще стоя на каленях и вертя скотч в руках.

"Я знаю, это звучит глупо," Клери нервно продолжила, " но..."

Он повернулся. Его пронзительно-голубые глаза смотрели на нее с нежностью. "Клери, ты творческая натура как и твоя мать. Это значит, что ты сморишь на мир не так как все остальные люди. Это твой дар, видеть красоту и ужас в самых обыденных вещах. Это не делает тебя сумашедшей - просто другой. Нет ничего плохово в том чтобы быть не похожей на других."

Клэри подняла свои ноги на диван, и уперлась подбородком в колени. В ее голове всплыли воспоминания о складе, о золотом кнуте Изабель, о синеволосом парне, бившемся в предсмертных конвульсиях, а также об янтарных глазах Джейса. Красота и ужас. Она сказала, "Думаешь мой отец тоже был творческой натурой?"

Люк выглядел удивленным. Прежде чем он наконец смог ответить, дверь распахнулась и в комнату вошла мать Клери, цокая каблуками по паркету. Она отдала Люку связку с ключами и повернулась чтобы взглянуть на дочь.

Джоселин Фрей была стройной, миниатюрной женщиной, ее волосы были чуть темнее, чем у Клери и в два раза длиннее. Сейчас они были убраны в пучок, который держался за счет воткнутого в него карандаша. Она была одета в заляпанный краской комбинизон поверх лиловой футболки и коричневые походные ботинки, которые тоже были в маслянной краске.

Люди часто говорили Клери, что она похожа на свою мать, но она не была в этом уверена. Единственное, что было у них общего, так это фигура: они обе были стройные, с небольшой грудью и узкими бедрами. Она знала, что она не такая красивая как была ее мать. Чтобы быть красивой нужно быть гибкой и высокой. Рост Клери был всего пять футов, и она была милой. Не симпатичной или красивой, а просто милой. С морковно-рыжими волосами и веснушками она была тряпичной куклой рядом с ее матерью Барби.

У Джоселин даже походка отличалась такой грацией и элегантностью, что люди до сих пор оборачивались ей вслед. В отличии от самой Клери, которая все время обо что-то спотыкалась. Если на нее и оборачивались, то для того чтобы посмотреть как она летит с лестницы.

"Спасибо что принес коробки", сказала Джоселин Люку и улыбнулась ему. Но он не улыбнулся в ответ.Желудок Клэри сделал сальто. Определенно, что-то было не так. "Извини, но припарковаться было трудно, в парке сегодня миллион народу - "

" Мам ? " - прервала ее Клери - "Для чего эти коробки ?"

Джоселин закусила губу. Люк метнул взгляд в сторону Клери, тем самым безмолвно призывая Джоселин к действиям. Нервным движением Джоселин вытащила карандаш, который поддерживал ее прическу, засунула его за ухо и уселась рядом с дочерью на диван.

Теперь, когда она сидела так близко, Клери увидела на сколько усталой выглядела ее мать. У нее были круги под глазами ее веки были опухшими от бессоницы.

"Это из-за вчерашней ночи?" спросила Клери.

"Нет" - быстро ответила ее мать и затем нерешительно продолжила - "Может немного. Ты больше не должна так поступать. Да ты и сама это хорошо знаешь."

"Я же уже извинилась. В чем дело? Если ты хочешь посадить меня под домашний арест, то давай быстрее."

" Нет..." - сказала ее мать "..не хочу". У нее был очень взволнованный голос. Она взглянула на Люка, который покачал головой.

"Просто скажи ей Джоселин", сказал он.

"Вы не могли бы не говорить так, словно меня тут нет?" - сердито сказала Клери. "И что ты имел в виду? Что сказать?"

Джоселин шумно выдохнула - "Мы едем на каникулы".

Лицо Люка ничего не выражало, словно картина без красок.

Клери покачала головой. "И это все? Вы уезжаете на каникулы?". Она откинулась на подушки. "Я не поняла, так в чем проблема?"

" Я думаю ты не поняла. Я имела в виду, что едем мы все трое - ты, я и Люк. Мы отправляемся в загородный дом.

"Ох.." Клери взглянула на Люка, но он смотрел в окно крепко сжав челюсти и скрестив руки на груди. Она не могла понять, что его расстроило. Он любил этот дом, что находился в северной части штата Нью-Йорк. Он купил и отриставрировал его своими руками около десяти лет назад, и с тех пор постоянно ездил туда,когда выдавалось свободное время.
"На сколько?"

"До конца лета," - сказала Джоселин. "Я принесла коробки чтобы ты сложила книги, краски --"

"До конца лета?" Клери с негодованием выпрямилась. "Так не пойдет, мама. У меня есть планы - Саймон и я собираемся на вечеринку, и я должна встретиться с ребятами из группы, и у меня еще осталось десять уроков в художественной школе--"

"Мне жаль твои уроки. Но все остальные дела можно и отменить. Саймон поймет, как и твоя группа."

Клери уловила неумолимую решимость в голосе матери и поняла, что та говорит серьёзно. "Но я уже заплатила за эти уроки! Я копила весь год! Ты же обещала." Она повернулась к Люку - " Скажи ей! Скажи ей, что это несправедливо!".

Люк не отрываясь смотрел в окно, хотя мышца на его лице все же дернулась. "Она твоя мать. Ей и принимать решение."

" Я не понимаю " - Клери снова повернулась к матери - "Почему?"

"Мне нужно уехать, Клери " - сказала Джоселин, уголки ее губ подрагивали. "Мне нужен покой и тишина, чтобы рисовать. Да и с деньгами сейчас туго-- "

" Ну так продай несколько отцовских акций" - гневно заявила Клери - " Это ведь то, что ты обычно делаешь, не так ли? "

Джоселин отшатнулась.
- Это чудовищно несправедливо.

- Слушайте, езжайте если вам так хочется. Мне все равно. Я останусь тут одна. Саймон говорил, что они постоянно где-нибудь подрабатывают. Я достаточно взрослая чтобы позаботиться о себе самой--

" Нет! " - резко сказала Джоселин, что Клери аж подпрыгнула. " Я верну тебе деньги за твои уроки, Клери. Но ты едешь с нами. И это не обсуждается. Ты слишком молода, чтобы жить одной. Что-нибудь может случиться. "

"Что например? Ну что может случиться? " - Клери требовала ответа.

Раздался грохот. Она удивленно обернулась и обнаружила, что Люк опрокинул одну из картин, прислонившись к стене. Он вернул ее на место с весьма расстроенным видом. Когда он выпрямился, его губы были сжаты в жесткую линию. "Я ухожу"

Джоселин снова закусила губу. " Постой " - Джослин догнала его в прихожей, когда он уже взялся за ручку двери. Обернувшись, Клери могла слышать как взволнованно шечет ее мать - "Бейн...Я не могу дозвониться до него уже три недели. На его автоответчике запись, что он сейчас в Танзании. Что же мне делать? "

"Джоселин.." - Люк покачал головой - " Ты не можешь постоянно к нему обращаться "

" Но Клери--"

"-- не Джонатан!" - прошипел Люк. " Ты все еще не окончательно пришла в себя с тех пор, но пойми Клери не Джонатан. "

"При чем здесь мой отец? " - Клери была в недоумении.

" Я не могу просто запереть ее дома и не выпускать. Она не смирится с этим. "

– Разумеется она не смирится! - голос Люка звучал действительно сердито. – Она же не домашнее животное, она подросток. Практически взрослый человек.

– Если бы мы только уехали из города…

– Поговори с ней, Джоселин - решительно сказал Люк - Это серьёзно.
Он потянул ручку двери.

Она распанулась, и Джоселин вскрикнула от неожиданности.

– Господи! - воскликнул Люк.

– Ну вообще-то это всего лишь я. - сказал Саймон - Хотя говорят, что сходство поразительное.
Он махнул Клери с порога.
– Ты готова?

Джоселин убрала руку ото рта.
– Саймон, ты случайно не подслушивал?

Саймон моргнул.
– Нет, я только что подошел.
Он переводил взгляд с бледного лица Джоселин на мрачное Люка.
– Что-то не так? Может мне уйти?

– Не волнуйся, - ответил Люк - Мы уже закончили.
Он обошел Саймона и стал быстро спускаться по лестнице. На первом этаже громко хлопнула дверь.

Саймон в нерешительно топтался возле порога.
- Я могу вернуться позже - сказал он. - Нет, правда. Никаких проблем.

– Дело в том… – начала Джослин, но Клери уже была рядом.

– Забудь об этом, Саймон. Всё, мы уходим, – сказала она, захватив сумку с крючка около двери. Она повесила его на плечо и обернулась к матери.
– Пока, мама.

Джоселин закусила губу.
– Клери, нам нужно поговорить.

– У нас будет куча времени поговорить на 'каникулах' , - ядовито сказала Клери и была довольна эффектов своих слов - ее мать вздрогнула.
– Не жди меня - добавила она и подхватив Саймона под руку, поволокла его в сторону выхода.

Он уперся, извиняюще глядя через плечо на мать Клери, которая стояла на пороге со скрещеными руками, и при этом выглядела такой одинокой.
– Доброго вам вечера!

- Ох, лучше заткнись, Саймон - отрывисто сказала Клери и захлопнула входную дверь, больше не слушая мать.

- Боже, женщина, ты мне сейчас руку оторвешь..
Саймон пытался протестовать, пока Клэри тащила его за собой по лестнице. Ее зеленые кеды с каждым шагом громко хлопали по деревянной лестнице. Она оглянулась наверх, опасаясь, что ее мать выйдет на лестничную площадку, но дверь квартиры по-прежнему была закрыта.

- Извини. - пробормотала Клери, выпуская его запястье. Она остановилась у подножия лестницы, ее сумка сползла и болталась теперь на уровне ее бедер.

Дому, в котором жила клери было уже более ста лет, впрочем как и большенству домов в этом районе, и когда-то он полностью принадлежал какой-то богатой семье. О его былом величии напоминали винтовая лестница, мраморный пол в вестибюле первого этажа и стеклянные потолок. Дом был поделен на отдельные квартиры, и теперь Клери с матерью делили трехэтажный особняк вместе с пожилой женщиной, которая превратира свою квартиру в пристанище экстрасенсов. Она практически никогда не выодила оттуда, хотя посетителей у нее хватало.Золотая табличка на двери гласила: «Мадам Доротея, ясновидящая "

Из неплотно прикрытой двери в вестибюль проникал сладкий запах ладана. Клери услашала оттуда гул голосов

- Приятно видеть, что ее бизнесс процветает - сказал Саймон - В наши дни экстрасенсам так тяжело устроиться.

- Тебе обязательно острить по любому поводу ? - резко бросила Клери.

Саймон удивленно оглянулся на нее.
- Я думал что тебе нравится, что я такой остроумный и ироничный.

Клери уже хотела ответить, как дверь квартиры Мадам Доротеи распахнулась и оттуда вышел мужчина. Он был высоким, со смуглой кожей, золотисто-зелеными глазами, как у кошки, и спутанными черными волосами. Он ослепительно улыбнулся, демонстрируя острые белые зубы.

У Клэри неожиданно закружилась голова, и ей показалось, что она сейчас упадет в обморок.

Саймон с беспокойством посмотрел на нее.
- Ты в порядке? Ты выглядешь так, будто сечас потеряешь сознание.

– Что? Нет, я в порядке.

– Ты выглядешь так, будто привидение увидела, – не отставал Саймон.

Она покачала головой. Похоже, что она действительно что-то увидела, но попытавшись сосредоточиться на этом, мысль ускользнула от нее как вода сквозь пальцы.
– Ничего. Мне показалось, что я видела как из квартиры выбежал кот, но наверное это просто игра света.
Саймон подозрительно смотрел на нее.
– Я ничего не ела со вчерашнего дня - добавила она защищаясь – Наверное все дело в этом.

Он утешительно обнял ее за плечи.
– Пойдем, я тебя накормлю.

– Поверить не могу, что она так поступила со мной. - сказала Клери уже в четвертый раз, размазывая соус по своей тарелки с начо. Они сидели в соседнем мексиканском ресторанчике "Начо-Мама".
- Как будно того, что она садит меня под домашний арест каждую неделю недостаточно. Теперь меня сослали вообще на все лето.

- Ты же знаешь, что твоя мама поступает так время от времинию, - сказал Саймон - Когда ей нужен глоток свежего воздуха. - улыбаясь он подвинул ей свою тарелку с буррито.

- Ну давай, смейся смейся..- сказала она - Это не тебя посылают непонятно куда,непонятно на сколько--

- Клери..- прервал Саймон ее тирраду - Ты же не на меня злишся. К тому же, это же не на всегда.

- Откуда ты можешь знать?

- Ну потому что я знаю твою маму, - сказал Саймон после небольшой паузы. - Я имею в виду, что ..ну сколько мы уже знакомы? Десять лет? Я знаю что она иногда так поступает с тобой, но только для твоего же блага.

Клери оскусила кусочек острого перча и стала задумчиво его жевать.
- Ты так считаешь? Знаешь ее? Иногда мне кажется, что ее никто не знает по-настоящему

- Ты кажется меня не поняла..

Клери вздохнула, после съеденного перца во рту у нее все горело.
- Я имела в виду, что она никогда ничего не рассказывает о себе. Я ничего не знаю о ее жизни или семье или о том, как она познакомилась с папой. У нее даже свадебных фотографий нет. Все это выглядет так, словно ее жизнь началась с момента как она родила меня. Именно так она и говорит, когда я ее спрашиваю об этом.

- О, это так мило. - сказал Саймон взглянув на нее.

- Нет, совсем не мило. Это странно! Это действительно странно, что я не знаю ничего о бабушке с дедушкой. Я понимаю, что они могли не любить ее, но неужели все было настолько плохо? Что же это должны быть за люди, что даже не хотят встретиться с собственной внучкой.

- Может она их ненавидет. Возможно, что они жестоко с ней обращались, - предположил Саймон - И поэтому у нее столько шрамов.

Клери уставилась на него.
- У нее столько чего?

Он проглотил свое буррито и ответил:
- Эти небольшие тонкие шрамы по всей спине и на руках. Я как-то видел твою маму после душа, знаешь ли.

- Я никогда не видела у нее никаких шрамов. - сказала Клери уверенно - Я думаю тебе это показалось.

Он вниматель посмотрел на нее и уже собирался ответить, как ее телефон, погребенный где-то на дне ее сумки, настойчево завопил. Клери достала его и сердито уставилась на номер, высветившийся на экране.
- Это мама.

- Это и так ясно по твоему лицу. Поговоришь с ней?

- Не сейчас. - сказала Клери, чувствуя знакомый укол совести, когда телефон перестал звонить и включилась голосовая почта. - Я не хочу с ней ругаться.

- Ты всегда можешь остаться у меня. На столько на сколько хочешь. - сказал Саймон.

- Если только она сначала немного успокоится.
Клери включила голосовую почту. Голос ее матери был напряженный, хотя она и пыталась придать ему беззаботность."Детка, прости что нарушила твои планы на каникулы. Возвращайся домой и поговорим..." Клери выключила телефон, так и не дослушав, чувствуя вину и раздражение одновременно.
- Она хочет поговорить об этом.

- Ну а ты?

- Не знаю. - Клери потерла глаза - Ты все еще собираешся на этот поэтический вечер?

- Я обещал прийти.

Клери встала, отодвинув стул.
- Ну тогда я иду с тобой. Я позвоню ей когда он закончится.
Лямка ее рюкзака сползла, и Саймон рассеянно поправил ее, задев при этом голое плечо.

На улице было очень влажно, поэтому волосы Клери тот час же начали завиваться, а футболка Саймона прилипла к его спине.
- Ну как дела с группой? - спросила она - Что нового? Когда я разговаривала с тобой в последний раз, я слышала ужасные вопли.

Саймон просиял.
- Все отлично. Мэтт сказал, что знает кое кого, кто поможет организовать концерт в Скарп баре, но мы никак не можем придумать название для группы.

- Вот как. - сказала Клери, пряча улыбку. Группа Саймона на самом деле никогда не записывала музыку. В основном, они просто собирались вместе и проводили время за спорами о названии и эмблемы своей группы. Иногда Клери гадала, умеют ли вообще некоторые из них играть на чем-нибудь.
- Какие варианты?

- Мы выбираем между "Тайная Организация Морских Овощей" и "Каменная Панда".

- Они оба просто ужасны. - покачала головой Клери.

- Эрик предложил "Поломанный шезлонг".

- Может Эрику лучше вернуться к своим игрушкам.

- Но тогда нам придется искать нового ударника.

- Так вот он кто на самом деле! А я-то думала что он просто постоянно клянчит у тебя деньги и шатается с девчонками, уверяя их что он самый крутой музыкант в группе.

- Вовсе нет - беззаботно ответил Саймон - Эрик на пороге новой жизни. У него новая девушка, и они встречаются уже три месяца.

- Почти что женаты - сказала Клери, обходя на ходу парочку с коляской. В ней сидела маленькая девочка, с желтыми заколками в волосах, и держала в руках игрушечную фею, у которой были очень красивые синие крылья с золотистыми прожилками. Краем глаза Клери показалось, что она заметила как эти крылья затрепетали. Она сразу же отвернулась.

- Что означает, что я единственный в группе у кого еще нет подружки. А это, как тебе известно, главная причина для того, чтобы вообще вступать в группу.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/5348/16348

Переводчики: Anna713, verruca, HunnyBunny, Bruzga

Seta_sama