Готовый перевод Frankowski Leo 04 The Flying Warlord / Frankowski Leo 04 Летающий полководец: ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА СТАРГАРДА

Анна везла нас двоих в Краков весь день и всю ночи и, по прибытии, герцог немедленно предоставил нам аудиенцию.

- Барон Конрад. Рад тебя здесь видеть. Я почти было собирался посылать на твои поиски. Ну что ж, вопрос, который мы должны обсудить заключается в то, действительно ли ты хочешь женится на графине Францин?
- Абсолютно точно, Ваша Светлость.

- Хорошо. Но что там за дело между тобой и дочерью графа Ламберта? Шашни с крестьянками и язычницами сами по себе не слишком хороши. Но интрижки со знатными дамами это нечто совсем другое!

- Ваша Светлость, я никогда не встречался с дочерью графа! Я никогда ее не видел, не говоря уже о том, чтобы ее касаться. Я даже не помнил о ее существовании, пока вчера граф Ламберт не сказал мне о том, что она находится в Польше!

- Тогда почему он настаивал на том, что ты на ней женишься?
- Я не знаю, Ваша Светлость. Я был в шоке от его требований. Он сказал, что Вы одобрили брак.

- Ну... он спросил меня, не против ли я этого брака и, конечно же, я сказал, что нет. Знаете, я хотел бы видеть тебя женатым. Твое сожительство с безбожной мусульманкой постыдно, а еще хуже прелюбодеяние с моей подопечное!
- Ваше подопечной?

- Речь, конечно же идет о графине Францин! Она не жената и у нее нет родственников в этой стране, поэтому она должна иметь опекуна и кто, как не герцог может быть опекуном графини? Думай головой, парень. Все осложняется тем фактом, что она была другом моего отца и сама вполне способна о себе позаботиться, но, тем не менее, я несу за нее личную ответственность, а ты затащил ее в постель!

- Это еще один вопрос, который я хотел бы обсудить с Вами, Ваша Светлость. Графиня Францин и я хотели бы пожениться.
В первый раз за время беседы герцог расслабился и улыбнулся.
- Этого желаете вы оба, ты и графиня?
- Всем сердцем, Ваше Сиятельство.

- Тогда я целиком и полностью это одобряю. Но вернемся к рассматриваемому вопросу. У меня сложилось впечатление, что ты, Конрад, был инициатором брачных процедур между тобой и Ядвигой. Я имею ввиду, что это обычное дело! Если двое людей хотят пожениться, то они говорят с отцом девушки и, если в это дело вовлечено право основного наследования, то отец говорит с его вассалом. Я думал, что утверждая запрос Ламберта, я выполняю ваши пожелания!

- Клянусь, Ваша Светлость, я ничего об этом не знал.
- Хорошо. Сейчас я поверю твоему слову, но если ты лжешь, то я тебя повешу! Все, что я об этом знают, так это то, что твоя секретарь, пани Наталия, пришла ко мне сегодня утром и дословно отчиталась о твоем разговоре с графом Ламбертом. Она даже его записала, хотя я едва могу в это поверить! Неужели она всегда способна сделать такие вещи?

Он бросил мне кипу бумаг. Я быстро ее просмотрел.

- У нее прекрасная память, Ваша Светлость. Дверь была открыта и думаю, мы разговаривали достаточно громко. Но это то, что было сказано, слово в слово.
- Также, она мне сказала, что ты взял все имеющееся в наличии золото и, ничего никому не объясняя, направился на запад. Она смертельно о тебе беспокоилась.

- Я сожалею, что ее расстроил. Я сам был очень расстроен.
- Полагаю, что я был на вашем месте. Вопрос только в клятве на девять лет. Полагаю, что это так?

- Да, Ваша Светлость. В то время я еще не знал, как надолго я захочу остаться.
- Вижу. Но позже, когда ты был произведен в бароны, ты должен был поклясться Ламберту снова. Был установлен какой-то временной лимит при принесении этой клятвы?
- Нет, Ваша Светлость.

- Вторая клятва заменила первую. Граф Ламберт не имел никакого права угрожать тебе конфисковать твои земли. Кроме того, если ты хочешь жениться на графине Францин, то тоже должен стать графом. Другими словами, как мой граф, ты должен принести клятву верности мне, хотя ты и останешься бароном графа Ламберта. Ты будешь его подчиненным, но равным ему по статусу. Что касается графа Ламберта, то, я тебя уверяю, у тебя больше не будет с ним никаких проблем. У нас с ним будет серьезный разговор! Что касается всего остального, встреться со священником или, например, епископом Кракова, поскольку он твой друг, и размести соответствующее объявление. Твою клятву верности можно принести на свадьбе.

- Да, Ваша Светлость, хотя мы думали об обычной простой церемонии...
- Что! Моя подопечная выйдет замуж в задней часовне как сбежавшая крестьянка? Я не желаю об этом слышать! Вы должны жениться в Вавельском соборе в присутствии всей знати страны и я приведу к тебе невесту! А сейчас убирайтесь оба! И да, разные спальни до свадьбы, понятно?

На следующее утро епископ Игнаций, точно также как и герцог, выразил свое удовлетворение относительно намечавшейся свадьбы, а ее дата была установлена через три дня после Двенадцатой ночи. Францин осталась в Кракове, чтобы помочь с приготовлениями, но мне необходимо было продолжать готовиться к войне.

Слухи о моей помолвке добрались до Ада раньше меня и мне пришлось смириться с большим количеством глупой радости, но очень скоро мне пришлось обратить все свое внимание на дела.

- Затонувший пароход уже поднят, - сообщила Наташа, - И на корабельной верфи говорят, что смогут его починить в течение месяца. Проблемой с лезвиями топоров занялся пан Илья. Он сказал, что девять лет назад занимался закалкой топоров на огне из дерева и сейчас может сделать также. Они нашли три коробки наколенников пятого размера, которые были помечены, как имеющие первый размер, так что все в порядке, а один из поваров, работающих в столовой, принес пятьдесят ящиков карт и хотел узнать, как он должен их приготовить так, что их бы мог съесть даже солдат. Ему их доставили в тех же коробках, как и семь ящиков заказанного им яблочного пюре.

- Таким образом, проблемы решены, - сказал я.
- Да, пан. Но нерешенным остался вопрос с восемьюдесятью тысячами зарядов для поворотных пушек, которые были изготовлены с превышением размера и не помещаются в зарядную камору. Когереры - так Вы их называете? Когереры для радио ломаются быстрее, чем ожидалось и у нас уже почти закончились запчасти. А еще мы обнаружили, что в шесть тысяч комплектов нижнего белья из гусиного пуха попали куриные перья. Люди говорят, что они слишком колючие, чтобы их носить.
- Таким образом, все наладилось, - сказал я, - И, Наталья. Спасибо тебе за все.

Этой ночью я вернулся назад в Три Стены. Киликия уже уехала и вернулась к своему отцу в долину, которую я дал его людям. Ну что ж, я буду по ней скучать, но она сделала то, что должна была сделать. Она забрала с собой нашего сына и это было неправильно. Он мой сын и был рожден христианином, and that went double for the one in the cooker (Примечание: Непонятен смысл оборота).

Но затем я успокоился и решил, что сейчас не время, чтобы с нею бодаться. Может быть Киликия вернется. Может быть нас всех убьют во время вторжения. И, может быть, лошадь запоет.
Позднее. Я займусь этим позднее. А сейчас нужно заняться массовыми маневрами с военными тележками.

Думаю, что я боялся своей свадьбы больше, чем татаро-монгольского нашествия. Это было не самое приятное Рождество в моей жизни - отчасти из-за моих переживаний, но в основном потому, что мы его не праздновали. Утром мы провели Большую Мессу, а затем накрыли обед, который был лучше того, который мы обычно ели, а всю вторую половину дня провели тренируясь. Было много жалоб, но мы не могли терять время. Кроме того, вместе с мужчинами не было их семей и предпочел бы, чтобы они были злыми, чем сентиментальными.

Приготовления к моей свадьбе проходили без меня. Графиня Францин постоянно мне писала и даже дважды, чтобы держать меня в курсе, посетила меня в Аду, хотя она и настояла на том, чтобы спать по отдельности. Эти свадебные обычаи смешны! Поскольку и Киликия и Францин были для меня недоступны, то ко всем моим проблемам добавилась еще и сексуальная неудовлетворенность. Через неделю Наташа сговорилась с Кристиной, которая взяла на себя обязанности по приготовлению еды для людей в Аду. Они начали присылать ко мне молодых крестьянок с тем расчетом, чтобы я не тратил время просто так. Благослови их, Господи.

Несмотря на подготовку к войне, герцог собирался сделать мою свадьбу основным социальным событием года! Ожидалось, что будут присутствовать каждый граф и барон, которые подчинялись герцогу, а также должны приехать герцоги Сандомира и Мазовии вместе со своею свитою. И это в то время, когда на нужно было точить наши мечи!
Но я ничего не мог с этим поделать.

Несколько лет назад я уже упоминал, что мой мусульманский ювелир может выполнять огранку драгоценных камней и вот сейчас он дал мне граненый камень, который, как я думаю, был бриллиантом. Его огранка была не такая искрящаяся как у современных камней, но это, возможно, потому что ювелир не смог сделать все грани абсолютно точно. По крайней мере, он резал стекло. Я вставил его в золотое кольцо и графиня Францин осталась довольна, но никто прежде не слышал об обручальном кольце. Это дало начало новому обычаю.

Пришло время и я выехал в Краков, сопровождаемый тремя десятками моих лучших мужчин и их дамами. Приехав туда, мы обнаружили, что герольды уже распланировали места для рассадки в соборе и там должны присутствовать знатные люди начиная с баронов и выше. И моя группа присутствовать не сможет!

С этой проблемой я пошел к герцогу и он на день раньше принял у меня клятву как у графа. Затем я принял клятву в бароны у всех моих людей! Я даже принял клятву у Новацека, который даже не был посвящен в рыцари! Черт бы побрал всех этих герольдов!

Было сказано, что это будет военная свадьба и все должны одеть свои лучшие доспехи. Ну что же, у меня был мой позолоченный комплект доспехов и такой же удалось раздобыть моему шаферу, барону Владимиру, как выяснилось - у графа Ламберта. Но у большинства моих людей были только доспехи "ночных воинов" - эффективные, но не производящие впечатление. Они сделали все, что могли, начистив их до блеска и добавив яркие красные перевязи. Но, конечно же, они выделялись среди полированных доспехов остальных рыцарей.

Что касается моего отношения ко всему происходящему, то все это было похоже на то, как будто я согласился, чтобы мою ногу ампутировали топором, а затем врачи передумали и решили сделать это при помощи шлифовального круга.
Так или иначе, но я пережил церемонию.

- Почему на свадьбе мужчины улыбаются, а женщины - плачут?
Потом состоялся прием, который проходил в большинстве комнат Вавельского Замка. Я так старался быть учтивым с целой толпой людей, что даже не заметил, когда пришел граф Ламберт.

- Могу я Вас поздравить, граф Конрад, а также принести свои извинения? Я теперь понимаю, в насколько бестактной и грубой манере я пытался действовать. Можете ли Вы меня простить?

- Конечно, мой господин. По-крайней мере, я надеюсь, что до сих пор могу к Вам так обращаться. Мы оба погорячились и чем меньше мы сейчас будем обсуждать это, тем лучше.

- Совершенно с тобой согласен. А по поводу обращения - можешь называть меня как угодно, но только не трусом. Думаю, что если мы будем общаться как двое равных, то это будет наиболее правильно, а ты как думаешь, Конрад?
- Мне нравится эта идея, Ламберт.
Я улыбнулся, хотя и знал, что наши отношения никогда больше не будут такими же, как и раньше.

Наконец, все успокоились настолько, что Францин и я смогли незаметно ускользнуть и в первый раз за полтора месяца насладиться проведенной вместе ночью.

На следующий день рано утром герцог Хенрик позвал приехавших герцогов и графов на военный совет и я, наконец, увидел, почему приезд на свадьбу считался настолько обязательным. Свадьба была прикрытием для совета.

Кроме польской знати здесь присутствовал магистр Тевтонского ордена вместе с десятком своих мастеров. Они не присутствовали на свадьбе, поскольку между крестоносцами и мною была вражда. Кроме них, был представитель от Ордена госпитальеров, а также дворяне от короля Франции Людовика IX и императора Германии Фредерика II. Руководил советом герцог Хенрик.

После вступительной молитвы, герцог Хенрик представил посла от короля Франции. Говоря через переводчика, этот маркиз пообещал поддержку Франции в нашей борьбе и сказал, что уже сейчас к нам на помощь идет три тысячи копий французских рыцарей - всего около девяти тысяч человек, треть из которых были дворяне, треть - оруженосцы, а оставшиеся - арбалетчиками.

Посол императора сделал аналогичное заявление, пообещав половину от того, что отправили французы, а также снабжать Французов, когда они будут идти через Священную Римскую Империю.

Можно было видеть, как атмосфера в комнате заряжается оптимизмом. Польским рыцарям не придется сражаться одним! У нас есть сильные друзья, которые придут к нам на помощь!

Также, герцог Хенрик сказал, что в Польшу прибудут сильные группы испанских, английских и итальянских рыцарей. У него налажена связь с королем Венгрии Белой и царем Болгарской империи Иваном Асеном II. Но поскольку обеим этим империям угрожало вторжение в то же самое время, что и Польше, то кажется будет бессовестным просить их о помощи. Но они решили, что если какое-то из этих трех государств победит монголов в своей стране, то потом придет на помощь оставшимся.

После того, как сказали свое слово императоры и короли, встал рыцарь Ордена госпитальеров и пообещал прислать на помощь шестьсот рыцарей - почти всех, которые у них были.

Тевтонские рыцари пообещали только пятьсот, сказав, что их люди также находятся на границах и они не могут оставить эти границы незащищенными. Все присутствующие знали, что это бред собачий. Орден крестоносцев состоял из более чем трех тысяч человек, а пруссы, от которых они планировали защищаться 2500 рыцарей, не представляли серьезной опасности. В худшем случае, они могли бы устроить что-то вроде небольшой облавы на всех тех животных, что мы выпустили на свободу и забрать их себе не причиняя никому вреда. Меня взбесило, когда я узнал, что даже для того, чтобы получить эту небольшую помощь, герцог должен был пообещать отменить запрет своего отца на то, чтобы они устанавливали в Силезии свои законы. Я был близок к тому, чтобы прогнать их пинком под зад! Я ничего не мог сделать с ними сейчас, но настанет день и я доберусь до этих ублюдков.

Герцог Болеслав V Мазовецкий встал и пообещал каждого человека, который у него есть, что составляло примерно шестнадцать тысяч человек. В исторических книгах его называли "целомудренным" или "застенчивым", в зависимости от того, нравился он конкретному историку или нет. Прозвище было связано с его личной жизнью, а не способностями как воина. В свои пятнадцать он вызывал страх своим видом.

Герцог Сандомира последовал его примеру, пообещав двенадцать тысяч человек. Рыцарство в Сандомире и Мазовии было не очень хорошо развито. Мужчины сражались в семейных группах, а не феодальных отрядах и общее представление о знатности было несколько иным. Но не то чтобы это прямо сейчас много значило.

Герцог Хенрик объявил, что из Силезии, Великой и Малой Польши он приведет на битву двадцать девять тысяч человек и что более половины из них будут рыцари, а также, что он не включил сюда всю ту пехоту, которую тренировал я.

Я был единственным графом, который говорил на этом совете. Я сказал, что все они знают об оружии и доспехах, которые сделали мои люди. Действительно, большинство из присутствующих были одеты в нашу продукцию. Они знали о пароходах, но были удивлены, что только на Висле их будет три десятка. Самолеты также были хорошо известны и я немного поговорил о преимуществах воздушной разведки, пока герцог жестом не попросил меня поторопиться.

Затем я сообщил о радио и рассказал, что они могут с ним делать. Но не думаю, что кто-то из них мне поверил! Все они слышали рассказы о Школе Воинов, но когда я сказал, что мы готовы выступить в поход армией в сто пятьдесят тысяч человек, то они смотрели на меня тупыми неверящими взглядами, а некоторые даже засмеялись. Они просто не могли себе представить такое большое количество.

Покраснев как рак, я сделал шаг назад.
Тем не менее, в комнате витало ощущение бодрости и уверенности. У нас есть люди, у нас есть сила и со всех концов христианского мира к нам на помощь спешат союзники!

А затем герцог Хенрик довел до всех свой план ведения войны и все стало разваливаться. Он сказал, что все иностранные военные отряды, большинство из которых уже были в пути, должны будут собраться в Легнице и вся оставшаяся часть армии должна будет там с ними встретиться. После чего все вместе мы сформируем одну армию, которая будет сильной и единой, для того, чтобы затем пойти на восток навстречу монголам.

Рыцарям Малой Польши, Сандомира и Мазовии были, мягко говоря, недовольны таким планом! Это означало, что сначала им нужно было прошагать сотни миль на запад, дождаться подхода иностранцев, а затем идти обратно! И пока все это будет происходить, их собственные земли будут полностью отданы на разграбление монголам и не будет никого, кто бы смог их защитить!

Молодой герцог Болеслав первым вскочил на ноги, крича.
- Хенрик, ты ожидаешь, что я откажусь от своего герцогства и людей, и покину свои владения, чтобы защищать твои земли? Если ты так думаешь, то ты сумасшедший! Мои земли, Сандомир и Малая Польша, находятся перед твоими! И татарам придется через них пройти, чтобы добраться до твоих драгоценных земель! Это ты должен прийти и нам помочь!

Герцог Хенрик тоже вскочил на ноги.
- Мы придем к вам на помощь! Но разве ты не понимаешь, что мы должны собраться вместе? Если каждый останется и будет защищать свое собственное поместье, то татары вырежут нас одного за одним! Если же мы объединимся в одну армию то будем непобедимы! И выбор Легницы в качестве места сбора является является элементарной оценкой географии.

И это центральная точка для всех рыцарей, которые будут сражаться на нашей стороне, центр гравитации, как назвал ее граф Конрад. Да, она находится на моих землях, но ей нужно где-то находиться! Кроме того, мы уже сделали все необходимые приготовления, чтобы накормить и разместить огромное количество бойцов, которые туда прибудут. Кто-то еще из вас может обеспечить подобное? Может ли Сандомир или Плоцк накормить такое количество людей?

- Приедут торговцы, - сказал герцог Болеслав, - Они всегда так делают! И говорю вам, я буду защищать восток Польши до самой свое смерти! Я не собираюсь отбегать на триста миль назад, пока монголы будут убивать моих людей! Я буду защищаться, а если ты и твои иностранцы сможете прийти вовремя, чтобы мне помочь, то я буду вечно вам благодарен. Но если ты опоздаешь, то моли прощения у Бога, потому что больше тебе его никто не даст!

И затем надувшийся от собственной важности мальчик промаршировал из комнаты, а за ним и все мужчины из Мазовии. После непродолжительных раздумий, герцог Сандомира также встал и последовал за ним и буквально за несколько минут зал опустел наполовину. Ушли даже те дворяне из Малой Польши и окрестностей Кракова, которые давали клятву лично герцогу Хенрику. Они вынуждены были принимать решение между тем, чтобы бросить свои земли и людей или нарушить клятву, данную герцогу. И они приняли решение. И даже многие из тех, кто остался в комнате, не чувствовали уверенности в своем решении.

- Ну что ж, - сказал герцог, - Похоже нам придется сражаться без них. По-крайней мере численность моих и ваших людей, а также войско пана Конрада превосходит численность войска всех ушедших.

Мне пришлось встать.
- Ваша Светлость, разве Вы не понимаете, что я не могу привести своих людей в Легницу? Значительная часть моих людей находится на лодках на Висле. Я не могу перевезти все эти лодки по суше до Одра. Их нужно использовать на востоке Польши или не использовать вовсе! Самолеты также могут быть значительно более полезны, чем Вы думаете, но у нас есть всего один аэропорт! И этот аэропорт расположен недалеко от Окойтца, который, в свою очередь, расположен восточнее Легницы, и если он будет захвачен, то самолеты станут бесполезны!

Чтобы быстро перемещаться, моей пехоте нужны железные дороги. Мы построили обширную сеть железных дорог вдоль Вислы и через Малопольские холмы - в области, которую должны защищать в первую очередь. Если мы одержим там победу, то западная Польша будет в безопасности. Но железнодорожная сеть на западе Польши очень редкая, а во многих областях ее попросту нет. У нас не было времени, чтобы расширить ее там. Мои люди не смогут эффективно сражаться на западе Польши!

- Так. И ты тоже, Конрад?
- Ваша Светлость, я не собираюсь Вас предавать, но как Вы не можете понять, как много значит радио и железная дорога? Нам больше не требуется быть в одном и том же месте, чтобы организовать совместные действия! Имея хорошую связь, мы можем действовать согласованно находясь на расстоянии сотни миль друг от друга.

- Граф Конрад, я не понимаю о чем ты говоришь. Но что я знаю точно, так это то, что каждый, кто мне верен, должен к началу марта присоединиться ко мне в Легнице!

С этими словами он встал и ушел, а военный совет никогда больше не собирался снова. И вместо одной польской армии, возникло три. Одна - на востоке под командованием герцога Болеслава, другая - на западе под командованием герцога Хенрика, а еще одна - под моим командованием. Еще до прихода монголов, мы оказались разделены на части.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/55147/250804

Переводчики: gulakovs