Готовый перевод Frankowski Leo 04 The Flying Warlord / Frankowski Leo 04 Летающий полководец: ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Едва это случилось, я увидел свою ошибку. Берег реки был выше, чем наша лодка и наши артиллеристы не могли видеть, что на нем происходит. Они не видели приближающуюся орду, пока она не оказалась прямо над нами. Я должен был поставить там наблюдателей. В дополнение к нашим проблемам, в то время как наши шлемы предоставляли эффективную защиту, но в них вы не могли наклонить голову назад. Шлем и забрало зажимались в кольцо вокруг воротника груди и спинных пластин. Шлем мог поворачиваться в стороны, но не вверх и вниз. Единственным способом посмотреть вверх было наклонить все ваше тело. Ну и в любом случае, большинство людей редко смотрят вверх.

Думаю, что причина того, что мы все не были убиты была в том, что монголы остановились на верху берега, чтобы выпустить стрелы. Это привлекло наше внимание.
Потом я получил стрелу в глаз.

Я отпрянул, роняя золото и серебро, которое взял с собой и, споткнувшись об обломки понтонного моста, повалился в мерзлую грязь. Мгновение я не мог понять, что произошло, кроме того, что я не мог видеть своим правым глазом, а видимость левым глазом была размыта. Боль пришла чуть позже.

Я изо всех сил пытался встать, но снова падал в скользкие обломки. Я слышал вокруг себя крики и борьбу, стрельбу картечниц и поворотных пушек, но не мог найти способ подняться. Я сломал проклятую стрелу и смог видеть своим левым глазом, и я догадался, что мне мешало видеть древко.

Я лежал на левом боку, когда меня вдруг окружили ноги и обувь. Но они не были одеты в военные мундиры! Я попытался встать, когда что-то невидимое в меня врезалось, снова меня опрокинув в глубокую воду и грязь. Я нащупал свой пистолет, поднял его и прицелился в огромную золотую пряжку ремня в ярде от меня. Пистолет выстрелил, но из-за скользкой грязи и всего остального, он вылетел из моей руки. В любом случае, у меня не было времени, чтобы его перезаряжать.

Кто-то врезался мне в бок и мы кучей повалились вниз. Мне удалось достать мой меч, который все еще был привязан к моему запястью, перевернуться на колени и ткнуть в пах кого-то в красных штанах. Он упал, но я получил еще один удар по затылку. И хотя шлем ограничивал видимость, он уверенно меня защищал! Не знаю, сколько раз спасло мне жизнь кольцо вокруг моего воротника.

Затем я услышал боевой клич! Я увидел, как одновременно спустились три пары красных штанов, а затем я неожиданно был поднят в воздух сильными руками, схватившими под каждой из моих подмышек.

- Можете идти, пан?
Это был капитан Тарг.
- Думаю да. Как идет сражение?

- Время для стратегического отступления, пан. Или, невоенным языком, бежим отсюда!
- Хорошо. Но не оставляй позади никого из наших людей! Даже если ты знаешь, что они мертвы!

- Так точно, пан! Стандартная доктрина! Отступаем к лодке! Не бросаем наших людей! Забираем с собой убитых! Передать дальше по строю!

Расположившиеся над нами артиллеристы удерживали большую часть врагов от того, чтобы к нам приближаться, но они ничего не могли поделать с теми, что уже был возле нас. Мы находились под постоянным давлением, чтобы образовать любое подобие линии, а в этой чертовой грязи сабля имела преимущество перед рапирой. У вас просто не было достаточно места для выпада!

К счастью, у большинства из наших мужчин были топоры, а у меня был мой меч. Серьезные проблемы были только у капитана и его рыцарей.

Даже с одним глазом, я все еще принимал участие в сражении. Думаю, что я убил с полдюжины этих ублюдков, получив с десяток ударов, которые убили бы меня, если бы я носил меньше доспехов. Конечно же, доспехи превратились в хлам, но оно того стоило.

Через несколько минут мы уже сражались не в грязи. Мы сражались стоя на вражеских трупах и это была коварная опора. Монгольские сабли отскакивали от наших доспехов, но многие из них были вооружены копьями, которые имели длинный тонкий треугольный наконечник и это оружие было убийственно для нас! Если враги наносили удар разбежавшись или бросал его с короткого расстояния, то копье могло пробить доспехи и причиной большинства наших серьезных потерь было именно это оружие.

Тем не менее, дисциплина и тренировки сделали свое дело. Наш строй сомкнулся, наши мертвые и раненные были перенесены на борт и вскоре мы оказали в безопасности. Я оставался на берегу до самого последнего человека и был бы последним, если бы не капитан.

- Это моя честь, пан. Это мой отряд и я буду последним ушедшим человеком!
Он это заслужил, поэтому я взобрался на борт и позволил ему последовать за мной.

Как только Тадаос отчалил от берега, медик затащил меня внутрь и я был последним человеком, которому срочно был необходим лазарет, хотя и хотел видеть, что происходит наверху. Медики не имеют никакого уважения к пожеланиям раненного. Они все курицы-наседки, которые убеждены, что знают что будет лучше всего для их пациентов.

Он стащил мой шлем и, глядя на мой правый глаз, зацокал языком.
- Я его потерял? - спросил я.
- Нет, пан. Стрела не попала в глазное яблоко. Но она застряла в кости немного правее. Думаю, что останется шрам, но вы сможете видеть снова. Вы счастливчик.

- Да я чертов везунчик, если стрела действительно прошла мимо!
- Это так, пан.
- Ну что ж, открой этот хирургический набор. Извлеки наконечник стрелы, промой рану и зашей ее! Тебя вообще чему-то научили в медицинской школе?

- Я никогда не зашивал глаз раньше, пан. На самом деле, я никогда не зашивал ничего, кроме мертвых животных во время обучения.
- Ну, парень, это твой шанс, чтобы научиться! Во-первых, вымой руки в "белой молнии", а затем, как можно лучше промой рану.
- Да, пан.

Спустя некоторое время, я спросил:
- Сделал, что я сказал? А теперь возьми клещи из своего набора инструментов и вытащи стрелу. Лучше, если ты кого-нибудь попросишь держать мою голову. Будет больно и я могу дернуться.

- Да, пан? Никогда!
- Я сказал, позови кого-нибудь и перестань вести себя так, как-будто я Бог! Это приказ!
- Да, пан! Вы не Бог. Эй, Лежек! Иди сюда! Держи его голову!
- Теперь клещи, - сказал я.

Не знаю, кричал я или нет, но я увидел самое невероятно зрелище и, думаю, что на некоторое время потерял сознание.

- Я достал его, - сказал он, держа окровавленный наконечник так, чтобы я мог его видеть своим здоровым глазом.
Правый глаз все еще не видел.
- Хорошо. Выкинь его. Мне не нужны такие сувениры. А теперь возьми пинцет и поищи в ране осколки кости или другие инородные тела.

На этот раз я совершенно точно закричал. Ни разу не весело чувствовать, как кто-то копается в твоей голове без анестезии!
Но он с толком использовал время и вроде бы достал несколько каких-то кусочков. Я хотел ему сказать, чтобы он оставил там несколько частей черепа, но потом передумал. Я не мог видеть, что там происходит и поэтому мне пришлось полагаться на мнение ребенка.

- Думаю, что все, пан.
- Слава Богу! А теперь снова очисти все белой молнией. Налей ее прямо в рану.
Сейчас эта область онемела и я не кричал. Понимаете, мне бы хотелось, но я сдержался.

- Хорошо. А теперь возьми свою стерильную иглу и зашей рану. Делай красивые и аккуратные стежки, потому что, если моей жене не понравится твоя работа, то она сделает твою жизнь невыносимой. Ты уж мне поверь. Я знаю эту женщину.
- Да, пан. Постарайтесь не морщиться так сильно. Мне трудно выровнять края.
- Я постараюсь.

Он сделал девять стежков. Я считал.
- Вот и все, пан.
- Хорошо. Теперь перевяжи там все, поместив рядом с раной немного торфяного мха.
- Да, пан.

Без лейкопластыря, повязку нужно удерживать, обернув ее вокруг моей головы и под подбородком.
Когда все было закончено, я сел.

- Ну что же, хорошая работа, я надеюсь. Спасибо тебе, а теперь тебе лучше оглядеться вокруг и помочь другим раненым.
Он оглядел комнату.
- Нет, пан. Думаю, что хирурги уже обо всех позаботились.

- Хирурги! - закричал я, - Тогда кто, черт возьми, такой ты?
- Я, пан? Я помощник санитара.
- Тогда почему, черт возьми, ты делаешь операцию на моей голове?
- Но Вы мне приказали, пан! Это был прямой приказ от моего командира! Что я должен был делать? Ослушаться Вас?

- Тогда откуда у тебя хирургический комплект?
- Ну, у них на складах было несколько лишних и они, на всякий случай, отдали их некоторым санитарам.
- Они просто передали его тебе?
- Да, пан. Приятно знать для чего используются некоторые из этих инструментов.

Я выяснил, что не могу носить поверх повязки свой подшлемник, но я могу надеть шлем.
Перед тем, как я покинул лазарет, ко мне подошел главный хирург и я увидел, что его доспехи были пробиты в десятке мест.

Как я мог видеть по знакам различия, а также потому, что он был вооружен булавой, а не мечом, человек, стоящий рядом с главным хирургом, был капелланом отряда. В любой современной армии, обе этих должности имели бы нестроевой статус, но в нашей армии, каждый человек был воином. Кроме того, что он выполнял свои медицинские обязанности, пан Мажински был знаменосцем оранжевого взвода.

- Список потерь, пан, - сказал он.
Я посмотрел список. Одиннадцать убитых. Двадцать тяжелораненых и это не считая меня. Пятьдесят один легкораненый. Если бы я принял предложение Тадаоса и использовал бы огнеметы, то все эти люди сейчас были бы живы и здоровы.

- Извините за случай с санитаром, пан. Я наблюдал за ним, когда он с Вами работал, но на операционном столе передо мной лежал человек с проникающей раной в груди и я думал, что смогу его спасти. А санитар был неплохо подготовлен и сделал работу хорошо.
- Ну что ж, передайте санитару мои извинения. А тот человек с раной в груди, ты смог его спасти?
- Нет.

Я заглянул в центр контроля борьбы с монголами (Примечание: Буквально в тексте "Tartar Control"). В бою под Бжеско сейчас было три лодки и продолжалась битва при Сандомире и десяток находящихся там лодок продолжали разделывать монголов. Но это был не тот же самый десяток. У той группы закончились боеприпасы и они возвращались назад в Восточные Ворота для перевооружения. Я знал сколько у нас там припасов и понимал, что этого будет недостаточно.

В некоторых исторических книгах, которые я читал, когда был мальчиком, говорилось, что армия монголов имела численность в миллион человек. В других говорилось, что это невозможно, поскольку возможности логистики того времени не могли обеспечивать более пятидесяти тысяч. Но если та оценка, которую сделал я, а также те, которые я получил от других лодок, были хотя бы приблизительно правильны, то только за первое утро вторжения, мы убили более полумиллиона монголов!

Более того, они не высказали никаких признаков беспокойства! В любом случае, численность врагов была значительно выше, чем я предполагал, так что я начал опасаться, что значительно недооценил количество требуемых боеприпасов.

С другой стороны, они не показывали никакого тактического мастерства, которым они были так знамениты и которого я боялся. Убивать их было проще, чем тупых животных. Не то, чтобы мы ожидали, что они будут такими дураками.
Но некоторые из моих действий также были откровенно дурацкими и моей обязанностью было проследить, чтобы сделанные мною дурацкие ошибки более не повторились.

RB1 ВСЕМ ОТРЯДАМ. МЫ АТАКОВАЛИ ВРАГА В РУКОПАШНОМ БОЮ И УЗНАЛИ СЛЕДУЮЩЕЕ:
1. КОГДА ПАТРУЛИРУЕТЕ БЕРЕГ РЕКИ ПЕШКОМ, РАЗМЕЩАЙТЕ НАБЛЮДАТЕЛЕЙ НА ВОЗВЫШЕННОСТЯХ НА БЕРЕГУ, ЧТОБЫ ОТСЛЕЖИВАТЬ НАЧАЛО КОНТРАТАКИ
2. РУЧНОЕ ОРУЖИЕ ВРАГА ОКАЗАЛОСЬ ВО МНОГОМ НЕЭФФЕКТИВНЫМ, КРОМЕ КОПИЙ С ДЛИННЫМ ТОНКИ ТРЕУГОЛЬНЫМ НАКОНЕЧНИКОМ. ЭТО ОРУЖИЕ МОЖЕТ ПРОБИТЬ НАШУ БРОНЮ, КОГДА ИМ БЬЮТ С РАЗБЕГА ИЛИ БРОСАЮТ

3. ПРИ СХВАТКАХ В РЕЧНОЙ ГРЯЗИ РАПИРА НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ЭФФЕКТИВНЫМ ОРУЖИЕМ ИЗ-ЗА НЕДОСТАТОЧНОГО СЦЕПЛЕНИЯ С ЗЕМЛЕЙ ВО ВРЕМЯ ВЫПАДА. В ТАКИХ УСЛОВИЯХ ОФИЦЕРАМ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ВООРУЖАТЬСЯ ТОПОРАМИ
4. ПРИ РАЗРУШЕНИИ ПОНТОННЫХ ПОСТОВ, СОЗДАВАЕМЫХ НА БЕРЕГУ РЕКИ, ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОГНЕМЕТОВ БОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНО, ЧЕМ ТОПОРОВ.
ХОРОШЕЙ ОХОТЫ
КОНРАД.
ВСЕ.

Стоило ли это смерти одиннадцати мужчин? Или увечий десятка других? Я поклялся себе, что я никогда больше не буду выступать в роли полевого командира. Но было необходимо как-то решить вопрос с боеприпасами и было только одно место, чтобы получить большее количество боеприпасов. Другие наши отряды. Мы отправили радиограмму, приказав всем другим отрядам отправить одну шестую часть боеприпасов для их поворотных пушек в Восточные Ворота, а лодкам на Одре, в дополнение к этому, - три четверти боеприпасов для их картечниц и халманов. Мне ненавистна была мысль о том, чтобы обдирать другие подразделения, но, как сказал капитан, скорее всего, в Польше не было другого места, где можно было бы потратить боеприпасы более эффективно, чем здесь.

Также, я распорядился, чтобы все оборудование для перезарядки и припасы перевозились из Трех Стен в Восточные Ворота вместе с дамами, которые бы знали, как с ними обращаться.
Я вернулся на палубу. Мы снова шли вверх по течению в сторону сражения у Сандомира.
- Как идет сражение, барон Тадаос?
- Ну, пан, думаю, что после того, как мы разрушили мост, можно сказать, что мы выигрываем. Сражение заканчивается.

- Мы всех их порубили?
- "Призрак" сделал все правильно, но он не был атакован. Мы всего лишь сделали половину нашей половины работы. Но после того как мы вытащились, "Призрак" доделал последнюю четверть, использовав огнемет. Мост был сожжен действительно хорошо. Как и монголы.
Подошел капитан Тарг.

- Это было довольно веселое шоу. Монголы не любят, когда их поджаривают. Многие из них попрыгали в воду, предпочитая утонуть, а не сгореть.
- Рад это слышать. Капитан Тарг, сегодня ты спас мою жизнь. Если бы ты не убил монголов, которые меня окружили и не вытащил бы меня из-под обломков, то я был бы мертв. Я у тебя в долгу.
- Нет, пан, Вы мне ничего не должны. Я просто оплатил старый долг.

- Долг? Какой долг? Мы с тобой где-то встречались раньше?
- Не думаю, что Вы вспомните, пан. Вы видели меня только один раз и было темно, кроме того в то время мне было только десять лет. Но я надеюсь, что быть может ты вспомнишь как меня зовут.
- Извини, но я по-прежнему ничего не могу вспомнить.

- Мой отец сказал мне, что если я когда-нибудь смогу оказать вам какую-то личную услугу, то я должен вам сказать, что однажды Вы бросили хлеб в воду и он вернулся к вам умноженным десятикратно. Но это не просто слова. Сегодня я спас вашу жизнь, а однажды вы спасли жизнь всей моей семьи.
- Теперь я вспомнил. Когда я впервые попал в эту страну, то потерялся в метели и твой отец позволил мне согреться у огня. Думаю, что тогда это спасло мне жизнь.

- Возможно, пан. Но следующим летом посевы на полях моего отца побил град. Следующей зимой мы бы умерли от голода, но Вы проезжали мимо и дали ему кошель с серебром. Так что теперь, возможно, долг уплачен.
- В полном объеме и с процентами, капитан. Там было двое мальчиков, да?
- Да, пан. Владислав знаменосец с девяносто третьего (Примечание: Не могу пристойно перевести "elevendythird". Мб "девяносто третьего", но чего - года, воинского подразделения).

- А где остальная твоя семья. С ними все в порядке?
- Да, пан, ну или по-крайней мере так было месяц назад. Но мой отец не эвакуировался и вероятно этот район сейчас захвачен монголами. Нет никаких вестей о том, что там происходит.
- Я буду за них молиться, - и это все, что я мог сказать.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/55147/250886

Переводчики: gulakovs