Готовый перевод The body electric / ---: глава 71

Глава семьдесят первая.

Когда я открываю глаза, я нахожусь в комнате грез. Мое тело на кресле - не борется с оковами, а спит. Я знаю, хотя и не вижу, мисс Уайт подключена к другому креслу.

Все это нереально. Мы в грезах. Мы все время были в грезах, с тех пор как я проснулась.

Когда ПМ Янг ворвалась в комнату грез, она взяла Джека и накачала меня лекарством. А потом кто-то привязал меня к креслу. А мисс Уайт уселась в другое кресло, то самое, в котором сидел Белл. И с того момента, как я проснулась и до настоящего момента, я была в грезах мисс Уайт. Она манипулировала мной, обманывала меня, пытаясь найти способ узнать, что, черт возьми, мой отец спрятал внутри меня.

Но теперь, когда я знаю, что нахожусь в грезах, я могу видеть сквозь ткань лжи, которую она сплела вокруг меня.

Теперь я понимаю, как никогда раньше. Все это у меня в голове.

Включая папу, который стоит рядом со мной.

- Я пытался спасти тебя, - говорит он.

- Я понимаю. - и я знаю. Все, что он сделал для меня, все это было просто ради спасения людей, которых он любил. Маму. Меня.

Он убедился, что у меня есть доступ к воспоминаниям, которые мне понадобятся. Галлюцинации, которые у меня были в грезах раньше — это была я, пытающаяся получить доступ к скрытым частям моего разума. Это папа защищал меня. Когда мне нужна была информация, он пытался помочь мне сделать это. Его образы в мечтах были его собственными файлами, которые он хранил в моем сознании.

Он спрятал правду внутри меня.

- Истина лежит в сердце счастья, - говорит он.

Но это не одно из его высказываний. Папа всегда был полон глубокомысленных изречений — глаза - это окно в душу; дважды тебя сбивают с ног, трижды встаешь, - но, правда лежит в сердце Фортуны не входило в число его изречений.

Это было как раз то, что мы напечатали на его надгробии.

Мы. Мама и я.

Но. Мама была больна. Когда папа умер. Она ничего не могла поделать.

Я организовала похороны.

Я выбрала дерево - остролист - в память об отце. Я выбрала гроб, в котором его кремировали. Я выбрала песни, которые играли на его похоронах.

Я выбрала мемориал выгравированный на его доске.

Папа давал мне подсказки все это время. Пчелы, галлюцинации. Я не знала, кем я была раньше, и так же, как у Ким была автоматическая защита, чтобы не дать ему засунуть руку в кастрюлю с кипящим супом, у меня была бессознательная автоматическая защита, чтобы не дать мне узнать ужасную правду о себе. Только в моменты паники и страха моя истинная природа выплескивалась — то, как я атаковала Джека, когда впервые увидела его, не зная ничего о самозащите, то, как я никогда не позволяла своему разуму задаваться вопросом, как я могу мечтать, и никто другой не мог, то, как у меня были силы спасти маму и себя, когда Роза взорвалась, то, как я могла задержать дыхание навсегда. Моя истинная природа мерцала, если мне это было нужно, на самом краю моего сознания.

И когда я начала сомневаться в этом, когда я подошла слишком близко к истине... мой разум и тело тоже боролись со мной. Припадки, галлюцинации. Все продумано в моей голове, как хореографический танец, показывая мне достаточно, чтобы найти правильный путь к истине.

Но эта подсказка - истина лежит в сердце счастья, - оставленный мне самой мной. Папа умер. Он не мог открыть мне этот секрет.

Я сжимаю маленький талисман с печеньем, который ношу на шее, — тот, что папа подарил мне, тот, который я всегда ношу. Я помню, как положила в медальон файл диги с Акилой и мной, когда мы были моложе.

Истина лежит в сердце счастья.

Но ... я никогда не смотрела на медальон с печеньем ... долгое время. Не помню, чтобы я открывала медальон. Каждый раз, когда я приближалась к этому, у меня начиналась пронзительная боль в голове, или припадок, или галлюцинация, и я забывала.

Теперь мне не больно.

Я знаю, что должна сделать. Чтобы найти последние секреты в моей голове, все, что мне нужно сделать, это открыть мой медальон. Открыть секрет, который я спрятала для себя. Я просовываю ноготь в щель на краю металлического печенья. Она распахивается, и мне в руку падает лист бумаги.

Я дрожу, раздвигая крошечный свиток. На лицевой стороне черным шрифтом написан код бота, предназначенный для автоматического запуска программы, когда она связана с моими глазными ботами.

- Глаза - это окно в душу, - шепчу я, глядя на код. Крошечное пятнышко в моей голове между бровями начинает болеть острой болью, которая быстро переходит в пульсацию.

А потом все меняется.

Мой мозг - это компьютер, и ничто на компьютере никогда не стирается. В темноте я вижу картотечный шкаф.

Простой картотечный шкаф с надписью от руки зелеными чернилами. ДЖЕК ТАЙЛЕР.

С одной стороны шкафа стоит мой отец. В руке у него серебряный ключ.

- Ты запер мои воспоминания о Джеке?- спрашиваю я.

Папа протягивает мне ключ. - Я не мог, - говорит он.

И тогда я понимаю: это правда.

Я встретила Джека — я встречалась с ним, я влюбилась в него - после смерти отца.

Нет.

Я смотрю на серебряный ключ.

Нет.

Нет.

Я бы не смогла.

Только один человек может изменить воспоминания.

Я вставляю ключ в замок, и ящик легко открывается. Воспоминания выплескиваются, как фотографии, двигаясь быстрыми сценами. Неловкая встреча. Первый поцелуй. Последний бой. А потом я вижу, что тот, что весь черный, поглощает свет других, как черная дыра.

Я дотрагиваюсь до него и погружаюсь в воспоминания, настолько внутренние, что кажется, будто я живу ими.

В моей руке медальон с печеньем. Я смотрю вверх, только что испытав воспоминание, оно скрылось.

Я уже делала это раньше — я искал истину и нашла ее. Это была еще одна вещь, о которой я, как и Джек, забыла.

Мисс Уайт стоит передо мной. Не та мисс Уайт, что сегодня, и не та, что из других грез, а мисс Уайт, которую я узнала из более недавнего прошлого.

Злые слезы навертываются. - Ты убила меня! - я обвиняю. - Ты убила моего отца.

Мисс Уайт машет рукой, отпуская меня.

- Я не позволю тебе контролировать меня, - говорю я.

Мисс Уайт щиплет себя за переносицу. - Я не хочу контролировать тебя, - говорит она. - Я просто хочу, чтобы мне заплатили. Знаешь, я вложила в тебя много времени и энергии.

- Папа никогда бы не захотел...

- Твой отец тоже не хотел умирать. Так или иначе, мы это выясним. Как только я получу формулу твоего отца, я дам тебе часть выплаты. Можешь идти. Ты можешь делать все, что захочешь.

И хуже всего то, что я испытываю искушение.

- Если я расскажу, ты сядешь в тюрьму!

- Нет, дорогая, не сяду. - мисс Уайт выглядит скучающей.

- Я возьму маму и убегу!

Озадаченная улыбка мисс Уайт насмехается надо мной. - Ты не можешь сбежать с матерью. Видите ли, она так больна.- Опять манипуляции, хотя тогда я этого не понимала.

Я с трудом сглатываю.

- Я все равно уйду, - тихо говорю я.

Глаза мисс Уайт немного расширяются, а затем она излучает манипулятивный, понимающий взгляд. - Это из-за того мальчика, да? Джека.

- Я люблю его!- кричу я. Чувство поднимается во мне, угрожая прорваться через меня, как поток.

Мисс Уайт смеется. Она смеется. - Ну, - говорит она, - мы не можем этого допустить. Если он хочет, чтобы ты ушла от меня, мне придется его убить. Как я убила его родителей.

Меня охватывает ужас. Она могла. Она сделает.

- Нет! - протестую я.

- Право же, дорогая, ты не оставила мне выбора.

- Я останусь!

Она качает головой в притворной печали. - Я просто не могу поверить, что он не уговорит тебя снова уехать.

- Он не соблазняет меня!- кричу я.

Мисс Уайт выглядит искренне извиняющейся. - Просто существуя, он делает это", - говорит она. - Он напоминает тебе о свободе, и я не могу позволить тебе думать, что ты можешь просто оставить меня.

- Не буду, - шепчу я. - Клянусь.

- Твои обещания ничего не значат.

Я останавливаюсь и думаю. Я осознаю всю свою власть, и как все это в ее руках, пока она держит жизнь Джека надо мной.

- Я знаю способ, - говорю я.

Скандал на похоронах родителей. Я сгораю от стыда и отвращения к собственным действиям, но знаю, что единственный способ удержать Джека подальше от меня — это причинить ему такую боль, что он возненавидит меня.

- Я больше не хочу тебя видеть!- кричу я ложь и вкладываю в нее всю свою любовь.

Жалобная мольба Джека. Его вопрос.

- Почему?

Я сижу в кресле грез, дрожа. Мисс Уайт смотрит на меня с сомнением. - Ты уверена, что сможешь это сделать, дорогая?- спрашивает она.

Я знаю, о чем она думает. Если я облажаюсь, она может начать все сначала, на этот раз с новой версией меня.

- Я могу это сделать, - говорю я. - Я сотру Джека полностью.

- Ты могла бы просто дать мне результаты исследований твоего отца, - говорит мисс Уайт.

Мои глаза горят от страха и разочарования. - Я не знаю исследований моего отца!- умоляю я. - Я ничего не понимаю. Но если я заставлю себя ... подчиниться... я как компьютер, вот что ты сказала. Вы можете взломать меня. Вы можете найти то, что вам нужно знать. Просто... не трогай Джека. Позволь мне остаться с мамой и не трогай Джека.

Мисс Уайт обдумывает мое предложение. Папина информация спрятана глубоко-глубоко в моем подсознании, и единственный шанс, что она надеется найти ее, - это проникнуть в мой разум. И на это потребуется время.

- У меня есть ты, столько, сколько потребуется, - говорит мисс Уайт. - Это сделка. У меня есть ты, пока я не получу информацию внутри тебя.

Я киваю, соглашаясь. - Ты сделаешь так, что я не буду знать, что ты меня осматриваешь?

Эмоции мисс Уайт на мгновение отразились на ее каменном лице. - Да, - говорит она. - Я могу это сделать. Я могу проводить тесты ночью, когда ты спишь, или когда ты погружена в грезы.

Я смотрю на свои руки. - Спасибо вам.

- Но если ты попытаешься меня покинуть, - добавляет мисс Уайт ледяным тоном, - я буду считать, что тебя просто невозможно взломать, и сделаю вивисекцию. Знаешь, что это значит?

Я с трудом сглатываю. - Я не убегу, - говорю я.

- Если ты не сделаешь этого, я знаю, что не смогу доверять тебе, что этот мальчик, Джек, отвлекает меня,и я должна буду его устранить. - Она смотрит мне в глаза. - Это будет легко. Я хочу, чтобы ты знала. Он записался в армию после того, как ты разбила ему сердце. Ты знала об этом? Я хочу, чтобы ты поняла, как просто было бы устроить его смерть. Немного огня, немного случайно…

- Я могу это сделать, - повторяю я.

Я открываю глаза.

- Привет, дорогая, - говорит мисс Уайт, улыбаясь мне.

- Привет! - улыбаюсь я и начинаю снимать электроды.

- У тебя были хорошие грезы?

Легкая хмурость омрачает мое пустое лицо. - Я не... я не помню.

- Ты собираешься увидеться с Джеком позже?- спрашивает мисс Уайт.

- Кто?- говорю я.

Я сделала это.

Только один человек может изменить воспоминания.

Я.

Только один человек мог установить трекер на Джека, оставить программу трекера в моих личных файлах, чтобы я нашла его. Только один человек мог заложить основу для того, чтобы я заново открыла свое прошлое, прошлое, которое я стерла.

Я.

Я уничтожила собственные воспоминания о Джеке.

Я сделала это, чтобы спасти его, спасти себя. Но это я стерла его из памяти.

И это не спасло ни его, ни меня.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/55663/433299

Переводчики: Evilika