Готовый перевод Sara Shepard - Pretty Little Liars. Vicious (16) / Сара Шепард - Милые обманщицы. Порочная: 21 ONE LAST HURRAH

21
ПОСЛЕДНЕЕ ЛИКОВАНИЕ

В пятницу вечером Спенсер сидела на кухне, помогая Мелиссе разбирать бесконечные пакеты вещей, которые она приобрела в "Buy Buy Baby". В куче, должно быть, было, по крайней мере, пятнадцать крошечных боди нейтральных цветов.
- Итак, я слышала, что младенцы очень чувствительны к красителям, так что в первую очередь придется постирать всю их одежду, - пробормотала Мелисса, вытаскивая огромную бутылку органического моющего средства от "Honest Company".

- Я буду ответственной за стирку, - предложила Спенсер. Потом она рассмеялась - ребенок не появится в ближайшие семь месяцев, так что казалось глупо стирать всю одежду сейчас. С другой стороны, ее возможно не будет рядом в течение семи месяцев, чтобы помочь. Если Анжела заставит ее исчезнуть, она не сможет быть здесь во время родов. Она не сможет встретиться с ребенком...никогда.

Она собрала боди и начала снимать с них бирки, пытаясь отбросить эту мысль как можно дальше.

- Итак, - сказала Мелисса во время того, как вытащила несколько различных марок бутылочек, - Судебный процесс сегодня вроде бы был обнадеживающим, да?

Спенсер кивнула, слишком испуганная, чтобы говорить. Все гудели о том, как Рубенс провел перекрестный допрос Ника в этот день. Некоторые журналисты говорили, что это было важным поворотным пунктом в деле, но другие по-прежнему были сосредоточены на версии Реджинальда, которая была построена на фактах и всех тех характерных для убийц вещах, которые Спенсер и остальные совершили в последние несколько лет.

Все это заставляло Спенсер нервничать. Она хотела надеяться на лучшее, но, возможно, это было глупо. Возможно, лучше было придерживаться ее первоначального плана: Убираться отсюда, пока не был оглашен окончательный вердикт.

- Кроме того, я слышала об Арии, - добавила Мелисса.

Спенсер пробежалась пальцами по бежево-белому полосатому комбинезончику. Самолет Арии приземлился в аэропорту Филадельфии около часа назад. Телекамера пытался поймать Арию во время высадки, но полицейский эскорт удерживал руку в направлении экрана, защищая ее.

- Я хотела бы, чтобы они никогда не нашли ее, - тихо сказала Спенсер. Это было странно. Когда Арии первой удалось сбежать, Спенсер была так раздражена, что Ария совершила то, что она хотела сделать, к тому же, она оставила их справляться с судом в одиночестве. Но, по мере того, как неделя двигалась вперед, ее гнев сменялся принятием. Может быть, одна из них заслужила свободу. Было страшно представить, через что Ария прошла за границей, и то, с чем Ария может столкнуться теперь, когда она вернулась. В новостях сообщили, что она получит двойной приговор, потому что сбежала.

Боковая дверь открылась, и через нее ворвалась миссис Хастингс, держа в руках охапку продуктовых пакетов. Спенсер бросился на помощь, но ее мать отмахнулась от нее: "Я в порядке", - отрезала она, одарив Спенсер холодным взглядом.

Спенсер отпрянула. Ее мать все еще смотрела на нее. "Что?" - наконец спросила Спенсер.

Миссис Хастингс бросила пакет на кухонный стол: "Может быть, ты объяснишь, почему Рен Ким стоит на подъездной дороге, спрашивая о тебе?" У Спенсер отвисла челюсть. У нее с Реном не было планов, хотя это было довольно здорово, что он был здесь. Опять же, ее мама выглядела такой взбешенной.
- Ты не должна покидать дом, - добавила Миссис Хастингс, - особенно с ним.

- Мам, - мягко сказала Мелисса с острова, - пусть Спенсер идет. Это никому не причинит боль. Пусть она повеселится - разве она не достаточно натерпелась?

Спенсер и миссис Хастингс обернулись и уставились на Мелиссу. Спенсер хотелось подбежать и крепко обнять ее. Поколебавшись, миссис Хастингс вздохнула и начала рывками убирать продукты.
- Хорошо, - прошипела она, - если это то, как ты хочешь провести свои последние несколько дней - ради Бога.

Спенсер прикусила щеку. Спасибо за вотум доверия, мам. Это прозвучало так, словно она была уверена, что Спенсер отправится в тюрьму.

Она провела помадой по губам, поправила рубашку и поспешила к входной двери. Конечно, Рен стоял на крыльце, засунув руки в карманы. Его лицо засветилось, когда он увидел ее, и Спенсер почувствовала, что ее внутренности затрепетали. Темные волосы Рена были отодвинуты с лица, его острые скулы были особенно заметны, а подтянутое тело выглядело хорошо в винтажной вельветовой куртке и узких джинсах. Все чувства притяжения, которые она пыталась подавить, внезапно освободились внутри нее. Она хотела его. Действительно хотела. И, что было удивительно, он у нее был.

- Привет, - застенчиво сказал он, протягивая букет из лилий.

- П-привет, - ответила она, принимая цветы и прижимая их к груди.

Гортань Рена подпрыгнула, когда он сглотнул.
- Я надеялся пригласить тебя куда-нибудь сегодня вечером. На ужин, возможно? - он посмотрел вокруг. - Куда-нибудь подальше от резиденции? Но, гм, я не был уверен, что мне следует войти, - он поморщился. - Твоя мама, казалось, своего рода разгневана.

Спенсер закатила глаза: - Она будет в порядке. Давай уберемся отсюда, - согласилась она, схватив сумочку. Но, как только он взял ее за руку и повел к машине, ее настроение внезапно упало. "В субботу, ровно в 10 вечера", -сказала ей Анжела. Это было...завтра. Через двадцать четыре часа она никогда не увидит Рена снова.

Она решила не думать об этом.

Когда они запрыгнули в машину Рена, она повернулась к нему и улыбнулась: - Знаешь, есть несколько вещей, которые я не прочь сделать этим вечером, если ты в игре.

Он посмотрел на нее и улыбнулся: - Я готов на все, - ответил он, - Если это связано с тобой.

И они уехали прочь.

Два часа спустя, у Спенсер была новая пара обуви после шоппинга на Уолнат-стрит. Она чувствовала себя гораздо более расслабленной, получив десятиминутный массаж шеи, который ей сделала китаянка на тротуаре в Риттенхаус-сквер, и она была восхитительно наполненной после импровизированного сеанса дегустации сыра в небольшом тапас-баре на 19й улице. Это было самое спонтанное поведение в...ну, пожалуй, во всей ее жизни. Было здорово нарушить устоявшийся уклад жизни старой Спенсер Хастингс и распахнуть объятия навстречу кому-то гораздо более беззаботному, по крайней мере, еще на один день.

После еще нескольких ураганных остановок там, где только ей взбрело в голову, они с Реном прогуливались рука об руку, ее сумка с покупками покачивалась сбоку. Они шли вдоль Честнат-стрит, в сторону центра города. Вдруг она заметила что-то вдалеке и сжала его руку: "Давай прокатимся на карете!"

Рен посмотрел на нее, выглядя испуганным: "Ты хочешь прокатиться на карете? Насколько я помню, однажды ты сказала мне, что считаешь это безвкусным и жестоким."

Спенсер нахмурилась, смутно припоминая, что сболтнула это Рену во время одного из их жарких свиданий, когда она пробралась в город, чтобы быть с ним, в начале третьего курса. Ну, это была старая Спенсер.
- Идем, - сказала она, хватая его за руку, и потащила по направлению к лошадям и коляскам на площади.

После того, как Рен передал сорок баксов человеку в цилиндре, фраке и очках в проволочной оправе, в стиле Бенджамина Франклина, они вдвоем поднялись на заднее сиденье коляски и устроились под предоставленным фланелевым одеялом, которое самую чуточку пахло навозом. Спенсер посмотрела на Рена и улыбнулась: "Разве это не весело?"

-Конечно, - сказал Рен. - Впрочем, с тобой что угодно весело.

Он притянул ее ближе, и Спенсер счастливо вздохнула. Всю ночь они находили предлоги, чтобы касаться друг друга: игриво хватались за руки, сталкивались ногами под столом, прижимались коленями. Она наклонилась, чтобы поцеловать его, но, внезапно, Рен положил руку ей на плечо, мягко оттолкнув обратно.

- Стоп, Спенсер, - сказал он с его особенно ритмичным британским акцентом, - Мы не должны торопиться. Можем ли мы хотя бы на минуту стать серьезными?

Она склонила голову: "Мы были серьезными всю ночь."

Он поднял бровь: "Мы были спонтанными всю ночь. Прости меня за эти слова, но это точно не А-тип Спенсер Хастингс, которую я знаю. Ты кажешься...поспешной. Похоже, мы бросаемся от одного развлечения к другому, чтобы ты могла забыться."

- Это не так, - на автомате ответила Спенсер, хотя Рен попал в точку.

Его взгляд упал на кожаную сумку, которую он нес: "У меня есть кое-что для тебя."

Он протянул ей предмет, обернутый в коричневую бумагу. Спенсер нахмурилась и открыла его. Внутри была копия тюремных мемуаров Нельсона Манделы.

- Для чего это? - спросила она, глядя на него.

Кадык Рена подпрыгнул: "Я думал, что это может помочь, если...ты знаешь. Если тебе придется пойти в тюрьму. Если правосудие не свершится. Тебе позволят приносить книги в тюрьму. Я имею в виду, охранник проверит ее, но с ней все в порядке".

Спенсер быстро, небрежно пролистала страницы: "О. Что ж, спасибо."

Рен прочистил горло: "Ты почти не разговаривала со мной о суде или о том, что может произойти. Но я хочу, чтобы ты знала, ты всегда можешь сделать это".

Спенсер была благодарна, что карета, запряженная лошадьми, проезжала через особенно темную часть площади, так Рен не мог увидеть ее противоречивые эмоции.
- Я пытаюсь не думать о суде, - призналась она.

- Я знаю, - мягко сказал он. - Но, может быть, тебе следует подумать об этом. И мы должны подумать о том, как мы сможем видеть друг друга. Знаешь, я буду навещать тебя, если уж на то пошло. И мы сможем звонить друг другу, и...

Спенсер скрестила руки на груди: "Я не хочу это обсуждать."

Рен нахмурился: "Я собираюсь быть там ради тебя, Спенсер. Это не какая-то случайная маленькая интрижка для меня. Чем больше я с тобой говорю, чем больше я провожу с тобой времени, тем больше я убеждаюсь, что это безумие, но что поделать, я без ума от тебя, Спенсер. Я хочу попробовать это, по-настоящему. Посмотреть, куда это приведет ".

Комок подступил к горлу. Я без ума от тебя. Проблема в том, что теперь она тоже хотела попробовать.

Но она точно знала, куда это приведет. Она исчезнет на следующий день. Обрубит все связи. Она вдруг поняла, что имела в виду Анжела, когда сказала, что некоторые люди предпочли тюрьму исчезновению - потому что они не могли отпустить свои семьи и близких. Если она исчезнет, то, по сути, все люди из ее жизни будут мертвы.

Но она не могла сейчас думать об этом. Она повернулась к Рену и покачала пальцем: "Ты губишь романтический момент. Давай будем просто сидеть, смотреть на звезды и дышать навозом, ладно?"

Глаза Рена блеснули в свете уличного фонаря. Он выглядел очень недовольным: "Это из-за того, что случилось с нами раньше? Поэтому ты не подпускаешь меня?"

"Я не подпускаю тебя, потому что не могу!" - хотела крикнуть Спенсер. Ей хотелось рвать на себе волосы и пробить кулаком небеса, и кричать, пока ее легкие не разорвутся. Это было так несправедливо. Она, наконец, нашла парня, которого полюбила, и теперь должна была с ним попрощаться.

Внезапно Спенсер расплакалась, обхватив голову руками, её тело содрогалось от беззвучных рыданий.

— Тише-тише, — пробормотал Рен, поглаживая ей спину. — Всё наладится.

- Мне очень жаль, - удалось вставить Спенсер между рыданиями. Она чуть не рассмеялась над ситуацией, в которой находилась. Из стольких раз в течение судебного процесса, когда она могла быть сломлена до сопливой истерики, это должно было случиться именно в последнюю ночь, в то время как она была в карете с Реном.

Рен наклонился вперед и поговорил с водителем. Карета остановилась.
- Я живу всего в нескольких кварталах отсюда, - сказал Рен. - И тебе нужно выпить чая. Просто чая, - добавил он, прежде чем она могла сказать что-нибудь еще. Спенсер шмыгнула и кивнула.

Рен повернулся к Спенсер и протянул ей руку. Они вместе слезли с повозки. Затем он привел ее к зданию, в котором находилась его квартира. Они молчали,пока шагали через вестибюль к лифту, но как только они попали в квартиру Рена - место, которое она мгновенно вспомнила, хотя была здесь почти два года назад, с его тесными стенами и холодильником бежевого цвета, и маленьким телевизором, втиснутым в угол - Рен обнял Спенсер и потянул ее в объятия. Ее глаза все еще обжигали слезы, но она уже не была в истерике. Она посмотрела в зеркало и увидела, что макияж размазался, а лицо было красным. Как ни странно, ее это не заботило.

- Какой чай, ромашка или мята? - спросил Рен, его карие глаза оживились. - Или, может, горячий шоколад?"

- На самом деле, - Спенсер слышала саму себя, пока опускалась на диван, - не мог бы ты на секунду просто присесть здесь со мной?

Она откинулась на подушки, и Рен обнял ее, притянув к себе. Когда она прижалась к его телу, глаза вновь наполнились слезами. Она чувствовала себя с ним в безопасности.

Ее пугало то, что она, возможно, никогда больше не почувствует эту безопасность.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56308/257078

Переводчики: Alerion, sme4ever, KatherineElmpt