Готовый перевод Homecoming – Kass Morgan / Возвращение домой - Кэс Морган: Глэсс

Люка лихорадило. Гласс могла понять это лишь взглянув на него. Его глаза были тусклыми, и хотя его лицо было в поту, губ были сухими и серыми. Она ломала голову, пытаясь вспомнить, что делала её мать, когда Гласс болела будучи маленькой. Она положила кусок мокрой ткани на лоб Люка. Гласс оставила его лежать раскрытым и сняла с него футболку, чтобы прохладный воздух из окна обдувал его спящее тело. Девушка будила Люка каждые пару часов, чтобы поднести к его губам чашку воды, призывая к тому, чтобы он попил. Но Гласс не могла ничего сделать с ужасной раной в ноге. Копьё вошло глубоко. Она почти упала в обморок, когда втащила Люка внутрь, положила его на пол и разорвала штанину, чтобы посмотреть. Сквозь кровь и грязь она видела поразительно белую кость. В начале они с Люком то и дело менялись, чтобы остановить кровь, затянув жгут на верхней части его бедра, но ничего не работало. Гласс в ужасе смотрела, как Люк становится всё бледнее и как кровавое пятно растекается по полу.
- Думаю, мне нужно прижечь её, - сказал он, пытаясь сохранять спокойствие, даже не смотря на то, что его глаза были широко распахнуты от боли и страха.
- В каком смысле? - спросила Гласс, отбрасывая окровавленную повязку и беря следующий кусок ткани.
- Если я прижгу её чем-то довольно горячим, то смогу остановить кровь и не дать развиться инфекции, - Люк кивнул на раскалённые угли в камине. - Можешь добавить ещё хвороста и снова зажечь его?
Гласс быстрым движением схватила маленькие веточки и бросила их в умирающий огонь, смотря с затаённым дыханием на то, как они воспламеняются/загораются.
- Теперь возьми эту железную штуку, - сказал Люк, указывая на длинную тонкую вещь, которая была прислонена к камину, когда они нашли её в первую ночь. - Если ты поднесёшь её прямо к пламени, то она нагреется и у нас всё получится.
Гласс ничего не сказала, но с нарастающим ужасом смотрела на то, как металл становится красным.
- Ты уверен? - сказала она, колеблясь.
Люк кивнул.
- Неси её сюда. Только аккуратнее, сама не трогай.
Гласс подошла и встала на одно колена возле Люка. Он сделал глубокий вдох.
- Теперь, на счёт три, мне нужно, чтобы ты прижала её к ране.
Девушка начала дрожать, комната внезапно начала кружиться.
- Люк, я не могу, прости.
Он вздрогнул и новая волна боли захлестнула его.
- Всё в порядке, просто дай её мне.
- О боже, - прошептала Гласс, передав Люку ещё светящийся кусок металла и сжала его руку. Его рука была холодной и в то же время покрыта потом.
- Не смотри, - сказал он, сжимая зубы. Миг спустя истошный вопль Люка пронзил весь дом наряду с запахом горелого мяса. Пот лился с его лба градом, крик казался нескончаемым, но он не остановился. С последним воплем Люк отбросил железку, которая с грохотом упала на пол и покатилась в сторону. На секунду показалось, что это сработало. Рана прекратила кровоточить, и Люку нужно было отдохнуть пару часов. Но на следующее утро лихорадка вернулась. Теперь вся его нога отекла, стала красной и горячей. Инфекция распространялась. Периодически Люк просыпался на пару секунд, корчился в судорогах от боли, а затем вновь опускался в беспамятство. Их единственная надежда была в том, что они доберутся до лагеря, найдут Кларк, но шансы на такое были меньше, чем на чудесное выздоровление Люка. Он не мог стоять, не говоря уже о двухдневной ходьбе. И Земляне до сих пор снаружи наблюдают за ними. Гласс чувствовала их присутствие так сильно, как могла чувствовать тепло, которое источало тело Люка. Она никогда не чувствовала себя такой одинокой, даже в те длинные месяцы, которые находилась в тюрьме. Там, по крайней мере, она видела кого-нибудь из её охранников, и тех, кто приносил ей еду. Но здесь, когда Люк был в бессознательном состоянии и когда угроза о повторной атаке висела на ней, Гласс была одинока и напугана одновременно. Не было никого, кто бы позвал на помощь. Девушка одним глазом следила за Люком, а другим - наблюдала за лесом вокруг хижины. Она с трудом вслушивалась, не смотря на головную боль, пытаясь уловить лёгкий хруст веточки - что-то, что предупредило бы её о том, что они вернулись.

Гласс стояла у входной двери, нервно осматривая листву на что-то необычное. Прохладный лесной воздух подул ей в лицо, дразня её воспоминаниями обо всём, чем они с Люком вместе наслаждались: деревьями, лунным светом, отражающимся на водной глади, - вся эта красота может стать бессмысленной, если Люк уйдёт от неё. Он подскочил на импровизированной кровати на полу перед Гласс. Она бегом пересекла комнату и схватила его за руку, поглаживая его горячий лоб.
- Люк? Люк, ты меня слышишь?
Его веки дрогнули, но не открылись. Он пошевелил губами, но не произвёл ни звука. Гласс сжала его руку и наклонилась, шепча ему на ухо:
- Всё будет хорошо. С тобой всё будет хорошо. Я что-нибудь придумаю.
- Я опаздываю на патруль, - сказал Люк, крутясь из стороны в сторону, будто пытаясь выбраться из постели.
- Нет, не опаздываешь, всё хорошо, - Гласс положила руку на его плечо. Он думал, что находится на корабле? - Тебе не о чем беспокоиться.
Люк едва смог кивнуть, прежде чем его глаза снова сомкнулись. Спустя пару секунд он уснул. Его хватка ослабла, и Гласс нежно опустила его руку на кровать. Она посмотрела на ногу. Краснота распространилась от колена и до бедра. Гласс не сильно разбиралась в вещах такого рода, но ей хватало ума, чтобы понять, что если она не поможет Люку, то он умрёт. Им нужно идти. Сейчас. Гласс села на деревянный кухонный стол и попыталась очистить свою голову, стараясь отбросить страх, который прогрызал дыру в её желудке уже несколько дней. Страх не вытащит их отсюда. Ей нужно думать. Им нужно вернуться в лагерь. Это был единственный шанс на то, чтобы оказать Люку необходимую помощь. Но Гласс нужно было придумать, как перемещать Люка, который едва ли может ходить с чьей-то помощью, и при этом избегать Землян. Выход в открытый космос внезапно стал выглядеть простым по сравнению с этим. Каким образом они могут двигаться достаточно быстро, чтобы спастись, при условии, что Люк находится в таком состоянии? Гласс осмотрела крошечный дом в поисках мыслей. Парализующий страх медленно начал овладевать ею, и её разум kicked into gear. Да, если она сможет довести его до реки...это сработает...но как передвигать его? Её взгляд упал на странную штуку, которую они с Люком так и не смогли понять,когда впервые пришли туда. Она стояла у стены за метлой и какими-то другими старинными чистящими средствами. Гласс пересекла в комнату и вытащила её, кладя на пол. Она была такой же высокой, как и сама Гласс, сделанная из длинных деревянных реек. Это выглядело почти также как и длинная доска, но на одном конце рейки загибались вовнутрь. И верёвка, привязанная к ним. Это напомнило Гласс о чем-то, о чём она однажды читала в учебнике. Что-то, что дети использовали для катания по снегу на Земле. Она пыталась вспомнить слово. Слайд? Шлюп? Гласс наступила на деревяшки одной нагой, испытывая их на прочность. Они были старыми, но прочными. Если она сможет положить Люка на них, то сможет везти его, но в начале нужно кое-что подкорректировать. Гласс встала, взяла некоторые вещи, лежащие вокруг, и положила их на пол перед...санями! Это были сани. Она была уверена. Теперь ей просто нужно сделать так, чтобы они работали. Она переставляла вещи в разном порядке, проверяя их, а затем снова пробуя. Гласс мрачно покачала головой. Если бы шесть месяцев или даже шесть недель назад ей кто-нибудь сказал бы, что она будет сооружать какую-то штуковину из хлама, который найдет в заброшенном доме на Земле, чтобы перенести её смертельно-раненого парня через лес, то она бы рассмеялась в лицо тому человеку и спросила бы, где он достал нелегальный самогон, продающийся на Аркадии. Гласс отошла назад, оценивая свою работу. Должно работать. Обязано. Она будет тянуть Люка за собой с помощью верёвки. Чтобы он не упал, Гласс порезала одеяло на длинные полосы, которые подстрахуют его в районе талии, рук и здоровой ноги, привязанные к верхней части саней. Всё это было лишь условно, но так был хоть какой-то шанс доставить Люка до воды. Это всё, что ей нужно. Гласс подошла к Люку и осторожно разбудила его.
- Люк, - прошептала она ему на ухо. - Я собираюсь перенести тебя, ладно? Нам нужно вернуться в лагерь.
Люк не ответил. Гласс скользнула руками под его руки, охватывая его за грудь, и со стоном опустила его на пол. Люк вздрогнул, когда его раненая нога пошевелилась, но не проснулся. Гласс положила Люка на сани и обвязала его. Девушка присела, взяла верёвку, обернула её вокруг своей руки и встала. Она сделала пару шагов вперёд, и Люк двинулся по полу за ней. Сработало.

Гласс взяла пистолет Люка, хотя она не была уверена, что у неё хватит храбрости использовать его, и неуклюже пошла к двери. В последний момент она развернулась и схватила спичечный коробок со стола на случай того, если им придётся разжигать огонь в пути. Вес, свалившийся на неё сзади, был непреодолим и Гласс едва удерживала равновесие, но ей нужно было вытащить его. Без оглядки назад она ступила за порог, таща сани за собой на узкую полянку, окружавшую дом. Бум! Гласс начала вертеть головой в поисках источника звука. Бум! Снова оно. Гласс бросила взгляд на лес. В сумерках каждая тень казалась врагом. Девушка бросилась обратно в кабину, дергая Люка за собой. Краем глаза Гласс уловила движение в углу и почувствовала, как что--то просвистело у её уха. Она дернула сани и услышала, как Люк застонал от боли. Гласс распахнула дверь и увидела, что стрела попала прямо в дверную раму, прямо туда, где пару секунд назад была её голова. Сани скользнули за ней, и Гласс бросила верёвку и захлопнула дверь прямо в тот момент, когда две стрелы глухо стукнулись о неё. Гласс прислонилась к закрытой двери, сжимая пистолет в её внезапно ставшей липкой руке. Девушка осмотрела хижину. Сможет ли она заблокировать дверь? Вломятся ли они через одно из окон? Она закрыла дверь, и заранее подняла пистолет Люка, стараясь держать себя в руках. Если Земляне разобьёт окно, сможет ли она сразиться с ними? Сможет ли она заставить себя стрелять из пистолета в другого живого человека? Даже если сможет, их там будет больше, чем один. У одной девушки, которая никогда не стреляла из пистолета, нет ни единого шанса против группы жестоких Землян. Люк застонал, лёжа на санях.
- Всё будет хорошо. Я что-нибудь придумаю, - сказала Гласс, морщась от лжи. Как она может выйти из дома, окруженного Землянами? Гласс из-за угла посмотрела в окно. Сероватый свет играл с тенями, но снаружи было движение. Силуэты шныряли среди деревьев, держа в руках луки и топоры. Гласс прижалась к двери и закрыла глаза. Время пришло. Время, когда они добьют Люка и прикончат её. Гласс слышала звук шагов, звон разбитого стекла, чувствовала, как пытались открыть дверь за ней. Ни звука не доносилось извне кроме ветра и шума реки. Они ждали, когда она выйдет. Были ли они там всё это время, выжидая, пока она выйдет, чтобы произвести чистый выстрел.

Они загнали её в угол. Некуда было идти, нечего было даже надеяться, что ожидание утомит их и они выбьют дверь или разобьют окна. Гласс с бешеной скоростью прокручивала в голове варианты, как улизнуть оттуда. Даже если она бы могла отвлечь их на довольно долгое время, чтобы выбраться из хижины, не получив стрелу в лоб, что потом? Она бешено осматривала комнату, отчаянно ища что-то, всё, что угодно, что могло бы помочь ей выиграть время. Ничего. Гласс была на грани того, чтобы испустить крик отчаяния, когда она поняла, что держит кое-что в руке. Она сжимала их настолько сильно, что уже и позабыла об этом. Гласс разжала пальцы, и на её ладони оказались смятые спички, которые она прихватила на пути к выходу. Отчаянный и глупый план возник в её голове. Если она не сможет опередить их и добраться к реке, то ей нужно найти способ выбраться из дома, который не требует бега. Прежде чем подумать об этом получше, Гласс принялась за дело. Она поползла по полу и села под окном возле входной двери. Гласс обвязала вокруг сухой палки для костра лоскут простыни и чиркнула спичкой. Она поднесла огонь к ткани и уже через пару секунд держала в руке зажженный факел. Когда пламя вспыхнуло и увеличилось, Гласс сделала глубокий вдох и начала считать:
- Три, два, один... - она вскочила и, бросив быстрый взгляд, кинула факел на кучу хвороста, который Люк собрал и положил возле хижины до того, как был ранен. Девушка снова бросилась на пол и начала ждать. Было тихо, и в один мучительный момент Гласс подумала, что её идея с треском провалилась. А затем она услышала: звонкое потрескивание, а затем мягкий свист, оповещающий о том, что дерево загорелось. Дом озарило пламенем, которое перекинулось на кустарник и начало распространяться к лесу, как надеялась Гласс. Она повернулась к Люку. Он не двигался. Его дыхание было слабым, а его лоб дёрнулся, когда он лежал едва в сознании у камина. Если Люк умрёт, то Гласс тоже перестанет жить. Она знала это так же хорошо, как собственное имя. Звук нарастающего пламени становился громче, и через несколько минут воздух в хижине начал меняться. Гласс выругалась на саму себя, когда поняла, какую глупость сделала: дом, может, и сделан из камня, но это не остановит дым, удушающий их, если пламя охватит всю местность. Немного дыма начало проникать сквозь открытое окно, озаренное светом мерцающего пламени. Гласс подошла ближе к двери, готовясь к тому, чтобы быстро выйти. Как только дым начал заполнять всю комнату, она взяла одеяло Люка и вылила на него остатки воды. Снаружи Гласс слышала голоса, зовущие друг друга через поляну. Она наклонилась к Люку и положила мокрое одеяло на них двоих. Воздух становился теплее и девушка из-под края одеяла видела оранжевое пламя, бушующее у окна. Теперь снаружи слышались смех и ободрительные реплики. Пусть думают, что победили. Пусть думают, что она уже мертва. Может, они будут слишком шокированы, чтобы преследовать их с Люком, когда они выйдут из дома.

Люк зашевелился на санях, лёгкий стон вырвался из его уст.
- Прости, - сказала Гласс. - Я скоро помогу тебе. Мы не останемся здесь надолго.
Воздух уже кипел, он был настолько горячим, что Гласс практически чувствовала, как плавится и отслаивается её кожа. Дым валил через окно, делая дыхание и возможность видеть что-либо затруднительным. Они ютились под одеялом, а Гласс пыталась понять, сколько ещё они смогут протянуть здесь, пока не станет слишком поздно. Если они будут ждать слишком долго, пламя окружит дом, и будет невозможно выйти. Они задохнутся, если останутся здесь, в клубах дыма. Со слезящимися глазами Гласс с трудом поднялась с пола и побежала к двери. Сейчас или никогда. Она дернула открытую дверь и посмотрела наружу. Наступила ночь, и бушующее пламя играло с тенями, отбрасывая оранжевый и чёрный свет на поляну и деревья. Гласс потянула за верёвку саней, присев под одеялом, и направилась к выходу. Она вздохнула, когда они вышли из превратившейся в печь кабины на прохладный ночной воздух. Люк застонал, когда Гласс повезла его по ухабистой земле, спускаясь к реке. Через несколько долгих секунд она бежала, слыша лишь треск огня позади неё. Гласс услышала первые крики, когда добралась до лодки и начала опускать её на воду. Огня и дыма не было достаточно, чтобы скрыть то, что она сбежала.
- Люк, - сказала девушка, вытаскивая его, - Ты должен помочь мне. Всего разок.
Его глаза дернулись, и Гласс почувствовала, как его мышцы пришли в движение. Он привстал на здоровую ногу, и девушка подхватила его под руку. Вместе они поковыляли вперёд, и Гласс пыталась замедлить его падение, когда Люк практически рухнул в лодку. Она бросила сани туда же и начала толкать лодку, опуская её на воду. Стрелы с плеском ударились об воду, пролетев прямо у неё над головой. Гласс слышала топот ног бегущих вниз по склону людей, всем своим весом толкая лодку к течению. В последнюю секунду, когда лодка начала движение, она запрыгнула, и вода подхватила судно, ведя его по течению. Гласс легла рядом с Люком, когда ещё больше стрел отразилось о металлические края лодки. Они набирали скорость, полностью предоставляя себя течению реки. Гласс подняла голову и увидела фигуры, бегущие вдоль берега, едва видимые в мерцании огня и лунного света. Они едва ли напоминали людей. Гласс старалась не поднимать голову, пока река не пошла в другую сторону, увлекая их за собой, и последние стрелы стукнулись о лодку. Спустя несколько напряженных секунд, в которые Гласс пыталась выровнять дыхание, она села, придерживая весло и опуская его в воду, стараясь двигать лодку быстрее, чем она шла сейчас. Когда, в конце концов, казалось, что они отстали от Землян, девушка вытянула руку, чтобы приблизить лодку к берегу, но силы явно не хватало. Сердце Гласс бешено колотилось, пока лодка продолжала двигаться вниз по реке. У неё не было и мысли о том, плывут ли они в верном направлении. Ей нужно было использовать компас Люка. Если они правильно шли, держась севера от лагеря, то теперь им нужно плыть на юг. Это займет около получаса, когда река сузится до таких размеров, что проток замедлит их. В конце концов, Гласс придётся бросится в холодную воду и подтащить лодку к берегу. Она вытащила компас из кармана и положила его на поверхность, как учил Люк. Слава богу они направлялись на юг. Может, на юго-восток. Гласс надеялась, что не будет сильно сложно снова найти путь. И если она вообще сможет двигаться с Люком...
- Ещё немного, Люк, - сказала она. - Мне нужно, чтобы ты встал и прошёл со мной ещё немного.
Он застонал, но когда Гласс вытащила его из лодки, Люк поддался, позволяя ей помочь ему встать. Он сделал пару шагов по мелководью, пока не рухнул на берег. Освободившись от их веса, лодка поднялась выше на воде, и бодрый поток воды унёс её в темноту ночи. Тихо и быстро Гласс положила Люка на сани и снова взяла верёвку. "Только держись, Люк", - проносилось у неё в мыслях, когда она приложила весь свой вес к саням, начиная бежать. Шум реки стихал с каждой секундой, пока они продвигались всё глубже в лес, но Гласс была слишком напугана, чтобы остановиться и оглянуться. Ей нужно продолжать бежать. Ей нужно найти помощь для Люка, даже если это будет последнее, что она сделает.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/57419/259522

Переводчики: LittleBlackBird