Готовый перевод Black Out. Morgen ist es zu spät / Затемнение: Первый день - Пятница

Милан
Пьеро Манцано, как безумный вращал руль, в то время как,
капот его Альфы стремительно приближался к бледно-зелёному автомобилю перед ним. Он упёрся обеими руками в руль, ожидая отвратительного звука столкновения двух машин. Тормоз, звук скольжения шин, в зеркало заднего вида попадает свет машины позади него, удар.

Мгновение всё тянулось, Манцано подумал о совершенно бессмысленных вещах, о шоколаде, о душе, который дома через 20 минут он хотел принять, о бокале вина после, лёжа на диване и о встрече с Карлой или Паулой на предстоящих выходных.

С ударом альфа остановилась. Машина находились на расстоянии пары миллиметров между бамперами. Дорога была совершенно темна, зелёный, ещё недавно горевший на светофоре внезапно погас, осталось лишь призрачное свечение в глазах Манцано. Инфернальный рёв клаксонов и визг метала окружал его.

Cлева виднелись фары грузовика. Где ещё недавно был бледно-зелёный автомобиль промчалась синяя стена, испуская сноп искр. От резкого удара голова Манцано ударилась в боковое стекло, его машина вращалась подобно карусели, пока ещё одно столкновение не остановило его.

С помутневшим сознанием Манцано пытался сориентироваться. В свете ближних фар танцевали снежинки над чёрным, мокрым асфальтом. За капотом скрылась одна из них. В нескольких метрах впереди горел свет задних фар грузовика.

Манцано не должен больше обдумывать. Неуверенным движением пальцев он открыл замок ремня безопасности, нащупал телефон и выпрыгнул из машины. Аптечку и знак аварийной остановки нашёл он в багажнике. Правда он не имел никакого понятия в оказании первой помощи. Со времени сдачи на права, в двадцатипятилетнем возрасте, он ограничивался лишь пластырями и противопростудными препаратами. Несмотря на это, он схватил аптечку, знак и побежал. На бегу оглянулся на свою машину. От левой стороны лобовой части и решётки радиатора грузовик едва ли что-то оставил, левое колесо же спрессовано в железный фарш. Машина стала грудой металлолома.

Дверь грузовика была открыта. Манцано оббежал кабину и оцепенел.

Свет машин на противоположной полосе дороги создавал таинственную атмосферу. Машины здесь также были разбросаны от ударов, движение встало. Бледно-зелёный автомобиль был сплющен со стороны водителя и зажат под бампером грузовика.

Из под капота, точнее из того, что ещё от него осталось, поднимался дым и заполнял округу. На полностью покорёженной двери (трясся) плотный мужчина в куртке с подкладкой и без рукавов. Водитель грузовика, предположил Манцано. Он видел, что водитель кричал, но гул клаксонов заглушал его крики. Люди спешили к месту аварии. Манцано ринулся к машине. То, что он увидел, заставило его пошатнуться.

От столкновения водительское сиденье вырвало из креплений, оно лежало на коленях девушки, пассажирки. Водитель, пристёгнутый ремнём,не двигался, его голова была неестественно повёрнута. Из-за водительского сидения можно было разглядеть только руку и голову девушки. Всё её лицо было в крови, сквозь которую едва можно было различить мелкую дрожь на веках, бесшумный шёпот едва срывался с её губ.

Усилия водителя грузовика оказались напрасны.

"Скорую!", крикнул Манцано водителю грузовика. "Скорую, живо!"

Раненая пассажирка пыталась что-то сказать, но Манцано не мог разобрать её шёпот. Он отчаянно пытался найти хоть какие-нибудь признаки жизни на бледном лице водителя. Вспомнив, то пульс лучше всего прощупывается на шее, он пытался найти его на шее водителя, просунув через разбитое окно руку, но ему это никак не удавалось. Манцано продолжал искать пульс, как вдруг голова водителя резко упала вперёд и неестественно повисла. Манцано в ужасе пошатнулся назад. Его чуть не вырвало.

"Нет сети!", крикнул водитель грузовика.

Губы пассажирки больше не двигались, лишь мелкие кровавые пузырьки надувались в уголках её рта. Значит, дыхание есть.

"Скорую! Кто-нибудь вызвал скорую?"

"Да, уже!", ответил мужчина, на плечи которого уже нападало немало
снега.

Лицо Манцано стало мокрым и он не знал от чего, из-за снега или от слёз.

Количество зевак, собиравшихся неподалёку росло и света от фар становилось всё меньше, оставались лишь бледные полоски света. Они стояли и глазели.

Манцано закричал, чтобы они угли, но ни один не сдвинулся с места, как будто его никто не слышал. Только сейчас он осознал то, что случилось ещё перед аварией. Уличного освещения не было. Поэтому было так темно. Сейчас ночь ощущалась зловещее, чем обычно. Тогда же он понял, что почти все здания на улице Пиацца Наполи и примыкающие к ним обесточены и также не видно было неоновых вывесок. Только в двух отдалённых домах виднелся свет.

"Боже, с вами всё в порядке?", спросил его мужчина в куртке. "Вы были в машине?"

Манцано покачал головой. "С чего вы так решили?"

Он показал на левый висок Манцано. "Вам нужен врач. Садитесь"

И тогда Манцано почувствовал сильную пульсацию в своей голове и что-то горячее, что стекало по его горлу. Его руки были полностью в крови, собственной, или от жертв катастрофы, он не знал. Он почувствовал головокружение.

Гудение клаксонов стало тише. Громче всего было непрекращающееся гудение из остатков бледно-зелёного авто рядом с ним.

Рим
Сигнал пищал без перерывов, к тому же целая группа светящихся точек мигала на экране перед Валентиной Кондотто. "Без понятия, что там произошло!", кричала она и била суетливо по клавишам. "Вдруг напряжение резко подскочило и далее последовало автоматическое отключение. Вся северная Италия не доступна! Просто, без предупреждения!"

Уже 3 года Кондотто является системным оператором контрольного центра Терна на окраине Рима. Она по 8 часов в день управляет поставками электричества через энергосеть по всей Италии, а также в соседние страны.

Когда она впервые вошла в комнату с большим количеством мониторов и экранов, у нее возникло ощущение, что она попала за кулисы фильма о Джеймсе Бонде. На двенадцатиметровом экране перед ней на черном фоне светились яркие линии и клетки. Итальянская энергосистема . Слева и справа от экрана мониторы с последними данными из сети . На столе Кондотто четыре меньших экрана с еще большими числовыми рядами, графиками, диаграммами.

"Остальную страну поставил на Желтый, - перезвонил ее коллега, оператор сети Джузеппе Сантрелли. - Они хотят снова работать с полной нагрузкой, но не получают стабильную частоту Enel. Спрашивают, можем ли мы что-нибудь сделать."

Кондотто проклинала эпидемию гриппа. Вообще-то она давно должна была быть дома. Но ее коллега со следующей смены сообщила о своей болезни, и ее предполагаемая замена слегла несколько дней назад. Так что несмотря на усталость, работать остается Валентине.

Сицилия теперь тоже красная.

Система светофора: зеленый горит, когда с сетью все в порядке. Желтый означает неприятности. Красный - отключение энергии. Благодаря общеевропейской системе оповещения каждый оператор системы в любое время, в любом месте видел, если энергосистеме грозит кризис. В эпоху полного международного охвата сетью, а также энергосистемы, это абсолютная необходимость .
Соседние страны выглядели хорошо.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/58133/265613

Переводчики: kasak1, alexkritow, moonshadow