Готовый перевод Anything Goes. John Barrowman / Дозволено все: Chapter One "I Hope I Get It"

Сцена открывается видом сверху на Ковент Гарден. Туристы толпятся вокруг уличного актера, у которого на лбу балансирует меч с крутящимися чайными блюдцами в каждой руке. Погода не посезону теплая для июня, некоторые туристы прогуливаются в толпе и несут разноцветные зонтики, обеспечивая себе тень. С высоты это выглядит так, как будто кто-то опрокинул коробку Смартиз.
На подмостки слева выходит главный герой.
Это я.

Девочка-подросток идет рядом с главным героем

Это была моя племянница Клэр, дочь моей сестры Кэрол. Каждый год, с самого детства, она и ее брат Тернер проводили у меня каникулы, приглашал их и когда они были уже достаточно взрослыми, чтобы приезжать самостоятельно.

Главный герой и его сестра болтают,несмотря на тот факт, что ей приходится бежать вприпрыжку, чтобы успевать за его широким шагом. Спустя некоторое время становится ясно, что главный герой плетется через забитую площадь Ковент Гардена, как будто выполнял миссию.

О, да. Это было между выступлениями Возрождения Тревора Нанна (Дозволено Все), которое было в самом разгаре в Королевском Театре Друри-Лейн. Дневной спектакль закончился как обычно около пяти и у меня был час или около того перед вечерним выступлением. После двадцати лет в театре, отрабатывая по 8 шоу в неделю, нерабочее время - это личное время, а личное время для меня подразумевает шоппинг.

Камера приближается, чтобы сделать кадр нашего героя и его племянницы, которые несут покупки и одновременно едят сэндвичи от Марка и Спенсера.

Клэр с жадностью ест цыпленка с салатом, чипсы и Кранч (шоколадные батончики с вафлей.прим.переводчика).Она невысокая, но несмотря на ее любовь к сладкому, она в хорошей форме. А я поглощал два сэндвича с авокадо и шпинатом, чипсы с креветками и пакетик Перси Пигз. Я высокий и я был голоден.

Кадр удаляется когда они достигают Ендель-стрит. Мы слышим, как у нашего героя звонит телефон. Он вертит в руках еду, пытаясь быстрее достать телефон и ответить. И тут он останавливается, как будто его заморозили. Его племянница наступает ему на пятки. Она беспокойно смотрит на героя, потому что он никогда не останавливается, особенно когда ходит по магазинам.
Крупный план - герой ошеломлен.

По сути, я был потрясен. Шокирующим был не сам звонок, но то, что ответ пришел так быстро. Я был на сотнях прослушиваниях за много лет и один из основных принципов в том, что актер может засекать время ожидания между прослушиванием и вынесением решения об утверждении на роль или отказе. Время после того, как вы покинули кастинг и словами "Поздравляем, роль ваша" или "Сожалеем, но вы слишком молоды/слишком стары/ слишком хорошо выглядите/ слишком высокий" может затянуться на несколько дней или недель. Но чтоб всего лишь несколько часов - неслыханно.

Камера следует за Клэр, устраивающей пакеты с покупками на мостовую перед чайной стойкой.
"Дядя Джон, ты в порядке?"
Герой кивает.

Это было больше, чем хрип и mad bob, но это не было даже близко похоже на учтивость. Вообще, я мало что помню из того, что говорила Клэр в тот момент, но она помнит все до мельчайших подробностей. Она сказала, что слышала, что Гевин Баркер, мой директор и близкий друг, говорил очень взволнованно. Она утверждает, я был не в состоянии нормально отвечать. Она помнит, что слышала взрыв аплодисментов из толпы, собравшейся вокруг уличного актера, и прилагала все усилия, чтобы не слышать их.

То, что я помню, это "бла,бла,бла,бла,бла", потому что мои мозги отключились после первых слов Гевина: "Джон, они хотят, чтобы ты был Капитаном Джеком!"
Камера перемещается к нашему герою, прыгавшему с поднятыми вверх кулаками и крича.

В действительности, я кричал: "Я буду в Тардисе!"

Камера приближается к Клэр, которая понятия не имеет, что черт возьми происходит,но она привыклы к выходкам своего дяди и присоединяется к его безумному праздничному танцу. Они прыгают и смеются и кричат несколько минут, а затем наш герой выполняет такие трюки, от которых бы Киану Ривз попросил парацетамол.

Вот то, что я делал. Я отпустил Клэр и устроил забег вдоль стены, делая что-то типо сальто и приземлялся на тротуар, чуть не сбив с ног пенсионерку, которая наблюдала за этой сценой у чайной стойки. Мне удалось поймать ее до того, как она свалилась со стула; несмотря на мои сильные эмоции и безумное поведение, я помню думал, что мне повезло, что она не упала, потому что тогда я бы не успел на представление, ожидая "скорую".

Камера дает крупный план главного героя, извиняющегося перед пожилой женщиной,в то время как Клэр собирает продукты женщины, которые выпали. Понятие Messages' используется в Глазго, когда говорят о продуктах; поскольку я уроженец Глазго, тоэто одно из многиз шотландских слов и фраз, которые даже спустя годы остаются в моем лексиконе. Как бы то ни было, все, что я помню из того дня - время, место, все происходящее как в Матрице, реакция пенсионерки на увиденную сцену - это до сих пор вызывает у меня улыбку.

Она посмотрела на меня и сказала: "Должно быть, были хорошие новости, а,сын?" Это была чертовски хорошая новостьи это был результат еще одного звонка несколькими месяцами ранее. Я отдыхал между выступлениями в своей гримерной в Королевском Театре, где я играл Билли Крокера в Дозволено Все в третий раз за свою карьеру, когда поступил звонок. Королевский театр Друри-Лейн - это самый старый театр в Лондоне, поэтому гримерки здесь больше, чем в большинстве более молодых театров. В моей было достаточно места для дивана, нескольких удобных стульев и полный бар, который - несмотря на то, что некоторые фанаты верят тому, что пишут таблоиды - использовался крайне редко. Я досматривал фильм, я частотак делал, чтобы скоротать время, пока мой костюмер, Джон Фэй, готовил мой костюм для следующего выступления, когда позвонил Гевин.

"Мне только что звонил Энди Прайор. Он думает, в новом Доктор Кто могла бы быть роль, для который ты идеально подходишь ", сказал он.
На данном этапе моей карьеры, я был на телевидении Великобритании и США. Я был ведущим в Live and Kicking и The Movie Game, и я играл Джона Ф.Кеннеди-младшего в драме Даррена Старра Central Park West, и аналогичного героя в короткометражном "мыльном" Титане Аарона Спеллинга, однако больше я был известен своей работой в театре. Я снялся в ряде мюзиклов Бродевея и Вест-Енда, включая компанию Стивена Сондхайма, в Мисс Сайгон Сэра Кемерона Макинтоша и Лорда ЛЛойда Уебера в Бульваре Сансет, и в 1998 я был номинирован на премию Olivier Award за лучшее исполнение в мюзикле Фикс, режиссер Сэм Мендес. Я записал два сольных альбома, пел фильме "Весна для Гитлера",продюсера Мела Брукса, и исполнял "Ночь и день" в биографическом фильме о Коуле Портере De-Lovely. Для многих продюсеров Вест-Енда я был главным героем музыкального театра и я люблю всех, кто позволил мне работать, но участие в новом Докторе Кто было больше чем все вместе взятое.

Моя сестра Кэрол, которая старше меня на 8 лет, и мой брат Эндрю, старше меня на 5 лет, были фанатами Доктора с момента его создания на ВВС в 60-е гг, но я был слишком мал, чтобы помнить те первые ранние серии. Я стал серьезным Хувианцем (игра слов, Whovian - для поклонников Доктора Кто, прим.переводчика), когда смотрел его на WTTW Channel 11, филиал Чикагского ТВ, в конце 70-х - начале 80-х гг. В случае, если вы понятия не имеете, о чем одет речь, то поклонники Доктора Кто - 'Whovians', а я люблю называть поклонников Торчвуда - 'Woodies'.Доктор Кто шел в воскресенье ночью по Британскому ТВ, также включал в комплект Дейв Аллен на свободе и Летайющий цирк Монти Питона, но для меня существовал только Доктор Кто...я любил их всех.Джон Пертуи, Том Бейкер и Питер Дэвисон правили моим воскресным вечером. Я не делал домашнее задание, представляя себя поедающим Барби из желе и уносящимся в другие галактики. На сегодняшний день я ужасно пишу (неграмотно). И виню в этом Доктора.

Бригадир и Сара Джейн, автоны, киберлюди и Dalek промелькнули перед глазами в то время как Гевин давал мне информацию о прослушивании на роль Капитана Джека.

Энди Барникл, мой учитель актерского мастерства в Международном университет в Сан-Диего США, однажды сказал мне, что на прослушивании главное помнить, что продюсеры не всегда сами знают, как они хотят чтоб их героя читали, поэтому в задачу актера входит продать им свою собственную интерпритацию. Так что я представлял, каким мог бы быть Капитан Джек.

У меня почти получилось.
Прослушивание проходило в офисе ВВС и сценарий, который меня попросили прочитать, был "Пустой ребенок", написанный Стивом Моффатом. Сцена была следующая: Джек объяснял Роуз, что он мошенник. Рассел Т.Дэвис, исполнительный продюсер и создатель новых серий, Фил Коллинсон, продюсер сериала, и Энди Прайер сидели на прослушивании.

После знакомства я начал. Первую часть я читал с американским акцентом, но когда Джек открылся Роуз, что он не тот, за кого себя выдает, я переключился на шотландский акцент и закончил сцену с ним. На мой взгляд, британский акцент мог иметь большее влияние, следовательно, у меня было больше шансов получить роль, ведь насколько я знал, в классических сериях не было ни одного американского актера.

"Вы можете прочитать это снова с английским акцентом?", спросил Энди.

Я мог бы исполнить эту сцену на древнем вавилонском диалектк, если бы они попросили. Настолько сильно я хотел эту роль. В конце концов, я исполнил сцену трижды, используя разные акценты. Вдобавок как Хью Лори. В конце концов, прослушивание закончилось, но вместо того, чтобы покинуть комнату, мы вчетвером говорили о любимых историях раннего Доктора, любимых героях, страшных злодеях, лучших эпизодах на наш взгляд.

С самого начала у меня было хорошее впечатление от прослушивания и я знал, что мое выступление было сильным,- ну по крайней мере одно из них точно. Но, как любой актер, кто побывал в такой ситуации, скажу, что хорошее, но недостаточно. Плюс, я был еще относительно неизвестным на британском телевидении. Будут ли они рисковать, взяв американца? Выйдут ли она за рамки того, что продюсеры очень часто предпочитают актеров музыкального театра, когда дело касается работы в другой области? И самое важное, дадут ли они мне шанс?
Да, да и да.

Даже в лучшие времена я произвожу впечатление весьма утонченного человека. В декабрьский день в 2004, когда я впервые появился с командой Доктора Кто в Кардиффе, я был как будто наэлектризованный, переполненный энергией и волнением, в то время как Кристофер Экклстон (Доктор), Билли Пайпер (в роли ассистента Доктора, Роуз Тайлер) и команда, которая снималась месяцами, были измучены и готовы рвануть на Рождественские каникулы.

Билли и я сразу нашли общий язык. Ее улыбка и смех заразительны и, по правде говоря, я не нуждаюсь в чьем-либо поощрении ни в какой области. Она и я получили изрядную долю удовольствия со стороны прессы тогда: они бурно обсуждали, что Роуз и Капитан Джек могли бы делать гораздо больше, что просто флиртовать друг с другом. Я знал с самого начала, что у Расселла Т.Дэвиса были грандиозные планы на Джека в течение одного сезона, но это был удар, однако ж, читать истории, которые преуменьшали гений воображения Расселла.

Расселл ясно дал мне понять, что личность Джека будет отличаться от всех остальных в Докторе. И как результат - сексуально влечение у троих героев - Доктора, Роуз и Джека - было все время в игре. Вопреки заявлениям таблоидов, тем не менее отношения ни в коем случае не управлялись желанием. Когда Доктор и Джек целовались, прощаясь, в серии "На распутье", эпизод, завершающий первый сезон, поцелуй, полный нежности и уважения, и абсолютно без языка. В действительности, когда режиссер Джо Ахерн крикнул "снято!" в конце этого дубля, команда свистела и аплодировала, потому что тот момент не только был значимым в истории сериала; но это был момент, полный грусти и утраты для героев. Мы все это почувствовали.

Мой первый день на съемках Доктора Кто оказался долгим и изматывающим, как испытание аэростата, и когда наконец мы были готовы к последнему дублю, намеченному на этот день, адреналин, напоняющий меня первые несколько часов порядком рассеялся. Последняя сцена была та, которую я исполнял на прослушивании. Бомбежка Лондона, а Роуз и Капитан Джек потягивают шампанское, танцуя на борту военного корабля Чула перед Биг Беном.

Иными словами, финальная сцена моего первого дня должна была проходить в что называется "отсутствующем пространстве". Это подразумевает, что для части дубля мне ничего не нужно было делать: ни других актеров, ни опор, просто Джон, стоящий на зеленой платформе перед огромным зеленым экраном. Потом добавят спецэффекты, платформа превратится в военный корабль Чулу и экран станет Биг Беном и контуры окружающего Лондона. Достижение этих образов - это долгий процесс при благоприятных условиях, требующий в два раза больше дублей и настроек.

В тот день каждый был готов бежать домой.

Билли и я поднялись на маленькую платформу, которая потом превратится в корабль. Искрящийся имбирный эль, похожий на шампанское (хотя по вкусу не имеет ничего общего), налит. Свет, волосы, макияж, костюмы и звук проверены и перепроверены. Кадр с Роуз и Капитаном Джеком должен получиться хорошо.

По сценарию я должен был танцевать вальс с Билли и одновременно говорить несколько фраз, а потом закончить вращением, которое перенесет нас на особое место на платформе, где я, глядя в камеру, завершаю свою реплику.

"Тебе нужен хореограф, Джог?", спросил режиссер Джеймс Hawes. Молчание. Я имею в виду абсолютное молчание - молчание такое, что большой корабль Чула мог бы буксировать истребитель и там было место для ТАРДИСа. Команда была измотана. Их день длился 20 часов. Последняя чашка чая была холодной и кончилось все печенье. Я был опустошен и мне нужно было добраться до Лондона в следующие два часа, если я собираюсь лететь во Флориду с моим супругос Скоттом Гиллом, с которым мы 14 лет вместе, и отдохнуть со своей семьей. Просить хореографа означало тормозить весь процесс съемок, нужно будет работать сверхурочно, не говоря уже о том, как мой ответ повлияет на мнение команды обо мне как об актере.

Я посмотрел на Билли.
Она улыбнулась и пожала плечами. "Это твой выбор, Джон. Я последую твоему примеру." Итак, на корабле я танцевал на свой собственный мотив, делал шаги так, как танцую на протяжении большей части моей жизни.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6011/18190

Переводчики: SoGentle