Готовый перевод Austraeoh / Аустраеох: 6. Хижина

//------------------------------//

//------------------------------//

Сначала Рейнбоу Дэш подумала, что это был просто валун. И все-таки, когда она подлетела ближе к объекту на вершине холма, он оказался пустотелым. Ее глаза под очками наконец-то разглядели то, что могло быть только длинными деревянными щепками и разрушенным остовом камина.

Больше не осталось сомнений. Она сложила крылья, полетела вниз и спикировала к своей цели. Заброшенная хижина без преувеличения стояла в чистом поле. Учитывая, что Рейнбоу Дэш перебралась через две крутые горные цепи. Неглубокая долина простиралась на север и на юг, покрытая пятнами из редкой травы и кустарников. В центре этой долины, окруженный со всех сторон покрытыми лесом горами, стоял одинокий, обветшалый домик. Он выглядел настолько чужеродно, насколько это вообще возможно. Он манил ее, словно родственная душа.

Она приземлилась на площадку, поросшую травой, прилегающую к хижине. Травинки окропили ее ноги холодной росой, когда она неспешно потрусила вокруг строения. Золотое зарево раннего утра усиливало эффект от увиденного, вместе со сгущающимся платиновым туманом. Несколько заплутавших бабочек оторвались от земли и медленно полетели прочь при появлении Рейнбоу, когда она приблизилась к дверному проему разрушенного дома.

Стоя на пороге, Рейнбоу подняла свои защитные очки и не скрываясь посмотрела на захламленный «интерьер». Ни одна из балок на потолке не уцелела, так что каждый уголок внутри хижины был пропитан влагой, гнилью и беспрестанным туманным дыханием гор.

В углу стояла кровать, ее проржавевшие пружины заросли вьющимися растениями и цветами. Изорванный в клочья матрац был скинут. Все это, должно быть, когда-то сделалось домом для крылатых существ, судя по потрепанным гнездам, наполовину забитым мягкой подстилкой.

Камин был полон сухих поленьев, покрашенных в зеленый цвет плесенью и ряской. Рейнбоу Дэш задумалась о том, кто же оставил здесь эти никогда не горевшие деревяшки, как будто бы какой-то пони хотел провести в одиночестве тихий вечер.

Она мельком осмотрела все это место. Все говорило о том, что годами здесь не было ни одной живой души. Она могла только гадать, насколько стар был этот дом, или, с чего следовало начать, почему он был построен в настолько отдаленном месте. С каждым ее шагом трескучие звуки разносились по обвалившемуся дому, разрывая бессчетные годы забытого прошлого под ее подрагивающими ушами. Ее взгляд зацепился за множество разбитых тарелок. Легкая нотка цветочного орнамента на фарфоре пестрела в спокойном свете восходящего солнца.

Рейнбоу Дэш с силой выдохнула. Чем больше она смотрела, тем больше обнаруживала обломков и завалов. Она посмотрела на верхнюю часть камина и поняла, что смотрит на раму картины. Она подошла ближе и дотронулась до нее копытом, наклонив так, чтобы на поверхность холста вновь упал дневной свет. Ей открылось лишь покрытое коричневой плесенью полотно, за исключением нескольких случайных штрихов, выгравированных в форме того, что могло быть только королевским символом Селестии.

В тот самый момент, когда она увидела эти солнечные лучи, она швырнула рамку с картиной на неровный пол. Ее ноздри раздулись. Развернувшись, она бросилась назад к выходу из хижины. Когда она уже собралась выходить, то заметила кое-что периферийным зрением. Она посмотрела в сторону, прищурилась, опустилась на колени.

На деревянной поверхности сломанного проема были видны два инициала, вырезанные внутри безошибочно узнаваемого контура сердца: «EE + EG».

Рейнбоу Дэш сжала губы. Ее крылья резко изогнулись. Она желала узнать, кто мог оставить эти инициалы, сколько лет они находились тут и был ли еще жив тот пони, что вырезал их. Она размышляла, сколько эпох прошло – холодных зим и росистых летних дней – в течение которых эти одинокие и невзрачные буквы сиротливо томились тут, оставленные в безбрежной пустоте за двумя отвесными горными хребтами, пока одна душа, одинокая душа, однажды не нашла их.

Были ли они оставлены для нее? Могла ли она уделить им должное внимание, коего они заслуживали? Доказали ли те, кто вырезали эти символы в анналах истории, право на их существование?

Рейнбоу Дэш летела над долинами, горами, реками и равнинами. Она пронзала звездный полумрак и тусклый лунный свет. И только теперь она внезапно ощутила чудовищное одиночество.

Ком встал в ее горле. Кулон потяжелел. Она, как одержимая, выскочила из хижины. Однако, внезапно она остановилась. Она подняла голову, ее гриву растрепал порыв теплого утреннего ветерка. Она обернулась, вновь посмотрела на хижину, и улыбнулась.

Она решительно вбежала в здание. Вытащила несколько поленьев, что остались в камине. Открыв сумку, она достала металлический топорик и стиснула его зубами. Умело используя инструмент, она вбила бревна в землю так, чтобы они служили опорами. Затем взяла дубовую доску, выпавшую из стены хижины. Поставила и закрепила ее между поленьями. Она с гордостью осмотрела свою работу. Никакая буря не сможет сдвинуть эту вертикально стоящую доску.

После этого она присела перед доской и осторожно прицелилась лезвием топора. Сделав несколько взмахов, она нанесла рубленые линии на поверхность дерева. Это заняло большую часть часа, но она была убеждена, что ее работа продержится десятилетия.

Закончив работу, она убрала топорик обратно в сумку, сделала несколько шагов назад и осмотрела доску. Пять имен сияли в золотистом свете, омывающем долину. Знак был установлен таким образом, что буквы освещались и на рассвете, и на закате.

Это не заставило Рейнбоу Дэш почувствовать себя менее одинокой, но теперь это место выглядело более правильным, нежели раньше. Удовлетворенная своим трудом, она отвернулась от имен, натянула на глаза очки и воспарила к солнцу, позволив жару рождающегося дня развеять ее печали.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/61208/291435

Переводчики: alexs201181, psychoshy