Готовый перевод Switching Time / Меняя личности: 14. STORY TIME

14. ВРЕМЯ ИСТОРИЙ
- Ночью я легла спать, но не смогла заснуть, - сказала Карен, выглядя сильно уставшей. - Я проснулась измотанной, но хотя бы в доме было чисто. Но я не знаю, кто это сделал.
Она вздыхает и качает головой.
- Кто-то бодрствовал, пока вы спали?
- Видимо, да.
- Ваш муж, Джош, знает о том, что вы по ночам не спите? Это вызывает какие-либо проблемы.
- Нет, он обычно пьян и ничего не замечает.
- Он замечает, когда вы "отключаетесь"?
- Не совсем, но он может это вызвать, когда захочет.
- Что вы имеете в виду?

- Когда ему что-то не нравится во мне, он подходит очень близко, почти соприкасаясь с моим лицом, и кричит на меня. Тогда я и теряю время. Затем я возвращаюсь, и всё снова приходит в норму.
- То есть он может и не знать об этом, видя только, что вы внезапно становитесь более сговорчивой?
- Думаю, да.
- Посмотрим, может, другим личностям необходимо выговориться?
- Хорошо.
Я помог Карен войти в транс, дав возможность любому из альтер-эго появиться. Быстро сменяя друг друга первыми появились Клэр и Майлз с похожими жалобами. Однако Майлз сказал кое-что интересное о Джоше, что я взял на заметку:
- Если он нам причинил боль, то я выпихивал его из кровати и бил его, пока он спал.
Возможно, в этом крылась причина того, почему муж Карен, когда она спала, посреди ночи будил её точно так же. Возможно, он просто давал сдачу.
Следующей появилась Сэнди, которая решила оспорить заявление Майлза о том, что "все", подразумевая всю систему, набирают вес.

- Еда меня успокаивает, - сказала она. Она улыбнулась глупой дурацкой улыбкой и буквально растеклась по стулу.
- Значит, тебе обычно плохо? - поинтересовался я. У меня голова шла кругом из-за того, что приходилось работать с несколькими сменявшими друг друга личностями, при этом помня их поимённо, их конкретные проблемы и то, что требовало решения. Я старался удержать все эти сведения в своей голове, прилагая все усилия.
- Когда я даю деньги матери, мне плохо.
- Зачем ты ей даёшь деньги?
- Я хочу ей понравиться.
- Она тебя начинает любить сильнее, когда ты их ей даёшь?
- Ненадолго, но потом она снова жестоко обращается со мной, и мне становится грустно.
- Из-за этого ты ешь?

- Да.
- И тебе становится легче?
- Да.
- Может, если бы ты перестала давать ей деньги, то тебе не было бы так плохо?
- Но она просит. Если я ей откажу, то она будет грубой со мной, и мне будет грустно.
- Может, тебе следует в следующий раз сказать ей "нет", когда она будет просить?
- Я не могу...
- Почему?
- Тогда она не будет меня любить.

В июле 1995 года Карен приготовила для меня подарок. Это была чесалка для спины, сделанная в форме Таза, тасманского дьявола из мультфильмов. Карен была сильно смущена. Под гипнозом она была более разговорчивой.
- Это от меня.
- С кем я говорю?
- Это я, Сидни, и я не украл её.
- Украл?
- Нет! Холдон дал мне деньги, чтобы я её для вас купил. Я сказал, что вы будете ею пользоваться, а Таз будет напоминать вам обо мне.
- Это чудесный подарок, и я очень тронут, - секунду я почесал ею свою спину, и Сидни радостно рассмеялся.
- Ты переживал, что я подумаю, что ты её украл?
- Да, отец заставлял меня всегда воровать разные вещи. Если я отказывался, то он тащил меня за ухо или бил. Он даже грозился выдрать мои ногти, но он это не сделал.
- Кажется, ты гордишься тем, что купил этот подарок, а не украл его.
- Да! Я хотел подарить его вам, поэтому захотел его купить.
- Спасибо. От этого твой подарок для меня ещё ценнее.
- Все внутри начинают узнавать истории друг друга.

- Что ты имеешь в виду?
- Я начинаю больше узнавать о том, что произошло с Майлзом и Клэр.
- И что ты думаешь об этом?
- Мне это не нравится, - Сидни ушёл, и Карен выпрямилась.
- Мы пытаемся делиться своим опытом, особенно с теми, кто младше нас, - сказала Кэтрин. - И кстати, мне удалось получить выплату по страховке для вас. Мне жаль, что у Карен были с этим трудности. У неё плохие ассоциации с деньгами, которые я, конечно же, не разделяю. Мужчины платили её отцу за изнасилование, мать постоянно требует деньги, а Сэнди считает, что обязана давать их ей, чтобы та её полюбила. Карен хочет чувствовать вашу искреннюю заботу, а не ответную услугу за полученные деньги.

- Я это понимаю.
- Я пытаюсь следить за всей системой вместе с Холдоном. Карен - самая потерянная из нас, она нуждается в самом пристальном внимании.
- Кого именно вы имеете в виду под именем "Карен"?
- Простите, Карен №3. Её мы выбрали для того, чтобы она посещала терапию, и её вы видите большую часть времени.
- Я всегда задавался вопросом, почему именно Карен №3 начала посещать мои сеансы, а не вы?
- В Карен №3 сосредоточены все из нас. Она была лучшей кандидатурой для формирования отношений с вами.
- В ней все вы, выходит, что она главная?

- Нет, не главная. Это трудно объяснить. Это просто её работа.
- Ясно, - хотя я не был уверен, что всё понял. - Расскажите поподробнее о своих взаимоотношениях с Карен.
- По вечерам Холдон и я разговариваем с ней и передаём ей часть воспоминаний перед тем, как она ложится спать. Таким образом она всегда в курсе того, что произошло в течение дня.

- Как она решает, появляться ей или нет?
- На самом деле это решаем мы, я и Холдон. Большую часть времени бодрствуем мы. Мы защищали Карен на протяжении всего нашего существования. Когда Карен бодрствует, мы обычно не препятствуем этого до тех пор, пока ей не захочется вернуться в систему, наш "дом". Затем Холдон и я, в основном, правда, Холдон, отправляет кого-то ей на замену. Иногда мы находимся внутри, присматривая за детьми, и не можем отвлечься, тогда Сэнди или кто-то ещё бодрствует. Потом мы отправляем кого-то из детей, мы направляем их, постоянно с ними разговаривая, поэтому их никто и не замечает.
- Я практически не сплю, - жаловалась Карен. - по ночам голоса в моей голове мне мешают! Они решают, и решают, и решают столько вопросов!

- Например?
- Кто что будет делать завтра. Прошлой ночью я проснулась в два часа ночи и увидела, что я заказывала по телефону что-то из каталога. Я думала, что спала, но на самом деле нет.
- Что говорили голоса ночью?
- Доклады от всех остальных: кто звонил, запланированные и посещенные встречи, какие дела надо сделать.

- Вы способны как-то в этом участвовать? Особенно, когда другие ваши личности бодрствуют.
- Не участвовать, а наблюдать. Как пойти в кино - я не могу ничего сказать и сижу на заднем ряду.

- Майлз и я выпили коктейль "Маргарита". Майлз хотел его попробовать, - сказала Карен под гипнозом. - но Майлзу стало от него нехорошо. Алкоголь действует на нас по-разному. Если бы я продолжила бодрствовать, то на меня он бы повлиял иначе. На меня он никак не действует, а Майлзу стало плохо, и его начало клонить в сон.
Карен была очень оживлена и говорила быстро.
- Я с тобой разговаривал раньше? - спросил я. Голос этой личности мне был незнаком.
- Да, но вы об этом не знали. Я приходила к вам раньше, но не представилась. А вы не замечали этого. У меня более позитивное отношение к жизни, чем у Карен.

Это объясняло те промежутки времени, когда мне казалось, что Карен начала справляться с депрессией, однако, на следующий сеанс она приходила ещё более подавленной. Как давать антидепрессанты кому-то с таким диагнозом?
- Я бодрствовала все выходные, - сказала она, резко повернув голову назад. Она долго смотрела на часы, которые привлекли её внимание. Вид у неё был жизнерадостный.
- Тогда с кем я говорю? - поинтересовался я.

- Холдон называет меня Карен №2.
- А, да. Почему именно в эти выходные?
- Всё началось на ледовом шоу. На наших билетах были те же номера сидений, что и у другой семьи. Администратор был крайне груб...
Карен начала описывать это происшествие в мельчайших подробностях. Осознав, что её история может надолго затянуться, я решил её прервать.
- Кажется, у тебя хорошее настроение.

- Так, со мной всё в порядке, - Карен №2 слегка кивнула головой.
- Расскажи о себе. Когда ты родилась?
- Я появилась, когда Карен было четыре или пять. Я здесь, чтобы быть счастливой и весело проводить время. Я перестала расти в возрасте двадцати одного года, это мой нынешний возраст. Это я переехала из дома родителей, поскольку они относились ко мне жестоко. Я не собиралась это больше терпеть.
- Что случилось потом?

- Я устроилась на работу секретарём. Я работала там вместе с Кэтрин и Энн. У меня нет проблем с математикой, Кэтрин быстро печатает, а Энн общалась с шефом. Именно я встречалась с Джошем и вышла за него замуж. Я с ним хорошо лажу - он не настолько плохо.
Я вспомнил, что Карен №1 хотела свадьбу, но теперь выяснилось, что идея принадлежала Карен №2.
- Как Джошу удаётся справляться со всеми вами, сменяющими друг друга? - я решил воспользоваться моментом, чтобы получить новые сведения от личности, с которой я раньше не общался.

- Иногда это его выводит из себя, потому что он не может предугадать следующие действия Карен, но иногда ему это нравится, потому что я и Сэнди делаем что-то для него, а порой он злится на нас, потому что мы об этом забываем.
Очень интересно. Те же факты, но под другим углом. Я был обрадован тем, насколько Карен №2 была раскованной и разговорчивой, что я продолжил задавать ей вопросы.
- Как вы распоряжаетесь информацией, которой делитесь по ночам?

- Ну, я могу сказать, что обсуждений стало больше! - она интонацией выделила эту фразу и продолжила быстро говорить. - Холдон называет это "Временем историй". Я могу долго бодрствовать, где-то до года, если захочу. Мне не нравится делиться с остальными.
- Когда ты засыпаешь? - мне приходилось вставлять свои вопросы буквально в тот момент, когда набирала воздух в лёгкие.
- Когда я устаю или чувствую слабость, или, когда мне нечем заняться, и мне становится скучно. Тогда кто-то появляется вместо меня. Когда я выходила замуж за Джоша и шла по проходу между сидениями в церкви, у меня оставались сомнения. Правильно ли я поступаю? У остальных это тоже вызвало беспокойство. Перед алтарём некоторые проснулись, поэтому мы падали в обморок три раза. Но я решила идти до конца и взяла всё под контроль. Думаю, я правильно поступила. Он не такой уж и плохой человек.
- А как быть с теми случаями, когда он вас бьёт? - поинтересовался я.

- Что вы такое говорите? - спросила она удивленно. - Не говорите глупостей.
- Прости, не бери в голову. Был рад поговорить с тобой, - я понял, что её действительно защищали от насилия.

Карен зашла в мой кабинет широкими шагами и уселась на стул. Так она обычно ко мне не заходила. Я молча ждал. Карен посмотрела на меня.

- Доктор Байер, это Холдон. Карен не появилась. Слишком много стресса. Мы пытаемся делать те вещи, которые Карен не может, но это тяжело. Мы не спим, кто-то другой бодрствует всё время. Нас трясет, и нам плохо из-за отсутствия сна. У некоторых из нас болит голова. Мы принимаем аспирин, но он не всем из нас помогает.

У Холдона не было ни единой свободной минуты. Нам трудно было достичь прогресса, потому что наша терапия всегда прерывалась какими-то экстремальными событиями. Я часами говорил с Карен по телефону каждую неделю, выслушивая её каждодневные недовольства. Для меня это тоже было нелегко. Я старался общаться с ней после того, как дети ложились в постель, но затем я видел растущее недовольство своей жены, когда она спрашивала, с кем я разговариваю, и мой ответ всегда был одним и тем же.
- Несмотря на трудности, кто-нибудь начал делится своим временем с остальными? - поинтересовался я.

- Карен №2 позволяет некоторым из нас появляться вместе с ней. Но она так делает не всегда. Иногда и Кэтрин разрешает, но мы так заняты.
- Понимаю, - ответил я, стараясь не давить, а, наоборот, поддержать её, его, их... я уже запутался.
- Мы вместе заботимся о Линке.
- Да, попугайчик. Как это выглядит? Расскажите мне.
- Ну, Карен начинает этот процесс, а потом каким-то образом отходит в сторону, как она делает у вас в кабинете, а затем каждый из нас появляется на пару минут. Получается, будто они передают поручения друг другу, а переход осуществляется с небольшой задержкой.
- Они делятся временем друг с другом?

- Немного. Карен наблюдает за происходящим. Кэтрин и я помогаем тем, кто помладше.
- Такое раньше бывало, что бы каждый выполнял часть одной работы?
- Нет, это первый раз.
- Почему последние дни для Карен были такими непростыми?
- Боже, - вздохнул Холдон. - все дни для Карен - одна большая ложь. Она всегда делает вид, что знает, что происходит. Люди подходят к ней и начинают разговор. Она их не узнаёт, но очевидно, что они много о ней знают. Ей приходится притворяться до тех пор, пока не появляется тот, кто знает этого человека.

- Есть ли задержка до того, как выйдет необходимая личность?
- Да, если мы застигнуты врасплох. Кэтрин и я можем быть заняты с детьми и не увидеть, что кого-то необходимо отправить.
- Кажется, тебе приходится приглядывать за Карен почти весь день.
- Она под защитой всё время. Мы делаем всё, что в наших силах. Для этого мы и существуем. Даже во сне она в безопасности. Её кошмары переходят по умолчанию кому-то другому. Если она ударится пальцем ноги, то он будет болеть лишь мгновение, затем боль возьмёт на себя другая часть Карен. Но я не в силах контролировать весь день, кто именно появляется. Когда пробуждаются Сэнди или Сидни, они доставляют в итоге нам больше всего неприятностей. Действия Сэнди невозможно предугадать. Она всё продолжает есть.

- Из-за неё Карен набирает вес?
- Да, она считает себя полной. В этом теле некоторым из нас трудно жить.
- И для вас тоже?
- Ну, если честно, это крайне затруднительно. Майлз ненавидит макияж, а я не могу ходить на высоких каблуках, хотя у Карен №2 с этим, кажется, нет никаких проблем.
- Что вы можете мне рассказать о Карен Бу? - поинтересовался я.

- Она родилась из-за ужасной боли - ей причинили больше всего страданий. Она была всего лишь младенцем. Её отец заклеивал ей рот скотчем, чтобы она не кричала, а затем тыкал её булавками. Следы от них исчезали со временем. Словно ничего и не было. Однажды он воткнул булавку ей в опухоль, и она начала сильно кровоточит. Больше он не стал повторять.
Холдон свесил голову и тяжело вздохнул, не из-за ужасов прошлого, а от изнеможения.

Минуту спустя появилась Сэнди, откинувшись назад, с выпяченным вперед животом и по какой-то причине крайне разговорчивая.
- Остальных беспокоит то, что ты много ешь и тратишь деньги, - начал я.
Да, я понимал, что это не было лучшим способом снискать её расположение, но моя озабоченность трудностями Карен, в которых Сэнди была отчасти повинна, моя фантазия, будто я смогу решить все проблемы и просто-напросто усталость, побудили меня начать разговор с этого обвинения.
- Я стараюсь держать себя в руках, - сказала она, вскинув руки. - но когда я вижу что-то, что я хочу, мне необходимо это заполучить.
Она отвернулась от меня.
- В любом случае меня это не волнует.
- Другим не хочется быть толстыми, - сказал я, допустив очередную ошибку, встав на сторону альтер-эго Карен. Мне стоило заткнуться и узнать больше о Сэнди.

- Иногда я даже не верю в существование остальных, - Сэнди была раздражена. - Сама эта мысль бесит меня. Когда я бодрствую, никто не может меня заставить уйти. Я хочу быть единственной. Может, когда-то я выйду и не вернусь обратно вообще!
- Может, я могу тебе чем-нибудь помочь? - спросил я, пытаясь как-то реабилитироваться.
- Ну, я хочу стать взрослой. Мне восемнадцать, и я хочу дальше взрослеть.
- Некоторые тоже это хотят. Я им сказал, что помогу. Возможно, я смогу и тебе помочь. Попробуем поработать вместе?
Иногда я перехожу все грани морали, используя лесть, но сейчас мне нужно было завоевать обратно её доверие.

Получив искреннее согласие Сэнди, поговорив накоротке с Сидни, который вёл себя, как прилежный ученик, со мной начала беседовать Карен №1.
- Карен сложно видеть, что у Сары начинает расти грудь, - начала она. - Это напоминает её о том, что, когда у неё появилась грудь, то мужчины причинили ей боль. У меня нет груди, и мне без неё хорошо.
Десятилетняя Карен №1 посмотрела на меня с болью, при этом дерзко, словно бросая мне вызов, что я не способен ей помочь.
- Сара спросила Карен о месячных, после чего я сделала так, чтобы у неё их больше не было. Я могу их прекратить по своему желанию.

- Как? - спросил я.
- Просто могу.
- Что ещё ты можешь?
- Когда мне сказали, что я беременна, я хотела и это прекратить. Я била себя в живот, чтобы её остановить.
- И это сработало?
- Нет. Теперь и Саре причинят боль.
- Кто ей может навредить?

- Отец Карен, он уже пытался. Её дедушка.
- Они оба умерли, - вмешался я. - Отец, дедушка и все те, кто вам причинял вред.
- Вы лжёте.
- Это правда. Саре не причинят боль. Эти люди умерли. Тебе не надо больше беспокоиться по поводу своей груди и месячных.
- Откуда я знаю, что вы не врёте?
- Спроси Кэтрин. Она скажет тебе то же самое, - я воспользовался проверенным трюком. Все дети доверяют и верят Кэтрин и Холдону.
Оставался только вопрос, вылечится ли Карен, когда большая часть или все её личности осознают, что им больше никто не причинит боль.

Наступил август 1995 года, и я провожу с Карен уже шестое лето кряду.
Она говорила, что очень часто "отключается".
- От меня нет никакого толка, - сетовала она. - Я всего лишь проживаю свою часть жизни.
Из-за этого я не был уверен, что стоило вновь проводить традиционный сеанс гипноза. Мы всё меньше и меньше времени проводили с "ней". На данный момент, она, в самом деле, была наблюдателем в своей собственной жизни. Я сказал ей, что сожалею, что перестал уделять ей так много времени, и высказал мнение, что, хотя та работа, которую мы проводим с другими её личностями, и вторична, но сейчас она крайне важна. Карен сказала, что понимает это, и мы продолжили в прежнем духе.
Джулианна появилась и начала объяснять, что происходит на вечерних собраниях.

- Мы проводим собрания, чтобы рассказать всем, особенно Карен, о том, что произошло в течение дня. Я написала вам о том, что произошло вчера, но забыла их взять. Если вкратце, то это было так. Джош ударил Карен. Майлз появился и ударил его в ответ. После того, как Джош ушел на работу, они все отправились в зоомагазин. Пятнадцать минут они разглядывали птиц. Только двое или трое из нас могли смотреть на одну из них одновременно. Мы можем вместе рассматривать что-то, но потрогать это может только одна личность за раз. Когда мы заботимся о Линке, нам приходится менять друг друга. Позже, после того, как Джош пришёл домой, Карен №3 появилась в тот момент, когда он ударил Энн за то, что она случайно положила ноги на его джинсы. Именно тогда Карен №3 и позвонила вам.

Я пытался не терять нить событий дня Карен и пытался вычислить, сколько раз Джош ударил Карен и какая именно личность в это время бодрствовала.
- Я сказала об этом Карен ночью, - продолжила Джулианна. - Пока она спала, чтобы она знала, что произошло.
Она замолчала и резко подняла голову.
- Доктор Байер, если мы все объединимся, я умру?
Меня этот вопрос застиг врасплох. Об этом я всерьез никогда не думал.
- Нет, - ответил я. - Не думаю, что ты где-то затеряешься или в каком-то смысле умрешь. Ты просто не будешь собой. Независимой собой.

Она ненадолго над этим задумалась. Я не был уверен, кого именно я успокоил: её или себя.
В начале сентября мне начали звонить разные личности Карен. Я получил сообщение на пейджер от "Миссис Холдон", в котором говорилось, что все напряжены. Сара сломала руку, и Джош винил в этом Карен. На следующий день позвонил Дженсен. Он беспокоился из-за того, что Майлз был без сознания. Джош душил его, потому что тот решил с ним спорить. Энн следующую пару дней улаживала все эти неурядицы. Она успокаивающе действовала на Джоша, и он оставил их в покое.

Майлз позвонил, сказал, что у него болит горло и ему хочется убить Джоша. Он вспомнил насильников, которые душили их, когда они кричали. Он боялся идти в полицию, потому что Джош сказал, что там его друзья и они его убьют. Я сказал Майлзу, что Джош - кусок дерьма и у него нет никаких связей в полиции. Карен нужно было однозначно обратиться в полицию. Майлзу полегчало, у него даже поднялось настроение.
Клэр увидела мёртвого младенца в гробу на похоронах. Она сказала, что мужчины одели её в белое платье и положили в гроб. Она спросила меня, не они ли убили её. Я объяснил ей смысл понятия "мёртворожденный".

В час ночи мне позвонила "Элиз Оверхилл". Она сказала, что хочет покончить с собой. Она долго не появлялась и не знала, где она. По голосу она была сильно напугана. Я сказал, что могу помочь ей, и, раз она знала, что я помогаю остальным, то она разрешила её загипнотизировать. Я позвал Кэтрин. Кэтрин попросила у меня прощения. Она была расстроена тем, что Элиз проснулась, сказав, что она ещё не готова и её нужно защищать.

После того, как я повесил трубку, моя жена перевернулась на другой бок несколько раз ударила кулаком по подушке, словно она была виноватой в том, что не давала ей заснуть. Я лежал в кровати без сна, уставившись в потолок, чувствуя тяжёлый груз Карен и её личностей, который мне приходилось нести. В моём браке в последнее время появилось много сложных вопросов, среди которых была и Карен. Если бы я установил больше рамок в отношениях с Карен, то это облегчило бы ситуацию дома, но я опасался, что это могло негативно сказаться на ней. Я не мог стать ещё одним в череде тех, кто подвёл её.
В начале октября 1995 года я впервые поговорил с Теей. Она держала руки перед лицом, защищаясь от возможных ударов.

- Думаю, мы все умрём - сказала она.
- Ты защищаешься? - спросил я, имея в виду положение её рук.
- Я боюсь, что вы меня ударите.
- Боишься, что я тебя ударю?

- Все меня бьют. Но Клэр сказала, что вы добрый. Мне не нравятся врачи.
- А что они делают не так?
- Доктор Уолш ненавидит меня. Он позволил им причинить мне боль. Он поместил меня в больницу, и они делали со мной много плохого. Все эти иголки и штуки.
Тея продолжала сидеть в той же защитной позе.
- Ты боишься, что я тебя ударю?
- Нет.
- Но ты сидишь так, словно ждёшь этого.

- Не хочу, чтобы вы видели эту большую и уродливую штуку на моём лице.
- Ты имеешь в виду опухоль?
- Да. Другие дети дразнили меня. Мама говорила всем, что я умру.
- Ты могла об этом не знать, но хорошие врачи удалили опухоль, и теперь у тебя красивое лицо. Тебе не надо больше прятать его.
- Я вам не верю.
- Проверь сама. Попробуй её найти.
Тея потрогала весь лоб в поисках опухоли.
- Её там нет, - сказала она удивлённо.
- Да, верно, - я замолчал, дав Тее время свыкнуться с мыслью, что опухоли больше нет.
- Тея, можешь мне рассказать, когда ты родилась?

Я задал этот вопрос, чтобы отвлечь её от мыслей об опухоли.
- Я родилась в 1965 году. Мне шесть лет.
- В каком ты классе?
- Ещё в детском саду. Тогда я и попала в больницу, для этого я здесь. Мне пора.- Карен побледнела, и Тея ушла.

- Моя мать хочет, чтобы я перестала посещать наши сеансы, - сказала Карен.
- Почему?
Она отвернулась, её лицо залила краска стыда.
- Она сказала, что всё, что вам нужно от меня так это трах... заняться со мной сексом. Она говорит, что мы именно этим и занимаемся. Она говорит, что я всегда была такой.
Карен выглядела униженной и беспомощной, словно самая важная вещь для неё - надежда, что ей помогут, была замарана и разрушена.
- Что имела в виду, сказав, что вы всегда были такой?

- Не знаю. Не помню. Меня тогда не было.
- Может, мы выясним больше в ходе сеанса гипноза? - Карен расслабилась на стуле, и я снова провёл ритуал по введению её в транс.
- Думаю, вы хотите поговорить со мной.
- С кем?
- С Сэнди, конечно.
- Сэнди! Что ты можешь мне рассказать о неприятностях Карен? - я откинулся в кресле, чтобы внимательно слушать всё, что она мне собиралась поведать.

- Мать говорит, что вы спите с Карен. Она говорит, что делает вам минет и прочее в этом роде. Она говорит, что Карен - проститутка и что вам следует платить ей, - Сэнди говорила с оттенком "великолепного безразличия", то есть абсолютно без эмоций, хотя по идее всё сказанное должно было её задеть.
- С чего она так решила?

- Думаю, она просто завидует. Но этим постоянно занимались. В старших классах отец тайком подбирал нам парней. Мужчины ему платили, а я занималась с ними сексом, - она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, совершенно без эмоций. - Женщины созданы для того, чтобы их использовали для ублажения мужчин.
Сэнди оглядела кабинет. Я хранил молчание.
- Нас готовили с раннего возраста, начиная с одиннадцати лет, заниматься сексом. Если я плохо делала минет, то отец кричал на меня и бил по голове. Он хотел, чтобы я занималась сексом с двенадцати- и тринадцатилетними мальчиками, - она посмотрела на меня. - Если бы мы отказались это сделать, то он бы нас давно убил.

Сэнди повернулась к окну. Удивительно до безумия, что темы, которые у Карен вызывают такое чувство стыда, Сэнди может обсуждать тем же спокойным тоном, словно она описывала процесс выпечки печенья. Я молчал. Я не хотел прерывать и сбивать её рассказ с выбранной колеи.

- Они сделали много фотографий. Из-за этого я толстею, чтобы мною больше никто не смог воспользоваться, - она снова посмотрела на меня глазами, наполненными пустотой. - Мать говорит, что вы хотите заняться с Карен сексом. Карен, Энн и я слышали это. Не знаю, правда ли это, меня там не было. Но я вчера много съела, просто на всякий случай. Энн всю ночь молилась - это сводило меня с ума.
- Так, Сэнди, это не правда, ничто из того, что наговорила твоя мать, - я пытался говорить предельно спокойно, чтобы не показалось, будто я отрицаю всё, как преступник при поимке копами. - Я бы тебе посоветовал вместо еды просто уходить в себя, когда твоя мать начинает говорить нечто подобное.

- Может, мне следует начать и Сару готовить к этому? Отец всегда говорил: "Надо приучать с самого детства". Думаете, мне надо начать этим заниматься? По крайней мере мысли о том, чтобы заняться с вами сексом были даже приятными. Но наверное мне не следует думать об этом.
- Важно, чтобы Сара и вы были защищены от любого вида насилия, включая сексуального. Почему бы тебе не проводить больше времени с Кэтрин и Майлзом? Они помогут тебе лучше понять твою мать. Ты можешь это сделать?
- Конечно, это даже может быть весело.
Сэнди - ещё один повреждённый элемент мозаики.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/61386/301344

Переводчики: Titanex