Готовый перевод Radiance / Сияние истины: Глава 52: Воскреситель

Мама не вынесла решение касательно воскрешения Сью и Гарри Клируотеров сразу же.
- Мы не знаем, что собираются делать семьи тех трех мужчин, - мягко сказала она, словно это я должна была разочароваться, а не Коди. - Я не уверена, будет ли ужасным воскрешение Сью без Гарри, учитывая, что она будет в человеческом теле без вампирской связи, как Дидим, но это не тот эксперимент, который я хотела бы разрешать, - продолжила она. - Однако, если - если - один из мужчин будет доступен, то у меня нет на примете никого из вампиров-женщин, которые бы подпадали под те же критерии, что Сью...
Адди подняла руку, видимо не желая перебивать, мама глянула в ее направлении.
- Адди? - осведомилась мама.

- Могу я предложить, - сказала Адди, - подождать с решением о пожертвованных телах, пока Дидим не пройдет обращение и ты узнаешь, получит ли она... снова... свою способность?

Мама на мгновение замолчала, после чего тихо спросила:
- У тебя есть кто-то на примете?

- Ну, у Аро не было привычки давать умирать сильным одаренным, которые попадались ему на глаза... - лениво сказала Адди. - Но...

- Сам Аро, - прошептал папа маме на ухо. - Дидим и Аро оба получили силы только после обращения. Если она получит такую же силу, после того как сдаст яйцеклетки и пройдет обращение, то ее брат...
Я не знала, что Дидим сдала яйцеклетки. Я предполагала, что Маркусу не понравится, если она пойдет на риск вынашивания полувампира сама, и он хочет обратить ее как можно быстрее. Они могли как хотеть, так и нет, детей, и могли в таком случае использовать дополнительное время для размышлений.

- Мы едва только убили Аро, приложив немало усилий, - с раздражением отметила мама.

- Убили в возрасте двадцати трех столетий и после обращения, - поправила Адди. - Но если его можно вернуть, то он вернется в возрасте человека плюс пару секунд вампира, потому что количество времени, что он провел живым до того, как впервые коснулся кого-то и получил дозу истории жизни, достаточную, чтобы не дать ему вжиться в человека.

- Все равно слишком опасно, - прошептал папа.
Мама промолчала, ожидая пока Адди договорит.

- Шивон говорила, что вампирские личности фиксированы... - вспомнила я. - Он бы не помнил всего остального, по крайней мере пока не коснулся бы кого-то, кто попал под удар памяти, но он все равно остался бы тем же.

- Разумеется, - пожала плечами Адди с невинной улыбкой. - Так что ты бы вернула социопата с раздражающей склонностью звать людей с нежностью, потому что это личность Аро. Но Элспет, Эдвард, посмотрите на его ранее развитие. Вы знаете это не хуже меня.

Я посмотрела.

Кай обратил Аро, пока Афенодора смотрела, просто по прихоти. Они искали одаренных и не найдя таких людей, обращали случайных подвернувшихся под руку людей, посмотреть, не появятся ли у них силы. Некоторых, кто их разочаровал, они оставляли самих по себе, некоторых убивали. Они сначала нашли Маркуса и "оставили" его, когда он получил силу после обращения, а потом то же самое проделали с Аро.

Аро как человек, в его собственных туманных воспоминаниях и отчетливых - от наблюдений его ковена, был жадным, социопатичным и эгоистичным, используя свои необычные (если не сказать - сверхъестественные) прозрения насчет людей чтобы фамильярничать с ними и манипулировать ими, как ему хотелось.

Он не был слишком уж заинтересован в политике.

Он принял проект Кая по захвату мира как собственный, реализуя его с определенной целеустремленностью, в связке с природой его силы, что в конечном счете привело его к центральной роли в ковене. Кай не собирался создавать себе лидера, но не имел стремления Аро, и позволил этому произойти за первую половину столетия бытия Аро вампиром без какого-то сопротивления.

В первые полторы секунды после обращения, прежде чем он впервые коснулся и выпил людей, которых Кай и Афенодора оставили ему, Аро не слишком стремился к захвату мира.

Папа прошептал эту информацию маме на ухо. Она нахмурилась.
- Как бы это все хорошо ни было, - сказала она, когда он закончил. - Я не могу придумать никакого нормального способа убедиться, что он никогда не дотронется до кого-то подпадавшего под удар памяти и не вернется в прежнее состояние. Особенно для твоего случая, Адди.

- Это была просто идея, - сказала Адди, отворачиваясь и тыкая Рази в плечо, после чего подождала, пока Натан пошлет ей следующее место назначения. Натан указал набор координат где-то на Филиппинах, и она исчезла.

Мама наклонилась влево, обняла меня за шею и притянула к себе.
- Когда я не прикрываю тебя щитом, ты можешь вспомнить что-либо из прочитанного Аро у Аллирии? - спросила она на тон ниже.

Я моргнула.
- Нет, я никогда не думала об этом, даже если это относилось к теме. Эм, а где она, к слову? Разве она не охраняет тебя?

- Она согласилась побыть тут, пока ты не скажешь всем честно, что есть необъяснимая причина, по которой никому не стоит меня атаковать, а сейчас она посещает свою семью. Она присоединиться к нам через пару недель. По твоему мнению, - сказала она. - Если ты ударишь по Аллирии, а потом Аро прочтет ее, пока она будет скрыта, прежде чем прочтет кого-то еще в этой реинкарнации, как это повлияет на его способность вспомнить другое содержание прочитанного?

Я быстро моргнула, думая.
- Он автоматически отфильтровывает лишнее, так что он не будет копировать те же самые вещи снова, если коснется кого-то с таковыми. И если он получит их от Аллирии, то тогда будет игнорировать их так же, как игнорировал собственные воспоминания, независимо от того, откуда они появятся. Но Аллирия иногда выходит из скрыта - например, я уверена, что она не просто рыщет по домам своих детей, наблюдая за ними, верно? Она раскрывается, чтобы сказать привет. Я нечасто думаю о ней, даже когда она не скрыта, потому что обычно у меня нет причин. Но для реинкарнировавшего Аро, внезапно получить доступ ко всем этим воспоминаниям может быть заметно, полагаю, - стоящие в отдалении Джейк и Айрис выглядели вежливо не понимающими, о чем я говорю.

- Временами она так делает, да, - признала мама. - И мое сопровождение ее, чтобы прикрыть ее родственников, каждый раз как она захочет навестить их, не решит проблему, - она задумчиво прикусила губу. - Может еще что придет в голову, пока мы еще не решили. В любом случае, мне не настолько нравится эта идея, чтобы я отказалась вернуть Клируотеров, если у нас останется только один пациент мужского пола. Особенно если нам с большой вероятностью придется убивать Аро снова, даже если все пройдет нормально. И я не думаю, что это будет хорошим концом для истории с жертвами удара памяти.

- То есть, если одна из семей тех парней скажет, что мы можем реинкарнировать кого-то при помощи их родственников, я могу попробовать вернуть родителей Коди? - спросила я.

Мама задумалась, все еще прикусив губу, и кивнула.

Повинуясь импульсу, я прижалась к ней и обняла.

Я бы не заметила ее замешательства, если бы не посмотрела внимательней, но после повисшей паузы, она обняла меня и прижала к себе. Мне было несложно постоять так пару секунд, после чего я решила, что это решать насчет сложности тут будет просто глупо.

- Элспет, - внезапно сказала она, звуча увлеченно, словно только что увидела нечто захватывающее. - Скажи что-нибудь.

- ...Что-нибудь? - сказала я.

- Утверди что-нибудь, - поправила она себя, почему-то с ноткой напряжения в голосе.

- Мне будет шесть в октябре, - попробовала я, не увереннная, что ей надо.

Она обняла меня крепче.
- Я сделала это, - прошептала она мне на ухо.

- Что сделала? - спросила я.

- Впустила тебя.

- Через щит? - спросила я, и она отпустила меня, положила руки мне на плечи, посмотрела в глаза и кивнула.
Она широко улыбалась.

- Всего на пару секунд, - сказала она. - И сейчас уже потеряла контакт, это требует концентрации, даже большей, чем при защите другого человека, но я сделала это... - она отпустила меня и откинулась назад так, чтобы коснуться головой щеки папы. Она зажмурилась, концентрируясь, явно сцепив зубы, и после мгновения лицо папы просияло неописуемым чудом. Почти слишком быстро, чтобы я могла заметить, он схватил ее, опустил к полу и поцеловал так многообещающе, что у меня сами собой в голове всплыли весьма смущающие воспоминания. Я посмотрела на потолок, пока мама беззвучно не засмеялась. - Я не могу концентрироваться в достаточной степени, чтобы опустить щит, если ты так делаешь, Эдвард...

- Я люблю тебя, - восторженно промурлыкал он, после чего она выпрямилась, положила руку ему на шею и ответила на поцелуй.

- Адди чокнется, когда узнает, - предсказала я.

- Адди, - самодовольно сказала мама, - придется очень и очень сильно постараться, чтобы завоевать в достаточной степени мое доверие, чтобы для нее хотя бы теоретически стала доступна возможность пройти через мой щит, чтобы получить этот так беспокоящий ее "вкус".

Я засмеялась и мама обняла меня еще раз, а папа обнял нас обоих, и на несколько мгновений я была полностью довольна.

Шестилетнему сыну Бенито оказалось удивительно просто объяснить произошедшее. Он пришел со своим дедушкой (отцом Бенито) и тетей (сестрой Бенито). Бывшая жена Бенито вышла замуж повторно за парня из Франции и не взяла ребенка с собой, когда переехала за границу.

Мальчика звали Нино, и он пересилил шок своего дедушки и скептицизм тети своим беспричинным энтузиазмом насчет вампиров и оборотней и того, что я "правда настоящая волшебная принцесса". Он, похоже, не понял, что его отец был вытеснен кем-то еще. Я сказала ему, но концепция была слишком сложна для него, а моя сила не смогла заполнить пробелы. Вместо этого, похоже, Нино воспринял Джона как своего отца, только притворяющегося кем-то еще и потому пользующегося переводчиком. Нино радостно потребовал историй о "приключениях" Джона "вечность назад", когда тот был вампиром.

Джон не мог устоять перед очарованием ребенка, иначе бы он не присматривал так плотно за своей дочерью Анной, чтобы узнать о ее болезни, не говоря уже о ее обращении. Он рассказывал умеренно вымышленные версии своей жизни тысячелетие назад, что и заняло большую часть встречи с семьей.

Адди осторожно извлекла нужную информацию от родственников. Дедушка был на пенси, но у него было хорошее здоровье для шестидесяти трех лет, и он мог приглядывать за Нино сколько угодно, учитывая финансовую помощь. (Если бы только мать Нино не вернулась и не забрала его, возможность чего сестра Бенито открыто признавала как еще менее вероятную, нежели существование вампиров.) Сам Джон все еще хотел "снова" стать вампиром, несмотря на новые законы касательно рассмотрения людей как пищи. Даже если он сразу же приспособился к тому, что его окружают люди, которых ему нельзя есть, у него не было понимания современного мира, чтобы жить в нем и растить "своего" сына.

- Но ты все равно можешь писать мне, - сказал Нино, когда ему объяснили, что Джон скорее всего будет путешествовать по миру с "волшебной принцессой" и моими "друзьями", чтобы "учиться быть вампиром снова".

- Да, я могу, - сказал Джон. - На итальянском, даже, как только пройду обращение и смогу легко выучить язык, эм, снова.

- Ага, - сказал Нино, заговорщицки подмигнув. - Тебе придется снова учить это, чтобы волшебная принцесса могла снова быть волшебной принцессой, а не говорить то, что говоришь ты!

Я задумалась, как скоро Нино поймет, что нет никакого притворства, которое играет его папа, но пока что я была благодарна, что он не расстроился. Дедушка все равно присматривал за Нино, пока его отец был в больнице. Потребует немного маневров среди законов, которые мы поручили Сантьяго, чтобы исчезновение Бенито было официально объяснено и опека передана.

На следующий день семья братьев объявила о своем решении. Жена одного из братьев осталась при своем мнении, что она хочет, чтобы его превратили в кого-то еще, и хотела сама выбрать - и почему-то я не думала, что Гарри Клируотер подойдет ей, не говоря уже об Аро - а другой брат достался нам, раз уж его нельзя было вернуть к исходному виду. Он мог быть новым Гарри. Адди назначила время, когда жена придет сюда еще раз, чтобы выбрать из ограниченного списка.

Она в конце концов по совету Адди выбрала сицилийского вампира, который был казнен в тысяча девятьсот восемьдесят шестом как часть армии новорожденных (созданной глупо близко к Вольтерре, хотя хорошего места, чтобы спрятать такой проект, нет вообще) которую Вольтури уничтожили. Аро проверил всех там на предмет интересных сил, использовав свою силу, поскольку это произошло после ухода Элизара, но до появления Адди. Упомянутый сицилиец никогда не хотел быть вампиром, не имел пары, не был одаренным, и был достаточно невинен, чтобы Адди предположила, что он адекватно подойдет жене своего нового вместилища. Итальянский был его родным и он был убит всего за двадцать пять лет до нашего времени, так что ему будет легче приспособиться, нежели Джону или Дидим.

Сантьяго предварительно сходила в город за разного рода косметикой, на случай если нам это понадобится. Ее потребовалось немало, уложенной толстыми слоями, чтобы сделать мужа женщины похожим на предполагаемую личность, но в конце концов мы сумели сделать подходящую работу (учитывая те изменения, что были после обращения) и принесли зеркало. Адди и я ударили его второй порцией воспоминаний сицилийца, каждая через прикосновение, чтобы ничего не помешало силе, и она поднесла зеркало к его лицу.

- ААААААА! - была его первая реация.
Доволно понятно, поскольку его последним воспоминанием было как Аро кладет руки ему на лоб, что-то бормочет про себя и говорит "нет", что означало "убить его". Но когда мы убрали наши руки от его лица, он моргнул, неловко сел и осмотрелся. Он потрогал свое горло, ощупал языком зубы, посмотрел на руку.
- Я... что... - он посмотрел на Адди, потом на меня, потом на женщину, которая по закону была его женой.

Он отозвался на свое имя, немного успокоился после того, что помнил почти смертельный опыт, был ошарашен, но доволен сменой своего вида, и ошеломленно принял факт, что сейчас он получил жизнь человека, чье тело занял. Мы дале паре необходимую контактную информацию для связи с Золотым Ковеном, если понадобится, сообщили нужные правила о неразглашении, и послали их домой. Когда они уходили через офисное здание, я услышала как жена рассуждает о плюсах и минусах того, что мужчина собирается сменить свое имя на то, которое у него было как у сицилийского вампира.

Последняя семья состояла из одного взрослого сына пациента, который мрачно выслушал мое объяснение произошедшего с его отцом, после чего вежливо но твердо сказал, что не думает, будто дальшейшие волшебные штучки будут полезны и он лучше заберет отца домой и позаботится о нем там. Казалось, он считал, что состояние может улучшиться само по себе, хотя бы на основании того, что его отец мог самостоятельно ходить и выполнять простые действия, что я считала маловероятным, но не могла полностью опровергнуть. Адди выписала ему немалый чек из Императорской чековой книжки (связанной со старыми счетами Вольтури, захваченными при перевороте) как отступные и чтобы помочь ему оплатить стоимость ухода за мужчиной, дала ему контактную информацию, на случай, если он передумает и отослала его. Пациент технически мог ходить сам, но не было бы разумно принуждать его ходить так далеко, так что Адди достала инвалидное кресло из запасов Хейди, что были в ее автобусе и отдала ее.

- Ну, вот и все, - сказала она, после того как они ушли.

- Если не считать Гарри и Сью, - сказала а, не уверенная, говорю ли я о сохраненных воспоминаниях или телах, в которые мы планируем их поместить.

- Верно, - согласилась Адди. - Их дети хотят присутствовать или мы должны сделать это прямо сейчас?

- Мне надо спросить, - сказала я.

- Ладно, тогда можешь найти меня в тронной зале, между всеми этими точками телепортации по всему миру, если я понадоблюсь, - улыбнулась она и ушла.

Я пошла с Джейком и Беатрис в деревню, найдя Ли, Сэта и Коди вместе, собирающихся. Мы собирались отправиться в Вашингтон рано завтра утром, так что я решила тоже собраться, когда закончу работу.
- Остались одна женщина и один мужчина, - сказала я. - И воскрешение сработало на другом парне.

- И?.. - сказали одновременно Коди и Сет, но Коди с надеждой, а Сэт словно не придавая значения моим словам.

- И мама сказала да, мы можем вернуть ваших родителей.

Коди широко улыбнулся и обнял меня, а вот Ли и Сэт не выглядели взволнованными.
- Неловко, - сказала Ли после паузы.

- Руки Челси еще достаточно живые, чтобы Адди могла скопировать ее силу, если хотите... исправить это, - сказала я.

Ли выглядела так, словно думала над этим, но Сэт покачал головой и она спустя паузу повторила за ним.
- Все равно было бы неловко, - сказала она. - Они мертвы уже шесть лет. Тут нет неловкого способа справиться с ситуацией.

- Хотите быть там, когда я?.. - я сделала смутный жест в сторону всех трех Клируотеров.

- Я да, - сказал Коди. - ...Они не узнают меня, да?

- Не прямо сейчас, - сказала я. - То есть, уверена, они найдут сходство, когда вы скажете, кто вы.

- Там будет еще на что посмотреть? - с интересом спросил Сэт.

- То, как я наношу достаточно косметики, чтобы они выглядели похоже на ваших родителей, - сказала я. - После чего держу зеркало в одной руке и посылаю воспоминания другой. Не знаю, нужна ли будет Адди. С тем парнем мы делали это вместе.

- Звучит как-то обыденно, - отметил Сэт. - Я думал, свечи повсюду, дата выбирается в зависимости от фазы луны, песнопения на латыни...

- Я могу говорить на латыни, пока наношу макияж, если хочешь, - сказала я, думая, что наверно хорошая идея, чтобы все дети Клируотеров были в комнате. Сэт и Ли выглядели так же, как в момент смерти родителей, и их легко было бы узнать; это должно было успокоить Гарри и Сью, несмотря на последующую неловкость.

- А ты можешь? - с интересом спросил Сэт. Я кивнула, и он пожал плечами. - Ладно, я пойду.

- Ли? - спросила я.

- Конечно, почему нет, полагаю, если я не приду, то они могут очнуться и подумать, что я мертва, - пожала она плечами. - А потом наорут на меня, что заставила их волноваться.

- Я весьма уверен, что мы достаточно взрослые, чтобы нам не надо было выслушивать родительские крики, - отметил Сэт, когда я повела четырех волков и полувампира в резиденцию.

- Ага, наверное, - сказала Ли. - Надеюсь, они останутся с Золотым Ковеном, а не поселятся в Ла Пуш с нами, Ла Пуш предполагается быть местом для оборотней и людей, так всегда было, волки там вообще появились чтобы держать вампиров подальше...

- Может они не захотят снова быть вампирами, - отметил Сэт. - Это было сделано только чтобы спасти их жизни, в первый раз.

Я взяла косметику, сделала их кожу гладкой и начала работать над женщиной, которая должна была стать Сью, сначала. Я шептала на латыни, стараясь держать ритм песнопения, даже хотя на самом деле говорила, что делаю, пока неопытно добавляла и разрисовывала лицо. У меня были воспоминания от людей, которые занимались живописью и нанесением косметики, но я не переводила это автоматически в память тела или навыки эксперта, получая только смутную компетентность. Сэт отметил, что я не слишком зловеще звучу, так что я углубила голос насколько могла, что было не слишком много; все трое захихикали, хотя Коди звучал неловко.

Я закончила с приемлемым лицом Сью, замедляясь только когда пациентка что-то шептала в бреду, и решила сразу нанести косметику и Гарри, прежде чем кого-то воскрешать, чтобы я могла справиться с ними обоими один за другим как можно быстрее. (я бы попробовала сделать одновременно, будь я уверена, что сама по себе справлюсь хотя бы с одним воскрешением за раз.) С Гарри я справилась быстрее - поскольку мужчина был больше на него похож - и наконец они оба выглядели так, как могли бы себя увидеть их предполагаемые личности в зеркале.

- Что думаете? - спросила я собравшихся детей.

- Думаю, довольно похоже, - сказал Коди, нервно крутя руками.
Волки промолчали. Я задумалась, помнят ли вообще Сэт и Ли лица родителей, с искаженной памятью и без необходимости припоминать их.

- Есть предпочтения, с кого начинать? - спросила я.

Коди нахмурился, глядя на них.
- С папы? - неуверенно сказал он.

Я кивнула и положила руку на разукрашенное лицо "Гарри".
- Он может сначала закричать, - предупредила я. - Другой парень кричал.

Коди кивнул, не сводя взгляда с человека, которого я собиралась превратить в его отца. Для посылки у меня были три месяца вампирской жизни и обращение, и обычные фрагменты человеческой памяти, и как только пересылка завершилась, я поднесла зеркало на место.

Гарри рывком сел, едва не разбив лицом зеркало, но я успела его убрать.
- Сью, - выдохнул он, потом посмотрел на Сэта и Ли, пораженно попытался назвать их имена, после чего откинулся обратно на кровать. - О, Господи. Вы мертвы? Я мертв? Я мертв, - прошептал он. Он повернул голову, чтобы посмотреть на детей, хотя его взгляд скользнул по Коди, не показывая признаков узнавания, и он не осознавал мое присутствие, как и моих стражей и другой пациентки, вообще. - Я пытался, - сказал он Ли и Сэту, которым явно было неловко и они молчали. - Мы пытались... они были слишком сильны...

- Пап, - выдохнул Коди.

Гарри снова сел, медленно, внимательно с замешательством глядя на Коди.
- Коди? - выдохнул он.

Коди кивнул, явно неспособный что-то еще сказать.

- Я совершенно потерял счет времени, но... но как... ты был ребенком... - воскликнул Гарри.
Гарри и Сью оба были прочитаны после того, как расстались с Коди, что имело экстремально дизориентирующий эффект, хотя и не так плохо, что Гарри мог не суметь заметить, что прошел целый год, не говоря уже о пяти с половиной.

- Вы были мертвы, - тихо сказала я.

Голова Гарри повернулась в мою сторону.
- Кто ты... Джейк, это ты? ... и Беа? Беа Хобсон? - сказал он, глядя на стоящих волков и использовав прозвище, которым Беатрис не пользовалась с шестнадцати.

- Я Элспет Каллен, - сказала я, и волки позади меня кивнули, отозвавшись на свои имена.

- Какой сейчас год? - спросил Гарри.

- Две тысячи одиннадцатый, - сказала я.

- Тебя вернулся из мертвых через бекап памяти, сделанный Аро, в теле итальянского парня, - любезно подсказал Сэт.

- Элспет собирается вернуть и маму, в теле итальянки, - добавила Ли, показывая на ту.

- Итальянского парня, - с недоумением повторил Гарри, бессознательно стирая ту часть грима, которую я использовала для создания иллюзии более широкой челюсти, чем была у его текущего тела.

Я перешла туда, где лежала последняя жертва удара памяти и тихо повторила процесс для Сью, которая очнулась куда тише. Она уставилась в зеркало, посмотрела на меня и спросила:
- Где я?

- Вольтерра, Италия, - ответила я.

Она осмыслила ответ, после чего попыталась ударить меня в лицо; Джейк вмешался и перехватил ее запястье, скорее защитив ее руку, нежели мой нос.
- Да что с тобой не так? - сорвался он на нее.

- Джейкоб? - недоуменно сказала она и попробовала вырвать руку из его хватки. Он отпустил ее, спустя секунду, и она села обратно.

- Я только что ответила ей, что она в Вольтерре, а ее последнее воспоминание было о том, как она была узницей Вольтури, - отметила я. - Она не знает, кто я и скорее всего не заметила пока, что больше не вампир. Если бы я была, скажем, Ноэми и работала на плохих парней, это была бы вполне разумная реация...

- Я не вам... что? - сказала Сью. Она посмотрела на руки, согнула их, глубоко вдохнула, либо пытаясь ощутить запахи, либо убеждаясь, что ей нужно дышать, я не была уверена. - Как это возможно?

- Мне сказали, что мы теперь итальянцы, - сказал Гарри с ноткой безумия в голосе.

- Итальянцы? Ты кто? - спросила она, нахмурившись на Гарри, который успел достаточно стереть свои нарисованные черты лица, чтобы уже не слишком походить на Гарри Клируотера.

- Я Гарри, - сказал он, глядя на размазанную по рукам косметику. - Наверное. Они сказали, что ты Сью.

- Разумеется, я Сью... - она повернула голову так, что в ее поле зрения попали лица ее детей, с другой стороны кровати от меня и моих телохранителей. - Ли? Сэт? И...

- Коди, - прошептал Коди, его глаза блестели от сдерживаемых пока что слез. - Я Коди, мам.

Сью уставилась на него.
- Лучше бы кому-то объяснить мне все с самого начала, - сказала она.

Я слабо улыбнулась и начала рассказывать.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/65201/330826

Переводчики: Remlin