Готовый перевод Sherrilyn Kenyon - Acheron (Dark-Hunter) / Шеррилин Кеньон - Ашерон (Тёмные-охотники): 12-13

15 февраля, 9531 г. до н. э.

Время пролетело, и я заметила, что Ашерон из робкого напуганного мальчика превратился в мужчину, который уверенно мог выразить свое собственное мнение. Он больше не унижался и не робел. Когда я с ним говорю, он смотрит открыто мне в глаза. Перемены, произошедшие с ним, меня восхищают

Я сомневалась, что я имела наибольшее влияние на это, или это была Майя, которая, наконец, открыла его с новой стороны. Двое они были неразлучны.

Сегодня они были на кухни, в то время когда Петра готовила еду. Я стояла в дверях, внимательно наблюдая за ними.

- Вы должны приготовить фунт хлеба, как этот.- Майя стояла на коленях на высоком табурете, тесто нужно колотить вот так,как будто ты бьёшь кого то кто тебе не нравиться.Громко прошептала она ему, будто делилась с ним огромным секретом.

Взгляд Ашерона светился теплом. - Я не думаю, что кто-нибудь вам не нравится.

-Ну, мне нет, но, вероятно, кто-то вам не нравится.

Я не пропустила муку в его глазах, когда он отвел взгляд. Я хотела знать, кто возглавил его список. Наш отец или наш дядя?

-Нам нужно больше молока.

Ашерон послушно передал ей.

Петра взглянула на них, улыбнулась и покачал головой , когда Майя добавила гораздо больше соли, чем было необходимо.

Мая вытерла нос, прежде чем продолжила месить тесто. Я, насторожившись, постаралась запомнить, не есть какой-либо хлеб из приготовленной ими пищи, но Ашерон не был бы столь щепетильный. Он даже съел из грязи кусок пирога несколько дней назад, чтобы Майя была счастлива.

- Теперь мы должны сделать из этого булки. Давай делать маленькие потому, что они мои любимые

Ашерон послушно выполнил.

Залаяла собака.

-Тсс! – Сказала Майя, она оторвала кусок теста, и протянул его Ашерону, чтобы он мог слепить булку. -Мы работаем.

Пес вскочил и толкнул Майю, которая чуть не упала. Ашерон поймал ее, в тоже время собака прыгнула ему на ноги и опрокинула его. В один момент они оказались на полу, Ашерон упал на спину, а Майя к нему на грудь. Собака лаяла и скакала вокруг них, натыкаясь на стол.

Миска, в которой они готовили, опрокинулась и упала на них сверху. Я от смеха прикрыла рот рукой, когда смотрела на них испачканных тестом, мукой и молоком. Остались видны только их широко раскрытые глаза.

Майя визжали от смеха и, к моему величайшему изумлению, Ашерон тоже засмеялся.

Звучание его смеха и искренняя улыбка, ошеломили меня. Он был прекрасным, когда улыбался…даже если он был в муке и тесте.

Его глаза блестели, когда он стирал муку с лица и помогал вытереть Майи щеки.

Петра ворчала, прогоняя собаку с кухни. – Вы похожи на двух приведений, которые пугают меня до смерти. Какой ужас!

- Мы все уберем Петра я, обещаю.- Сказал Ашерон, когда поднял Майю.- Тебе не больно?

Майя покачала головой. – Но я боюсь, что наш хлеб пропал.- Сказала она грустно.

- Правда. Но мы всегда можем сделать еще.

- Но они не будут столь же хороши.

Я удержалась от смеха. Да, это правда, салфетки с соплями Майи были идеальной специей необходимой для хорошего хлеба. Без них, я уверена следующая партия будет не так хороша. Тем не менее, я все комментарии оставила при себе в то время, как Ашерон утешал бедного ребенка

Ашерон вывел Майю, чтобы они вдвоем не могли растрясти муку с их одежды и волос, а
Петра начала убирать кухню. Через несколько минут они вернулись, чтобы помочь ей.

Я смотрела в благоговении, на то, как принц был внимателен. Ашерон никогда не содрогнулся, чтобы помочь Петре, когда он и Майя были на кухне вместе с ней. Это было просто в его характере.

Он всегда заботился о ней, как старший брат и обожал ее.

- Ашерон?- Почему у вас такие серебряные штучки в вашем языке?- Спросила Майя, когда он достал для нее новую чашу.

Он отвел взгляд. – Они были вставлены, когда я был немного старше вас.

- Почему?

Он, шутя, сделал страшное лицо. – Для того чтобы я мог пугать маленьких девочек, которые раздражают меня.

Она засмеялась, когда он ласкова, пощекотал ее. – Я не думаю, что вы можете стать страшным и напугать. Ты слишком хороший.

Он промолчал и помог ей отмерить муки.

Мая почесала голову, она смотрела на него с невинным любопытством. – Из-за этих шариков очень больно?

- Нет.

- О.- Она наклонила голову, чтобы лучше рассмотреть его рот. – Вы когда-нибудь вынимали их?

- Майя,- Петра сказала ей тихо, когда вернулась с приправой для баранины. – Я не думаю что Ашерон очень хочет говорить о них.

-Почему нет? – Я думаю, они красивые. Можно и мне таки еже?

-Нет,- Ашерон и Петра сказали в один голос.

Майя закапризничала. – Ну, я не понимаю, почему нельзя. У принцессы Риссы есть маленькие серебряные шарики в ушах и у Ашерона тоже очень хорошенькие.

Ашерон приблизился к ней, коснувшись кончика носа. – Это очень больно, когда их вставляют, я в э том убедился. Это такая сильная боль что вы не захотите ее испытать. Я больше не хочу страдать и поэтому я их не вынимаю.

- Ох. Это также больно как надпись на руке?

- Что написать на руке? – Спросила Петра.

- Очень давно, когда Ашерон, был маленький, они появились у него, они очень красивые! Похожи на пирамиды. Он сказал, что получил их потому, что не слушался свою маму. Поэтому он говорит, чтобы я вас всегда слушалась.

Ашерон заметил,сочувствие во взгляде Петры. Пробормотав извинение Майе, он вышел с поникшей головой.

Я пошла вслед за ним. – Ашерон?

Он остановился и повернулся ко мне. – Да?

- Это всего лишь детские наивные вопросы.

- Я знаю, он вздохнул. – Но они все ровно причиняют боль, верно?

Я так отчаянно хотела,утешить его. Если бы он позволил. Но только Майя в своей невиновности смогла повлиять на него. - Вы можете вынуть шары, и мы можем скрыть клеймо. Ни кто, ни когда больше не узнает о прошлом.

- Я буду всегда об этом помнить. – Он горько усмехнулся. – Вы не можете изменить прошлое Рисса. Без знаков или с ними оно всегда будет жестоко ранить. – Его взгляд обжег меня, в нем я увидела страдание, которое не один ребенок не должен знать. - И как вы предлагаете убрать клеймо с моей руки? Вы знаете, сколько раз и как глубоко мне ее прожигали, чтобы оно осталось?

Мне стало тошно. Я не когда так не думала. – Ваше прошлое не вернется Ашерон, отпустите его. Живите настоящим.

Он покачал головой, не соглашаясь, потом махнул рукой в сторону дворца. – Это… все это сон, я знаю. Однажды, очень скоро я проснусь, и это будет больно. Я окажусь там, где я был раньше. Мне придется делать мерзкие вещи, которые я ненавижу. Все вокруг меня будут пинать и избивать. Там не может быть по другому.

Как я могу заставить его почувствовать себя в безопасности? - Почему бы вам не поверить мне на слово, и доверится мне? Прошлое ушло. У вас сейчас есть новое будущее. Бораксис уже находится на пути в Шумер, чтобы доставить мое письмо моему лучшему другу.
Однажды я сдержу свое слово, мы будем там, где некто не сможет вас обидеть снова.

Лицо его было мрачным и холодным. – Я не знаю, как мне поверить, Рисса. Не вам, а кому-то еще. У людей не предсказуемый характер. У богов еще больше. Есть вещи, которые мы не можем контролировать. Я хочу вам поверить, я вам доверяю. Но все что я слышу это голоса богов и ваш голос. А потом я вижу вещи…вещи которые я не хочу видеть.

-Какие вещи?

Он развернулся и пошел в свою комнату.

Я побежала за ним и остановила. – Скажи мне. Что ты видишь?

- Я вижу себя, дожидаясь милосердия и не дождавшись. Я вижу себя бездомным на улице, где некто за даром не хочет мне помочь не получив от меня то что мне противно делать.

Боги! Как я хотела, чтобы он мне доверился, и очень скоро в этом убедится – Это не сон Ашерон. Это реальность, и я не позволю тебе, вернутся в Атлантиду! Мы найдем вам дом, где вы будете в безопасности.

Он отвернул свой сердитый взгляд. – Почему не пришел отец? Если он меня любит, как вы говорите, то почему до сих пор за все эти месяца не навестил меня? А зачем ты хочешь найти мне другой дом?

- Он занят.- Я не могу сейчас сказать ему суровую правду.

- Вот ты мне это говоришь, и я стараюсь думать также. Но знаете, что я помню?

Я боялся спросить. – Что?

- Я помню, как он не пускал меня к вам, пока Идикос не вышвырнул меня из комнаты. Ни когда не забуду той ненависти, которая горела в глазах отца, когда он смотрел на меня. Мне снилось это в кошмарах несколько лет. А теперь скажи мне, что он забыл. – Мышцы на его скулах дрожали,он стиснул зубы – А теперь скажи мне, что он забыл?

Нет, он не должен. Я лгала, но не могла сказать ему правду. – Однажды ты поверишь мне, Ашерон. -

- Я надеюсь, Рисса. Я на самом деле надеюсь. Я отчаянно хочу верить, но я не могу себе позволить снова разочароваться. Я устал от этого.

Я смотрела ему в след. Он был такой красивый. Высокий. Гордый. Несмотря на все пережитое им он сохранил достоинство, как он это смог я не могла понять.

- Я люблю тебя Ашерон, - прошептала я, желая всей душой, чтобы не я одна из всей семьи хотела найти путь к нему.

Почему они не могут увидеть того,что вижу я?

Боль съедала меня изнутри, потому, что я знала, как прав был Ашерон. Если этот день наступит, отец не когда не простит меня за то что я забрала Ашерона из Атлантиды. Он не когда не простит мне мою ложь, о месте моего нахождения, когда я писала ему письма. За людей, которых я использовала. За то, что я заплатила Бараксису, который сопровождал меня тайно от него. У меня не было сомнений, что сейчас отец и Эстес ищут нас, в то время когда Бараксис пытается найти убежище для нас с Ашеронам.

Но я буду делать все возможное, что считаю самым лучшим для моего брата. Все, чтобы я могла гарантировать ему свободу и счастье, чтобы сдержать мои обещания ему. Однажды он будет в безопасности, а я вернусь в Дидумос и увижу гнев на лице своего отца.

Для Ашерона, я сделаю все, даже пожертвую своей свободой. Только бы Бараксис вернулся прежде, чем отец найдет нас.

Да помогут нам боги.

18 МАРТА, 9531 ДО Н.Э.

Пришла весна, наступили теплые дни, когда Персефона вернулась к своей матери на Олимп. Я всю жизнь любила это время года. Возрождение земли и красоты. Особенно прекрасен был наш остров - все вокруг расцветало, и пели птицы.

Все это время я была в страхе, ожидая известий от Бараксиса. Только на днях я получила от него письмо о его нахождении в царстве Киза где он решал вопрос об Ашероне.
С его слов одна престарелая королева потерявшая собственных сыновей, возможно приютит сосланного принца.

Я всем сердцем на это надеялась.

Не проходит и дня, чтобы я не боялась, что поиски приведут отца на наш остров. Но я надеюсь, что вместо этого, в скором времени он займется моим замужеством и выберет мне супруга тогда я смогу привести Ашерона в наш дом и навсегда защитить его от дяди и отца.

Но об этом я сейчас думать не буду.

Самым замечательным в пребывание здесь, было то, что вся прислуга очень хорошо относилась к Ашерону, старались угодить ему и мы стали на много ближе. В Ашероне я нашла брата, о котором мечтала. Здесь не было дерзкого Стикса с его выходками и Ашерон наконец научился свободно смеяться не боясь быть наказанным.

Сегодня я нашла Ашерона и Майю в саду. Она писала буквы палочкой на земле, чтобы научить его читать.

Именно тогда я вспомнила, когда мы были в Атлантиде, как ему было стыдно при-знаться мне в своей неграмотности

- Могу ли я помочь? – Спросила я у них.

Майя наклонилась к Ашерону и громко ему прошептала, у нее это получалось очаровательно. – Она научит лучше, чем я. Принцесса Рисса знает все буквы, и как они пишутся, а я знаю только несколько.

Ашерон улыбнулся мне. – Вы не могли бы?

Его просьба удивила меня. Он никогда ни о чем не просил.

-Безусловно.- Я взяла палочку Майи и начала обучать их грамоте.

Ашерон оказался способным, учеником он схватывал все на лету, это было феноменально. - Язык Атлантиды отличается от греческого языка?- Спросил он, когда выучил весь алфавит.

- Немного. В нем есть несколько дифтонгов, которых у нас нет.

Майя нахмурилась. – Они говорят не по-гречески?

Я улыбнулась из-за ее детской непосредственности. – Их язык и наш очень похожи. На-столько что даже вы, не зная его, сможете немного понять. Но это другой язык. Я плохо его знаю, но Ашерон говорит на нем свободно.

Она с улыбкой посмотрела на него. – Вы научите меня?

Сдержанность была видна в его глазах. – Если он вам понравится. Но это не красивый язык.

Я бы с ним поспорила. В отличие от греческого языка он был мелодичным певучим. Атланты как будто не говорят, а поют, это очень красиво. Но потом я вспомнила, что пережил Ашнрон в Атлантиде, и вполне могла понять его ненависть к языку, на котором разговаривают люди, причинившие ему столько страданий.

- У атлантов и греков боги одни и те же?- Не обернувшись, спросил меня Ашерон.

- Разве вы нечего не знаете о богах Ашерон?- Засмеявшись, спросила Майя.

Он покачал головой. – Я знаю только имя Зевса, так как многие им клянутся, а еще Архона и Аполлимию

Я нахмурилась, он произнес имена короля и королевы пантеона Атландиды. - Откуда вы знаете эти имена?

Он не ответил, но выражение его лица заставило меня подозревать, что они должны быть од-ними из тех, что он слышит у себя в голове.

- Ну,- сказала я и продолжила . – Зевс повелитель Олимпа, а Гера его законная супруга.

- Мне нравится Артемида.- Вмешалась Майя. – Она богиня охоты и покровительница рожениц. Мой отец молился ей и приносил жертвы, когда я и моя мама чуть не умерли при родах, как сказала ему повитуха. Артемида спасла нас обоих.

Ашерон улыбнулся. – Она действительно великая богиня я ей бесконечно благодарен за то, что спасла вас.

Майя сияла от счастья и удовольствия

Во второй половине дня я хотела провести небольшой урок о греческих богах, но в отличие от грамматики, Ашерон с трудом запоминал их имена и титулы. Он был настолько далек от них. И не мог в них разобраться.

Мы потратили так много времени, что Майя заснула сидя рядом с Ашероном.

С нежностью смотрел он, на нее держа в своих объятиях. – Она так часто делает. Неожиданно может заснуть прямо во время разговора. Я никогда не видел ничего похожего, мне это так нравиться.

Я улыбнулась, теплое чувство охватило меня: он был таким милым, проявляя отеческую заботу обнимая ее. Несмотря на его жестокое прошлое, он сохранил в себе способность чувствовать сострадание и нежность. Я не переставала удивляться этому. – Ты ведь любишь ее, не так ли?

Мои слова вызвали в нем гнев и ярость. – Я никогда не прикоснусь к ней с таким намерением.

Его озлобленность смутила меня, пока я не осознала, почему он так сердится. В его понимании любовь это секс, а не душевные эмоции. От этой мысли у меня чуть сердце не разорвалось. – Любовь может быть не только сексом, Ашерон. Она связана не только с ним.

Недоумение было на его лице. – Как это?

Я показала на спящую девочку, которую он так бережно держал в своих сильных руках. Когда вы смотрите на нее, ваше сердце таит?

Он кивнул головой.

- Ты смотришь на нее, и все что ты хочешь сделать, это защитить ее и заботиться о ней.

- Да.

Я улыбнулась ему. – Вы хотите только, чтобы она была счастлива.

Он склонил голову, с интересом посмотрев мне в глаза. – Откуда вы это знаете?

Потому что тоже чувство я испытываю к тебе, братишка. Вы ее любите так же, как и я вас. Если вы будете нуждаться во мне, я тут же помогу вам. Не какие трудности меня не остановят.

Он застыл как призрак, смотря на меня своими серебристыми глазами со светящимися в них спиралями. – Ты меня любишь?

- Всем своим сердцем. Я сделаю все, чтобы с вами не чего не случилось.

В первый раз с тех пор как мы приехали сюда, мне казалось, что мои слова, наконец, тронули его до глубины души. И то, что это произошло, было самым удивительным.

Ашерон нежно взял мою руку. – Тогда я люблю тебя Рисса.

Слезы радости были в моих глазах от тех чувств, которые не давали мне вздохнуть. – Я тоже люблю тебя акрибос. И я очень хочу, чтобы ты не когда не сомневался в этом.

-Я не буду.- Он пожал мою руку. – Спасибо, что ты забрала меня.

Нет слов, чтобы выразить, как глубоко его слова тронули меня. Комок стоял у меня в горле, не давая мне говорить, когда он отпустил мою руку и встал, держа Майю на руках чтобы отнести ее матери. Я смотрела ему вслед и всей душой надеялась, что он всегда будет близок со мной. Я смогу перенести все, кроме ненависти своего любимого брата ко мне.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6578/28016

Переводчики: TanitaC, ElenA_A