Готовый перевод Sherrilyn Kenyon - Acheron (Dark-Hunter) / Шеррилин Кеньон - Ашерон (Тёмные-охотники): 39

23 июня, 9528 до н.э.

- С Днем рождения, Ашерон.

Ашерон повернулся на звук голоса Риссы. Не очень хорошо чувствуя себя после ночи с Артемидой, он был слегка дизориентирован. Он лег спать на Олимпе, но Артемиде пришлось вернуть его в его собственную комнату.

- Доброе утро, сестренка.
Сегодня она выглядела особенно сияющей. Ее светлые волосы были в сплетены в две небольшие косички, убранные назад и зафиксированные серебряными гребнями, которые он подарил ей несколько недель назад, когда они вместе ходили на рынок. Светло-голубое платье подчеркивало ее сияющие глаза, когда она положила руку себе на живот. Ее беременность становилась заметной.

- Вставай и одевайся. Я велела поварам приготовить особый завтрак лишь для нас двоих. Уже все накрыто.

Он посмотрел ей за спину, но ничего не увидел.
- Где?

- Внизу.

Ашерон покачал головой.
- Мне нельзя есть в столовой. Ты знаешь.

Она махнула рукой на его слова.
- Отец и Стикс поздно легли. Они будут спать еще несколько часов. Я хочу подарить тебе хотя бы кусочек нормальности, младший брат. Ты заслужил его.Давай, одевайся и присоединяйся ко мне.

Ашерон на самом деле не хотел этого. По правде говоря, ему совсем не хотелось рисковать спускаться в комнаты, в которых его не желали видеть, что семья четко ему разъяснила. Рисса устроит ему проблемы. Меньшее, что он мог сделать, это угодить ей.

Он встал, оделся и пошел за ней в коридор. Она взяла его под руку и улыбнулась.
- Мы в первый раз празднуем твой День рождения вместе. Тебе двадцать, а в следующем году ты будешь совершеннолетним.

Как бы ему хотелось быть с ним разными.
-Это праздник планируется для Стикса?.

Она посмотрела на него с беспокойством.
- Да, как и каждый год.

-Мне следовало бы прийти.

Он посмотрел в ее глаза, отражающие его горечь. Но они оба знали, что там ему были бы рады как чуме или лягушачьим какашкам. Без всяких слов, она повела его в столовую, где был накрыт грандиозный стол.

-Я не знала, что ты любишь и приготовила всего понемногу. Она взяла тарелку и подала ему, поцеловав его в щеку.
- С днем рождения, младший брат.

Ничто не могло тронуть его сильнее: - Спасибо.

Она один за другим показала ему приготовленные блюда.

Когда Ашерон потянулся за кусочком фрукта, она смеясь хлопнула его по руке:
- Мы не едим их это украшение, - и постучала по фрукту,
-Они из гипса.

Они вместе рассмеялись над его невежеством.

- Ах, как отцу приятно слышать, как его дети смеются вместе.

Ашерон замер, услышав, вошедшего позади отца. Он похолодел от страха.

Риса ослепительно улыбнулась, скрывая панику: "С добрым утром отец, я была уверена, сегодня ты встанешь поздно."

- Так много нужно сделать для праздника Стикса. Он нежно похлопал по плечу Ашерона и поцеловал его в щеку.

Наслаждаясь и проклиная эти объятья, Ашерон закрыв глаза, задержал дыхание. Его серебристые глаза выдали бы его. Они всегда его выдавали.

-Я удивлен, увидев тебя, бездельник.Я слышал вчера вечером ты взял троих женщин к себе в постель. Полагаю они доставили тебе удовольствие.

Рисса прочистила горло:
- Отец, я могу поговорить с тобой наедине.

Несомненно.

Когда отец отошел, Ашерон позволил себе облегченно вздохнуть. Поставив тарелку, он шагнул к двери, когда случилось невероятное.

В комнату с одним из своих друзей вошел Стикс.
- Что происходит? Что ты здесь делаешь?

Их отец, с отвращением повернулся к Риссе:
-Ты обманула меня?

- Не совсем.

С искаженным от ярости лицом он быстро пересек расстояние ммежду ними и сильно ударил Ашерона.Он упал на пол, оглушенный ударом пришедшемся на передние зубы и разбившим нос.

- Ты посмел осквернить мой стол!

Рисса подошла ближе.
- Отец, пожалуйста! Это я привела его сюда. Это была моя идея.

Он злобно повернулся к ней.
- Не смей его защищать. Он лучше знает. Схватив Ашерона за волосы, отшвырнул его к стене.
- Я требую немедленно сжечь все к чему он прикасался и выбросьте всю еду. Заорал он на слуг.

Ашерон рассмеялся.
- У тебя реально свербит в заднице, от того что от меня не так легко избавиться.

Отец жестко ударил его в живот.

- Отец, пожалуйста, попросил Стикс, - помни о своем сердце.

Корорль набросился на Ашерона швырнул его на бок за волосы выдрав клок волос.
- Знай своё грязное мместо.

- Охрана. Заревел Стикс. - Возьмите этого ублюдка и избейте.

Выпрямившись, прежде чем уйти:
- Ответь мне, брат. Что во мне тебя больше всего возмущает? Что у меня твое лицо или то,что я знаю что твоему лучшему другу хочется делать с тобой ... и как часто?.
Ашерон пристально посмотрел на покрасневшего мужчину стоявшего позади Стикса.
- Рад снова видеть вас господин Дорус, особенно в одежде.

С воплем Стикс набросился на Ашерона, который пытался защититься. Все было тщетно. Его брат потратил много дней и часов обучаясь искусству боя. Все что он мог сделать, это прикрыть голову руками в попытке защитить лицо. Стикс обрушил ураган ударов ему на ребра, пока охрана не оттащила его.

- Я хочу, чтобы его высекли плетью.

Ашерон сплюнул кровью под ноги Стикса.
- И тебя с днем рождения.

Сквозь шум крови в ушах он слышал проклятья Стикса, слышал сестру умоляющую короля пощадить его, но тот не намеревался этого делать.

Один страж сильно сжал волосы Ашерона в кулак, затем вытолкнул его из комнаты в сторону двора, который он так прекрасно знал. Им следовала расположить его кровать здесь, чтобы не тратить столько усилий.

Ашерон скрежетал зубами, пока его руки привязывали и стаскивали одежду с его тела. Он проклинал богов после того, как первый удар рассёк кожу на его спине. К черту их за всё. Боги отвернулись от него, и это было достаточно плохо, но возможность быстро лечить большинство ран, делало его наказание сущим адом. Вместо того, чтобы шрамы защищали его от новых побоев, новая кожа росла всякий раз, и это означало, что они будут разрывать и резать чистую, новую плоть каждым следующим ударом.

И это больно...

Он потерял счет ударом, когда пытался сосредоточиться на чем-нибудь еще. Его пот смешивался с кровью, текущей из ран на лице, заставляя их гореть еще сильнее. Они же всё избивали его.

- Достаточно.

Ашерон поморщился сквозь дымку боли, когда узнал голос Стикса. Его дыхание обрывалось, он не мог понять, почему Стикс остановил наказание, которое сам же и требовал.

До тех пор пока его брат не приблизился к нему и встал глаза в глаза. Ненависть Стикса прронзала его.
- Оставьте нас, - приказал он охране.

Ашерон слышал, как захлопнулась дверь. Он открыл рот, чтобы поддразнить брата, но не успел, Стикс ударил железным прутом по рёбрам, с достаточной силой, чтобы сбить его с ног. Весь воздух вылетел из его легких.

- Ты думаешь, что чертовски умен, - насмехался он.- Давай посмотрим, насколько ты умен теперь.

Стикс исчез из его поля зрения. Он вернулся минутой позже с раскаленной красной кочергой. Паника охватила его. Ашерон боролся с ограничениями всеми силами, что у него были. Но он был ослаблен побоями и полностью удерживался.

С блеском садистского удовлетворения, Стикс приложил кочергу к лицу Ашерона. Крича, Ашерон пытался вырваться, но всё что он мог, это ощущать запах его сгораемой плоти. Чувствовать всю глубину проникающей боли, которая захлестнула его.

Улыбаясь, Стикс убрал её и снова прошёл перед ним.

Безвольно повиснув, Ашерон ничего не мог, а только плакал испытывая муки от ожога на лице. Когда Стикс вернулся со свежей порцией.

- Пожалуйста, сжалься,- молил он. - Пожалуйста, не ... брат.

- Мы не братья, ты ублюдок! Кричал Стикс прежде, чем приложил кочергу к паху Ашерона.

Ашерон закричал. Слезы текли, пока он молил о смерти и остановке этих пыток.

- Где твой смех теперь? - спросил Стикс, отбросив кочергу в сторону. - Не смей больше издеваться надо мной, чертова шлюха.

Ашерон почувствовал, как что-то холодное и острое пронзило его бок. Взглянув вниз, он увидел кинжал в руках Стикс, который его брат погрузил по самую рукоятку. Во рту всё сильнее ощущался вкус крови, он задыхался от захлестнувшей его, обжигающей боли.

- Не волнуйся - сказал Стикс, рывком освобождая кинжал.
- Ты будешь жить, - сказал он проводя лезвием вниз по не сгоревшей щеке Ашерона, обнажая кость.

Порезав его, Он ушел даже не оглянувшись.

Ашерон лежал на земле, его голова плыла, в то время как невообразимая боль разрывала его. - Пожалуйста, боги, - шептал он в отчаянии. - Пожалуйста, дайте мне умереть.

Он сделал один глубокий вдох и сдался темноте.

Артемида пыталась быть терпеливой, пока наблюдала за подношениями, которые люди приносили к её алтарю. Но они не интересовали её.

Артемида не видела Ашерона уже два дня,как раз в дни празднования его дня рождения, ничего не зная о празднике, пока Аполлон не рассказал ей. Странно, почему Ашерон не упомянул об этом.

Аполлон не собирался на празднование, но его любимица да.

Что означало, что позже Артемида может свободно посетить Ашерона.

Она покорно оставалась в храме весь длинный день. Солнце зашло час назад и ночь сменила день, ее беспокоило, что этому нет конца.

Старик шел к алтарю с козой.

Ох, это было ни к чему. Что она будет делать с козой? Щелкнув пальцами, она удовлетворила его желание даже прежде, чем услышала его.

Из подношений она выбрала кольцо для Ашерона и оставила совершающих жертвоприношения, ей было не интересно. В отличии от этих вечно хныкающих жалких людишек, её Ашерон мог бы доставить ей удовольствие

Даже, когда он не угождал ей, то всё равно доставлял ей удовольствие.

Улыбаясь, она материализовалась на его балконе, ожидая, что он будет на своем привычном месте.

Там было пусто. Нахмурившись, она посмотрела через перила, где знать и сановники собирались на празднество. Конечно, Ашерона не было там. Он не любил такие мероприятия.

Артемида прошла через двери, не открывая их. Её недовольная гримаса испарилась, когда она увидела Ашерона уже в постели. Хорошо. Она могла бы присоединиться к нему.

Приближаясь, она замедлила шаги. Его дыхание было неглубоким и отрывистым. Он лежал повернувшись к ней спиной подойдя она увидела его простыни испачканые розовым.

Кровь. Кровь Ашерона.

Её было гораздо больше, чем она когда-либо видела.

Испуганно обойдя вокруг кровати,он нашла его беззвучно плачущим. Но больше всего ее ошеломил вид его красивого лица. Или то что от него осталось.

На одной его стороне зияла обнажающая кость рана, другую покрывал ожог частично закрывающий глаз, его плоть была выженна, рот искривлен.

- Что произошло?, - разгневанно спросила она.

Он не ответил, но стыд и боль в его глазах раздирала ей сердце. Опустившись на колени она положила свою руку на его обожженную щеку.

- Убей меня, - выдохнул он, - Пожалуйста.

Эта измученная, обессиленная мольба вызывала слёзы на её глазах. Желая понять что случилось, она использовала свою силу, чтобы увидеть произошедшее. Её гнев рос, пока каждая сцена этого насилия прокручивалась в её голове.

Как они смеют, так поступать с ним!

Она чувствовала, как её зубы удлиняются, пока нужда защищать в ней усиливалась.

Ашерон кричал, пока Артемида исцеляла его покалеченное тело. Всякий раз, когда его раны были так ужасны, её лечение приносило боль.

Как только он был излечен, Артемис взяла его в свои руки и держала так, как никто никогда не держал его прежде — как если бы он был ей не безразличен. "Я так сожалею, Ашерон. Почему ты не призвал ко мне?"

- Ты бы не пришла.

- Да, я пришла бы.

Но он знал правду. Она никогда не рисковала быть увиденной.
- Сейчас ты здесь. Этого достаточно для меня.

Она кивнула и убрала волосы с его лица.
-И горе этим ублюдкам за содеянное. Они не причинят тебе вреда снова, ты не пострадаешь от этого. - Взяв его за руку, она потянула его с постели.

Когда она направилась к двери, он застыл. - Что ты делаешь?

- Я собираюсь заставить их заплатить.

- Как?

Она злобно засмеялась. - Поверь мне, любовь моя. Тебе понравиться.

Следующее, что он понял, что они находятся в танцевальном зале, невидимые для окружающих. Артемида подошла к Стиксу, который стоял со своей невестой, самодовольно смеясь с группой своих друзей, которые издевались над непривлекательной женщиной в углу. В глазах девушки стояли слезы, она пыталась игнорировать их смех и жестокие комментарии.

Артемида наклонилась вперед, чтобы прошептать в ухо Стиксу. -Хочешь узнать, что такое настоящий позор, ты жалкий придурок? Получишь урок из первых рук прямо сейчас.

Секунду назад Стикс улыбался. Теперь его рвало на Нефертари и своих друзей. На самом деле, его рвало с такой силой, что он потерял контроль над своим мочевым пузырем и описался. Когда он пытался убежать, он споткнулся и упал в грязь.

Ашерон отвернулся от отвращения, как и все остальные.

Но Артемида еще не закончила. Подняв руку, она толкнула двойные двери, ведущие в сад. Свора свирепых собак вбежала внутрь и набросилась на Стикса с удвоенной силой.

Их отец подбежал к наследнику, который лежал на земле, моля о помощи.

Артемида одарила его кривой усмешкой прежде, чем каждому на этой вечеринке стало плохо, включаю Риссу и женщину, над которой издевались. Стража пыталась защитить Стикса от собак, пока и их желудки не начало выворачивать на изнанку также, как и у их принца.

Сокращая расстояние между ними, Артемида хлопала в ладоши с удовлетворением. - Не знаю, как ты, - сказала она со злобным блеском в зеленых глазах, - но я чувствую себя лучше. Она гордо оглядела происходящее. - К утру с ними всё будет в порядке, но никто из них не вылезит из своей постели раньше завтрашнего дня. Что касается Стикса, он будет чувствовать последствия своей жестокости, по крайней мере, неделю.

Ашерон мечтал о возможности насладиться болью вокруг него, но он не мог. Никто не заслуживал того, что Артемида сделала сегодня, так же как и он не заслуживал того, что Стикс вытворял с ним.

Она наклонила голову. - Ты не счастлив?

Ашерон взглянул на несчастных вокруг себя. - Спасибо за то, что отомстила за меня. Это многое значит, Арти. Правда. Но испытывая на себе жестокость всю свою паршивую жизнь, я не получаю удовольствия, причиняя вред другим, итак, нет, это не сделало меня счастливым, видеть их такими. Особенно тех, кто никогда не причинял мне вреда.

- Ты дурак, раз не наслаждаешься этим. Поверь мне. Они не были бы так добры с тобой.

Опираясь на свой опыт, он знал, что она права. Но он не мог заставить себя смеяться над унижением, которое они испытывали.

Артемида возмутилась.
- Ты такой странный человек. - сказала она, обхватив его щеки сложенными чашей руками.
- Я предупреждаю тебя, если он когда-нибудь еще раз повредит тебе лицо, я обеспечу ему такие муки от которых он никогда не оправится.

Гнев и искренность ее пристального взгляда опалили его. Только Риссу когда-либо возмущали его наказания. Тот факт, что Артемида беспокоилась за него, немного ослабила тот гнев, который вызывала в нем богиня.

По правде говоря, она сохранила своё слово и не сделала ничего, чтобы ранить его.

Не верь ей.

Но его сердце хотело верить, что она в какой степени любит его - что ей не все равно.

Она приподнялась чтобы поцеловать его . Слегка прикоснувшись к его губам, она перенесла их в свой храм. Ашерон почувствовал какое-то странное ощущение внутри себя.

- Что за...?

Глаза Артемиды ярко горели.
- Я дала тебя силу, бороться, защищать себя. Ты был прав. Я не могу всегда быть рядом, когда ты нуждаешься во мне. Но -, она прикоснулась подушечками пальцев к его губам. - Ты не можешь использовать эту мощь против бога, только против людей.

- Почему я должен хотеть атаковать бога?

Артемида склонила голову ему на плечо и вдохнула его мужской запах. Она обожала невинность внутри него, он даже не мог вообразить, что захочет причинить ей боль.
- Некоторые люди поступают таким образом.

- Люди делают много вещей, с которыми я не согласен.

- И поэтому я дала силы, которые тебе так необходимы. Я не хочу, чтобы над тобой снова так издевались.

Ашерон пытался бороться с нарастающей любовью внутри себя. Но он не мог. Ни в то время, как она дала ему так много. Никогда она прикасается к нему так и заставляет его чувствовать себя достойным и желанным.

Артемида сильно сжала его в своих объятиях, затем отстранилась и положила на его руки маленькую коробочку.

- Что это?

- Мой подарок к твоему Дню Рождению. Открой его.

Ошеломленный, он уставился на неё. Честно говоря, он не имел понятия о том, что держал в своих руках.
- Ты даришь мне подарок?

- Конечно.

Но это не было так просто. Ничто и никогда не давалось ему легко.
- Чем я должен отплатить?

Она сердито посмотрела на него.
- Я не хочу оплаты, Ашерон. Это подарок.

Но он покачал головой в отрицании.
- Ничего не дается даром.

Она накрыла его руку, держащую коробочку, своей рукой и ласково сжала его пальцы. –Я просто дарю его тебе, акрибос. И хочу посмотреть, как ты открываешь его.

В действительности, он не мог понять этого. Зачем Артемиде дарить ему подарок?

Его сердце бешено колотилось, он открыл коробку и обнаружил внутри кольцо. Подняв его, он увидел двойной лук и стрелы на нем, но когда он переместил кольцо, изображение сменилось на картинку Артемиды с оленем.

Она счастливо улыбнулась. - Это кольцо - знак отличия. Я дарю их своим последователям, которым предоставляю способность вызывать меня. Все они должны найти дерево, исполнить ритуал и произнести нужные слова. Но ты, мой Ашерон, ты можешь вызвать меня в любое время.

Когда он попытался одеть его на палец, она остановила его.
- Его следует носить ближе к сердцу. - И в воздухе появилась золотая цепь, пока Артемида надевала её на шею Ашерону, у него в голове появилась иная мысль. Дело не только в сердце... так носить это кольцо, было также способом утаить его созерцания окружающих.

По-крайней мере, она думала о тебе настолько, чтобы одарить.

Это была правда.

Она поцеловала его в щеку, затем в её руки спроецировался меч. Вручая его Ашерону, она подмигнула.
- Покажи мне, на что ты способен.

- Что ты имеешь в виду?

Она кивнула головой на двух воинов, тенью стоящих позади него. -Борись с ними, Ашерон. Независимо от твоего умения, победа будет за тобой.

Скептически настроенный, он отступил подальше от нее. Но в тот момент, когда они приблизились, его тело инстинктивно поняло, как бороться.

Артемида удовлетворенно улыбнулась, наблюдая за схваткой Ашерона. Она совершила благодеяние для человека. И пока наблюдала, каждую частичку ее тела охватил пожар. Он двигался как ртуть. Его мускулы вздымались и сгибались, напрягаясь с каждым ударом, который он парировал и наносил в ответ. Ее чувство голода обострилось, и она задалась вопросом, почему его кровь была такой захватывающей... даже больше чем ее брата.

Почему она так жаждет Ашерона?

Тем не менее, было просто невозможно отрицать его привлекательность. Прямо сейчас она хотела бросить его на свою постель и держать там всю оставшуюся вечность.

Улыбка, которую он послал ей, покончив со своими упирающимися противниками, заставила ее растаять.

- Я говорила тебя, - сказала она, подходя к нему.

Ашерон сжимал меч в руке с уверенностью, которой он никогда не знал за пределами чьей – либо спальни. Он даже не мог полагать, что когда-нибудь узнает, как бороться, так же, как он мог использовать свое тело, чтобы доставлять удовольствие другим. Это было опьяняющее чувство.

Сила...

Благодарный Артемиде, он отбросил меч и притянул ее к себе. Какая-то странная дрожь прошла сквозь него. Некая неведомая часть его была выпущена на свободу, и это потрясло его до самой глубины.

Артемида дрожала, она видела, как его серебряные глаза вспыхнули красным и губы почернели. Это случилось так быстро, что она не уверенна, что это не плод её воображения.

Ашерон овладел ее ртом с яростью, которая вызывала головокружение. Она ощущала его власть, и та вызывала в ней дрожь. Ее сердце часто забилось, и она сдалась ему. Он прижал ее к стене позади нее. Его губы и язык обжигали ее, и точно показали ей, что стоило ему отказываться от нее все эти прошедшие месяцы.

Это была новая сторона его любимца. И когда он вошел в неё, она чуть не потеряла сознание от собственного удовольствия.

Он был таким диким и необузданным, как хищник. Его тяжелое дыхание, прерываемое стонами наслаждения разжигало огонь в её душе. Смешок застрял в её горле. Если бы она знала, к чему это приведет, то подарила бы ему подарок давным давно.

Она закричала, когда оргазм сотряс её тело, она вцепилась ногтями в его кожу. Но он даже не остановился, он начал погружаться в неё еще сильнее, еще глубже. Она думала, это невозможно, но её наслаждение увеличилось, когда новый оргазм сокрушил её.

Когда он всё-таки отстранился, она была слаба и полностью удовлетворена. Настолько, что осознала, что даже не кормилась от него.

Священный Олимп, как такое возможно?

Легко укачивая в своих руках, Ашерон отнес ее в спальню.

- Как ты можешь двигаться после всего этого? - Спросила она, задыхаясь.

- Богиня, прямо сейчас я могу взлететь. если ты попросишь меня об этом.

Рассмеявшись, Артемида обессилено откинулась на кровать, ее тело все еще покалывало от воспоминания о доставленном им удовольствии.

Ашерон лежал рядом с ней, осыпая поцелуями её губы и грудь.

Она покачала головой. -Ты сегодня злой.

Ашерон выждал паузу после ее слов, прежде, чем выдал себя. Он не был злым. Правда заключалась в том, что ее действия заставляли его влюбляться в нее снова и снова. Он понял теперь, почему открыл себя для нее. Артемида была добра, когда хотела быть таковой.

Если бы она не заботилась о нем, его раны сегодня не имели бы для нее значения. Эстес тоже переживал, когда ему причиняли вред. Раны означали потерянную для него прибыль. Но Артемида была искренне разгневанна за него.

Он взял её руку и поднёс к губам так, чтобы мог целовать её ладонь.
- Я твой слуга, моя богиня. Я дарую себя тебе навечно.

Она хихикнула. -Мой Ашерон, у тебя нет никакого понятия о вечности.

- Тогда я буду принадлежать тебе остаток своей жизни.

Она убрала волосы с его лица.
- Я принимаю твой дар ... и это самое лучшее, что я слышала за этот день. А теперь иди и накорми меня. Ты заставил меня ужасно проголодаться.

Ашерон подвинулся и предложил ей свою шею. Приступ боли напомнил о Стиксе, поставившем на нем клеймо.

Зашипев от боли, он инстинктивно отпрянул. Кровь свободно потекла из раны. Он попытался прикрыть ее, но кровь била струей между его пальцев, заливая и окрашивая белые покрывала под ним.

Артемида резко вдохнула воздух, когда поняла, что натворил Ашерон. Его кровь покрывала их обоих. Она захватила его шею и прижала его к себе, чтобы излечить рану. Он дрожал возле нее.

- Ты не должен никогда так делать, Ашерон.

Сейчас он был слишком слаб для нее. Поэтому она воздержалась от своего гнева. При обычных обстоятельствах она наказала бы его, но не теперь. Очистив, она уложила его в кровать, чтобы дать ему отдохнуть.

Он старался не спать, но его веки всё-таки сомкнулись. Артемида любовалась его нагой красотой на своей постели. Его руки и ноги были такими длинными и изящными, так невероятно хорошо развиты. Мускулы его живота были настолько напряженными и красивыми, что казалось они вытесаны из камня. Когда она вспомнила, как он страстно любил её, огонь внутри неё начал разгораться с новой силой.

- Тебе следует всегда так прикасаться ко мне.

Если бы только он мог слышать её.

Она пропустила его волосы сквозь свои пальцы, проведя по ним рукой, как гребнем, и в тот момент, когда она прикоснулась к ним, они стали черными как уголь. Она отдернула руку и увидела, что его кожа приобрела оттенок синего мрамора.

Напуганная, она отскочила от кровати.Спустя время синий цвет исчез и кожа вернулась к своему обычному состоянию.

Она недоуменно нахмурилась. Могло ли это быть реакцией на ее подарок или ее кормление от него? Она никогда прежде не питалась от человека. С ними всегда такое происходит?

Она снова услышала как он шепчет на Атлантском.

-Это не счастливая годовщина. Я хочу вернуться домой.

- Ашерон? - Она медленно подошла к нему прежде, чем пробудила его ото сна.

Он открыл глаза. Вместо серебряных они были черными, причем настолько, что невозможно было различить зрачки. Его веки затрепетали и закрылись, он снова заснул.

Это не нормально.
- Что такое ты, Ашерон?

Могущество богини, которым она обладала, говорило, что он был человеком. Но это было совсем нетипично для их вида.

- Артемида!

Она вздрогнула и моментально оделась, услышав крик Аполлона. Оставив Ашерона спать в своей кровати, она переместилась в гостиную, где стоял ее брат с сердитой усмешкой на лице.

- Что-то случилось?

- Мне. Нужна. Пища.

Она скрестила руки на груди.
- Почему же ты так сердит?

- Я хочу моего человека, но она беременна и не может этого выдержать.

- У тебя есть другие.

- Я не хочу их. - Он схватил её. В тот момент, когда он сделал это, он замер, затем понюхал её волосы.
- Ты была с мужчиной?

Её сердце дрогнуло. Не желая предавать Ашерона, она ударила Аполлона по руке.
- Почему ты говоришь такие вещи?

- На тебе другой запах. И он мужской.

Она закатила глаза, чтобы не показать страх внутри неё.
- Я целый день была с людьми, принимая их дары. От меня должно разить ими.

Он грубо запустил руку в ее волосы, потянув за них. Артемида скривилась, наконец-то понимая, почему Ашерон считал настолько оскорбительным подобный жест. Аполлон потер пальцем у нее за ухом, затем внимательно посмотрел на него. -Кровь? Ты питалась от другого?

Она взяла себя в руки и спокойно встретила его взгляд.
- Я не знала, когда ты вернешься и была голодна.

Его глаза сузились. -Ты завела себе любимца мужского пола?

Она схватила его за руку, которую он держал в её волосах.
- Ты мой маленький братец, не любовник. Отпусти меня или почувствуешь всю силу моего гнева.

Он отпихнул ее. - Тебе следовало бы помнить, кто я и кто ты, сестренка. Он скривил губы, как будто, внезапно, почувствовал к ней отвращение. - Лучше бы я питался от слуги.

Артемида не могла вздохнуть, пока он не ушел. Все ее тело дрожало от страха перед его гневом.

Дверь ее комнаты открылась. Она обернулась и увидела Ашерона, смотрящего на нее. Он прислонился плечом к двери. Смесь силы и слабости была просто неотразима. - Я мог бы сразиться с ним за тебя, но это навлекло бы на тебя позор.

Подобная мысль согрела ей сердце. -Ты никогда не сможешь бороться с ним, Ашерон. У тебя нет власти бороться с богом. Он убил бы тебя даже не моргнув. Она преодолела расстояние между ними и обняла его за узкую талию. - Ну, мой сладкий. Тебе надо отдохнуть.

Она вернула его в кровать, но страх уже поселился в ней. Если Аполлон когда-либо узнает об Ашероне, никакая власть на Олимпе не сможет спасти его жизнь.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6578/29276

Переводчики: angelinz, Olga998, KUL, Bewitched

Arlekino