Готовый перевод Sherrilyn Kenyon - Acheron (Dark-Hunter) / Шеррилин Кеньон - Ашерон (Тёмные-охотники): 56

Греция, 7382 до н.э.

Ашерон почувствовал около себя чье-то присутствие. Он развернулся, приготовил жезл к нападению, ожидая, что там будет Даймон, атакующий его.

Но это был не Даймон.

Вместо него он обнаружил Сими, висящую на дереве, ее большие, бордовые крылья как у летучей мыши свернулись вокруг ее детского тела. На ней было надет свободный черный хитон и плащ, слегка развевающийся под ночным бризом. Ее кроваво-красные глаза устрашающе пылали в темноте, а длинная черная коса свисала с головы до самой земли.

Ашерон расслабился и поставил один конец своего жезла на влажную траву, смотря на нее.

- Где ты была, Сими? - резко спросил он. Он звал демона Шаронте последние полчаса.

- О, просто бродила вокруг, акри, - сказала она, улыбаясь, качаясь взад и вперед. - Акри скучал по мне?

Ашерон вздохнул. Он любил Сими больше жизни, но хотел, взрослого демона в качестве компаньона. Не того, который даже в пять тысяч лет ведет себя как пятилетний ребенок.

Пока Сими полностью вырастет пройдут века.

- Ты доставила мое сообщение? - спросил он.

- Да, акри, - сказала она, используя атлантский термин для мой господин и повелитель. - Я доставила его так, как ты мне сказал, акри.

По коже Ашерона на задней стороне шеи пробежал холодок. Что-то в ее тоне беспокоило его.
- Что ты сделала, Сими?

- Сими ничего не сделала, акри. Но...

Он ждал, а она нервничала.

- Но? - подсказал он.

- Сими проголодалась на обратном пути..

Он с ужасом похолодел.
- Кого ты съела на этот раз?

- Это был не кто, акри. Это было что-то с рогами на голове, как у меня. Вообще-то их там было целое стадо. У них у всех были рожки, и они издавали странный му-му звук.

Он нахмурился над ее описанием.
- Ты имеешь ввиду коров? Ты ела рогатый скот?

Она засияла.
- Именно, акри. Я съела рогатый скот.

Тогда почему она так волнуется?
- Это не так уж и плохо.

- Нет, это вообще-то было довольно вкусно, акри. Почему ты не рассказывал Сими о коровах? Они очень вкусные, когда поджаренные. Сими они очень нравятся. Нам нужно завести несколько му-му. Думаю, они привыкнут к дому.

Он проигнорировал ее комментарий.
- Тогда почему ты волнуешься?

- Потому что этот очень высокий человек только с одним глазом вышел из пещеры и кричал на Сими. Он сказал, что Сими была злом, потому что съела коров, и что я должна заплатить за них. Что это значит, акри? Заплатить? Сими ничего не знает об этом.

Ашерон желал бы, чтобы и он мог сказать так о себе.
- Этот очень высокий человек, он был циклопом?

- Что такое циклоп?

- Сын Посейдона.

- О, он так же сказал. Только у него не было рожек. Но зато у него была большая лысая голова.

Ашерону не хотелось обсуждать большую лысую голову циклопа со своим демоном. Что ему нужно было знать, так умерить ее неутолимый аппетит.
- Так что циклоп тебе сказал?

- Что он очень зол на Сими, за то, что она съела скотину. Он сказал, что рогатые коровы принадлежат Посейдону. Кто такой Посейдон, акри?

- Греческий бог.

- О, ну тогда у Сими нет проблем. Я просто убью греческого бога, и все будет в порядке.

Ему пришлось спрятать от нее свою улыбку.
- Ты не можешь убить греческого бога, Сими. Так нельзя.

- Ну вот опять, акри, ты говоришь нет Сими. Не ешь это, Сими. Не убивай это, Сими. Останься здесь, Сими. Отправляйся в Катотерос, Сими, и жди, когда я позову тебя. - Она скрестила руки на груди и одарила его строгим взглядом. - Мне не нравится, когда мне говорят нет, акри.

Ашерон поморщился от боли, возникшей в задней части черепа. Ему бы хотелось получить попугая на свой двадцать первый День рождения. Демон Шаронте умрет из-за него...опять.

- Так почему ты звал Сими, акри?

- Мне нужна была твоя помощь с даймонами.

Она расслабилась и снова начала качаться на ветке.
- Не похоже, что тебе нужна какая-то помощь, акри. Сими считает, ты и сам с ними прекрасно справляешься. Мне особенно понравилось, когда даймон перевернулся в воздузе перед тем, как ты убил его. Очень мило. Я не знала, что они бывают такими яркими, когда взрываются.

Сими спрыгнула с ветки и встала рядом с ним.
- Куда мы идем теперь, акри? Ты снова возьмешь Сими туда, где холодно? Мне понравилось то последнее место, где мы были. Горы очень милые.

Ашерон?

Он остановился, почувствовав, как Артемида призывает его. Он издал еще один многострадальный вздох.

Две тысячи лет он игнорировал ее.

Но все же она продолжала звать его.

Было время, когда она разыскивала его "во плоти", но он заблокировал эту ее способность.

Ее мысленная телепатия была единственным, от чего он не мог навсегда избавиться.

- Пойдем, Сими, - сказал он, начиная свой путь обратно в Теракос. Даймоны основали там колонию, где они питались на бедных греках, живших в маленькой деревушке.

Ашерон. Мне нужна твоя помощь. Моим новым Темным Охотникам нужен тренер.

Он замер от слов Артемиды.

Новые Темные Охотники? Что за черт это такое?

- Что ты наделала, Артемида? - прошептал он ветру, дующему на Олимп, где она ждала в своем храме.

Так, ты заговорил со мной. Он слышал облегчение в ее голосе. Я уже задумывалась, услышу ли когда-нибудь снова звук твоего голоса.

Ашерон поджал губы. У него не было на это времени.

Ашерон?

Он игнорировал ее.

Она не поняла намека.

Угроза даймонов распространяется быстрее, чем ты можешь сдерживать. Тебе нужна была помощь, так что я даю ее тебе.

Он усмехнулся над идеей ее помощи. Греческая богиня никогда ничего не делала для кого-либо, кроме себя, с начала времен.

- Оставь меня в покое, Артемида. С нами все кончено, с тобой и мной. У меня есть работа и нет времени на то, чтобы ты надоедала мне.

Отлично. Я отправлю их сражаться с даймонами неподготовленными. Если они умрут, что ж, кому какое дело до человека? Я просто сотворю новых.

Это уловка.

И все же в глубине души Ашерон знал, что это не так. Возможно, она сотворила этих Темных Охотников, и если так, тогда она определенно сделает это снова.

Особенно, если это заставить его чувствовать себя виноватым.

Будь она проклята. Ему придется прийти к ней в храм. Хотя он предпочел бы быть выпотрошенным.

Желудок сжался при воспоминании об этом, не оценив шутки.

Он посмотрел на своего демона.
- Сими, мне нужно встретиться с Артемидой. Возвращайся в Катотерос и не ввязывайся в неприятности, пока я не призову тебя.

Демон скорчила рожу.
- Сими не нравится Артемида. Я хочу, чтобы ты разрешил Сими убить ту богиню. Сими хочет вырвать ее длинные рыжие волосы.

Ему знакомо это чувство.

- Знаю, Сими, вот почему я хочу, чтобы ты оставалась в Катотеросе. - Он отошел, затем снова повернулся к ней лицом. - И ради меня, прошу, не ешь ничего, пока я не вернусь. Особенно людей.

- Но...

- Нет, Сими. Никакой еды.

- Нет, Сими. Никакой еды, - усмехнулась она. - Сими это не нравится, акри. В Катотеросе скучно. Там нет ничего интересного. Только мертвые люди, которые хотят обратно сюда. Бле!

- Сими... - сказал он с предупреждением в голосе.

- Я слышу и повинуюсь, акри. Просто Сими никогда не говорила, что будет делать это молча.

Он покачал головой на неисправимого демона, затем перенесся с земли в храм Артемиды на Олимпе.

Ашерон стоял на вершине золотого моста, перекинутого через реку. Звук воды отражался от отвесной стороны горы, возвышающейся рядом с ним.

За последние две тысячи лет ничего не изменилось.

Все на вершине горы было украшено сверкающими мостами и проходами, над которыми стелился радужный туман и которые вели к храмам различных богов.

Залы горы Олимп были богаты и огромны. Идеальные дома для эго богов, живущих в них.

Дом Артемиды был сделан из золота, с куполообразным верхом и белыми мраморными колоннами. Вид неба и мира внизу из ее тронного зала был захватывающим.

Или он так думал в молодости.

Но это было до времени и опыта, из-за чего теперь он судит предвзято. Теперь для него здесь не было ничего захватывающего и великолепного. Он видел лишь эгоистичное тщеславие и холодность олимпийцев.

Эти новые боги очень отличались от тех, о которых знал Ашерон с тех пор, как был человеком. Все, кроме одного из атлантских богов были полны сострадания. Любви. Доброты. Прощения.

Его предстоящее рождение было единственным разом, когда атланты позволили страху вести их - ошибка, которая стоила всем им их бессмертных жизней и позволила олимпийским богам заменить их.

Это был печальный день для человеческого мира во многих смыслах.

Ашерон заставил себя перейти через мост, ведущий к храму Артемиды. Две тысячи лет назад он покинул это место и надеялся больше никогда сюда не возвращаться.

Ему следовало знать, что рано или поздно она придумает, как вернуть его обратно.

Желудок свело от злости, Ашерон использовал телекинез, чтобы открыть огромные позолоченные двери. На него немедленно обрушились пронзительные крики служанок Артемиды. Они абсолютно не привыкли к тому, что мужчины вторгаются в частные владения их богини.

Артемида зашипела на пронзительный звук, затем убила всех женщин вокруг нее.

- Ты только что убила восемь человек? - спросил Ашерон.

Артемида прочистила уши.
- Нужно было бы, но нет, я просто бросила их в реку снаружи.

Он с удивлением уставился на нее. Как несвойственно для богини, которую он помнил. Возможно, она приобрела капельку сострадания и милосердия за последние две тысячи лет.

Зная ее, это было маловероятно.

Теперь они были одни, она развернулась от своего трона из слоновой кости с подушками и подошла к нему. На ней был чистый белый гиматий, который облегал ее роскошное тело, а темно-рыжие волнистые волосы блестели на свету.

Ее зеленые глаза тепло приветствовали.

Этот взгляд пронзил его как копье. Горячее. Пронзающее. Болезненное. Он знал, что ему будет тяжело снова видеть ее - это была одна из причин, по которой он всегда игнорировал ее призывы.

Но знать что-то и испытывать это - абсолютно разные вещи.

Он не был готов к эмоциям, нахлынувшим на него, когда он снова увидел ее. Ненависть. Предательство. Хуже всего была нужда.

Голод.

Желание.

В нем все еще была та часть, что любила ее. Часть него, готовая простить ей все, что угодно.

Даже его смерть...

- Хорошо выглядишь, Ашерон. Такой же красивый, как и в последний раз, когда я видела тебя в последний раз.
Она подошла, чтобы дотронуться до него.

Он отошел от нее.
- Я не общаться сюда пришел, Артемида, я...

- Ты привык называть меня Арти.

- Я привык ко многим вещам, которые не делаю теперь.
Он пристально посмотрел на нее, напоминая обо всем, чего она лишила его.

- Ты все еще злишься на меня.

- Думаешь?

Ее глаза сверкнули огнем, напоминая ему о демоне, живущем в ее божественном теле.
- Ты знаешь, я могла бы силой привести тебя сюда. Я была очень терпима к твоему неповиновению. Более, чем должна была бы.

Он отвел взгляд, зная, что она права. Она, и только она, владела источником еды, необходимым для его функционирования. Когда он слишком долго живет без ее крови, то становится неконтролируемым убийцей. Опасным для любого, кто окажется рядом с ним.

Лишь Артемида владела ключом к сохранению его таким, какой он есть. В здравом уме. Цельным.

Способным на сострадание.

- Почему ты не заставила меня? - спросил он.

- Потому что я знаю тебя. Если бы я попыталась, ты заставил бы заплатить нас обоих за это.

И снова она была права. Дни его подчинения давно закончились. Их было достаточно в детстве и молодости. Отведав свободы и могущества, он решил, что это слишком нравится ему, чтобы снова стать тем, кем был раньше.

- Расскажи мне об этих новых Темных Охотниках, - сказал он. - Зачем ты создала их?

- Я же сказала, тебе нужна помощь.

Он со злостью поджал губы.
- Мне не нужно ничего подобного.

- Я и другие греческие боги не согласны.

- Артемида...- прорычал он ее имя, зная, что она лжет. Он был более, чем способен контролировать и убивать даймонов, питающимися людьми. - Клянусь...

Он стиснул зубы при мысли о первом дне своей новой жизни. Не было никого, кто бы все показал ему. Никого, кто бы объяснил ему, что нужно делать.

Как жить.

Новички потеряются без учителя. Запутаются. Хуже всего, что они уязвимы, пока изучают свои способности, а Савитар не будет учить их.

Будь она проклята.

- Где они?

- Ждут в Фалоссе. Они прячутся в пещере, которая скрывает их от солнечного света. Но они не уверены, что должны делать или как найти даймонов. Им нужен лидер.

Ашерон не хотел этого делать. Ему хотелось возглавлять кого-то не больше, чем самому следовать чьим-то приказам. Ему вообще не хотелось иметь дело с людьми.

Ему ничего не было нужно, кроме того, чтобы его оставили в покое.

Мысль о взаимодействии с другими...

От этого у него кровь в жилах застыла.

Одна часть его хотела идти своей дорогой, но Ашерон знал, что не может. Если он не научит тех людей, как сражаться и убивать даймонов, они умрут. Быть мертвым без души было очень плохим существованием. Он, из всех людей, знал об этом.

- Ладно, - сказал он. - Я буду тренировать их.

Она улыбнулась.

Ашерон перенесся из ее храма назад к Сими и приказал ей оставалась на месте еще немного. Демон только осложнит и без того сложное дело.

Как только он убедился, что она останется, он телепортировался в Фалосс.

Он обнаружил трех мужчин, съежившихся в темноте прямо так, как и сказала Артемида. Они тихо разговаривали между собой, собравшись около небольшого костра, чтобы согреться, и их глаза увлажнились из-за яркости пламени.

Их глаза не были больше человеческими и не могли больше принимать яркость от любого источника света.

Ему придется многому научить их.

Ашерон шагнул вперед из тени.

- Кто ты? - спросил самый высокий, как только увидел его. Мужчина, несомненно, был дорийцем с длинными черными волосами. Он был высоким, превосходно сложенным, и все еще одет в боевое снаряжение, находившееся в плохом состоянии и нуждавшееся в починке.

Мужчины с ним были блондинистыми греками. Их броня была не лучше, чем у первого. У самого молодого была дыра в центре нагрудника, где его пронзили копьем в сердце.

В такой одежде эти люди никогда не смогут выйти и смешаться с живыми людьми. Каждому из них нужна забота. Отдых.

Инструкции.

Ашерон снял капюшон своего черного хитона и посмотрел на каждого по очереди.

Когда они заметили мерцающий серебристый цвет его глаз, то побледнели.

- Ты бог? - спросил самый высокий. - Нам сказали, боги убьют нас, если мы покажемся в их присутствии.

- Я Ашерон Партенопэус, - тихо сказал он. - Артемида прислала меня тренировать вас.

- Я Каллабракс Ликоносский, - сказал самый высокий. Он указал на мужчину справа. - Кирос Секлосский. - Затем на младшего в их группе. - И Иас Гроезийский.

Иас отошел назад с темными пустыми глазами. Ашерон слышал мысли мужчины так же четко, как если бы они были его собственными. Боль мужчины прошла сквозь него, заставляя его собственный желудок сжаться в сочувствии.

- Сколько времени прошло с тех пор, как вас создали? - спросил их Ашерон.

- В моем случае несколько недель, - сказал Кирос.

Каллабракс кивнул.
- Мне создали примерно в то же время.

Ашерон посмотрел на Иаса.

- Два дня назад, - сказал он пустым голосом.

- Ему все еще нехорошо после превращения, - дополнил Кирос. - Прошла почти неделя прежде, чем я смог...приспособиться.

Ашерон мучительно сдержал смех. Это было подходящее слово.

- Уже убили сколько-нибудь даймонов? - спросил он их.

- Пытались, - сказал Каллабракс, - но их нужно убивать не так, как солдат. Они сильнее. Быстрее. Они не так просто умирают. Мы уже потеряли двоих из наших.

Ашерон вздрогнул при мысли о двух неподготовленных людях, идущих против даймонов, и об ужасном существовании, ожидающем их, когда они умрут без своих душ.

Он вспомнил о собственной первой борьбе...

Он выбросил эту мысль из головы. Хоть Такеши и был великим учителем, он никогда не сражался с даймонами. И Ашерон узнал, что и он, и Савитар, не рассказали ему обо всем. Те первые годы были тяжелы и жестоки.

- Вы трое ели сегодня?

Они кивнули.

- Тогда следуйте за мной, и я научу вас всему, что вам нужно знать, чтобы убивать даймонов.

Ашерон работал с ними почти до рассвета. Он поделился с ними всем, чем мог поделится за одну ночь. Обучил новой тактике. Где и как даймоны наиболее уязвимы.

И к концу ночи он оставил их в пещере.

- Я найду лучшее место, где вы сможете прятаться от солнечного света, - пообещал он.

- Я дориец, - гордо сказал Каллабракс. - Мне не нужно ничего, кроме того, что у меня есть.

- Но нам нужно, - сказал Кирос. - Кровать будет самым желанным для нас с Иасом. А ванна еще больше.

Ашерон наклонил голову, затем позвал Иаса наружу.

Он отступил, пропуская вперед Иаса, затем отвел его в сторону, чтобы их не слышали другие.

- Ты хочешь снова увидеть жену, - тихо сказал Ашерон.

Он взглянул на него, пораженный.
- Как ты узнал?

Ашерон не ответил. Даже как человек, он ненавидел личные вопросы, поскольку они часто втягивали его в разговоры, в которых он не хотел участвовать. Ворошили воспоминания, которые он хотел оставить похороненными.

Закрыв глаза, Ашерон позволил сознанию выскользнуть из него и бродить по космосу, пока не нашел женщину, часто всплывавшей в разуме Иаса.

Лиора.

Она была красивой женщиной с волосами черными, как вороново крыло. Глаза такие же чистые и голубые, как открытое море.

Неудивительно, что Иас скучал по ней.

Сейчас женщина стояла на коленях и плакала.
- Пожалуйста, - умоляла она богов. - Прошу, верните мне мою любовь. Пожалуйста, пусть у моих детей будет отец.

Ашерон сочувствовал ей, увидев и услышав ее слезы. Ей еще никто не сказал, что случилось. Она молилась о благополучии человека, который больше не был с ней.

Это преследовало его.

- Я понимаю твою печаль, - сказал он Иасу. - Но ты не можешь дать им знать, что ты жив в такой форме. Люди испугаются, если ты вернешься домой. Попытаются убить тебя.

У Иаса брызнули слезы, когда он говорил, а клыки царапали губы.
- У Лиоры нет никого, кто бы позаботился о ней. Она сирота, а моего брата убили днем раньше, чем меня. Нет никого, кто бы обеспечил моих детей.

- Ты не можешь вернуться.

- Почему нет? - сердито спросил Иас. - Артемида сказала, что я могу совершить акт возмездия над человеком, который убил меня, а потом буду жить, чтобы служить ей. Она ничего не говорила о том, что я не смогу вернуться домой.

Ашерон сильнее сжал свой жезл.
- Иас, задумайся. Ты больше не человек. Как, по-твоему, жители деревни будут вести себя, когда ты вернешься домой с клыками и черными глазами? Ты не можешь показаться при солнечном свете. Ты предан всему человечеству, а не только своей семье. Никто не может выполнять свои обязанности по отношению и к тому, и к другому. Ты никогда не сможешь вернуться.

Губы мужчины задрожали, но он понимающе кивнул.
- Я спасаю людей, пока моя невинная семья голодает, и некому защитить их. Такова моя сделка.

Ашерон отвел взгляд, а его сердце болело за этого человека и его семью.

- Иди внутрь к другим, - сказал Ашерон.

Он смотрел, как Иас возвращается, в то время как обдумывал слова мужчины. Он не мог все так оставить.

Ашерон мог работать в одиночку, но другие...

Закрыв глаза, он перенесся к Артемиде.

В этот раз, когда ее женщины раскрыли рот, чтобы закричать, Артемида заморозила их голосовые связки.
- Оставьте нас, - приказала им она.

Женщины бросились к двери так быстро, как могли, а затем с грохотом захлопнули их.

Как только они остались наедине, Артемида улыбнулась ему.
- Не ожидала так скоро тебя увидеть.

- Не надо, Артемида, - сказал он, сдерживая ее резвость прежде, чем она продолжила. - Вообще-то я вернулся, чтобы наорать на тебя.

- За что?

- Как ты посмела лгать этим людям, чтобы заполучить их к себе на службу.

- Я никогда не лгу.

Он выгнул бровь.

Тот час же почувствовав себя неловко, она прочистила горло и откинулась на своем троне.
- Ты - другое дело, и я не лгала. Я лишь забыла упомянуть о нескольких вещах.

- Это практически одно и то же, и дело не во мне. А в том, что ты сделала с ними. Ты не можешь так оставить этих бедняг.

- Почему нет? Ты же прекрасно выживал сам по себе.

- Я никогда не был таким, как они, и ты прекрасно это знаешь. В моей жизни не было ничего, к чему можно было бы вернуться. Ни семьи, ни друзей.

- Я была исключением. Ведь так?

- Ты была ошибкой, которую я оплакивал последние две тысячи лет.

Она покраснела. Она встала с трона и спустилась на две ступеньки, чтобы встать перед ним.
- Как ты смеешь так разговаривать со мной!

Ашерон сбросил с себя плащ и с гневом бросил свой жезл в угол.
- Убей меня за этой, Артемида. Давай, сделай это. Окажи услугу нам обоим и избавь меня от моих мучений.

Она попыталась ударить его, но схватил ее руку и посмотрел ей в глаза.

Артемида видела ненависть во взгляде Ашерона, резкое осуждение. Их дыхания, полные злости, смешались, и воздух вокруг них яростно щелкал, когда столкнулись их силы.

Но не его ярость она хотела.

Нет, никогда его ярость...

Она осмотрела его. Идеальные черты его лица, его высокие скулы, длинный орлиный нос. Черноту его волос.

Жуткое мерцание его глаз.

Не было ни бога, ни человека, кто мог бы сравниться с его идеальностью.

Не просто его красота привлекала к нему людей. Не просто красота привлекала ее к нему.

Он обладал первозданной, редкой мужской харизмой. Могуществом. Силой. Шармом. Интеллектом. Решимостью.

Смотреть на него, значит хотеть его.

Смотреть на него, значит до боли хотеть прикоснуться к нему.

Он сложен, чтобы нравиться, и обучен дарить удовольствие. Все в нем от пульсирующих гладких мышц до глубокого эротичного тембра его голоса соблазняло любого, кто оказывался с ним рядом. Он двигался с обещанием опасности и мужской силы, как смертоносное дикое животное. С обещанием наивысшего сексуального наслаждения.

Они обещали, что он как никто другой доставит его.

На протяжении всей вечности он был единственным мужчиной, кто делал ее слабой. Единственным мужчиной, которого она любила.

В нем была сила убить ее. Они оба знали это. И она обнаружила, что он не интриган и провокатор.

Соблазнительный и чувственный.

Сглотнув, она вспомнила, каким он был, когда они впервые встретились. Его силу. Страсть. Он дерзко стоял в ее храме и смеялся, когда она угрожала убить его.

Там, перед ее статуей, он посмел сделать то, чего не смел ни один мужчина до и после него...

Она все еще чувствовала тот поцелуй.

В отличие от других мужчин, он никогда не боялся ее. Теперь, жар его руки на ее плоти опалял ее, как делало любое его прикосновение. Она не жаждала ничего, кроме как ощутить вкус его губ. Пламя его страсти.

И из-за одной ошибки она потеряла его.

Артемиде хотелось расплакаться от безнадежности. Она пыталась однажды, давным-давно, повернуть время вспять и заново пережить то утро.

Вернуть обратно любовь и доверие Ашерона.

Мойры жестоко наказали ее за такую дерзость.

За последние две тысячи лет она перепробовала все, чтобы вернуть его. Но ничего не вышло. Ничего даже не приблизило его к тому, чтобы простить ее или прийти к ней в храм.

Пока она не задумалась о единственном, чему он никогда не сможет сказать нет - смертной душе, подвергающейся опасности.

Ашерон сделает что угодно, чтобы спасти людей. Ее план сделать его ответственным за Темных Охотников, которых она создала при помощи его способности воскрешать, сработал, и теперь он вернулся.

Если бы она смогла просто удержать его.

- Ты хочешь, чтобы я освободила их? - спросила она.

Ради него она готова на все.

- Да.

Ради нее он не сделает ничего. Если только она не заставит его.

- На что ты готов, Ашерон? Ты знаешь правила богов. Услуга за услугу.

Он отпустил ее с гневным проклятьем и отошел от нее.
- Я научился лучше, чем играть в эту игру с тобой.

Артемида пожала плечами с равнодушием, которого не чувствовала. В этот момент все, что ей дорого, было на кону.

Если он откажется, это уничтожит ее.

- Лажно, тогда они продолжат свое существование как Темные Охотники. Одни, и некому научить их тому, что им нужно знать. Всем будет наплевать на то, что с ними станет.

Он сделал долгий усталый вдох.

Она хотела утешить его, но знала, что он отвергнет ее прикосновение. Он всегда отвергал утешение или сочувствие. Он был сильнее, чем кто-либо имел право быть.

Когда он встретил ее взгляд, по ней прошлась чувственная дрожь.
- Если они служат тебе и богам, Артемида, у них должно быть то, что им понадобиться.

- Например?

- Например, вооружение. Ты не можешь посылать их сражаться без оружия. Им нужны деньги, чтобы обеспечить себе еду, одежду, лошадей и даже слуг, которые будут присматривать за ними в дневное время, пока те будут отдыхать.

- Ты просишь для них слишком многого.

- Я прошу лишь то, что нужно им для выживания.

Она покачала головой.
- Ты не просил ничего из этого для себя.
И этот факт причинял ей боль.

Он никогда ничего не просил.

- Мне не нужна еда, а мои силы позволяют обеспечивать себя всем, что мне нужно. А для защиты у меня есть Сими. Они не протянут в одиночку.

Никто не выдержит одиночества, Ашерон.

Никто.

Даже ты.

И особенно я.

Артемида задрала подбородок, решив во что бы то ни стало держать его подле себя.
- И я снова говорю тебе, что ты готов дать мне за то, что им нужно?

Ашерон отвел взгляд, а его внутренности сжались. Он знал, чего она хотела, и последнее, чего хотел он, это дать ей это.
- Это для них, не для меня.

она пожала плечами.
- Ладно, в таком случае они без всего этого обойдутся, поскольку у них нет ничего в обмен.

В нем загорелась ярость из-за ее обычного равнодушия к их жизням и благополучию. Она не так уж и изменилась.

- Будь ты проклята, Артемида.

Она медленно подошла к нему.
- Я хочу тебя Ашерон. Я хочу тебя назад таким, каким ты был раньше.

Она хотела его как шлюху. Ее шлюху. Он съежился в душе, когда она взяла в свои руки его лицо. Между ними ничего никогда не будет так, как было прежде. Он слишком хорошо ее изучил.

Он слишком многими был предан.

Ашерон мог сказать, что слишком долго учился, но это не правда. Он был ослеплен тем, что кто-то заботится о нем, и из-за этого игнорировал темную сторону ее натуры.

Игнорировал, пока она не повернулась к нему спиной и оставила его умирать. Некоторые вещи даже он не может простить.

Его раздумья вернулись к нему, к невинным людям, живущим в пещере. Людям, которые ничего не знали об их новом существовании или об их врагах. Он не мог бросить их.

На его счету достаточно жизней людей, их будущих.

Он никак не мог позволить и им потерять их жизни и души.
- Ладно, Артемида. Я дам тебе то, что ты хочешь, если ты дашь им то, что им нужно для выживания.

Она засияла.

- Но, - продолжил он, - мои условия таковы: ты будешь каждый месяц платить им ту сумму, которая позволит им покупать все, что им нужно, и все, что они пожелают. Как было сказано ранее, им понадобятся оруженосцы, которые будут лично заботиться о них, чтобы им не пришлось беспокоиться о еде, одежде и вооружении. Я не хочу, чтобы они отвлекались от своей работы.

- Ладно, я найду людей, которые будут служить им.

- Живых людей, Артемида. Я хочу, чтобы они служили по своей воле. Больше никаких Темных Охотников.

Она изумилась.
- Троих недостаточно. Нам нужно больше, чтобы держать даймонов в узде.

Ашерон закрыл глаза, почувствовав бесконечность таких отношений. Слишком легко он мог видеть такое будущее.

Чем больше Темных Охотников, тем больше он будет привязан к ней. Нет способа, чтобы она не привязала его к себе навсегда.

Или был?

- Ладно, - сказал он. - Я соглашусь на это, если ты согласишься предоставить им путь освободиться от службы тебе.

- Что имеешь ввиду?

- Я хочу, чтобы ты установила, как Темные Охотники смогут вернуть свои души, чтобы больше не быть связанными с тобой, если они того захотят.

Артемида сделала шаг назад. Этого она не предвидела. Если она согласится, тогда даже он будет связан этим.

Он мог от нее уйти.

Она забыла, как хитер мог быть Ашерон. Как хорошо он знал правила игры и как манипулировать ими и ей.

Он действительно был ей ровней.

И все же, если она не согласится на это, он все равно найдет способ уйти. У нее не было выбора, и он прекрасно это знал.

Однако, еще было то, что сможет удержать его. Она знала способ, гарантирующий его присутствие в ее жизни на протяжении всей вечности.

- Прекрасно. Установим для них правила.
Она почувствовала, как его мысли вернулись к Иасу. Он жалел бедного греческого солдата, любящего свою жену. Жалость, милосердие и сострадание всегда будут его погибелью.

- Правило номер один, они должны умереть, чтобы вернуть свои души.

- Почему? - спросил он.

- Душа может быть высвобождена из тела только в момент смерти. Аналогично, она может быть возвращена в тело, когда оно больше не функционирует. Пока они "живы" как Темные Охотники, они никогда не смогут вернуть свои души. Это не мое правило, Ашерон, это просто природа душ...спроси свою мать, если мне не веришь.

Он нахмурился.
- Как убить бессмертного Темного Охотника?

- Ну, мы можем отрубить им голову или оставить под солнечным светом, но поскольку после таких повреждений не восстанавливаются, это вряд ли послужит цели.

- Это не смешно.

Как и он. Она не хотела освобождать их со службы. Более того, она не хотела освобождать его.

- Тебе придется лишить их сил Темного Охотника, - сказала она ему. - Сделать их бессмертные тела уязвимыми для атаки, затем остановить их сердце. Только тогда они умрут так, что не смогут вернуться к жизни.

- Ладно, я смогу.

- Вообще-то, не можешь.

- То есть?

Она поборола улыбку. Вот как он будет рядом с ней.

- Существует несколько законов, которые тебе нужно знать о душах, Ашерон. Первый, обладатель должен по собственной воле отдать ее. Поскольку я владею их душами...

Ашерон выругался.
- Мне придется совершать сделку с тобой за каждую душу.

Она кивнула.

Он выглядел менее, чем довольным этим знанием. Но он мог со временем найти лазейку. Да, он определенно найдет лазейку....

- Что еще? - спросил он.

А это правило привяжет его к ней навсегда.
- Лишь искреннее, чистое сердце может вернуть душу обратно в тело. Тот, кто возвращает душу должен быть тем, кто полюбит их больше всех на свете. Тем, кого они будут любить и кому доверять.

- Почему?

- Потому что душе нужна причина для движения, иначе она остается там, где есть. Я использовала месть как причину перехода душ в мое владение. Только равное и такая же сильное чувство побудит душу вернуться обратно в тело. Поскольку это чувство выбираю я, то это будет любовь. Самое прекрасное и благородное чувство. Единственное, стоящее возвращения.

Ашерон смотрел на мраморный пол, а ее слова шепотом разносились вокруг него.

Любовь.

Доверие.

Такие простые слова, чтобы сказать их. Такие сильные, чтобы почувствовать. Он завидовал тем, кто познал их истинное значение. Ему были известны другие. Предательство, боль, унижение, недоверие, ненависть. Это было его существованием. Это все, что ему показали.

Часть его хотела развернуться и распрощаться с Артемидой навсегда.

- Верните мне моего любимого. Пожалуйста. Я готова на все...
Слова Лиоры звенели в его голове. Он мог даже сейчас слышать ее слезы. Чувствовать ее боль.

Чувствовать боль Иаса, которую тот испытывал при мысли о его детях и жене. Его беспокойство об их благополучии.

Ашерон никогда не знал такой жертвенной любви. Ни до, ни после своей смерти.

- Дай мне душу Иаса.

Артемида выгнула бровь.
- Ты согласен заплатить цену, которую я назову, и с правилами возвращения душ?

Его сердце сжалось от ее слов. Он вспомнил молодость, которая была давным-давно.

У всего есть цена, Ашерон. Ничего не достается просто так. Его дядя прекрасно научил его цене выживания.

Ашерон дорого платил за все, что у него когда-либо было и чего хотел. За еду. Крышу над головой. Одежду. Платил плотью и кровью.

Некоторые вещи никогда не меняются. Однажды шлюха, всегда шлюха.

- Да, - сказал он с напряженным горлом. - Согласен. Я заплачу.

Артемида улыбнулась.
- Не надо выглядеть таким несчастным, Ашерон. Обещаю, ты насладишься этим.

Желудок сжался еще сильнее. Он уже слышал эти слова.

Уже смеркалось, когда Ашерон вернулся в пещеру.

Он не был один, когда поднимался по небольшому склону. С ним были двое мужчин и четыре лошади.

- Что это? - спросил Каллабракс.

- Они будут оруженосцами для тебя и Кироса. Они покажут вам дом, где вы будете жить. Они пока посмотрят, что вам нужно, а я приду позже, и мы продолжим тренировку.

Приступ страха отражался в глазах Иаса.
- А я?

- Ты пойдешь со мной.

Ашерон подождал, пока остальные сядут на лошадей и ускачут, а потом повернулся к Иасу.
- Готов вернуться домой?

Иас выглядел удивленным.
- Но ты сказал...

- Я ошибался. Ты можешь вернуться.

- Что с моей клятвой Артемиде?

- С этим все улажено.

Иас обнял его как брата.

Ашерон съежился от контакта, особенно после того, как это усугубило глубокие раны на спине, по которой Артемида избила его в обмен на душу Иаса...по крайней мере, таковы ложь, которую она твердила себе. Но он знал правду. Она избила его, чтобы наказать за то, что любит его.

И эти отметины не сравнимы с еще более глубокими ранами на его душе.

Он всегда ненавидел, когда кто-то прикасался к нему.

Он мягко оттолкнул Иаса.
- Пойдем, посмотрим на твой дом.

Ашерон перенес их на небольшую ферму Иаса, где его жена только что уложила двоих детей в постель.

Ее красивое лицо побледнело, когда она увидела их у ее очага.

- Иас? - Она моргнула. - Мне сегодня утром сказали, что ты мертв.

С радостными глазами Иас покачал головой.
- Nay, любовь моя. Я вернулся домой к тебе.

Ашерон глубоко вздохнул, Иас бросился к ней и прижал к себе. Из-за этого боль в спине еще долго не пройдет.

- Тут есть пара вещей, Иас, - тихо сказал Ашерон.

Нахмурившись, Иас отошел назад.

- Твоей жене нужно высвободить твою душу обратно в твое тело.

Лиора сердито посмотрела на него.
- Что?

Иас поцеловал ее руку.
Я поклялся служить Артемиде, но она позволила мне уйти, чтобы я мог вернуться к тебе.

Она, казалось, была сбита с толку его словами.

Иас посмотрел на Ашерона.
- Что мы должны сделать?

Ашерон колебался, но так или иначе придется сказать, что нужно сделать.
- Тебе снова нужно умереть.

Он немного побледнел.
- Ты уверен?

Ашерон кивнул, затем протянул свой кинжал Лиоре.
- Ты должна пронзить этим его сердце.

Она выглядела напуганной и потрясенной его предложением.
- Что?

- Это единственный путь.

- Это убийство. Меня повесят.

- Нет, клянусь.

- Сделай это, Лиора, - убеждал ее Иас. - Я хочу снова быть с тобой.

Ее лицо выражало скептицизм, но она взяла кинжал в руку и попыталась проткнуть им его грудь.

Не получалось. Лезвие лишь укололо его.

Ашерон сгримасничал, вспомнив, что говорила Артемида о силах Темного Охотника. Обычный человек не сможет ранить Темного Охотника кинжалом.

Но он сможет.

Взяв кинжал от Лиоры, он вонзил его прямо в сердце Иаса. Иас оступился, тяжело дыша.

- Не паникуй, - сказал Ашерон, кладя его на пол перед очагом. - Держу тебя.

Ашерон притянул Лиору. Он достал из своей сумку медальон, в котором была душа Иаса.
- Тебе нужно взять это в руку, когда он умрет и вернуть его душу обратно в тело.

Она сглотнула.
- Как?

- Приложи медальон к его метке в виде лука и стрелы.

Ашерон подождал прямо до того момента, как умре Иас. Он протянул медальон Лиоре.

Она вскрикнула, как только коснулась его и бросила его на пол.
- Он жжется как огонь! - завопила она.

Иас задыхался, борясь за жизнь.

- Подними его, - приказал Ашерон Лиоре.

Она подула ладонь и отрицательно покачала головой.

Ашерона поразил ужас от ее действий.
- Что с тобой, женщина? Он умрет, если ты не спасешь его. Подними его душу.

- Нет.
Ее глаза были полны решимости, которую он не мог понять.

- Нет? Как так? Я слышал, как ты молила о его возвращении. Ты сказала, что готова на все ради возвращения любимого.

Она опустила руку и одарила его холодным взглядом.
- Не Иас мой любимый. А Ликантес. Вот о ком я молилась, и теперь он мертв. Дух сказал мне, что Иас убил его, потому что он убил Иаса в бою, чтобы мы вдвоем могли вместе растить наших детей.

Ашерон остолбенел от ее слов. Как он мог не видеть этого? Он был богом. Почему это было сокрыто от него?

Он посмотрел на Иаса и увидел в его глазах боль прежде, чем они стали пустыми и Иас умер.

С колотящимся сердцем Ашерон поднял медальон и попытался сам высвободить душу.

Не получилось.

В ярости он заморозил Лиору на месте, а потом убил ее за ее поступок.

- Артемида! - крикнул он в потолок.

Богиня появилась в хижине.

- Спаси его.

- Я не могу изменить правила, Ашерон. Я предъявила условия, и ты согласился на них.

Он указал на женщину, которая теперь была статуей.
- Почему ты не сказала мне, что она не любит его?

- Я знала об этом не больше, чем ты. - Ее глаза потускнели. - Даже боги совершают ошибки.

- Тогда почему ты не сказала мне хотя бы о том, что медальон будет обожжет ее?

- Я не знала этого. Он не обжег нас с тобой. Я никогда раньше не давала держать медальон человеку.

Голова Ашерона гудела из-за вины и горя. Ненависти к ней и самому себе.
- Что теперь с ним будет?

- Он Тень. Без тела или души, его сущность заперта в Катотеросе.

Ашерон заревел от боли из-за того, что она сказала ему. Он только что убил человека и обрек его на судьбу, гораздо худшую, чем смерть.

И за что?

За любовь?

За милосердие?

Боги, он был таким глупцом.

Ему, лучше чем кому-либо, следовало знать, что нужно задавать правильные вопросы. Ему следовало знать лучше, чем поверить в любовь к другому человеку.

Черт побери, когда он научится?

Артемида подошла к нему и подняла его подбородок, пока он не посмотрел на нее.
- Скажи мне, Ашерон, есть ли хоть кто-нибудь, кому ты когда-либо будешь доверять настолько, чтобы освободить свою душу?

Он покачал головой.
- Ты знаешь лучше. Ты слишком хорошо обучила меня тому, как порочны женщины. Тому, как сильно губит и разрушает любовь. Спасибо за урок, Артемида. Это было как раз то, что мне нужно. И я уверяю тебя, этот я никогда не забуду.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6578/29296

Переводчики: Bewitched