Готовый перевод Meredith Gentry - 8. Divine misdemeanors. / Мередит Джентри - 8. Проступки богов.: CHAPTER FOUR

Этот Рыжий Человек был ниже меня, но всего лишь, на несколько дюймов. Чуть меньше пяти футов. По человеческим меркам, он был среднего роста. Его лицо было сморщенно, с седыми волосами на щеках, подобием не четких бакенбардов. Нос тонкий, длинный и острый. Глаза у него были слишком большими для его лица и слегка вздернуты вверх по углам. Они были черными, на первый взгляд казалось, что радужка отсутствует, но вглядевшись понимаешь, что она такая же, как и у Дойла, такая же черная, как и основной цвет, таким образом, было трудно ее разглядеть.

Он шел перед нами по тротуару, где шли счастливые пары, взявшись за руки и семьи с детьми, они шли, улыбаясь и смеясь. Дети открыто смотрели на Рыжего Человека. Взрослые кидали быстрые взгляды и я тоже взглянула на него он выглядел, как человек, я поняла, что люди смотрят на нас. Мы выглядели, как сидхе. Я и не думала использовать гламор, чтобы казаться человеком или, по крайней мере, быть менее заметным. Я была слишком неосторожной.

Количество семей удваивалось, один улыбнулся и попытался установить зрительный контакт. Если бы я посмотрела в ответ, они бы захотели поговорить, но нам было нужно срочно предупредить фей-крошек, так, что я просто проигнорировала взгляды. Обычно я стараюсь быть дружелюбной, но сегодня не тот случай.

Гламором называли способность повлиять на умы людей, чтобы они видели то, что хотите вы, а не то, что существует в действительности. Это всегда было моей самой сильной стороной, до недавнего времени. Это было то волшебство, которое мне было хорошо знакомо, по сей день, пользоваться им было, очень приятно, оно как будто вытекало через мою кожу.

Дойлу и Холоду я тихо сказала:
-Мы можем сейчас скрыться, у нас дела, прессе не на, что будет жаловаться.

-Я сам могу спрятаться.

-Не при таком ярком свете. – сказала я. У Дойла была очень необычная способность, скрываться в темноте. Я знала, что он Мрак, а темноту ты не увидишь до тех пор, пока она сама не захочет показаться, но еще я поняла, что это скорее столетия практики, чем магия. Практически он мог обернуть тени вокруг себя и скрыться. Но он не мог скрыть, кого-то из нас и он не мог скрыться при свете, днем не было ничего, что он бы мог обернуть вокруг себя.

Я сделала себе волосы обычного, человеческого, каштанового цвета, без моего истинного красного блеска. Кожа стала по-человечески бледной, а не настоящей бледно-перламутровой и отлично сочеталась с новым цветом волос. Я перекинула часть гламора на Холода, так мы обычно и поступали. Его кожа была бело-лунной, как и моя, поэтому было проще сконцентрироваться, преображая ее. Я заменила его богато-серый, цвет волос на более темный, пока мы двигались я делала, его еще темней пока он не стал брюнетом с еле заметными серыми бликами. Это подходило к его бледной коже, он стал походить на гота. Правда для этого он был одет неправильно, но я не стала менять цвет одежды по нескольким причинам. Я могла изобразить любой цвет, но для этого не было времени, мы привлекали слишком много внимания, а я сегодня этого не хотела. Слишком много людей видело нас, настоящими и гламор мог сломаться под этим знанием. Так бывало, когда нас узнавали, но я надеялась, что сейчас этого не случится, мы двигались, а я производила лишь незначительные перемены, поэтому люди могли не заметить или подумать, что ошиблись.

Хитрость заключалась в том, чтобы изменять кожу и волосы постепенно, чтобы люди не заметили, что вы делаете: два типа гламора в одном. Первый, аккуратно изменить внешность и второй способ Оби Вана заставить людей думать, что они видели не то, что видели.

Изменение внешности Дойла всегда было трудной задачей, по нескольким причинам. Я не была уверенна почему, нужно так много концентрации, для того, чтобы изменить его черный цвет кожи, на более привычный глубокий богато-коричневый оттенок, а его волосы в обыкновенно-коричневый цвет, чтобы они соответствовали коже. Лучшее, что я могла сделать за столь короткое время, это заставить его выглядеть, как индус в сочетании с индейцем. Я оставила изящные раковины его ушей с серебряными сережками, даже теперь когда я изменила цвет кожи на человеческий, уши были, как клеймо волшебного царства или, как у подражателя фейри, нет – подражателя сидхе. Казалось, что все люди считают, что у сидхе заостренные уши, как во всех фантастических книгах, в действительности это означало, что Дойл не чистокровен и имеет в родословной кого-то из меньших фейри. Он почти никогда не скрывает своих ушей, наоборот открывает их это как пощечина для благородных сидхе. Подражатели тоже любят бросать вызов сидхе, имитируя эльфов. Я считаю, что в этом виноват Толкиен, со своими эльфами.

Я изменила нас, но мы все еще были привлекательны, а мужчины экзотичны, это единственное, что я могла сделать на ходу, чтобы изменения были полными, мне было необходимо остановиться и полностью сконцентрироваться.

У Рыжего Человека, было достаточно гламора, чтобы изменить свою внешность, как поступили мы. Но изменил он не так много, его просто не волновало, смотрят они или нет. Вся это беспечность может привести к тому, что кто-то сделает телефонный звонок и сюда набежит пресса и нам придется вызывать других телохранителей, чтобы получилось добраться до автомобиля. Это случалось дважды с тех пор, как мы вернулись в Л.А.. Повторения я не хотела.

Рыжий Человек обернулся к нам и сказал:
-Никогда не видел, чтобы сидхе так хорошо владели гламором.

-Это высокая похвала от вас, - ответила я. Ваш народ известен своими способностями к гламору.

-Меньшие фейри становятся, все лучше, в то время, как большой народ теряет способности к гламору.

-Я однажды видела, как сидхе преобразили мусор в праздничный стол и люди это съели, ничего не заподозрив.

-И Рыжим Людям необходим листок, чтобы сделать деньги, крекер, чтобы получился торт, лоскут ткани, чтобы вышел мешок с золотом. Невозможно использовать гламор если не к чему его прикрепить.

-И мне тоже, - сказала я. Я думала об этом. – Я видела сидхе которые тоже это могут делать.

-Да, но когда-то сидхе могли создавать замки на пустом месте и пищу брать из ничего, соблазнять смертных как будто простым воздухом, - сказал Рыжий Человек.

-Я не видела… - Затем я остановилась, потому что сидхе не нравится, когда говорят в слух, что их магия исчезает. Это бы посчитали грубым и неправильным, а если бы услышала королева воздуха и тьмы то если бы повезло она наказала бы вас пощечиной, а если не повезло то вы бы долго кровоточили, как напоминание за оскорбление нанесенному ее королевству.

Рыжий человек подошел ближе ко, мне и Холод был вынужден, немного сдвинутся в сторону от меня. Дойл зарычал на него глубоким рокочущим басом, который подходил к его собачьей форме, в которую он мог перекидываться. Холод ступил вперед провоцируя Рыжего Человека напасть или осадить назад.

-Сидхе всегда были слабы в этом, - сказал он так, будто реакция остальных его ни сколько не беспокоила. Но вы, моя королева, говорите, что никогда не видели подобного гламора от сидхе? За все время вашей жизни?

Дверь «Фаэла» была уже перед нами. Она была из стекла и дерева, очень причудливая и старомодная, будто эта дверь, была изготовлена за несколько десятилетий до нашего.

-Я должна поговорить с кем-то из фей-крошек. – сказала я.

-Насчет убийств, а? – спросил он.

Мы прекратили движение, а у меня подскочило сердцебиение, неожиданно я оказалась за спинами мужчин и могла разглядеть только край его красного пальто.

-Ого, - сказал он с усмешкой. Вы думаете это я? Я перерезал им горло?

-Да, мы думаем, - сказал Дойл.

Рыжий Человек засмеялся. Он смеялся необычным смехом, услышав такой смех в темноте, начинаешь бояться. Это был такой смех, который причинял боль.

-Вы можете поговорить с феей-крошкой, которая прибежала сюда, чтобы рассказать об этом. У нее была настоящая истерика, болтала все о мертвых телах одетых в костюмы, как будто из детских рассказов с цветами в руках. – он издал звук отвращения. Каждый фейри знает, что лучше не лесть к феям с цветами, к тому же едва ли можно спутать их с цветами, тем более нападать на них там, все знают, что они скорей всего убьют вас.

Я не думала об этом. Но он был абсолютно прав. Если посмотреть с этой стороны то в этом деле не мало человеческих ошибок, во-первых, иллюстрация. Некоторые феи-крошки могут притвориться живым цветком, но это не общий талант. Большинство фей-крошек не похожи на цветы. Они пахнут смертью.

Кем бы не был наш убийца, он точно был человеком. Нужно будет рассказать об этом Люси. Но у меня была другая мысль. Я попыталась протиснуться мимо Дола, но проще было бы толкать небольшую гору, сил уходит масса, а толку нет. Мне пришлось говорить из-за него:
-Эта фея-крошка видела момент убийства?

-Неа, - то, что я смогла разглядеть сморщенное лицо Рыжего Человека, казалось невероятным, - она пошла на тот холм в поисках растений и увидела полицию уже на месте.

-Мне все равно нужно поговорить с ней. –сказала я.

Он кивнул, его лицо скользнуло в промежутке, который просматривался между телами Дойла и Мороза. "Она сзади с Доббином, пытается успокоить нервы.

- Как давно она здесь?

-Спросите у нее сами. Ты сказал, что вы хотите поговорить с Деми-Фей, а не с ней конкретно. Почему вы хотите, поговорить с ними, моя королева?

-Я хочу предупредить остальных, сказать что они возможно в опастности.

Он повернулся, чтобы одним глазом посмотреть, в щель оставленную телами моих мужчин.Уголки черных глаз приподнялись по краям, и я поняла, что он ухмыляется. "С каких это пор сидхе не посылает в крысиную задницу, узнав сколько цветочных фей погибли в Лос-Анджелесе? Дюжина их истаивает каждый год от слишком большого количества металла и технологии, но никогда феи дворов не позволят им вернуться, чтобы спасти свою жизнь.Усмешка сползла с его лица когда он закончил и стало видно насколько он сердит.

Я старалась не показать своего удивления. Если то, что он только что рассказал правда, то я её не знала. "Мне не все равно, или меня бы здесь не было".

Он кивнул, торжественно. "Я надеюсь, вы позаботитесь оних, Мередит, дочь Эссуса, я надеюсь, что вы действительно это сделаете".

Мороз повернулся и Дойл обратил все свое внимание на Красного человечка. Мороз осматривал пространство за нами, и я поняла, что мы образовали небольшой затор.

- Вы позволите? - спросил человек.

- Извините, - сказала я, и улыбнулась. "Мы встретили старых друзей". Он ответил на улыбку прежде, чем сообразил что делает, и когда заговорил в его голосе звучало меньшее раздражение, он сказал:" Так, вы можете наверстать упущенное внутри? "

- Да, конечно, - сказала я. Дойл открыл дверь, пропустил Красного человечка вперед, и мы зашли.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6781/20512

Переводчики: Stevie, NPine