Готовый перевод Whispers and the Roars / Шепот и крик: Глава 1

Кэйди

Наши дни

В воздухе стоит тошнотворный тяжелый запах сигарет и дешевого пива. Я всегда могу сказать, когда он был по его взгляду на меня. Ключи разбросаны по дому - как будто он намеренно их оставляет. Чтобы подразнить меня и переспать со мной. Полупустая пачка сигарет. Открытая, дырявая, банка пива, смятая и брошенная на кухонном столе. Его имя выцарапано на деревянном столе рядом с банкой. Ровно. Раздраженно. Неидеально. Норман.

Бисеринки пота появляются над верхней губой, и я несусь к входной двери, пытаясь дышать и при этом не вдыхать его. В тот момент, когда я распахиваю дверь, прохладный весенний ветерок обдувает меня, поднимая мои влажные волосы с липкой шеи.

Поверить не могу, что мне удалось избегать его, пока он был здесь. Я всегда боюсь, что он найдет меня. Что утащит меня наверх, в мою спальню, стянет с моего худенького тела пропахшую потом одежду, и станет издеваться надо мной, как он делает это с тех пор, как я стала достаточно взрослой, чтобы произносить слово "папа".

Пронзительный гудок мотоцикла выводит меня из оцепенения, и я неловко машу Кристоферу, двенадцатилетнему мальчику с верхней части улицы. Он машет мне в ответ, но я замечаю, с каким усилием он работает ногами, чтобы ускорить свой велосипед мимо моего дома. Прочь... от меня. Кристофер, как большинство моих соседей, меня не любит. Некоторые, возможно, меня даже боятся, что совсем уж смешно. Я всего лишь сломленная двадцати девятилетняя девушка. А не монстр.

Отшельница. Я им покажу.

В какой-то момент времени я не была такой. Когда-то кто-то мог вытащить меня из моего грустного мирка, показать мне, что даже сквозь осколки может светить свет, и позволить мне почувствовать настоящую любовь. Жизнь, в какой-то момент, была такой же совершенной, как и жизнь могла быть для меня. Когда-то у меня была надежда.

Но потом он тоже меня бросил.

Не то чтобы я виню его. На его месте я бы тоже бросила себя. Но все равно больно. Нет, это ранило меня до глубины души, черт возьми. На самом деле, нет такого слова, чтобы можно было описать, что я чувствовала, когда он ушел.

Часть меня умерла.

Сгорев и обуглившись, затем просто разнесенная ветром, песчинка за песчинкой, которые кидает из стороны в сторону.

В животе урчит, интересно, тетя Сюзи или Агата уже были в продуктовом магазине. Сейчас с деньгами туго, но тетя Сюзи жуткая фанатка скидочных купонов. Ей каким-то образом удается накормить эту дикую семейку на крошечный бюджет, предоставляемый государством, и на мой скудный заработок. Если дела идут совсем плохо, Офицер Джо всегда заглядывает к нам с бургерами или буханкой хлеба и арахисовым маслом. В тот вечер,когда случилось все это дерьмо, именно он отреагировал. И двадцать лет спустя он все еще проверяет свою любимую Кейди Баг.

Может быть, я и одинокая женщина, но у меня есть несколько удивительных людей, которые обо мне заботятся.

Что самое ужасное, больше всего я скучаю по тому, кто сбежал в Йельский университет. Бросил свою девушку в погоне за карьерой. Украл мое сердце прямо из груди.

Ты могла бы удержать его, Кейди. Ему суждено было взлететь.

Слезы наворачиваются на глаза, но я смахиваю их. Легко забыть, что именно я подтолкнула его уйти. Чтобы следовать его мечтам - мечтам, в которых нет места для меня. Я была плесенью. Разрастающейся и гниющей. Превращая его сверкающие части в черные болезнью, иначе известную как я. Когда ты женщина, которая страдает от депрессии и посттравматического стрессового расстройства, среди прочих расстройств, ты узнаешь, что ты проблема. Что ты источник ночных кошмаров. Что ты черная чума, которая только заражает все вокруг.

И мой бедный, сладкий мальчик становился больным. Он был слишком влюблен. Его отец ненавидел меня за это и разочаровался в своем сыне. Я не могла видеть, как единственный, кого я люблю - единственный, кто всегда лучезарно улыбался только для меня - задумчиво хмурится. Видеть, как его глаза затуманиваются и становятся далекими, когда он думал том, что он отказывался. Из-за меня.

Я решила за него, поэтому ему не пришлось бы. Он даже не выбрал бы воздух или еду или воду за меня. И вот почему он не мог остаться. Я его заразила, но было еще не поздно. Я могла все исправить.

Именно так я и сделала.

В животе снова урчит, и я безумно осматриваюсь в поисках тети Сюзи. Я ни за что не пойду в Уолмарт. Это место кишит людьми, и от него у меня мурашки по телу. Я не переношу когда они сканируют меня глазами. То, как женщины в этом городе толпами окружают меня и носятся со мной, как стадо несносных гусынь, как будто это их долг, потому что они знали мою бабушку. Как они все пытаются выяснить, почему я чудовище. Я терпеть не могу то, как они смотрят на него - на Нормана - когда видят меня. На человека, который сделал бы отвратительные вещи с собственной плотью и кровью. Они перевернули мой заботливо построенный мир вверх ногами. Теперь здесь правят безумие и хаос, до тех пор пока я не стану умолять о постели и спокойствии, и он единственный, у кого в руках все еще мое кровоточащее сердце.

Мне нужна тишина.

Мне нужен порядок.

Передышка от криков.

Мой мир предлагает мне кратчайшие мгновения счастья, когда мне удается унять оглушительный хаос в моем городке.

Я могу выжить только с шепотом.

Решив, что Уолмарт очень плохая идея, я запираю парадную дверь и избавляюсь от дьявольской грязи Нормана. Агата будет распекать меня за то, что я за ним убрала, но я в любом случае это сделаю. Это дает мне право избавить свой дом от следов. Как только воздух начинает пахнуть Фибризом* (* марка освежителя воздуха) - у нас сорок семь банок благодаря одному из тех моментов, когда тетя Сюзи собирает купоны - я иду в гостиную к пианино. Пианино - мой способ сбежать от боли. В музыке я нахожу утешение - ритм, который замедляет биение моего чувствительного сердца до биения, которое не угрожает вырваться из груди и убежать по улице к солярию на углу.

Я поднимаю окно, чтобы впустить немного прохладного воздуха и выветрить вонь сигаретного дыма, которым все еще пропитан воздух вокруг меня. Кондиционер опять сломан, но с деньгами туго. Боунз оставил для меня записку вчера, сказав, что все уладил, а я все еще здесь, надрываю свою задницу. Обычно он не тот, кто идет до конца. В отличие от него я не могу разгуливать без рубашки круглые сутки. Я бы посмотрела, знает ли Агата кого-нибудь, кто мог бы недорого его починить.

Сегодня у меня болит сердце. Я знаю, что мне нужно выздороветь до занятий на пианино с Кирой, которые будут позже сегодня днем. Ей девять и она усердно работает, чтобы выучить все песни из своей книги для начинающих. Девочка заядлый ученик. Довольно решительна для своего возраста. Когда у меня плохое настроение, она это чувствует и "У Мэри был маленький барашек" становится интенсивной и мрачной. Поэтому я стараюсь одарить ее улыбкой и излучать счастье.

Хотя, до определенного момента...

Я скатываюсь на старую деревянную скамейку, мои обнаженные бедра под обрезанными в шорты джинсами прилипают к поверхности. Стащив резинку с запястья, я длинными пальцами собираю волосы в хвост. Они влажные внизу и кажется приятно убрать волосы в хвост с шеи. Я неаккуратно скручиваю их, но затем касаюсь кончиками пальцев видавшие виды клавиши цвета слоновой кости. Давно бабушка научила меня играть. И в конце концов это стало моей терапией - моим единственным бегством. Теперь это мой дополнительный доход. Несколько смелых родителей платят мне за занятия для своих детей, но только после того, как они поняли, что я не злой человек, город заявляет, что я злая.

Успокоив свои мысли, я начинаю порхать пальцами по клавишам. Легко запоминающиеся звуки из "Тайного письма" наполняют дом. Я играю произведение не по памяти, а от души. Музыка - это отсрочка моей боли и грусти. Прямой обзор в душу женщины, которая провела целую жизнь в попытках забыть о несправедливости против нее.

Только я не могу забыть.

Не тогда, когда Норман все еще поблизости.

Не тогда, когда пустая комната бабушки заставляет плакать.

Не тогда, когда любовь всей моей жизни живет в другом городе без меня.

Но когда я играю на пианино, даже если недолго, я могу забыть. Я могу заставить замолчать эти крики. Превратить их в шепот. Позволить музыке заполнить мою душу и утопить кошмары прошлого.

Когда я играю, я довольна.

Даже если ненадолго.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/68458/357669

Переводчики: eugenia1124