Готовый перевод Whispers and the Roars / Шепот и крик: Глава 6

Глава шестая

Йео

Десять лет.

Движущийся грузовик пятится к старому серому дому, и любопытство меня убивает. Мама велела мне оставить их в покое - неважно, кто они - но я не могу. Я должен знать, есть ли у новых людей дети, с которыми можно поиграть. Иногда я играю с Джейком, моим соседом, но он по возрасту ближе Баркли. Когда бы отец ни приводил Баркли и Дина, Джейк старается вести себя как взрослый и больше общается с моими братьям, а не со мной. Меня раздражает, что он он слишком хорош, чтобы играть со мной, когда они поблизости.

Автомобиль гудит мне, и я сворачиваю с улицы. Шины колес ударяются об обочину, из-за чего я слетаю с велосипеда и падаю в траву перед серым домом. Это самый большой дом на нашей улице, и самый уродливый. Иногда я слышу музыку, раздающуюся из него. Когда я плохо себя веду, мама грозит мне, что запишет меня на уроки пианино к старой женщине, которая там живет. До сих пор каждый раз мне удавалось избегать разговоров об этом.

Я сижу на коленях и осматриваю царапину у себя на локте. Она жжет, но моего любопытства не умеряет. Умираю как хочу узнать, кто переехал в этот дом. Кажется, я несколько часов жду хоть какой-нибудь знак жизни ребенка. Я поти сдался, когда увидел ее.

Длинные темные волосы убраны с ее лица белым ободком. Широкие голубые глаза кажутся грустными. Почти хрупкая на вид, крошечное тело. Меня окружает беспокойство, когда мне интересно, унесет ли легким ветром девочку, которая, как мне кажется, примерно моего возраста, и ее как раз относит прямо от меня.

С ворчанием я поднимаюсь на ноги и ладонями отряхиваю пыль с коленей. Девочка плюхается на нижнюю ступеньку, когда носильщики заносят мебель в дом. На ее джинсах на коленях у нее дыры, а ее футболка на три размера больше. Если бы мои братья были здесь, они бы скорее всего дразнили ее и называли мальчиком. Эта мысль меня злит. Я быстро отмахиваюсь от нее.

- Привет.

Она поднимает ясные глаза и смотрит в мои глаза. Они не сверкают и не светятся игривостью, как я привык видеть у большинства детей нашего возраста. Вместо этого они скрывают тайны. Тайны, которые, и я решаю это прямо в тот момент, я сделаю все, чтобы раскрыть. - Привет.

Я провожу грязными руками по своим волосам и пытаюсь улыбнуться. Но она не улыбается, и это делает меня несчастным. Мне до смерти хочется узнать, блестят ли ее глаза, когда она улыбается.

- Я Йео.

Ее губы изгибаются в улыбке, и я мысленно хвалю себя за то, что почти заставляю ее улыбаться.

- Я Кейди.

- Как кузнечик?

Она мило морщит нос. - Что за кузнечик?

- Жук такой. Он маскируется под листья. Я делал доклад на эту тему в третьем классе.

Она прищуривает глаза и внимательно меня рассматривает. - Я умею подражать своему коту, Уискерсу. Мне его друг подарил, - хвастается она и затем ползет на руках и коленях передо мной. - МЯЯЯЯЯЯЯУ.

Я смеюсь. - Твой кот ужасно мяукает.

- Он не ужасный. - Она дуется. - Он милый черно-рыжий полосатый кот. Хочешь с ним познакомиться?

Качая головой, я поднимаю вверх ладони. - У меня аллергия на кошек.

- МЯЯЯЯЯЯЯУ, - мяукает она и трется головой о мое колено.

Я протягиваю к ней руку и глажу ее мягкие волосы. - Ты странная девочка, Кузнечик.

Она поднимается и улыбается во все тридцать два зуба. Я выше нее на несколько дюймов, но мне нравится, что она меньше меня. Рядом с ней я чувствую себя большим и сильным. Как будто я мог бы быть ее защитником.

- Ты тоже странный. Ты китаец? Иногда бабушка берет нас в китайский ресторан, где нам дают печенье с предсказаниями. В последний раз мое мне сказало: "Приглядись к кому-то особенному". Ты особенный? - спрашивает она, снова мило сморщив нос.

- Не совсем. Я родился в Сеуле, Северной Корее. Я не китаец. Есть разница, - говорю я ей, подняв бровь. Я пытаюсь произвести на нее впечатление, но я не уверен, что хотя бы знаю разницу между китайцем и корейцем. Только то, чему пыталась научить меня мама о моем месте рождения и наследии. Большую часть времени мне очень хочется кататься на велосипеде или доставать Баркли, заставляя его слушать, как она ходит по дворцу Кёнбоккун или когда она взяла своего отца в музей Корейской войны, где он валял дурака, пытаясь говорить по-корейски. И потерпев ужасную неудачу, то, как она говорит об этом. Я всегда слушал вполуха, но меня отвлекало что-то еще. Теперь мне жаль, что я не уделял больше внимания. Кейди.

- Звучит особенно. Я родилась здесь, в Моргантауне. Я не особенная. - Ее взгляд опускается на рубашку со Звездными воинами, и я внезапно чувствую себя смущённым. Мои братья пользуются одеколоном и носят красивые рубашки. Дин сейчас даже водит машину. Я чувствую себя глупо под ее взглядом.

- Я не особенный, - уверяю я ее. Затем я пальцем поднимаю ее подбородок, так что я снова могу видеть ее грустные глаза. - Я точно не умею мяукать как кот из преисподней.

Она хихикает и отталкивает меня. - Боунзу ты бы понравился. Он тоже говорит плохие слова.

- Боунз - твоя собака?

На это она гогочет и драматично катается по траве около аллеи, схватившись за живот. - Он с ума бы сошел, если бы узнал, что ты подумал, что он собака! - От ее хохота мне тоже хочется смеяться.

- Он твой брат?

Она сидит со скрещенными ногами и срывает длинный стебель травы. - Да, он как брат.

Моя улыбка становится шире, когда я понимаю, что у меня теперь не один друг, а два. Мне больше не нужен Джейк. У меня есть Кейди и Боунз.

- Боунз! - кричит она в сторону дома.

Я поднимаю глаза и пожилая женщина, вероятно мама Кейди, пристально на меня смотрит. Ее губы превратились в тонкую линию. У нее синяк под глазом, как тот, что Дин получил тогда, когда Баркли врезал ему за то, что он целовался с его девушкой. Он фиолетовый, опухший и уродливый. Женщина сглатывает и затем уходит назад к дому.

Кейди стоит, закрывая глаза от солнца, когда она всматривается в дом. - Может быть, он просит у моей бабушки что-нибудь перекусить. Это странно. Он всегда приходит, когда я зову его. - Она снова поворачивает ко мне голову и смотрит на меня. Он закусывает нижнюю губу, пока обдумывает его отсутствие ответа.

- Может быть в следующий раз, когда я приду, я принесу немного ттока, раз он любит снэки. Они вкусные. Куда лучше, чем немые печенья с предсказанием, - говорю я ей с улыбкой.

Ее глаза мерцают на солнце, и я решаю прямо тогда, что она будет моим лучшим другом. Мне нравится смотреть в ее красивые глаза и на ее грустную улыбку. Я надеюсь, ее типа брату я тоже понравлюсь.

- Что такое тток*? (*Тток (떡, t͈ʌk) — блюдо корейской кухни, пирожок, сделанный из клейкого риса (который по-корейски называется чхапссаль))

- Что-то вроде рисовых пирожков.

Она притворяется, будто ее рвет. - Гадость! Боунзу точно не понравится. Он любит Читос. Принеси то.

- Хорошо.

Три дня подряд шел дождь. Мне до смерти хотелось снова пойти к Кейди и познакомиться с Боунзом. Но мама не позволит мне кататься на велосипеде в дождь.

- Почему бы тебе не пригласить Джейка поиграть в видео игры? - спрашивает мама, отпивая глоток горячего чая, аромат лимона и меда заполнят воздух.

Я издаю стон, но не ухожу со своего места перед окном, откуда я могу видеть двор Кейди. - Я не хочу с ним играть, Плюс, все-таки Баркли ему нравится больше, чем я.

Газета отца шелестит позади меня, и он откашливается. - Йео, иди сюда.

Со вздохом, который я не позволяю своему отцу услышать, я встаю и иду к нему. Он хлопает себя по коленке, и я сажусь на него. Хорошо, что Баркли и Дин сегодня со своей матерью иначе они бы дразнили меня. Они всегда говорят, что я папенькин сынок.

- Что тебя расстроило, сынок?

Он обнимает меня, и я хмурюсь. - Я ознакомился с новой подружкой. Ее зовут Кейди. Каждый день идет дождь, а я хочу с ней играть.

Его тело напрягается от моих слов, то заставляет меня вопросительно поднять на него глаза. Он хмурится, потом произносит: - Ребенок Нормана и Луизы?

Я пожимаю плечами, - Я не знаю.

Он переводит взгляд на маму и слегка кивает головой, затем снова поворачивается ко мне. - Кейди живет в сером доме вниз по улице?

Я киваю.

- Я не хочу, чтобы ты туда ходил. Ты меня понимаешь?

На это я резко поворачиваю голову к маме и умоляющим тоном говорю. - Что? Почему нет? Мам, скажи ему, что Кейди хорошая.

Ее взгляд падает на чай, и она пьет его небольшими глотками. - Послушай своего отца.

Слезы гнева наворачиваются на глаза, и я соскальзываю с его колена. - Ты противный папа!

Выбежав из гостиной, я оставляю своих родителей спорить приглушенными голосами. Добравшись до своей комнаты, я хлопаю дверью и драматично падаю на кровать лицом вниз. Почему папа сказал мне не играть с Кейди? Что может быть не так с девочкой с красивыми глазами и грустной улыбкой?

Я плачу навзрыд гневными слезами, я слышу, как открывается и закрывается дверь. Я знаю, что это мама, потому что она пахнет имбирём. От ее успокаивающего запаха я плачу только сильнее. Она подвигает мой стул от письменного стола к кровати и хлопает меня по спине.

- Твой отец знает то, что не знаешь ты, Йео. Он мудрый.

Я фыркаю и качаю головой. - Не об этом, мам.

Она недолго молчит, гладя меня по спине.- Джа-ги-джа, - говорит она спустя несколько минут, - ты же умный мальчик. Я доверяю твоему мнению. Если ты говоришь, что девочка хорошая, значит, она хорошая. Хотя всегда будь внимательным. Боюсь, что папа больше беспокоится о ее родителях, чем о ней. Норман не такой хороший, как твой отец. Для тебя плохая идея играть там, если Норман дома. Можешь мне по крайней мере это обещать?

Перекатившись на свою сторону, я смотрю на маму. Она умная и красивая. Я понимаю, почему мой отец выбрал ее в качестве своей жены. - Значит, я могу играть с ней? Прямо сейчас?

Она улыбается мне. - Ага. Просто обещай, что к обеду будешь дома.

Маме не приходится говорить мне дважды, я скачу вниз по лестнице, быстро пробегая через кухню, и выбегая по дождь, не оглянувшись. Она кричит мне, чтобы я взял зонт, но я слишком взволнован.

- Кейди дома?

Я промок до костей, что означает, что мама расстроится из-за меня, а то, что я не послушался и выбежал под дождь без зонта. Наверное, я мокрый как мышь. Женщина с фингалом выглядит не лучше. На самом деле, она выглядит так, будто развалится в любой момент. Она красивая, но не такая красивая, как моя мама. Она также не выглядит такой же умной, как моя мама. Эта женщина выглядит потерянной и сбитой с толку. Неопрятной и одинокой.

- Ммм, - смотрит она через плечо, потом снова бросает взгляд на меня. - Она сейчас не очень хорошо себя чувствует.

- Тогда может Боунз со мной поиграет? - спрашиваю я, держа в руках пакет Читос. - Я принес его любимое.

У ней на глаза наворачиваются слезы и скатываются по щекам. - Хочешь с ним поиграть? Ты его не боишься?

- С чего мне его бояться?

Она сглатывает и взмахом руки приглашает меня в дом. На минуту я беспокоюсь за свою аллергию на их кота, но к счастью, прямо сейчас мне наплевать. Может быть, это уличный кот. Бедняжка... на улице льет как из ведра.

Я сажусь на диван, пока женщина бредет прочь куда-то по дому. Несколько минут спустя на лестнице раздаются шаги. Я вижу кожу и темные волосы, когда ребенок вбегает. Затем пакет с Читос исчезает прямо у меня из рук.

- Это мне. Кейди сказала, что ты вернешься.

Я в изумлении смотрю на ребенка, на котором кроме нижнего белья ничего нет.

- Я Боунз.

Боунз соответствует своему имени. У него выдаются ребра. Ничего кроме шишковатых коленей и локтей. Кровоподтеки ухудшают бледность его туловища. Это меня злит. В этих синяках виноват Норман?

- Я Йео. Но ты уже это знаешь...

- Ага, Кейди говорила мне. Она сказала, что ты клевый, но я этого не вижу. Что-то вроде уродца, как по мне. Почему у тебя волосы стоят дыбом? Твои глаза выглядят странно. Ты ешь кошек? Кейди тебя убьет, если ты съешь ее кота. Просто говорю.

Прежде чем мне удается ответить, пожилая женщина входит и улыбается мне. - Ты должно быть сын Флетчера и Чон. Йео, да? Твоя мама обращалась ко мне насчет нескольких уроков игры на пианино этим летом. Я Рут.

Я одариваю ее вежливой улыбкой. - Да, это Йео. Приятно познакомиться.

Она садится в кресло и рассматривает меня, ее седые брови сдвинуты вместе. - Я вижу, ты познакомился с другом моей внучки Боунзом. Он смутьян, но мы все равно его любим.

Он вознаграждает ее, бросив ей в ладонь горсть Читос. - Йео ест кошек. Бедный Уискерс, - шепчет он довольно громко, чтобы я услышал.

От этих слов у меня горит кожа, и я качаю головой. - Клянусь, мисс Рут, я не ем кошек.

Она тихо смеется. - Боунз любит выдумывать. Не обращай на него внимания. Так значит, ты здесь, чтобы увидеть Кейди, так?

Я метаю взгляд Боунзу, который сейчас высасывает остатки сыра из-под каждого ногтя, потом прекращает и вытирает их о диван. Моя мама пришла бы в ярость, если бы я это сделал. Чувствуя отвращение, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на старую женщину.

- Мне уйти?

Ее черты становятся еще более сморщенными, когда она хмурится. Мне не нравится, что она выглядит такой грустной. Все в этом доме грустные. И я тоже от этого грустный.

- Думаю, если ты останешься еще ненадолго, Кейди станет получше, чтобы увидеться с тобой. Можешь остаться ради нее?

Боунз достает игру "Горки и лестницы". Каждый кусочек пачкается липкими Читос, когда он его кладет. - Я буду ходить первым, так как я самый крутой. Если бы Кейди была здесь, она бы ходила следующей. Она почти такая же крутая как и я, но гоооооооооораздо круче тебя. А раз ее здесь нет, ты можешь ходить после меня.

Я хмурюсь и посылаю Рут вопросительный взгляд. Она только улыбается мне.

- Бум! - кричит Боунз, и моим ушам становится больно. - Теперь, ты попробуй, Пожиратель котят.

Со стоном я кручу колесо в свою очередь.

Мои новые друзья странные.

Все же они лучше, чем Джейк, лизоблюд Баркли...

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/68458/357675

Переводчики: eugenia1124