Готовый перевод Remember Yesterday / Вспомнить вчера: 32

Голограммы часов больше не было в воздухе. Большие красные цифры больше не вели обратный отсчет. Я уничтожила это свойство системы безопасности единственным ударом кулака. Однако, в итоге время истекло, и дверь открылась. Мы были вправе идти.

Я уставилась на открытую дверь, и если бы от моей души остался хотя бы клочок, я могла бы засмеяться. Вот так просто? Нас удерживали в заключении несколько часов, моя сестра умерла, и теперь, мы можем бродить по коридору, как пожелаем. Идти домой, если у нас еще осталось какое-то место, которое можно назвать домом.
Очевидно, что мы этого не сделаем. Очевидно, что у нас есть кое-какое другое место, куда следует пойти в первую очередь.

Я повернулась и встретилась с Таннером глазами.
-- Ее тела там может уже не быть, -- его голос был тихим и острожным, словно слишком громкий тон мог меня сломать. -- Дрезден, вероятно, отправила кого-нибудь избавиться от нее, как только связь была разрушена.

-- Я должна увидеть, -- слезы растеклись по моим ресницам, словно клейкая тушь. -- В случае, если она все еще там, я должна почтить ее память. Это то, чего я и Логан не могли сделать раньше. Мне нужно сделать это сейчас.
Он кивнул, его лицо смягчилось.
-- Конечно. Пойдем.

Я вышла за ним из камеры, и мы вернулись во своим следам в подземный коридор. Я не должна была давать ему вести себя куда-либо. Я должна была плюнуть ему в лицо. Он предал меня. Он убил мою сестру.

Но моя ярость испарилась в той же мере, как и мой смех. Он не хотел навредить тебе, произнес голос внутри меня. Таннер Каллахан не убийца. Вся его вина в том, что он -- чрезмерно усердный ученый. Это Дрезден -- зло. Не он.

Я потерла виски. Я не могу... думать... сейчас. Я не могу распутывать свои эмоции, завязавшиеся тройным узлом. Я слишком... устала. Я бы хотела закрыть глаза и проспать миллион лет. И так и будет, как только я попрощаюсь со своей сестрой. В последний раз.
Мы подошли к охраняемой двери.

На мгновение у меня закружилась голова от дежа вю -- но на этот раз, когда Таннер просканировал сетчатку своего глаза, не последовало вспышек света и рева тревоги. Только обнадеживающий щелчок, предоставивший нам доступ в помещение.

Он открыл дверь, моментально перекрыв мне дорогу рукой.
-- Ты готова к этому? -- я глубоко вдохнула.
-- Не... ходи со мной. Мне нужно несколько минут с ней. Наедине.
-- Я подожду прямо здесь. Если тебе будет что-нибудь нужно, просто позови, ладно? Я не уйду отсюда без тебя.

А я не уйду отсюда с ним. Но у меня не было достаточно сил на споры, поэтому я устало кивнула и вошла внутрь. Как и прежде, меня поглотила темнота, но в дальнем углу помещения мерцал свет. Самая последняя капсула в самом первом ряду. С телом моей сестры.

Престон уже должен быть здесь. Таннер сказал мне, что приборы запрограммированы послать ему сигнал тревоги, когда жизненные показатели Келли войдут в опасную зону. Возможно, он был с ней, когда она ушла.

Это утешение -- хотя и слабое -- что Келли не была одна в последние моменты ее жизни.
Я приблизилась к освещенной капсуле. Я все еще была в дюжине ярдов, когда мою кожу закололо. Мои зрачки расширились.
Все части моего тела пришли в состояние повышенной готовности. Что-то было не так.

Престон сидел, склонив голову к телу моей сестры. Но его руки не были сцеплены вместе, и он не молился Судьбе или еще кому-нибудь. Он не оплакивал ее.

Вместо этого его руки были на ее пульсе, словно он проверял его. Я не понимаю. Я резко повернула голову к приборам, и на них было ее сердцебиение, ровное и уверенное.

Что? Я попятилась, мой мир закружился каруселью, которую было не остановить, не замедлить. Она будет крутиться все быстрее и быстрее, пока я не вылечу из этого измерения. Как такое может быть?
Моя сестра все еще была жива.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69214/366773

Переводчики: Cao