Готовый перевод Remember Yesterday / Вспомнить вчера: 34

Мой давно потерянный отец. Престон. Один и тот же человек? Невозможно. В какую игру он играет?
Я вырвала свою руку, и с моих губ сорвался звук, настолько короткий, что его даже нельзя было определить как смех.
-- Не будь смешным. Ты -- не мой отец. Ты едва старше меня.

-- Мне тридцать один, -- мягко сказал он. -- Что делает меня старше тебя на пятнадцать лет.
-- Это делает тебя одного возраста с Майки. На четыре года старше Логана. На четыре года старше моей сестры. Так что давай больше не будем спорить об этом.

Я сделала несколько осторожных шагов прочь. Не знаю, кто он, но, принимая во внимание то, что он говорит, он может быть неуравновешенным.
-- Мамочка никогда не говорила со мной об отце, но говорила Келли. Она рассказывала мне всевозможные истории, потому что хотела, чтобы я тоже его знала. Он не был просто каким-то парнем. Он был великим ученым, которые отправился в будущее и застрял там...

Я осеклась и посмотрела на него. По-настоящему посмотрела на него. До того, как я покинула цивилизацию, моя мама носила на шее голограмму моего отца. Я не видела ее кулон с тех пор, как вернулась. Может, напоминание было слишком болезненным после того, как вся ее семья была разрушена. Я не знаю. У меня было туманное воспоминание про изображение моего отца. Волосы, черные, как вороное крыло, гладкая загорелая кожа, глаза, загибающиеся в уголках. Может такое быть? Ох. Милостивая. Судьба...

-- Ты переместился сюда? В это будущее?
Он кивнул.
-- Всего несколько месяцев назад я попрощался с твой мамой и четырехлетней Келли, -- он потер лоб длинными, тонкими пальцами, которые могли однажды держать желтый огрызок карандаша.

-- Она была сущим ангелом. Этот плавный изгиб ее щеки, нос-пуговкой. Я мог часами наблюдать, как она спит. Собственно, я так и делал, так как у нее вошло в привычку спать в нашей кровати. Я просыпался каждое утро с ее ногой у себя на лице, -- он посмотрел на меня. -- Тебя еще не было, но, ээ, я готов держать пари, что ты тоже была милым ребенком, -- последовала пауза, неловкая настолько же, насколько длинная. -- Я, хм... Мне жаль, что я это пропустил.

Не могу в это поверить. Я бы и не поверила, если бы он не был здесь, прямо передо мной. С этими руками, о которых я так много слышала. С этими глазами, которые смотрели на меня из зеркала.

-- Итак, это действительно сработало, -- изумленно произнесла я. -- Все предполагали, что твои части разбросало по разным временам. Твоя голова в эпохе до технологического бума, а твое сердце в следующем тысячелетии. Но это не так. Ты здесь, и ты цел и невредим. Кому об этом известно? Таннеру? Майки?

-- Ты первая, кому я рассказал.
-- Но почему? -- спросила я. -- Это грандиозно! Какой бы эксперимент ты не проводил в прошлом, это сработало. В АпИТ с ума сойдут от этой технологии.

-- Это в точности то, почему я никому ничего не сказал, -- медленно произнес он. -- Это столь большое открытие, что нужно быть аккуратным с тем, кому о нем рассказываешь -- и как. Если информация попадет не в те руки, может настать абсолютный хаос. Мы можем спутать пространственно-временной континуум. Это не то решение, которое я хотел бы принять в одиночку, поэтому я собирался подождать, пока вернусь в свое настоящее.

-- Если не считать того, что ты не вернулся, -- мой голос стал жестким. Я ничего не могла с этим поделать. Если он говорит правду, то он не только мой отец, но и мужчина, который бросил нас. -- Мамочка тоскует по тебе двадцать три года.

-- Я всегда планировал вернуться, -- его адамово яблоко дернулось, и он вернулся к каталке, вернулся к Келли. Может, он чувствует себя в большей безопасности с кем-то, кто спит. А может, ему просто было комфортнее с девушкой, которую он считал своей настоящей дочерью. -- С точки зрения твоей матери должно было показаться, что с тех пор, как я ушел, прошло только несколько минут. У нее не должно было оказаться достаточно времени, чтобы соскучиться по мне.

-- Ну, это не так. И то же касается Келли, -- сказала я, а моя злость только возросла. -- Мне тогда было только шесть, и я не должна была этого понимать. Но я была достаточно взрослой, чтобы замечать, когда обрывался разговор, когда воздух казался настолько тяжелым, что давил мне на плечи. Я замечала, когда просыпаясь посреди ночи, я слышала всхлипывания. Я не знала, была ли это мамочка или Келли, но имело ли это значение? Ты разбил им обеим сердце.

Он уронил лицо в ладони, и его плечи задрожали странным, судорожным образом. Ох, Судьба. Он плачет. Этот мужчина -- отец, которого я никогда не встречала -- плачет. Его сердце тоже разбито?

Моя злость дрогнула, а затем приостановилась, словно кто-то поставил на паузу кадры в голограмме.
-- Просто вернись к ним, -- попросила я. -- Время все еще есть. Всегда есть. Может, Келли все равно закончит здесь, вот так, но, по крайней мере, у нее на несколько лет будешь ты, -- я понизила голос. -- Ты мог бы помочь мамочке пройти через потерю ее первенца.

-- Я не могу, -- беспомощно сказал он.
-- Почему нет? Ты можешь просто рассказать паре других ученых. Кому-нибудь, кому ты больше всего доверяешь. Я уверена, они помогут тебе разобраться, как вернуться назад. Если ты любишь мамочку и Келли, то попытаешься.

-- Ты не понимаешь. Проблема не в технической стороне. Я в совершенстве знаю, как вернуться назад. Но именно потому, что я люблю их, я не могу, -- он поднял руку Келли, но ему не нужно было физическое прикосновение, чтобы доказать их связь. Между ними на голо-мониторе была струна из огней, соединяющая их тела. Бесспорно. Нерушимо.

-- Вскоре после того, как я переместился в это время, я узнал, что моя драгоценная Келли лежит в коме. Я узнал о существовании другой дочери: тебя. И, самое важное, я узнал о твоем отсутствующем отце: том, который застрял в другом времени.

Позади него нить из огней засветилась ярче. Ее сечение стало утолщаться.
-- Можешь себе представить, в каком шоке я был. Я твердо намеревался вернуться в свое время, и не мог представить, что могло пойти не так. Однако, я все еще был настроен вернуться. Однако, я не хотел оставлять Келли вот так, бесконечно дрейфующей сквозь время. Мой план был в том, чтобы остаться на пару месяцев, крепко привязать ее к настоящему, а затем вернуться назад.

Он протянул ко мне руку. Словно притянутая магнитом, я пошла к нему, так что мы трое оказались соединены через руки. Но я не посмотрела себе за спину. Я бы не вынесла увидеть, чего там нет -- отсутствие любой паранормальной нити, соединяющей меня с любым из них.

-- Появилась ты и сплела себя с Келли, и она стала стабильна, более стабильна, чем была на протяжении последнего десятилетия, -- продолжил он. -- Я подумал, что это знак для моего возвращения. Я отсутствовал шесть месяцев и соскучился по твоей маме. Соскучился по маленькой Келли. Я хотел вернуться назад и быть с тобой с самого начала, с того дня, когда ты родилась. Но затем ты не пришла на обновление связи, и Келли стала слабеть, и быстро. У меня не было выбора, -- его лицо исказилось, и морщины печали прорезались вокруг его глаз и рта.

Вот когда до меня дошло. Я поняла, почему он выглядит таким грустным; поняла, почему он стал выглядеть не на свой возраст.
-- Келли. Она -- причина, по которой ты должен остаться. Она -- причина, по которой ты никогда не сможешь вернуться.

-- Да, -- мягко сказал он. -- Теперь, когда она передала свою связь мне, она и я неразрывно сплетены вместе. Если я оставлю этот мир, если я вернусь в свое время, наша связь будет разорвана. И она умрет.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69214/366775

Переводчики: Cao