Готовый перевод Remember Yesterday / Вспомнить вчера: 56

Я бежала. Я летела над землей, и колючие кусты и кустарники секли мои руки. Воздух с присвистом покидал мои легкие, одинокая ветка рассекла мой лоб. Я не удосужилась остановиться или даже вздрогнуть. Я должна была найти Логана.
Милостивая Судьба. Не дай мне опоздать.

Логана не было у него дома. Он покинул дом Майки -- где поделился своим намерением сделать предложение -- много часов назад. Но я знала его. Было одно место, в которое мы оба сбегали, когда нам надо было подумать. Место, где небо было нам крышей, а вода - полом. Место, где мы оба чувствовали себя ближе всего к Келли.

Я должна верить в то, что для такого важного решения, он сначала придет туда.
Пожалуйста. Пусть я буду права.

Я ломилась сквозь лес, направляясь к бухте, где озеро вдается в сушу, а деревья свешивают свою листву над ним. Я обогнула упавший, покрытый мхом ствол, и вот он. Сидит на одном из двух расположенных рядом пней, которые были словно специально сделаны для нас.

Солнце припекало мою кожу, а воздух пах сосновой свежестью и сырой землей. Так пахнет лес -- так пахнет дом. Однако, мои ладони блестели от пота, а сердце билось где-то в горле.

Я подошла к пням. Под моими ботинками захрустели маленькие камешки, и Логан посмотрел вверх. Глубокие круги залегли у него под глазами, а линии на лице, казалось, умножились. Может, я и совершила путешествие на десятилетие в прошлое, но в то же время Логан выглядел так, словно перескочил на десять лет вперед.

-- Ты сделал это, да? -- спросила я, чувствуя слабость в коленях. -- Ты вычеркнул Келли из своего сердца.
Он уронил голову.
-- Видимо, ты слышала. Каждый день Майки и Анджела поучали меня, что мне делать. Двигаться дальше. Отпустить. Жить. Вот он я, пытаюсь это сделать.

Я закрыла глаза. Это моя вина. Я должна была сказать ему, как только узнала сама. Я не должна была слушать Майки. Не должна была ждать. Потому что сейчас мы уже не сможем вернуться к прошлому. Даже если Келли очнется, то, что сделано, уже сделано.

Ох, помолвку можно разорвать. Но это не для таких, как Логан -- таких, чье слово нерушимо. Он верный, постоянный, невозмутимый. Вот почему он так любим. Вот что делает его тем, кто он есть.
Все внутри меня сжалось в тугой, темный ком. Я опоздала.

Я открыла глаза, как раз вовремя для того, чтобы увидеть перемену в его лице. Морщины разгладились, выражение лица стало спокойным и безмятежным. Он ничего не мог сделать с мешками под глазами, но прямо у меня на глазах он трансформировался из мужчины, измученного трагедией, в уверенного и стойкого -- того Логана, которого я знала всю свою жизнь.

Трансформация была едва заметной, и я могла бы пропустить ее, если бы не наблюдала за ним той вентиляционной шахты в прошлом. Но теперь я заметила эту перемену. Я видела, что всю свою жизнь он носил для меня маску. Чтобы защитить меня.

-- Я люблю тебя, Логан, -- тихо сказала я. -- Так было всегда, и это никогда не изменится. Ты был моим спасителем, моим защитником. Ты был единственным, кто любил Келли так же сильно, как и я. Но я никогда не ценила того, через что ты прошел. Как тяжело тебе должно быть было держать себя в руках и заботиться обо мне, когда ты сам еще был ребенком. Как ты должен был ставить твое собственное отчаяние ниже моего. Но ты делал это.

Он провел на земле линию кончиком ботинка.
-- В начале я делал это ради Келли. Все, что она хотела -- это чтобы ты была в безопасности. Когда она больше не могла защищать тебя, я взяла это на себя. Потому что я любил ее, -- он запрокинул лицо к небу, виднеющемуся сквозь листья деревьев. Которое всегда будет там, всегда целое, вне зависимости оттого, насколько разбиты мы, живущие под ним. -- Но достаточно скоро ты тоже прокралась в мое сердце. Ты была милым ребенком, ты знаешь. Легко понять, почему она так сильно любила тебя.

-- Я совсем не разговаривала, -- сказала я, покраснев. -- Помнишь, как вы все смеялись и шутили, а я сидела в углу и куксилась?
-- Ты не куксилась, -- он взял мои пальцы и сжал их. -- Ты просто все очень тщательно обдумывала. Кроме того, тебе не нужно было разговаривать или рассказывать шутки, чтобы я принял тебя. Я люблю тебя просто потому что ты Джесса. Сестра моего сердца.

Я сделала глубокий вдох, а затем еще раз. Слезы обосновались у меня в легких, и каждый вдох извлекал еще немного влаги на поверхность. Этот мужчина. он так много сделал для меня. Дал мне так много. Жестока она или нет, он заслуживает знать правду.

Запинаясь, я рассказала ему обо всем. О том, как я обнаружила, что Келли все еще жива. Как Майки убедил меня хранить молчание. Про наш безумный план по спасению Келли и наше путешествие в прошлое. Как я видела, как юный он спасает юную меня.

Когда я закончила, стало настолько тихо, что я могла расслышать как ветер шелестит листьями. Сверчки выводили свою серенаду начинающемуся лету.
-- Скажи что-нибудь, -- взмолилась я. -- Ты злишься?

Его глаза сверкнули.
-- Злюсь ли я? Десять лет назад моя жизнь была уничтожена. Мое сердце было вырвано у меня из груди, и каждый раз, когда я начинал надеяться, что его можно вернуть обратно, меня отбрасывало назад. Убежден забыть о Келли и идти вперед. Теперь ты говоришь мне, что есть вероятность, что она может вернуться к нам?

Он удивленно потряс головой.
-- Мне нужно было бы рвать и метать, что ты так долго хранила это в секрете. Но все, что я чувствую -- это изумление. Может быть, я снова смогу слышать ее смех. Держать ее за руку. Видеть в ее глазах, какое влияние на нее оказывают мои прикосновения.
-- Но разве сейчас уже не слишком поздно? Ты помолвлен. Ты не можешь больше любить ее.

-- Нет, -- сказал он. -- Это не так.
Мое сердце -- и само время -- остановилось.
-- Этим утром ты сказал Майки, что собираешься сделать Эйнсли предложение. Когда я пришла сюда, ты сказал, что это решенный вопрос.
-- Я имел в виду, что я принял решение сделать предложение, -- сказал он. -- Фактически, я не довел дело до конца.

Он достал что-то из своего кармана. Сначала я подумала, что это кольцо, но затем увидела, что это растительный браслет. Тонкие зеленые стебли, сплетенные вместе и обработанные каким-то укрепляющим составом, чтобы он сохранился, даже спустя год -- или десять лет. -- Я твердо намеревался сделать сегодня Эйнсли предложение. Но когда я выходил из своего дома, что-то привлекло мое внимание. Что-то яркое и красное. Краешек листа.

Он надел браслет на запястье.
-- Не знаю, знаешь ли ты об этом, но когда мы вернулись в цивилизацию, твоя мама отдала мне старые книги Келли. Материальные. Их было немного, всего пара кулинарных книг и тонкий томик стихотворений Эмили Бронте.

Я хранил их на полке, и сегодня, когда я проходил мимо них, я увидел что-то красное, слегка выглядывающее из сборника стихотворений. Не знаю, почему никогда прежде не замечал этого. Когда я открыл книгу, из нее вылетел яркий красный лист. Точно такой как те, что я дарил ей, когда мы были детьми.

Я едва могла дышать. Это была я. Логан никогда прежде не замечал уголок листа, потому что прежде он не выглядывал. Когда я отправилась в прошлое, я вернула томик обратно на его место, но оставила уголок листа торчать. Таннер был так обеспокоен тем, что одно мое маленькое действие может изменить будущее -- и это случилось.
Может, у всего происходящего действительно есть причина. Может, наши пути развиваются именно так, как должны развиваться.

-- И именно тогда я понял, что не смог бы довести предложение до конца, -- маска слетела с лица Логана, и он показал мне, кем именно он является, когда не пытается защитить меня. Мужчиной, который страдает... и любит. -- Я понял, что это знак, говорящий мне подождать чего-то, чего угодно, -- он закрыл глаза рукой. -- Может, у меня больше способностей к предвидению, чем я думал.
-- Может и так, -- я встала и протянула ему руку. -- Ну же. Пойдем, разбудим мою сестру.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69214/367842

Переводчики: Cao