Готовый перевод The Hork-Bajir Chronicles / Хроники Хорк-Башира: Глава 7 - Алдреа

- Сейчас я изменюсь, - сказала я. – Это может показаться пугающим. Но это не магия. Это новая технология, которую мы разработали.

- Технологии. Наука. Космические корабли и компьютеры, - сказал Дак.

- Да, как все эти вещи. Но и немного другие. Мои родители даже не знают, что у меня есть эта технология. Они не знают, что я использовала устройство Эскафул.

- Это секрет, - сказал Дак.

- Да. Дак… я собираюсь превратиться в чаду.

У него не было ответа на это. Я не удивилась. Технология превращений настолько новая, что даже есть Андалиты, которые сомневаются в ее безопасности или полезности. К счастью, на родной планете у меня был друг, мать которого была одним из дизайнеров устройства Эскафул. Она показала его мне. И я использовала его.

- Только не бойся. Верь мне.

Я начала превращаться в чаду. Это было второе мое превращение. Так что, когда я говорила Даку, чтобы он не боялся, я говорила это и себе.

Я начала уменьшаться. Мои ноги стали укорачиваться, становились более тонкими. Мой живот провис и стал ближе к земле. Мой хвост, казалось, просто усох, как будто он был очень старым, безжизненным и истощался на гипер-скорости.

Дак отскочил назад, его глаза были широко раскрыты.

- Не бойся, - сказала я нам обоим. – Это не займет много времени.

Глаза на стеблях ослепли и исчезли. В передней части моего лица появилось отверстие, похожее на порез или рану.

Моя шерсть становилась длиннее. Сотни отдельных волос срастались вместе и превращались в перья.

Теперь я была практически на земле. Мои ноги были похожи на обрубки. Мои руки стали крепче и длиннее, если сравнивать с остальной частью моего тела. Лоскуты кожи растянулись у меня по бокам, вытягиваясь между задней и передней ногами.

Я больше не была Андалитом. Я была чаду.

Я посмотрела на мир глазами чаду. Их было всего два, и можно было смотреть только в одном направлении. Из-за этого я чувствовала себя слепой. Но это были хорошие глаза, несмотря на то, что их было всего два. Они блестяще различали цвета и еще лучше линии и формы.

Это были глаза приспособленные для того, чтобы видеть то, за что можно ухватиться, когда чаду парят в воздухе.

Самым странным для меня был рот. Было неправильным, то что на моем лице была такая зияющая дыра. Это глупо, но я чувствовала себя уязвимой.

Разум и инстинкты чаду были довольно кроткими. В этой среде не было хищников. Чаду были практически ручными.

- Это все еще я, Дак, - сказала я.

- Ты превратилась в чаду, - сказал он.

- Да, но мой разум не изменился. Я все еще Алдреа. И через некоторое время я снова изменюсь. Но сначала я хочу понять, как это жить в твоем мире, на деревьях.

Я видела впадину под еще более острым углом. Но теперь я видела истинный мир Хорк-Баширцев.

Я побежала к стволу ближайшего дерева. Четыре моих коротеньких ноги заканчивались маленьким острым когтем, и с помощью этих когтей я очень быстро двигалась по стволу дерева. Я была такой маленькой, а дерево было таким большим, его грубая кора больше напоминала пустынную равнину, нетронутую природой в моем лице.

Я двигалась вертикально, прямо вверх. Впереди себя я видела бесконечное пространство. Слева и справа я видела то, что могло было быть изгибами маленькой луны или астероида. Вертикальная поверхность изогнулась, и это пропало из моего поля зрения.

Далеко впереди, то есть наверху, я увидела то, что показалось мне совершенно новым деревом. Это была ветка перпендикулярная мне. Массивная. Огромная. Поднимающаяся вверх из слегка изогнутой коры.

Дак Хами шел за мной, оставаясь позади. Когда я остановилась чтобы оглянуться, я поняла, насколько высоко забралась. И что я висела на вертикальной поверхности. Если бы я отцепилась, то упала бы прямо на Дака.

Следующую остановку я сделала у основания ветки. Перспектива была странной. Впереди был верх. Сзади низ. Слева и справа была пустота.

- Ты правда Алдреа?

- Да, Дак.

- Тогда вперед. Я покажу тебе мой мир.

Мы мчались по дереву, и теперь Дак был впереди. Сто футов, двести футов, триста футов. Сейчас стена впадины была в сотне футов, но она все еще была там.

Мы поднимались все выше и выше, но тот факт, что земля была не столько ниже нас, сколько рядом с нами, оставался странным. Однако с другой стороны, вдали от стены впадины, были только деревья.

- Следуй за мной! – Воскликнул Дак. Он легко перескочил со ствола на массивную ветку, которая росла в направлении центра впадины.

Мои маленькие ноги чаду цеплялись за дерево, чтобы не отставать. Я помчалась по ветке. Теперь я была далеко, далеко над землей, потому что в то время как он поднимался вверх позади нас, он опускался перед нами. Я каждым десятком шагов я поднималась над землей на десять футов.

Я начала наблюдать за деревьями, мелькающими в чистом воздухе. Но мы только начали свой дикий подъем. Мы добежали до конца ветки. Тут она была настолько узкой, что мне приходилось обхватывать ветку своими короткими лапами, чтобы удержаться.

- Видишь ту верхушку дерева? – Указывая, спросил Дак. – Мы пойдем туда.

- Как?

- Ты ведь чаду, да? Чаду знает.

И, после этих слов, Дак присел на корточки, напряг мощные мышцы ног и прыгнул в космос. Он спрыгнул с ветки. Десять футов вниз, десять вверх, двадцать футов вниз, двадцать вверх, тридцать футов вниз и… на самой вершине дуги своей траектории, он прыгнул!

Он взлетал и падал, и каким-то диким образом зацепил своей правой, когтистой рукой вершину следующего дерева.

Одна его когтистая рука ухватилась за крону дерева, и он обернулся вокруг нее не один раз, а два, три, четыре раза! Крона согнулась под его весом, но не сломалась.

Это была самая захватывающая вещь, которую я когда-либо видела. Дикое ликование молодого Хорк-Баширца, безумно раскачивающегося в пятистах футах над склоном. Он раскачивался и смеялся, а затем, мои сердца – то есть мое сердце, у чаду оно только одно – остановилось.

Дак отцепился, начал падать и пропал из поля зрения!

Я добежала до конца ветки, доверяя чаду, так как он знал, что делать. Так и было. Я бежала, просто бежала, не скакала, не прыгала, до самого конца ветки. Бежала прямо в воздух.

Мои четыре ноги вытянулись, чтобы растянуть кожную складку. Я почувствовала под собой ветер, почувствовала, как он взъерошил мои перья, почувствовала, как он наполняет мои кожные складки.

Я могла подниматься! Я не просто падала. Я могла повернуть свою грубую голову и сменить направление. Я могла поднять или опустить лапу и еще быстрее сменить направление. Я скользила по кривой дуге к верхушке дерева, которая все еще тряслась от того что ее резко отпустили.

Мои тонкие, сильные руки дотянулись и схватились за крону дерева. Я сделала один виток и внизу, на другой ветке дерева, я увидела Дака. Он смотрел вверх и улыбался, Хорк-Баширцы делают это с помощью своего рта.

Я отцепилась и соскользнула к нему.

С этого момента это превратилось в игру. Дак шел впереди, а я следовала за ним. Дикая, безумно шумная игра, прыжки через пустоту, выхватывание веток из воздуха, бег и снова прыжки.

Но Дак всегда был впереди. От дерева к дереву, по тому пути, который он знал так же хорошо, как я знала свой луг на родной планете.

Деревья менялись. Кора становилась толще, верхушки деревьев все выше и выше. Наконец мы добрались до дерева, по сравнению с которым все остальные деревья казались кустами.

От основания его наклонной стороны до кроны и было высотой две тысячи сто девятнадцать футов. Несколько дней спустя моя мать измерила его для меня. Я не сказала ей, зачем мне это.

Оно было почти полмили в высоту.

- Это Дерево Племени, - сказал Дак. – Дерево моего народа. Тут старейшины проводят свои собрания.

Я всмотрелась в дерево и увидела, что кое-где были платформы, в сотнях и тысячах футов вверх. Там были Хорк-Баширцы, толпящиеся вокруг. И чем больше я смотрела, тем больше платформ я видела, и тем сложнее они были. Уходящие все выше и выше, далеко над нашими головами, платформы обвивали вокруг Дерева Племени.

На дереве были сотни Хорк-Баширцев. Они не срезали кору, а складывали ее, приносимую непрерывным потоком Хорк-Баширцев.

- Идем, - сказал Дак. Мы бежали и прыгали, и вскоре я уже цеплялась за кору самого Дерева Племени. Цеплялась и лезла. Вверх и вверх.

- Помни, не говори своим соплеменникам Хорк-Баширцам, кто и что я, - сказала я.

- Они не поймут, если я скажу им, - просто сказал Дак.

Мы поднимались целую вечность. Мы взбирались, пока я не могла представить, что впереди нас может быть еще больше дерева. Мы прошли мимо платформ, на которых Хорк-Баширцы перемалывали кору. Где они разрезали кору на полоски. Там, где они связывали ее в веревки-лозы.

Были и другие платформы, на которых Хорк-Баширцы просто сидели, и, казалось, рассказывали истории. Почти как в классных комнатах, догадалась я.

Медленно мы вышли из соседних деревьев. Мы поднимались до тех пор, пока не смогли отчетливо увидеть через пустоту дальнюю сторону впадины. Мы поднимались, пока не смогли увидеть позади нас край впадины.

Внизу, в миллионе миль подо мной, в самом низу впадины я увидела токсичный синий газ. То, что Хорк-Баширцы называют «Отец Глубина».

На самом верху дерева племени была узкая платформа. Я поднялась на нее.

- Я была очень долго в этой форме, - сказала я. – Мне нужно ненадолго превратиться назад.

Я начала превращаться. И через несколько минут я стояла на своих четырех копытах в месте, куда не мог забраться ни один Андалит.

Своими собственными Андалитскими глазами я могла смотреть во всех направлениях одновременно. Я увидела позади себя другую сторону впадины, бесконечные деревья, растущие по левую и правую стороны, и соседнюю сторону впадины, на многие мили вперед. Небо, не такое красное с золотым, каким оно должно быть, ширилось над нами, затмевая впадину. И внизу, до того, как я почувствовала тошноту от высоты, я увидела кусочек ужасающей «Глубины».

Я не знаю почему, но Глубина поразила меня гораздо больше, чем потрясающая, великолепная перспектива вокруг меня.

Я посмотрела вниз на Глубину. Я отвернулась и сделала шаг назад. Рядом с краем деревья исчезали, их заменяли окрашенные в зловещие цвета, перекрученные растения.

- Дак. Что там в Глубине?

Он посмотрел на меня так, будто я читала его мысли.
- Я не знаю, - признался он. – Я знаю только то, что говорит мой народ.

- Что говорит твой народ о том, что находится в Глубине?

- Ужас, - просто сказал он. – Говорят, что в Глубине прячется ужас.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69368/367239

Переводчики: Kranast