Готовый перевод Fuse Julianna Baggott / Сплавленные Джулианна Бэгготт: Лида Снежный шар

Лида передает Черный Ящик Партриджу нежно, как ребенка... а, может, как бомбу. Брэдвел объясняет, что остальные пять Черных Ящиков являются похожими друг на друга энциклопедиями - по-настоящему массивными библиотеками информации. Но этот другой.
- Переверни его, - говорит он.

Партридж переворачивает его, и Лида проводит пальцем по маленькому символу.

- У остальных есть серийные номера, но у этого - авторский знак, - говорит Брэдвел, - без даты.

- Это может означать все что угодно, - произносит Прессия. - Позволь им подойти ко всему непредвзято.

- Или символ пи, - говорит Партридж. - Три точка четыре. В круге.

Лида задается вопросом, что это значит? Пи-рог? В круге? Вероятно, одна из тех многих вещей, чему учат в Академии мальчиков, но не девочек.

- Что бы это ни было, ящик как-то связан с вашей матерью, - отвечает Брэдвел Партриджу. - Что-то да значит.

Партридж смотрит на Прессию.
- С нашей матерью? Как? И кто такой Фигнэн?

- Фигнэн - это ящик, а когда кто-то произносит "лебедь", - начинает говорить Прессия, но ящик обрывает ее, загораясь лампочками и исполняя свой ритуал.
- Семь, семь, семь... - От удивления Партридж чуть ли не опрокидывает Черный Ящик.

Когда звуки и все остальное прекращается, Прессия произносит:
- Он требует имена Семерки. Ты их помнишь?

- Она не назвала нам все, - говорит Партридж.

Лида замечает, как от стенки ящика отделяется тонкая металлическая рука с острым блестящим концом.
- Что это?

Острие поднимается и мгновенно прокалывает кожу Партриджа на запястье, на месте прокола тут же появляется маленькая капелька крови. Партридж хватает Фигнэна за руку и удерживает ее, как крысу за хвост.
- Какого черта это было?

- Таким образом он с тобой знакомится, - говорит Брэдвел.

- Будто мне это было нужно! Вот. - Партридж вручает его обратно Брэдвелу и промакивает кровь рукавом.

Лида произносит:
- Сколько имен у вас есть? - Она наклоняется ближе, но ненамного, не желая, чтобы ее ущипнули.

- Мы знаем Арибель Кординг, Уиллакс, Хидеки Иманака, - перечисляет Прессия. - Тот, что умер молодым. Кажется его фамилия Новиков.

- И Келли, - подает голос Партридж. - Бертран Келли и Авна Гош. Я записал все слова матери, что смог вспомнить.

- Келли и Гош, - повторяет Прессия.

- Так, уже шестеро. Кто седьмой? - спрашивает Эль Капитан. Его бьет дрожь и выглядит он призрачно-белым. Он болен? Лихорадка?

Прессия выжидательно смотрит на Брэдвела с приподнятыми бровями. Как будто ждет, что он назовет имя, бросая ему своеобразный вызов. Лида задается вопросом, что же между ними произошло.

Брэдвел смотрит вниз себе на руки.

Прессия говорит:
- Вероятно, это Арт Уолронд.

- Боже, надеюсь, это не Уолронд. Если он с самого начала был так близок с твоим отцом, - с нотками обвинения в голосе говорит Брэдвел Партриджу, - это меня убьет. Нет, это не Арт. Не он.

- Арт, - произносит Лида, думая о странных словах Иллии про грусть по арту. Лида думает о том, что может она неправильно ее поняла. - Я скучаю по арту или я скучаю по Арту?

- О чем ты толкуешь? - говорит Брэдвел.

- Иллия. Она говорила, что предпочла бы умереть, но пока не исполнила свою роль. - Лида глядит на ящик в руках Брэдвела. - Она рассказала мне историю о влюбленных мужчине и женщине. Он передал ей на сохранение зерно правды. После его смерти она стала хранителем правды. Ей необходимо было выйти замуж за того, кто выжил во время Взрывов, чтобы защитить зерно, и она не может умереть пока не вверит его нужному человеку. Она сказала: "Я скучаю по арту." Я решила, она подразумевала "арт" под красотой вещей. Но что если это означало Арт Уолронд? Она была женщиной в той истории. Что если Арт был мужчиной? А Ингершип тем человеком, за которого она вышла замуж, чтобы выжить. Что если правда в Черном Ящике?

- Может, она работала на финансируемую государством программу, загружая ящики информацией, а Арт нашел ее там... - выдает свою версию Прессия.

- И воспользовался ей, - говорит Брэдвел. - Он был бабником.

- Нет, - реагирует Лида, - они любили друг друга.

- Разве это имеет значение? - говорит Партридж.

- Для меня да. Помнишь, на ферме Иллия сказала, что я напоминаю ей мальчика, которого она когда-то знала? - сообщает Брэдвел.

- Может, это был не ты, - говорит Прессия.

- А может, был я. - Брэдвел резко садится. Лида не так много знает о Брэдвеле, но может себе представить, какого было бы, если бы в мире не осталось никого, кто бы знал тебя до Взрывов - вообще никого. Ты бы желал оборвать подобное одиночество. Птицы на его спине неподвижны. - Какую правду? - говорит он. - Какую к черту правду она хранила для Арта Уолронда, а?

Прессия поворачивается к Фигнэну.
- Лебедь!

Фигнэн загорается и произносить "семь", семь раз, и когда он начинает издавать сигналы, они скармливают ему имена: Эллери Уиллакс, Арибель Кординг, Иван Новиков, Хидеки Иманака, Бертран Келли, Авна Гош. Фигнэн одобряет каждое имя зеленым светом.

- Артур Уолронд, - в конце озвучивает Брэдвел.

И вот, зеленый свет загорается в последний раз. Вильда протягивает руку и хватается за руку Прессии.

Они ждут - чего именно? Лида не знает, но ничего не происходит. Лампочки Фигнэна погасли.

- Это все? - произносит Прессия.

- Что? - говорит Эль Капитан.

Хельмут печально вторит ему.

- Нет! - потрясенно восклицает Брэдвел. - Этого не может быть.

- Мне кажется, что это просто ящик, - говорит Партридж. - Возможно, прошлое должно остаться в прошлом.

- Полагаю, это имеет смысл для того, кто выжил в хорошеньком аккуратненьком мире пузыря, - произносит Брэдвел, - где все приукрашено абсолютно новой краской, милой маленькой школой, школьными приятелями и безумно влюбленной подружкой.

- Заткнись, - выпаливает Партридж. - Я не нуждаюсь в лекции.

- А я не безумно влюбленная подружка, - выдает Лида, сжимая челюсть. Партридж бросает на нее взгляд. Она его удивила? Часть ее надеется, что да.
- У нас нет времени на споры, - говорит Эль Капитан.

- Нет, - говорит Брэдвел, вставая и сверху взирая на Партриджа. - Все из-за него! Фигнэн не станет делиться секретами с сыном Уиллакса - если кто-то запрограммировал на это ящик.

- Не слишком ли ты высокого мнения о Фигнэне, - произносит Прессия. - Думаешь, он знает кто мы и кто наши родители? Это безумие.

- Нет, он прав, - говорит Партридж, рассматривая запястье. - Фигнэн взял образец моей крови.

- У меня он тоже взял образец, - говорит Брэдвел. - Из большого пальца.

- А у меня вырвал клок волос, - сообщает Прессия, дотрагиваясь до тонких прядей.

В этот момент над головой раздаются шаги.

- Видимо, времени у нас осталось немного, - произносит Эль Капитан.

Кто-то распахивает дверь тоннеля и влезает внутрь. Мать Хестра.
- Они приближаются.

- Кто? - спрашивает Эль Капитан. - Спецназ?

Они с Сайденом кивают.
- Приближаются слишком быстро, - говорит она.

Партридж хватает карту и вытаскивает один из карандашей.
- Вот, - говорит он, чертя крестик на карте и рисуя линию, ведущую вглубь медицинского центра. Он царапает число вентиляторов в системе, число их лопастей, барьерных фильтров, интервалы времени, когда те отключаются - три минуты сорок две секунды. - Лида, покажи им, где по-твоему находится погрузочный док.

Она не совсем уверена в ответе.
- Думаю, здесь. Там был холм, а вдалеке виднелись деревья. Так, погодите, может, здесь?

- Все хорошо, - говорит Прессия.

Брэдвел собирает карты. Над головой слышатся шаги. Все смотрят наверх, словно могут что-то разглядеть сквозь потолок вагона и слой земли.

Лида должна сказать Партриджу правду: она не может вернуться. Она предпочла бы жить здесь в дебрях до конца своих дней и страдать, чем вернуться назад.

Партридж задирает рубашку.
- Я не могу взять с собой ампулы, - произносит он, медленно и осторожно стягивая их с талии. - В них содержится ингредиент, думаю который уже есть у отца, но все же - не хочу, чтобы он знал, что тот есть и у нас. Может он тебе поможет. Но будь осторожна. Содержимое ампул - своего рода лекарство. Оно может творить чудеса - перестроение клеток и все такое. Но оно не поддается контролю. - Он вручает каждую завернутую отдельно ампулу Прессии. - Она бы хотела, чтобы они остались у тебя.

Прессия нежно их укачивает.
- Если дела пойдут наперекосяк и ты не вернешься, - говорит Прессия Партриджу, - мы пойдем за тобой.

- Спасибо, - говорит Партридж.

- Мы останемся с девочкой здесь, пока все не прояснится, - сообщает Брэдвел.

- Побереги себя там, - подает голос Эль Капитан.

- Побереги, - шепчет Хельмут.

Партридж поворачивается к Лиде. Он обхватывает ее руку своей и сжимает.
- Мы с Лидой будем держаться вместе. - И в этот самый момент после всего нескольких слов Лида понимает, что ее судьба решена. Смогла бы она сказать ему прямо здесь, перед всеми, что не пойдет с ним? Он жертвует всем. Не должна ли и она принести жертву? Она может себе представить, что матери начнут ее уговаривать остаться, но она знает свою роль - ту, что всю жизнь свербила ее голову. Она должна быть помощницей и ей следует пойти.

- С нами все будет в порядке, - произносит Лида, отпуская его руку и надевая плащ. Она шагает по тоннелю за Партриджем и, когда он открывает гладкую металлическую дверь и ту же перед ней вспыхивает свет дня, она вспоминает свою клетушку в реабилитационном центре, фальшивую панель солнечного света на стене, словно струящееся в окно, и как иногда оно мерцает, будто рядом вспорхнула птица, отбросив мимолетную тень и исчезнув. Фальшивая птица, простая проекция, порхающая под фальшивым солнцем по другую сторону несуществующего окна - внутри тюрьмы.

Купол - клетка, снежный ком. Она собирается туда вернуться.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69925/380461

Переводчики: Miledifire