Готовый перевод Honor Reclaimed / Возрождение чести: Глава 1

Четверг, 13 сентября 2001

Агент Секретной службы Кэмерон Робертс открыла глаза и поняла, что находится там, где никогда не ожидала проснуться - на втором этаже Белого Дома на старинной кровати, которую сделали как минимум лет двести назад. Оригинал Томаса Шератона. А обнаженная, свернувшаяся возле нее калачиком девушка была дочерью Президента США. Блэр Пауэлл лежала у нее на груди, словно на подушке, и ее дыхание, мягкое и теплое, ласкало кожу Кэм ритмичными вдохами и выдохами. Кэмерон обнимала ее за плечи одной рукой и поглаживала пальцами голую кожу предплечья девушки долгими медленными движениями.

В комнате было темно, тяжелые шторы закрывали окна от потолка до пола в дальней стороне просторной комнаты. Кэмерон предположила, что еще нет и пяти, судя по темноте снаружи. Несмотря на то, что дом казался чрезвычайно тихим, она знала, что в дальнем конце коридора спал президент, коридоры этажом ниже наполнены агентами Секретной службы, а сотрудники полиции штата патрулировали территорию Белого Дома. Пока первая семья находилась в личных покоях на втором и третьем этажах, Секретная служба физически не охраняла их. Но как только они покидали комнату и выходили в общественные места, сенсоры, расположенные во всех коридорах и комнатах, отслеживали все их передвижения, а агенты Секретной службы, закрепленные за каждым членом семьи, возобновляли свой контроль.

Она была одной из этих агентов, а член семьи, которого ей доверили защищать, лежала в ее объятиях. Год назад Кэм отрицала бы даже возможность такого явления. Но это было до того, как ее перераспределили из следственного отдела Секретной службы в защитное подразделение, где она неохотно приняла на себя ответственность за безопасность Блэр Пауэлл. Теперь вся ее жизнь замкнулась на Блэр, а официальная обязанность защищать дочь президента тесно переплелась с личным долгом и чувствами.

Это была ответственная и важная миссия, и особенно остро это проявилось в последние двое суток, когда на страну обрушилась террористическая атака - злоумышленники угнали несколько пассажирских самолетов и использовали их как летающие реактивные снаряды. Произошедшее одновременно с этим почти успешное покушение на Блэр прямо в ее усиленно охраняемом доме на Манхэттене только подчеркнуло, насколько катастрофически уязвима первая дочь. Неосознанно Кэм сильнее сжала в объятиях спящую возлюбленную.

- Все в порядке, - пробормотала Блэр, нежно проведя ладонью по ее животу к груди. - Я здесь, рядом.

Кэм прижалась щекой к макушке Блэр и накрыла ее руку ладонью, прижимая теплые пальцы к своей груди.
- Ты и во сне знаешь, о чем я думаю?

- Я чувствую, когда ты переключаешься в режим защиты. Все твое тело напрягается, как будто ты готова закрыть меня собой, даже когда мы просто лежим в постели.

- Извини.

- Не нужно. Каким-то сумасшедшим образом, мне это даже нравится, - девушка коснулась губами груди Кэм. - Как минимум, мне нравится закрывать глаза и чувствовать себя в абсолютной безопасности. Но мне не нравится мысль о том, что ты и на самом деле защищаешь меня своим телом.

- Я знаю.

Другие слова тут были не нужны, потому что Кэм уже не раз вставала между Блэр и опасностью и первый раз, когда она сделала это, почти стоил ей жизни. Чувство вины, мучившее Блэр после того случая, почти разлучило их, и они до сих пор жили в шатком перемирии относительно роли Кэм, как начальника службы безопасности, подразумевающей, что в любой момент она должна будет пожертвовать своей жизнью ради жизни Блэр. И теперь, после случившейся трагедии, эта вероятность возросла тысячекратно.

- Не могу поверить, что это действительно произошло, - прошептала Блэр. - Боже… Все эти невинные люди.

- Да, - ответила Кэм низким от усталости и печали голосом. - Я тоже, - она вздохнула. - Думаю, тут даже лучше сказать, что я не хочу верить в это. Но, тем не менее, я лежу здесь, с тобой, в официальной резиденции президента. И к этому могла привести только такая катастрофа, как покушение на тебя. Боже, подумать только - в самом сердце страны!

- Печально, что должно было произойти что-то подобное, чтобы мы могли оказаться в доме моего отца вместе, правда? - Блэр потерлась щекой о грудь Кэм, как будто в поисках утешения. - Любви было недостаточно, а вот смерти тысяч людей хватило. Теперь факт того, что мы любовницы, больше никого не интересует.

- Сегодня это ни для кого не важно, - произнесла Кэм с горечью, - но через неделю или месяц будет. Когда ажиотаж в СМИ по поводу этих событий поутихнет, твоя личная жизнь снова станет главной темой газетных заголовков.

Блэр приподнялась на локте, пытаясь разглядеть лицо Кэмерон в тусклом свете. Ей было непривычно слышать разочарование и злость в голосе своей любимой и, даже не видя ее красиво очерченного лица, Блэр знала что темно-серые глаза стали почти черными от боли. Кэм почти всегда сдерживала свои эмоции. Она сталкивалась с любой реальностью, неважно насколько сложно это было, уверенно и с холодной головой. Но сейчас Кэи и Блэр, как и каждый гражданин Соединенных Штатов Америки, были глубоко шокированы событиями 11 сентября. Их безумный перелет из Нью-Йорка в целях безопасности и последующая эвакуация в Вашингтон оставили им немного времени, чтобы осознать последствия.

Кэм потеряла одного из агентов при нападении на квартиру Блэр - своего заместителя Мака Филлипса, который был серьезно ранен, а другой агент, находившийся под ее командованием, оказался причастен к этому покушению. Блэр не раз видела, как Кэм принимает на себя ответственность за то, чего по сути не могла контролировать. Это было одновременно и одной из тех вещей, которые Блэр в ней больше всего любила, и тем, что бесконечно ее расстраивало. Она с болью понимала, что сейчас Кэм винит себя, и это заставляет ее страдать.

- В том, что произошло в Нью-Йорке, нет твоей вины.

- Блэр, - нежно произнесла Кэм, а потом замолчала и просто поцеловала девушку. Она хотела сказать, что один из членов ее команды был в шаге от того, что бы застрелить Блэр, но не стала воскрешать в ее памяти это ужасное воспоминание, которое и так было еще слишком свежим. Она понимала, что этот кошмар еще не закончен ни для одной из них, но сейчас им нужно было разобраться с более срочными проблемами. Если в ее команде нашелся один предатель, то могли обнаружиться и другие. И было предельно ясно: никто в стране не находится в безопасности, возможны повторные атаки. Все члены правоохранительных органов, и она в их числе, должны сосредоточиться на одном - вернуть нации ощущение безопасности и обеспечить страну тем, что критически важно для ее выживания. Официальное участие Кэм заключалось в защите Блэр. Ее личным долгом было выследить тех, кто несет ответственность за покушение на жизнь ее любимой.
- Тебе нужно остаться здесь на какое-то время.

Теперь настала очередь Блэр напрячься.
- Я здесь не живу. Мой дом в Нью-Йорке. Мое место рядом с тобой.

- Единственное, что сейчас имеет значение - это твоя безопасность, а это сейчас самое безопасное место в мире для тебя.

- А где будешь ты, Кэм? Где будешь ты, пока я заперта здесь, с кем-то, кто круглосуточно следит за каждым моим шагом? Когда у нас будет время побыть вдвоем? Где мы сможем остаться наедине, чтобы прикоснуться друг к другу? - Блэр не повысила голос, но ее тон стал жестким от ярости. - Ты этого хочешь? Чтобы нас разлучили?

Кэм скользнула пальцами вниз по густым светлым волосам на затылке Блэр и погладила крепкие мышцы по обе стороны ее позвоночника. Ее голос был тихим и спокойным, ведь она знала, что гнев Блэр был вызван болью.
- Ты же знаешь, что я не хочу этого. Я люблю тебя. Я хочу засыпать с тобой каждую ночь и, открывая глаза, видеть тебя каждое утро. Я хочу этого больше всего в жизни.

- О Кэм, - выдохнула Блэр, прижимаясь лбом ко лбу любимой. - Прости. Просто последнее, чего я хочу сейчас, это чтобы ты… исчезла.

- Господи, да не будет этого.
Резко приподняв бедра, Кэм перекатила их обеих так, что Блэр оказалась под ней, а их ноги переплелись. Опираясь на согнутые руки, она накрыла Блэр своим телом и опустила голову, чтобы поцеловать ее. Это должен был быть просто утешительный поцелуй, но первое же прикосновение к губам Блэр пронзило ее тело вспышкой безудержной необходимости быть с ней. Калейдоскоп образов закружился у нее в голове - Фостер, с пистолетом нацеленным в сердце ее любимой, дождь из пуль, обрушившийся на них в переулке за домом Блэр, Паркер и Мак, лежащие в бордовых лужах собственной крови. Они были так близки к тому, чтобы убить тебя. Господи, я почти потеряла тебя.

Кэм застонала - агония потери в тихом звуке - сильнее прижимаясь к телу Блэр и глубоко проникая языком в ее рот. Она нуждалась в ней, хотела почувствовать биение ее сердца каждой клеткой.

Блэр услышала зов страсти Кэм и ее кровь моментально закипела. Она всегда была готова для Кэм - готова держать ее, брать ее, отдавать себя ей - готова ответить на любое желание, возникшее между ними. Так было всегда, с того самого момента, когда они впервые коснулись друг друга. Последние два дня они должны были бежать, спасая свои жизни, не зная когда или откуда может быть нанесен следующий удар. Она видела, как в агентов - не просто ее охранников, а ее друзей - стреляли и убивали их. Она видела, как ее возлюбленную снова поразила пуля, предназначенная ей. Внезапно реальность и осознание того, что она могла потерять навалились на нее, и она запустила руки в волосы Кэм, сжимая в кулаках темные локоны и вжимаясь в ее тело, отчаянно пытаясь уничтожить любые барьеры между ними. Стон, который мог стать криком, застрял у нее в горле и закончился вздохом, когда Кэм провела рукой между их телами, между ее ног, внутрь нее. Она резко откинула голову, прерывая поцелуй.

- О Боже, - она крепко сжала пальцами запястье Кэм, чтобы замедлить ее движения. - Остановись. Ты заставишь меня кончить.

- Да, - голос Кэм был хриплым, жестким, но ее рука была нежной, когда она вошла глубже, а затем слегка погладила. - Да. Да.

Блэр хотела замедлится, но не смогла, потому что неожиданная сила желания возлюбленной практически сломала ее контроль и тело вознеслось к первой вершине. Потребность Кэм была ее потребностью, страсть Кэм - ее страстью. Они отдавали и брали, призывали и отзывались, и между ними не было ничего, кроме шепота их тел. Они были так близки, как еще никогда не были, настолько связаны, насколько только могли быть.

Кончив, Блэр уткнулась лицом в шею Кэм, прижимаясь губами к пульсирующей жилке на ее горле. Ее крик освобождения был криком удивления и капитуляции. В течение долгих мгновений после этого, она все еще чувствовала Кэм глубоко внутри себя.
- Я люблю тебя, - наконец прошептала она.

- Я люблю тебя. Господи, - выдохнула Кэм, - Я люблю тебя.

- Кэм?

- Ммм? - Кэмерон лежала вытянувшись вдоль тела Блэр, ее пальцы все еще были окружены нежным теплом и легко пульсирующими мышцами внутри. Двигаться не хотелось. Когда они были так интимно связаны, она забывала обо всем, что беспокоило ее. Не было ни опасности, ни страха потери, ни одиночества. Единственное, что имело значение - это то, насколько правильно быть с этой женщиной. Она вздохнула и прижалась щекой к плечу Блэр.

- Мы только что занимались любовью в Белом Доме.

- Хмммм. - Кэм напряглась. - Господи, - она подняла голову и прищурилась от серого света, прокрадывающегося по краям оконных портьер. Он заметила озорной блеск в голубых глазах Блэр. - Я думаю, мы совершили государственное преступление.

- Даже несколько.

Кэм двинула бедрами и слегка надавила ими на свою руку, все еще находящуюся между ног Блэр.
- Хочешь сделать это снова?

Веки Блэр задрожали от внезапного давления глубоко внутри нее, ее смех превратился в мягкий стон.
- О да.

- Давай попробуем немного медленнее в этот раз, - Кэм немного отодвинулась, ровно настолько, чтобы прижаться ртом к груди Блэр, и нежно обвела языком маленький упругий сосок.

- Зачем? - Блэр сомкнула пальцы на шее Кэм, заставляя ее сильнее прижаться ртом к своей груди. - Я никогда не возражала против скорости.

Кэм немного замедлилась в то время как ее пальцы мягко заскользили в гладком тепле Блэр.
- Я знаю, но я хочу…

Рядом с кроватью зазвонил телефон и они обе замерли. В следующее мгновение, когда Кэм начала приподниматься, Блэр прошептала: - Подожди, - и протянула руку к телефону.

- Блэр, - быстро проговорила Кэм, - это может быть твой отец. Ты не можешь говорить с ним когда мы… в таком положении.

Блэр взяла трубку и прижала ее к груди, чтобы заглушить слова.
- Почему нет?

Кэм осторожно отстранилась. Строгим шепотом она произнесла:
- Потому что. Это против протокола.

- О, коммандер. Я так люблю вас. - Блэр поднесла телефон к уху. - Да? - она взглянула на Кэм и подняла бровь, - Привет, пап… Аааа-га, она рядом.
Кэм застонала.

- Да. Хорошо… Во сколько?... Да, мы будем там

Блэр вернула телефон на прикроватную тумбочку и повернувшись обратно к телу Кэм, прижалась ближе, обвивая обеими руками ее шею.
- У тебя есть двадцать минут, чтобы закончить то, что ты только что начала.

- И что потом?

- У нас встреча с президентом.

- Черт. Даже говорить об этом страшно.

- Вот и не говори.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/70793/380769

Переводчики: Vertigemoon