Готовый перевод Nightmares and Geezenstacks / Fredric Brown, 1961 / Кошмары и Гейзенстаки / Фредерик Браун: NIGHTMARE IN WHITE

Кошмар в белых тонах

Сон внезапно слетел. Как он вообще задремал, ведь не собирался же? Он бросил взгляд на циферблат наручных часов, ярко светившийся в кромешной темноте. Всего несколько минут одиннадцатого. Фух, просто чуть-чуть кимарнул. Вырубился на этом глупом диване меньше получаса назад. Если жена действительно собирается придти к нему, ещё слишком рано. Придётся подождать, пока его сестричка заснёт, и заснёт крепко, будь она неладна.

Такая нелепая ситуация. Они в браке всего три недели, едут домой после медового месяца, и впервые за это время ему приходится спать одному - а всё из-за нелепого требования его сестрицы Деборы по дороге заночевать у неё на квартире. Ещё четыре часа за рулём, и они приехали бы к себе, но Дебби все-таки настояла на своем. В конце концов ночь воздержания ещё никого не убила, к тому же он устал. Куда лучше преодолеть последний участок пути утром, со свежими силами.

Естественно, в квартире сестры была всего одна спальня, и он заранее, ещё не приняв приглашения, знал, что не вытурит Дебби из дома ночевать в другом месте. Та предлагала им свою кровать, но некоторые проявления гостеприимства не примешь даже от собственной любящей сестрички. Ладно, стоит этой милой старой деве заснуть, как Бетти наверняка, ну, почти, присоединится к нему хотя бы ради пары мгновений нежности, – опасения разбудить Дебби едва ли позволят больше, – чтобы пожелать ему доброй ночи по-настоящему, не под бдительным оком сестры.

Нет, жена точно придёт, хотя бы для ласкового поцелуя на сон грядущий, если уж не отваживается на большее, - вот почему он решил не засыпать сразу, а выждать по меньшей мере час.

Она обязательно придёт... да, дверь тихо отворяется в тишине и тихо закрывается снова, слышен только слабый щелчок замка... шелест ночной сорочки, а может, неглиже, и вот к нему под одеялом прижимается её тело. Весь разговор - его «дорогая» и её тихое «шшш». Но разве нужны какие-то разговоры?

Вовсе нет, вовсе нет, разве что в такие долгие, и вместе с тем быстротечные мгновения, после которых дверь отворяется снова, а за ней, в прямоугольнике ослепительно-белого цвета, пламенеет внушающий ужас силуэт жены. Она застывает на пороге и начинает кричать.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/71692/389457

Переводчики: SupeR_StaR