Готовый перевод The Core (The Demon Cycle, #5) / Война с демонами 5 - Ядро: Глава 20 - Сопровождение

– Распишитесь здесь. – Мать Джения вынула ещё одну бумажку из своей, казалось бы, бесконечной кучи и положила перед Рагеном. Элисса сидела в нескольких футах от него за своим собственным столом, работая с подобной кучей. Дети сидели в своем углу, тихо читая книги.

– Едва ли прошёл день, как я вернулся, а меня уже похоронили в документах, – застонал Раген.

Джения засмеялась.
– Просто это самые срочные. Я жду, пока вы остынете, прежде чем мы сможем взяться за остальные.

– Ночь. – Раген провёл ладонью по лицу.

– Вы хорошо постарались, исчезнув почти на год, – сказала Джения.

Раген перевернул страницу и увидел знакомую подпись. Он видел её слишком часто, чем ему бы этого хотелось. “Винсин”. Этот человек был гильдмастером, прежде чем Коб сместил его почти десять лет назад. Расстались они, не как друзья.

Джения напряглась, увидев это имя, и он понял, что она опасалась говорить на эту тему.
– Я собиралась упомянуть о нём, когда у вас появится время наверстать упущенное.

Ручка Рагена остановилась.
– Тогда давай сделаем это сейчас.

– Винсин призвал всех, провести дополнительные выборы, когда вы ушли, – сказала Джения. – Теперь он, действующий гильдмастер гильдии метчиков.

– Сын Недр! – Рявкнул Раген. – Ты собиралась ждать, пока мы не узнаем об это представ при дворе?

– Не стоит винить посланников, дорогой. – Произнесла Элисса не поднимая глаз от своих бумаг.

Он вздохнул.
– Полагаю, что вы сверились с уставом гильдии?

– Разумеется, – сказала Джения. – Мастер-метчик, имеющий хорошую репутацию, имеет право потребовать проведения дополнительных выборов, если гильдмастер неспособен выполнять свои обязанности, лично или в письменной форме, больше шести месяцев, до тех пор, пока гильдмастер не вернётся, или срок его полномочий не истечёт.

– Таким образом тепрь, когда я вернулся в город, то автоматически восстановлен в своих правах? – Спросил Раген. Учитывая его двухлетний срок, у него оставался в запасе ещё год.

– Не совсем так, – сказал Джения. – Гильдия должна созвать собрание, где отсутствующий ранее гильдмастер объявит о своей готовности вернуться на пост, и это должно поддержать большинство голосов. До тех пор Винсин останется у власти.

– Тогда созовите собрание, – сказал Раген, хотя проблема быстро прояснялась.

– Только гильдмастер может созвать собрание или провести голосование.

При этих словах Раген сжал ладонь в кулак.
– Если я не могу созвать собрание, затем получить слово каждому метчику в городе, что я вернулся с новостями, которые изменят будущее гильдии.

– Я немедленно пошлю гонцов, – сказала Джения. – Что это за новости?

– Магия хора Лощины, – сказала Элисса. – Мы научились пользоваться частями костей демона, чтобы активировать метки, даже, когда подземников нет рядом. Иногда даже при свете дня.

Джения ошеломлённо уставилась на неё, замерев в тишине, как будто ожидая продолжения. Когда же ничего не произошло, она откашлялась.
– Если это правда, то это всё меняет.

– Это правда, – сказал Раген, – но мы не ждём, что все поверят нам без явных доказательств.

Даже Джения не выглядела, будто её убедили эти слова, но она отметила это в своём списке дел.
– Я прослежу за этим.

– Также свяжись со стекольными мастерами, – сказал Раген. – Мы немного изменим нашу территорию вокруг дома.
– Он достал карту, показывая великую метку, на проектирование которой, он и Элисса потратили столько часов, выравнивая её таким образом, чтобы смог поместиться их дом и палаты слуг. Множество других строений придётся перестроить, но этого нельзя было избежать.

Джения посмотрела на карту, раскрыв от удивления глаза.
– Вы хотите … выложить свои земли меченым стеклом?

– Мы сами будем заряжать его с помощью хора, – сказала Элисса, – но да.

– Начнём с краски, – сказал Раген. – Немедленно. Это позволит нам обеспечить правильную форму, прежде чем мы начнём выкладывать её стеклом.

Джения осмотрела символ, и Раген увидел, как она делает вычисления в голове.
– На это потребуются колоссальные средства.

– Нашего состояния хватит, – сказал Раген. – Я не хочу обсуждать это, Джения. Мы должны это сделать. Сила подземников растёт, и лишь вопрос времени, когда они нападут на город. Мы должны подготовиться, и должны сделать это сейчас.

Джения побледнела, взяв план в руки.
– Да, разумеется.

Со двора послышались странные звуки. Раген посмотрел вверх, но малыш Арлен уже стучал в окно.
– Горные Копья! – Он подпрыгивал, указывая пальцем.

Раген и Элисса обменялись взглядом. Они ждали, что герцог вызовет их к себе. Но не то, что он пришлёт солдат. Они присоединились к малышу Арлену у окна, и Раген почувствовал, что как его живот напрягся при виде пятидесяти Горных Копий, с огненным оружием в руках, выстраивающихся в линию с обеих сторон от главных ворот, до его парадной двери, расчищая путь для королевской кареты.

– Кирин? – Задумалась Элисса. Возможно, герцог послал своего герольда, чтобы привести их.

– Не достаточно резкие цвета, – сказал Раген. – Карета жонглёра выглядит так, словно на неё стошнило радугой.

Слуги Рагена и лесорубы сосредоточились, внимательно наблюдая за солдатами. Не было похоже, что ситуация перейдёт в открытое нападение, но никто из них не собирался расслабляться.

– Что во имя Недр тут происходит? – Спросил себя Раген, когда лакей спрыгнул с кареты и опустил ступеньки, открывая дверь и протягивая руку в перчатке тому, кто в ней находился.

Мать Джоун, камергер герцога Юкора, вышла из кареты. У старухи было измученное лицо, характер подземника и явное нежелание оставлять Юкора одного. Её присутствие здесь служило плохим предзнаменованием.

– Джения … – глаза Элиссы метнулись к детям.

Джения немедленно среагировала, твёрдой рукой уводя их подальше от окна.
– Пойдёмте. Прибыла камергер, чтобы поговорить с вашими родилями о делах, и не стоит детям путаться у них под ногами. Я провожу вас до ваших комнат.

Раген взял Элиссу за руку, когда они вышли.
– Это просто демонстрация силы. Юкор любит потешить своё собственное эго, но он не посмел бы нам угрожать …

– Какая у него может быть для этого причина? – Когда Элисса задала вопрос, возникла другая карета, позади первой, на которой красовался символ Рассветного графства. Элисса сжала руку Рагена так сильно, что причинила ему боль.

Женщиной, которая из второй кареты, была графиня Триша.

Мать Элиссы.

***

Элисса сильно сжала кулаки, собирая свои юбки, чтобы делать реверанс. Иметь дело с армией Горных Копий казалось лёгким ветерком ветром по сравнению с её матерью.

Слова герцогини Арэйн сами собой возникли у неё в голове. Ступай осторожно, когда вернёшься домой.

– Элисса, дорогая. – Графиня Триша раскрыла руки в объятьи. – Подойди, и дай твоей матери обнять тебя.

Элисса рефлекторно задержала дыхание, и не тольк, чтобы избежать облака духов, которыми всегда пользовалась её мать. Когда в последний раз мать хотела обнять её? С тех пор когда она была ребёнком. Тот факт, что она захотела это сделать, зародил у неё в голове сигнал тревоги.

– Держи себя в руках и позвольте сказать пару слов, дорогая, – прошептала Триша. – Я здесь, чтобы проследить за соблюдением хороших манер.

Возможно, её мать хотела, чтобы эти слова прозвучали, как утешение, но Элисса нашла в них что-угодно, но не это.

Если Триша была второй по силе женщиной в Милне, то мать Джоун была первой. Тётя гецога шла с прямой спиной, и была худая, как жердь, несмотря на то, что ей было почти семдесят. Её платье было консервативным, с длинными рукавами и высоким воротником, сделанно из материала, столь же жесткого, как и его владелец. И её взгляд всегда выглядел так, словно она проглотила лимон.

Она мрачно кивнула.
– Раген, Элисса. Добро пожаловать домой.

Раген выдавил из себя улыбку, стараясь казаться расслабленным, в то время, как это было совсем не так.
– Действительно, вы несколько необычно решили нас поприветствовать. Неужели они взяли с собой огненное оружие, чтобы пустить салют, ознаменовывающий наше возвращение?

– Они здесь лишь в качестве сопровождения, Раген, – сказала Джоун.

– Неужели, пока мы отсутствовали, в Милне стало настолько небезопасно, что теперь обязательно присутствие пятидесяти Горных Копий, даже тогда, когда вы просто гуляете по городу? – Спросил Раген.

– Конечно, нет, – сказала Джоун. – Но вы – герои, вернувшиеся с войны. Думайте об этом, как о почётном карауле.

– Для меня было бы большой честью, если бы вы уведомили меня о подобной охране, – сказал Раген.

Йон вышел у него из-за спины. Должно быть, он вошёл через задний ход.
– Всё хорошо?

– А, это должно быть капитан Грэй, – сказала Джоун. – Рада с вами познакомиться, капитан. Его высочество официально просит, чтобы вы прибыли к нему этим утром.

Глаза Йона метнулись к Рагену, затем вернулись к Джоун, и он скрестил руки. Джоун имела высокий рост, почти шесть футов, но тем не менее огромный лесоруб нависал над ней.
– Да, хорошо.

Джоун, казалось совсем не впечатлил этот массивный мужчина.
– Вам придётся сдать своё оружие дворцовой страже, прежде чем вас пропустят внутрь, к его высочеству. – Она указала на большой топор, висящий у него за плечом.

– Как во имя ночи я могу это сделать, – сказал Йон, и все присутствовавшие напряглись.

– Герцог Юкор не позволяет вооружённым солдатам из иностранных герцогств входить в его тронный зал. – Улыбка Джоун выглядела сухой, как и остальная часть её лица. – Разумеется, даже вы можете это понять.

Йон свистнул, и охранники сняли с плеч огненное оружие, когда появился лесоруб Лари. Йон снял свой топор и врученный его Лари.
– Сам Избавитель нанёс на него метки. Я не могу отдать его никому, кто не принадлежит Лощине. – Он вернул Джоун столь же снисходительную улыбку, как та, что дала ему она. – Уверен, даже вы можете это понять.

Джоун откашлялась.
– Да, хорошо. Мы можем отправляться?

Они шли по двору мимо зловеще выстроившихся линией Горных Копий, и Элисса, глядя поверх их плеч, видела испуганные лица домашних слуг. Все они были напряжены, ожидая от Рагена и Элиссы какой-нибудь знак, что сказал бы им о том, что им делать.

Если они что-то сделают не так, то всё может закончиться кровопролитием, и Раген понимал это, как никто другой. Он мог не выказывать беспокойства, пока шёл через сад, но Элисса знала, что внутри, напряжён, словно на острие копья.

Триша взяла Элиссу за руку.
– Ты и Раген поедете со мной, дорогая. – Она поглядела на Джоун. – Это было оговорено.

Элисса попыталась не вздрогнуть при этом прикосновении.
– Мать, что …

Триша сжала ладонь, и её костлявые пальцы сильно врезались в кожу Элиссы.
– Капитану Грэю придётся ехать сзади. Карета вмещает только четверых.

– Четверых? – Спросила Элисса, когда водитель, одетый в ливрею её матери, открыл дверь. Внутри сидел Дерек Голд, выглядевший так, словно ему жутко неудобно. Под его глазами пролегли темные круги.

– Это не проблема. – Казалось, Йон с облегчением избавил себя от надвигающейся ссоры, поднявшись на заднюю скамью.

– У нас не так много времени, – сказала Триша, когда позади них закрылась дверь. – Вам повезло, что я прознала об этом и прибыла вовремя, чтобы удостовериться, что Джоун и её люди будут следить за своими манерами. Они бы начали обыскивать ваш дом, если бы я не появилась.

– Что же они хотят найти? – Требовательно спросил Раген. – Что во имя темноты ночи продолжается?

– Я пытался вас предупредить, – сказал Дерек, – но люди Брайяна мне не позволили. Я находился под домашним арестом, с тех пор, как вернулся домой.

– Они арестовали тебя? – Не поверила его словам Элисса. – За что?

– Я бы не назвал это так, – сказал Дерек. – Просто заперли меня со Стэйси и маленьким Джефом и поставили около дверей и окон охрану. Я мог бы использовать свой стилус, но граф сделал всё, чтобы держать нас взаперти, и его люди были вооружены огненным оружием. Не думаю, что я мог выбраться никого не ранив.

– Ты поступил мудро, не сделав этого, – сказал Триша. – У тебя и без того достаточно неприятностей.

– Так в чём же дело, мать? – Элисса уже теряла терпение. – Едва ли прошёл день, как мы вернулись. Что во имя Недр мы могли сделать?

– Юкор знает, что вы торгуете на рынке боевыми метками, – сказал Дерек. – И теперь, когда он знает, что Мечыный, это Арлен Тюк …

– Он думает, что сознательно водили его за нос, – закончила Элисса.

– А это так? – Потребовала Триша.

Элисса осторожно посмотрела на неё. Где кончалась преданность её матери? Между ними уже давно не было никакой любви, и её мать никогда не скрывала свою неприязнь к Рагену. Действительно ли она здесь, чтобы выступать от их имени, или же ради того, чтобы избавить свою семью от позора, или же она здесь по заданию Юкора, чтобы выбить из них признание?

Раген пожал плечами.
– Не совсем. В конечном счётё это всё равно бы стало известно. – Он обернулся к Дереку. – Что ещё они знают?

Триша вмешалась, прежде чем Дерек успел ответить.
– Если вы спрашиваете, знает ли Юкор о меченом оружии и доспехах, что вы создавали и продавали по всему городу, то да, знает.

– Если он и знает, то узнал об этом совсем недавно, – сказала Элисса. – Я проверяла заказы этим утром. Поставки в гильдию Вестников шли регулярно, и все были приняты.

– А почему нет? Мы не нарушаем закон. – Раген не спускал с Дерека глаз. – Как он об этом узнал?

Дерек покраснел, опустив взгляд.

Элисса скрестила руки.
– Стэйси.
Мать Стэйси была женой Дерека, кузиной графа Брайяна. Брайян был самым близким советником Юкора и главой единственной семьи с состоянием, больше, чем Раген и Элиссы. Он много срдств вкладывал в огненное оружие Юкора, и несомненно видел в меченом оружии своего конкурента. Сын Брайяна был женат на старшей дочери Юкора, Гипатии, и его внук скорее всего готовился стать следующим герцогом.

– Это не её ошибка, – сказал Дерек. – А моя. Я был не осторожен в своих письмах. У графа были слуги, что читали её почту, выискивая информацию. Она злилась, как скальный демон.

Раген вздохнул.
– Теперь уже ничего не поделаешь, Дерек. – Он коротко поклонился Трише. – Я знаю, на что это похоже, позорить королевскую семью, оставляя следы пыльными ботинками Вестника на их прекрасных коврах. Как только мы уладим все проблемы с наследством, ты сможешь наладить своё собственное хозяйство.

– Да, я бы хотел этого, – сказал Дерек, – но Стэйси сейчас у графа, а Джефа держат взаперти. Я не могу уехать без них.

– Тебе и не придётся, – сказала Элисса.

– Не так уж и много я могу с этим сделать, – сказал Дерек. – Ни один судья в городе не встанет на мою сторону, когда я попытаюсь пойти против Брайяна.

– Дело не только в тебе, Дерек, – сказал Раген. – Только не сейчас. Ты объявишь сегодня при дворе, что забираешь свою семью и переезжаешь в мой дом. Если Брайян не согласится, то гильдия Метчиков не станет принимать заказы от него и его владений, пока он этого не сделает.

Дерек ахнул.
– Ты пойдёшь на это?

– Право же. – Элисса не могла не бросить мятежный взгляд на свою мать вместе со словами. – Мы ведь семья.

– Это лишь пустые слова, ты больше не гильдмастер, – отметила Триша.

Раген холодно улыбнулся.
– Мы с этим разберёмся.

– Таким образом, вы знали, что Арлен Тюк, и Меченый, это один и тот же человек? – надавила Триша, возвращаясь к основной теме разговора. – Вы знали это и сознательно скрыли эту информацию?

– Он – наш сын, – сказала Элисса. – Такой же, как и те, что я родила сама.

Триша фыркнула.
– Ты должна была сразу прийти с этим ко мне.

Элисса громко засмеялась.
– Прийти к тебе? Мать, разве ты когда-нибудь вставала на мою сторону в каком-нибдуь вопросе? Ночь, я даже не знаю, действительно ли ты сейчас на моей стороне!

Триша выглядела действительно оскорбленной.
– Независимо от того, что ты думаешь, вы испортили маленького мальчишку, в то время, как я всегда держала твои интересы близко к сердцу.

– Даже когда выбросила меня из семьи? – Элисса увидела, как Раген и Дерек попытались отодвинуться подальше от них, пока она и Триша цапались друг с другом, но у неё не было выбора. Элисса должна была знать, на чьей стороне её мать, прежде чем поездка окончится.

– Я сказала тебе, что всё позади, когда ты окончила Школу Матерей, – сказала Триша.

Элисса фыркнула.
– Только потому, что ты хотела иметь ещё один голос в Совете Матерей. В мои интересы никогда не входило становиться одной из них.

Триша скрестила руки на груди.
– Ладно, но сейчас ты всё равно втянута в политику, нравится тебе это или нет. Ты находишься в центре вихря, и если хочешь выбраться из него живой и свободной, то без моей помощи не обойтись.

– А какова цена? – Элисса не могла этого не спросить.

Глаза Треши метнулись к Рагену и Дереку.
– Мы можем обсудить это позже. Сегодня пожалуйста, просто поверь, что наши интересы совпадают.

– Ты говоришь, что нас арестуют без твоей помощи? – Спросил Раген.

– Я не думаю, что до этого дойдёт, если представите ваши показания при дворе, – сказала Триша. – Вы трое, герои в каждой таверне Милна. Если с вами что-то случиться, то на улицах поднимутся беспорядки.

– Ты действительно так считаешь? – спросила Элисса.

Триша пожала плечами.
– Впредь вы никогда больше не будете столь же уязвимы и неподготовлены. Если Юкор действительно вас боится, то он может прийти к мнению, что он лучше всего заключить вас под стражу сейчас, прежде чем вы станете слишком влиятельными, чтобы он мог вас тронуть.

***

Раген заметил группу женщин, ожидающих в вестибюле.
– Ты сейчас сам по себе, Раген, – сказала Триша. – Постарайся не усугубить положение, пока матери пытаются со всем разобраться.

С этими словами Триша и Джоун расстались с ними, уводя Элиссу за собой в палаты Совета Матерей. Раген задался вопросом, будет ли следующим разом, когда он её увидит, на суде.

Кирин ждал, чтобы сопроводить их в тронный зал Юкора. Жонглёр вернул свои пёстрые одежды, туника и свободные бриджи, в синую с серым полоски, под чёрным бархатным плащом, скрепленным золотой цепью, с гербом Юкора. Нижняя сторона плаща пестрела разноцветными шелками, что позволяло ему перейти от приглушенных тонов Юкора, к ярким цветам, одним движением руки.

Но лице Кирина было столь же мрачное выражение, как и внешний цвет его плаща.
– Мне жаль, Раген. Я клянусь, что не знал.

Раген похлопал ему по плечу.
– Это не твоя ошибка. Насколько всё плохо?

Кирин поглядел на их сопровождение и начал идти, направлясь в троный зал. Он понизил свой голос до шёпота.
– Его высочество рассержен …. Он попытается запугать тебя, но Совет Матерей ещё не до конца убеждён, что доказательств достаточно, чтобы предъявить обвинения, если только ты сам себя не выдашь.

– Откуда ты знаешь? – Пробормотал Раген в ответ.

– Я кое-что разузнал вчера вечером, – сказал Кирин. Он был несчастливо женат на баронессе Кейт, богатой вдове и значимом члене Совета Матерей.

– Ждите здесь, – сказал Кирин, когда они достигли больших дверей тронного зала Юкора. Горные Копья как раз открыли двери, впуская их.

– Мастер Раген, Вестник Дерег Голд и капитан Йон Грэй из графства Лощина!

– Следуйте моему примеру и позвольте говорить, – сказал Раген, ведя их за собой величественным шагом, не выказывая никаких признаков беспокойства.

Ставни тронного зала были широко открыты, заполняя комнату солнечным светом, несомненно, чтобы противостоять любым магическим уловкам, к которым они могут попытатьяс прибегнуть, если дела примут скверный оборот.

На возвышении, сидел Юкор, грузный и седой, но всё ещё выглядевший так, слоно мог одолеть большинство мужчин голыми руками. Говорилось, что, когда прибыл вестник красийцев, чтобы объявить Амана Джардира правителем всего мира, Юкор лично избил мужчину до потери сознания, и помочился на него, когда он лежал на полу. Юкор носил отороченный мехом синий плащ и серую тунику, с его шеи свисали тяжёлые золотые цепи, а на пальцах блестели перстни. А на его голове красовался тонкий золотой ободок.

Слева от трона стоял священник Роннелл, королевский библиотекарь во главе группы серобородых священников. Юкор не управлял ими напрямую, но королевский библиотекарь, служивший согласно воли герцога, был священником Большой Библиотеки и Собора Милна, а также главой их ордена.

Граф Брайян, лидер горной промышленности и гильдий Заёмщиков, стоял справа около другого гильдмастера. Его распущенные волосы имели белоснежный оттенок, но они были коротко подстрижены, придавая угловатому лицу мужчины каменный вид. Рядом с ним стоял глумящийся Винсин, его козлиная бородка поседела, а редкие волосы были зачёсаны назад. На его пухлых пальцах блестели кольца. А на груди он носил ключевую метку, брошь гильдмастера Метчиков.

Рядом с Винсином стоял наиболее верный союзник Рагена в данной комнате, Малькум, мастер гильдии Вестников. Малькум был на голову выше остальных гильдмастеров, и ему добавляла внушительности повязка, которая закрывала один из его глаз и шрам на другой стороне лица, доказательство нападения подземников, в те дни, когда он был обычным Вестником. Гильдмастер самостоятельно перевязал раны и закончил свою миссию, продолжая после этого еще много лет заниматься доставкой сообщений, прежде чем перейти в администрацию.

Мастера гильдий Уборщиков, Купцов, Фермеров, Каменьщиков и Нищих стояли сгруппировались вместе, нервно переступая с ноги на ногу. Большинство из них, задолжали Рагену крупную сумму денег.

– Добро пожаловать домой, Раген, – сказал Юкор. – Несмотря на то, что ты без сомнения, слышал уже тысячу раз, с момента твоего возвращения в Милн, должен поблагодарить тебя, за твой вклад в красийской войне.

Раген низк опоклонился.
– Это честь для меня, выше высочество. Мы понимали наш долг перед вами, и всеми жителями Свободных Городов, и сделали не меньше, чем будет ожидалось бы от любого в нашем положении.

– Лживая скромность тебе не к лицу, Раген, – сказал Юкор. – Ты должен гордиться своими заслугами. Это единственная причина, почему я до сих пор не заковал тебя в кандалы.

Юкор сказал эти слова, чтобы запугать их. Действительно, Йон напрягся, готовый сражаться или бежать, но Раген расслабился. Беспокойство и нервное хождение лучше оставить для заката, когда угроза предстаёт в явном виде. Когда вокруг наступает тьма, а демоны принимают реальный образ, легче сосредоточиться.

– По какой причине вы хотите заковать меня в кандалы, ваше высочество? – Спросил Раген, хорошо зная ответ. – Я всегда был искренне лоялен к Милну.

– И всё же вы сговорились с тем бродягой, что вытащили из деревни, чтобы обдурить меня, – зарычал Юкор.

– Кажется припоминаю, в то время я встретил мальчика, собирая налоги от вашего имени в Тиббетс Брукке, – отметил Раген. – Арлен определённо милнец.

Юкор покраснел, и Раген был рад, что его борода, выросшая по дороге, прятала за собой улыбку, в которой подёрнулись его губы. Это было постоянной ошибкой Юкора. Он хотел иметь аудиторию, чтобы было на кого выносить гнев, но не был готов, когда кто-то мог дать ему отпор при дворе.

– Вы удержали его личность в секрете, когда в прошлом году он прибыл сюда, – сказал Юкор.

Раген распрямил руки, поворачиваясь, чтобы осмотреть присутствовавших в зале.
– Кто из вас не хранит тайны касающихся ваших семей? В те годы, когда я был королевским Вестником, я был посвящен во многие из них, и некоторые намного хуже, чем эта. – Он обернулся обратно на герцога. – Арлен Тюк не хотел разжигать мятеж, не крал чужую собственность, и не вредил людям. Его худшим преступлением было то, что он запачкал пол вашего высочества, и я рад заплатить за это.

– О, ты заплатишь, – согласился Юкор, – а также за те бесполезные метки, что он обманом продал мне, совсем обесценив мои тайные деловые сделки.

-Бесполезные, ваше высочество? – Спросил Раген, поднимая голос, пока он эхом не отразился от потолка. – Эти метки, то, благодаря чему мы смогли вернуться живыми из Энджирса. Эти метки, то, благодаря чему графство Лощины вырасло из деревни, меньшей, чем Харденс Гроув, настолько, что может поспорить с любым из Свободных Городов, всего лишь за два года. Это то, благодаря чему красийцы смогли покинуть пустыню и вторгнуться на юг.

– И твой ученик так дорого продал их мне, – сказал Юкор, – даже после того, как он передал их вам, чтобы вы обменивались ими с остальными.

Он вырывал из контекста то, что ему было удобно, но Раген не стал прикладывать усилия, чтобы отрицать это.
– Что попросил Арлен, ваше высочество? После того, как вы открыто угрожали ему, что прикажете своим охранникам держать его взаперти, пока остальные будут копировать метки с его плоти? После того, как вы приказали мне поставить метчиков по тёмным углам, заставив их делать наброскиметок, на которые упадёт их взор?

Теперь стоящие с обеих сторон трона переминались с ноги на ногу, и Раген решил надавить.
– Он попросил только помощи для райзонских беженцев, нечто, что ваше высочество, несомненно, должно было обеспечить несмотря ни на что.

– Мной не станут манипулировать, пытаясь заставить заботиться о каждом бедняке на границе, Раген, – зарычал Юкор. – Я заплатил за эти метки справедливую цену.

– Также, как и каждый метчик, которому я их продал, – сказал Раген.

Юкор сжал кулак.
– Так значит, ты признаешь, что обманул меня?

Раген приложил все усилия, чтобы выглядеть оскорблённым.
– Я не признаю ничего подобного. Я не нарушал законов, вашего высочества. Я распоряжался метками согласно юридической точки зрения, как гильдмастеру гильдии Метчиков и главе обменного меточного рынка, мне разрешено учавствовать в сделках с метками и создать меченое оружие и броню.

– А теперь ты чрезмерно богат, – усмехнулся Юкор.

Раген распростёр руки.
– Ваше высочество, возможно вы могли торговать метками на рынке так же, как и я. Вы сами решили запереть ваш экземпляр книги в библиотеке и вооружить ваших людей вместо этого огненным оружием.

– Это огненное оружие спасло Энджирс и помешало красийцам захватить всё, к югу от разрыва, – вмешался граф Брайян.

– Действительно, – согласился Раген. – Горные Копья внушительная сила против красийцев, и Создатель видит, пустынных крыс стоило проучить. Но сила демонов возрастает, и мудрый правитель сделает ставку на меченое оружие и броню, чтобы подготовиться к ближайшей войне.

– Вот ещё! – Засмеялся Юкор. – Согласно докладам, лощинцы и красийцы убивают подземников тысячами. Не удивительно, что оставшиеся в живых немного взбесились.

Раген покачал головой.
– Всё гораздо хуже, ваше высочество. Теперь при нападении они более хитры, используя оружие и тактику так, как я никогда не видел, за все десятилетия, что провёл в пути. Разведка Лиши Свиток из графства Лощина предполагает, что мы едва ли видели часть того, что могут бросить на нас Недра.

– Эта женщина, мать ереси, – вмешался Юкор. – Их священники отошли от северного собора и создали свой собственный совет, а графиня превысила свои полномочия назначив этого идиота отступника Джону, Пастором. Они поклоняются твоему мёртвому ученику, как Избавителю, хотя всё, чего он добился, это войны с пустынными крысами и обострения чумы демонов.

– Это не так. – Йон казалось удивился, что его рык отразился от стен зала, но его лицо ужесточилось, когда все взгляды обратились к нему.

Юкор улыбнулся.
– В любом случае, капитан Йон. Просветите нас.

– Легко называть тех, с кем ты не знаком лично, мошенниками, – сказал Йон. – Легко сидеть в безопасности в горной крепости, за тысячи миль от Лощины, и судить. Никого из вас не было там, когда наша травница умерла, а жители Лощины начали болеть. Когда начались пожары, и демоны прорвались через метки. Я жил в Лощине Лесорубов больше восмидесяти лет, знал каждого из её трехсот сорока семи человек. Смотрел, как старый калека, как те, кого я знал, мои друзья, падают вокруг меня замертво. А демоны пируют в домах и на улицах.

Он вышел вперёд, и страсть в его голосе привлекла всеобщее внимание. Даже Юкор притих, захваченный рассказом.
– Последним зданием, что устояло в разрухе, был Святой Дом, и Джона принял нас всех. Его нога была сломана, но он никогда не отдыхал, хромая вокруг на костылях, и ухаживая за больными, как травница. Утешал нас словами, что мы ещё не проиграли. Что у Создателя есть на нас какой-то план.

Йон покачал головой.
– Я не верил ему. Никто не верил. Я думал, что, то утро станет моим последним. Но тогда в город прибыли Арлен Тюк, Лиша Свиток и Рожером Инн. Они сказали нам прекратить жаловаться и скулить. Что если мы сами будем сражаться, то сможем выжить. И только благодаря им, нам это удалось.

Его глаза прошлись по комнате.
– Не верите, считая это всё жонглёрскими сказками? Да я слышал, как кто-то сказал, что я ростом десять футов. Но никто из вас не отрицает, что прошедшие два года, мы из деревни едва насчитывающей больше двухсот человек, мы стали графством, в котором живёт больше людей чем в любом из Свободных Городов, что я видел.

Раген следил за королевским библиотекарем, пока Йон говорил, высматривая незаметные признаки, что слова Йона достучались до него. Что, как онт надеялись, он может стать союзником Арлена.

– Я не могу заставить вас поверить, что Арлен Тюк – Избавитель. В это нельзя поверить, не увидев его лично, я бы также не смог. Но я видел это. Я видел его висящего в воздухе, пылающего, словно солнце, и метающего огонь и молнии в подземников. Если это не делает его Избавителем, то я не знаю, что может.

Повсюду послышался ропот, и Раген дал им время, переварить информацию. Юкор посмотрел на Роннелла, как будто ожидая, что тот опровергнет эту историю, но библиотекарь молча стоял, не опуская взгляд, пока старики у него за спиной тихо спорили.

Раген нарушил тишину.
– Я знал Арлена Тюка, как и любого другого, но я оставляю богословие для священников, чтобы они спорили в безопасности в своих святых домах, за мечеными стенами. Я провел всю свою жизнь в голой ночи и вижу угрозу более ясно. Называя это чумой, ничего не меняется. У нас есть оружие, чтобы сражаться с подземниками, и мы должны вложить его в каждую руку, которая в состоянии им владеть.

– И как следствие наполнить твои кармани? – Спросил Ючор. – Ты управляешь производством и того, и другого, таким образом, в твоих интересах преувеличивать угрозу. Тебе повезло, что я не конфискую каждое оружие, которые ты сделал с твоими незаконными метками.

Гильдмастер Малькум откашлялся, привлекая к себе внимание.

Юкор поднял бровь.
– Ты хочешь что-то сказать, Малькум?

Гильдмастер Вестников принял приглашение покинуть место, где стояли остальные гильдмастеры, шагнув, чтобы встать около Рагена.
– Гильдия Вестников законно закупила это оружие, ваше высочество. Кажется, вы забываете, что это может спасти наши жизни в ночи, пока мы доставляем ваши оффициальные поручения, сопровождая ваши караваны, облегчая торговлю в вашем городе. Мы просили ваше высочество поделиться метками, когда Арлен Тюк продал их вам и получили отказ, даже когда случаи нападения демонов на дороге участились. Теперь у нас есть средства, чтобы защитить нас, и мы не станем отказываться от них.

Юкор потемнел от этого мятежного тона, его голос, тихим, опасным.
– Ты признаёшься в соучастии в преступлении Рагена?

– Преступления не было, – сказал Малькум. – Мы по закону купили метки на рынке и законно заказали производство меченого оружия и брони у гильдии Метчиков. Вы не имеете никакого права конфисковать что-либо. Попытаетесь сделать это, и каждый Вестник в городе будет встанет против вас.

В зале повисла гробовая тишина. Без Вестников все жизненно важные городские службы остановятся, и все, кто присутствовал в комнате почувствуют это на своих кошельках.

– Гильдия Метчиков, тоже, – добавил Раген.

– У тебя больше нет прва говорить за гильдию Метчиков, Раген, – усмехался гильдмастер Винсин. – Вы потерял это право, когда оставил свой пост. Теперь я гильдмастер.

– Гильдмастер, который не может созвать собрание, пока главный голос не будет отсутствовать, – возразил Раген. – Я ценю ценю то, что ты придержал это место на время моего отсутствия, Винсин, но ты не можешь предотвратить моё возвращение к власти навсегда. Я контролирую рынок меток.

Винсин нахмурился, но Раген был прав. Винсин мог бы устроить ему проблемы процессуального характера, но с новостью о возвращении Рагена, распространившаяся по всему городу, в скорем времени заставит гильдию сместить его с должности.

– Этим утром я подал документы, предоставляя Дереку Голду место на рынке меток, а также двадцать один процент в моих делах касающихся меток, стеклодувов, и складов, – произнёс Раген используя свой козырь. – Я пригласил его и его семью быть гостями в моём доме, пока Дерек не сможет построить свой собственный.

– Щедрое предложение, Раген, но в этом нет необходимости. – Граф Брайян улыбнулся, но улыбка выглядела напряжённой. Эта новость застала его врасплох. – Мой кузен довольно неплохо проживёт и на моём содержании.

Дерек вышел вперёд.
– Я благодарю вас, мой господин, но мы слишком долго испытвали ваше великодушие. Мы немедленно переедем в наши собственные владения, как только это станет возможно.

– Это не тебе решать, Лавочник, – сказал Брайян. – Стэйси и Джеф благородны по рождению, и привыкли к жизни и обществу, которого ты никогда не сможешь им дать.

– Это моя жена, мой сын, – сказал Дерек.

Брайян оскалил зубы.
– Это молодая девственница, которую ты изнасиловал и ублюдок, с кровью чище, чем его отца. Тебе, возможно, удалось вынудить её выйти за тебя замуж и вытянуть из касты слуг, но ты не достоин её, и никогда не был. Где ты был, когда твой сын рос и воспитывался? Шлялся повсюду.

Малькум скрестил руки на груди.
– Шлялся? Так вот, как вы представляете себе работу Вестника, милорд?

– Дерек не насильник, – сказал Раген. – Это слишком наглые слова, чтобы бросаться ими при дворе его высочества.

– Меня не запугают слова сбежавшего гильдмастера, и сбежавшего отца, – выхватил Брайян. – Можете протестовать сколько хотите. И пусть ваши работники знают, что вся их зарплата уходит на то, чтобы обеспечить недостаток шелков и роскоши в вашем семейном доме.

– Неважно какую ложь ещё вы придумаете, мой господин, – проворчал Дерек, – вы не имеете права держать моих жену и сына взаперти против их воли.

Граф Брайян фыркнул, взглянув на герцога. Юкор вскинул руку, будто пытаясь разогнать зловонную кучу.
– Избавьте меня от ваших семейных дрязг. Это дело Совета Матерей. Вот и разбирайтесь с ними.

***

– Ты была причастна к заговору Арлена Тюка, против трона? – Мать Джоун остановила свой шаг и встретилась с Элиссой взглядом.

Допрос продолжался уже несколько часов, матери, спрашивали Элиссу обо всех подробностях, с самого детства Арлена до событий, произошедших в Лактоне, во время войны. Триша всё это время сидела неподалёку от Элиссы, выпрямив спину и сохранив на лице каменной выражение. Жена графа Брайяна, графиня-мать Сера, тем временем держала молоток Спикера.

Наконец то они добрались до сути вещей.

– Ты можешь не отвечать. – Триша положила ладонь на руку Элиссы, как будто она была ребёнком, который мог потеряться на улице. – Согласно регламенту, – добавила Триша, говоря с остальными в комнате. – Заговор не был доказан.

Некоторые из членов совета в согласии закивали, остальные же угрюмо нахмурились. В первый раз в жизни, Элисса была благодарна за эту ладонь матери, лежащую на её руке. Это место было более опасным, чем какая-нибудь оживлённая улица, и если Триша имела не верность, то уважение каждой женщины здесь.

– Поддерживаю. – Лицо Серы скривилось, когда она ударила молоточком. Сера и Джоун были схожи во мнениях, но даже имея одну цель они не могли нарушать правила и законы совета. По крайней мере, не сейчас, пока Триша имеет большее количество голосов.

– Конечно. – Джоун ничуть не обеспокоили эти слова. Семя сомнения было посажено. – Позвольте мне перефразировать вопрос. Ты знала, что Арлен Тюк, и Меченый, это один и тот же человек, до встречи с герцогом?

Рука Триши, сжалась, но Элисса, чувствовала, словно сидить немного выше остальных. Она не стала бы лгать на совете или отрицать своего приёмного сына, что бы ни случилось.

– Да, – сказала она. – Арлен Тюк был моим приемным сыном. Он показал мне себя вскоре после его возвращения в Милн.

Толпа загудела. Триша выглядела не удовлетворённой ответом, но она ничего не сказала.

– Ты признаёшься, что обманула его высочество? – Нажала Джоун.

– Обманула, как? – Переспросила Элисса. – Я – мать-купец, которой нет места при дворе его высочества. Если вы не посчитали целесообразным правильно проверить просящего, прежде чем принять его при дворе, я не понимаю, в чем тут моя вина.

– Идеально. – Хватка Триши ослабла с этим шёпотом.

– Но твой муж – член двора его высочества, разве нет? – Спросила Джоун.

– Разумеется. – Элисса видела, куда она ведёт.

– И гильдмастер Раген присутствовал, когда Арлен Тюк явил себя тебе? – Продолжала Джоун.

– Нет, – сказала Элисса.

Джоун нахмурилась.
– Но он был осведомлён …

Рука Триши снова напряглась.
– Согласно регламенту. Ни один мужчина или женщина не обязан свидетельствовать против своего супруга перед советом.

– То, что ты поднимаешь этот вопрос, только убеждает остальных в виновности, – отметила Джоун поднимая всеобщий ропот.

– Оспаривание правил заставляет думать, что у тебя нет реальных доказательств, – возразила Триша, и ропот ещё больше усилился.

– Достаточно. – Мать Сера ударила своим молоточком, чтобы воцарилась тишина. – Мать Элисса не обязана свидетельствовать за или против своего мужа.

– Тогда на сегодня можем закончить, – сказала Триша, и её пальцы сильно сжали руку Элиссы.

Сера указала на неё молоточком.
– Сегодня ты не Спикер.

Казалось, что Тришу это не испугало.
– Нет, но моя дочь ответила на каждый вопрос, которые матери задавали ей более четырёх часов. Если матери Джоун больше нечего сказать, то я хотела бы взять, перерыв на день, и позволить матери Элиссе, которая только что вернулась в город миновав столько опасностей, провести время с семьёй и домашним хозяйством, которых она не видела уже несколько месяцев.

– Поддерживаю, – немедленно сказала баронесса Кейт.

Все присутствовавшие согласились, что за сегодняшний день они сделали достаточно. Элисса увидела в глазах многих матерей, что до конца ещё далеко, но по крайней мере на какое-то время они оставят её в покое.

– Спасибо, – сказала она своей матери, пока они прогулочным шагом шли обратно к карете.

– Поблагодаришь меня, за обедом в Рассветной Зале, – сказала Триша.

Элисса напряглась при упоминании их родового места в Рассветном Графстве.

Она была так близка к побегу.

***

– Ох уж этот сын Недр, – ворчал Дерек, когда Юкор взял перерыв и их выпустили из тронного зала. – Называть меня насильником, только потому, что дочь барона влюбилась в слугу.

– Всё будет в порядке. – Раген обнял Дерека за плечи. – У Брайяна нет причин вредить Стэйси и Джефу. Мы сможем разобраться с этим в ближайшее время.

– Тебе легко говорить, – сказал Дерек. – Теперь я даже не могу повидаться с ними, не отдавшись в руки Брайяна. В следующий раз даже графиня Триша не сможет меня вытащить.

– Мы не блефовали, – сказал Малькум. – Мы не станем оказывать Брайяну услуги по доставке и получению почты, пока Совет Матерей не вынесет решение.

– Да, но кто может сказать, каким оно будет? – сказал Дерек. – Ни одна из тех старух не станет заботиться о моей семье, только, если это не принесёт им политическую выгоду. Мать Сера владеет большим количеством голосов. Вместе с Джоной, даже Триша им не укказ.

– Какой бы ни была политика, они не могут удерживать мать против её воли, – сказал Раген. – Как только Стэйси свидетельдаст показания, у них не останется иного выбора, кроме как освободить её.

– Значит, они не позволят ей выступить, – сказал Дерек. – Я знаю Брайяна. Сначала она заболеет загадочной плохой болезнью и будет не в состоянии с кем-либо видеться. Потом он подкупит кого-нибудь ‘беспристрастного', чтобы он посетил её и надавил, чтобы она сказала, что нужно. Если мы потребуем суда, то он настоит на том, чтобы проводить его у него в графстве, где все судьи уже находятся в его кармане. Возможно он будет не в состоянии выйграть справедливый суд, но он будет откладывать его не месяцы, и даже годы, и оборачивать каждого чиновника против меня. В конце концов, он особа королевских кровей, а я нет, и этого никак не изменить.

– Если всё зайдёт настолько далеко, – Раген понизил свой голос до шёпота, – мы используем магию, чтобы усыпить их, а потом выбросить из дверей.
Это предложение ужасало, но Дерек выпрямился при этих словах.

– Магию? – Переспросил Малькум.

– Теперь у нас есть нечто больше, чем просто метки, чтобы вооружить ваших Вестников, – сказал Раген.

– Неужели? – Малькум поднял бровь.

Раген достал серебряный стилус из кармана своей куртки и вручил его Малькуму для осмотра.
– В ней находится частичка кости демона, которая загорится, если подставить её на солнечны свет, но покрытая золотом или каким-нибудь другим металлом, она сохраняет свою силу. То же работает и с доспехами, их владелец может выдержать удар огненного горного копья или встретить удар скального демона, и выжить, чтобы потом рассказать остальным. Врезанная в абалетный болт, она позволяет ему пробивалть каменную стену.
Малькум посмотрел на стилус, а затем на Рагена.

– Если бы это сказал мне кто-то другой, я бы подумал, что у него вместо мозгов демоново дерьмо.

– Я и сам не до конца верил, пока это не помогло нам спасти жизи в пути, – сказал Раген. – Также у нас дома сейчас гостят несколько лесорубов. Они опытные бойцы с демонами, вроде Йона, и они могут обучить ваших Вестником, как правильно использовать меченое оружие.

– Да, – сказал Йон. – Никто так не рубит демонов, как мои лесорубы. Буду счастлив научить вас тому, чему нас научил Избавитель.

– Так это правда, – сказал Малькум. – Вы жители Лощины, считаете, что Арлен Тюк – Избавитель?

– Г-н Тюк всегда отрицал это, но кем он ещё мог быть?

– Просто хорошим человеком, – сказал Раген. – Пытавшимся сделать мир лучше и избавить нас демонов.

Малькум переглянулся между ними, словно сомневаясь в чём-то.

– Это не имеет значения. – Раген забрал стилус. – Что действительно важно, так то, что мы можем вооружить и обучить ваших Вестников. Дорога стала опаснее, чем когда-либо. Если ты не веришь ни во что больше, то поверь в это.

Малькум кивнул.
– Я поговорю с ними. Сегодня вечером, к вам может постучаться толпа народу.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/73142/409205

Переводчики: ComradCat